Глава 7

Илья смотрел, как Марта, смущаясь, одевается. Девушка минуту назад выскочила из душа в одном полотенце. А у Горнякова вместо крови — дикая смесь желания и жажды. Мало ему этой девушки. Мало. Мало настолько, что не хочется и на шаг ее от себя отпускать.

А потому…

— Утром ты с Ильей переезжаешь ко мне, — произнес вдруг Горняков, а Марта застыла, так и не сумев застегнуть молнию на платье.

— Но…, — попыталась возразить Марта.

— У меня места больше. Район спокойней. Охрана имеется, — перечислял Илья, одним плавным движением поднялся с постели.

Мужчина игнорировал свой внешний вид. А вот Марта — смутилась еще больше. Потому что не каждый день Заречная находилась с невероятно красивым практически обнаженным мужчиной. Более того, мужчиной весьма возбужденным.

А тем временем Горняков обошел неподвижно замершую девичью фигурку, встал за спиной и осторожно обнял за талию. Хотелось стянуть платье. Но времени совсем не осталось. Пора было возвращаться к гостям. А потому Илья, медленно застегнув молнию на вечернем наряде Марты, тут же прижал девушку к себе. Втянул носом воздух рядом с нежным ушком, заскользил носом по тонкой, изящной шее.

— С ума по тебе схожу, — пробормотал Илья. — И мы вместе. Смысл бегать друг от друга? Набегались уже.

А Марта млела от этих нежных, настойчивых прикосновений.

— Я не знаю, Илья, — честно ответила Марта, выразив сомнения, — Ты все еще женат. Пусть и в процессе развода. Что скажут твои друзья? И потом, мы только мешать тебе будем.

А Илья, всегда спокойный и уравновешенный, вдруг психанул. Развернул Марту лицом к себе, обхватил рукой затылок, а второй — придержал подбородок так, чтобы девушка смотрела на него.

— Мой брак с Марго никогда не был настоящим. Мы и не жили вместе толком. И все мои друзья это прекрасно знают. Раз уж на то пошло, то ты — самый мой близкий человек, Марта. И мне глубоко плевать на мнение других, кроме твоего. Короче, ставлю вопрос иначе, малыш. Ты хочешь жить со мной? — выпалил Горняков без намека на улыбку.

А у Марты дыхание перехватило от того, сколько чувств было во взгляде Ильи. Пусть этот мужчина и напирал на нее, как локомотив, пусть и не привыкла Заречная к подобному поведению, да вообще к мужчинам не привыкла, а девушка испытывала невероятный соблазн сдаться на волю Горнякова.

— Хочу, — тихонько ответила Марта.

— Тогда не вижу препятствий, — уголком рта улыбнулся Илья, а после порывисто и жадно поцеловал нежные губы Марты.

Пришлось, правда, усилием воли оторваться от манящего рта. Ведь пора уже к гостям. А не хотелось.

Òтстранившись, Илья быстро оделся. А вот с галстуком помогла Марта, завязала аккуратный и красивый узел. Совсем другой, какой-то диковинный, не похожий на тот, что привык вязать Горняков.

И пока девушка колдовала над узлом, Илья не смог сохранять спокойствие и невозмутимость. Его ладони пустились изучать изгибы и плавные линии умопомрачительной фигурки, задержались на бедрах, скользнули к ягодицам. А Марта только улыбалась в ответ на такой произвол мужчины.

— Знаешь, нам ведь совсем необязательно съезжаться, — вновь предприняла попытку Марта. — Мы с Ильей могли бы приезжать к тебе. А ты к нам.

— Солнышко, мне уже за тридцать. Я вышел из того возраста, чтобы держаться за ручку и бегать на свидания, — пробормотал Илья. — Это не значит, что у нас с тобой не будет походов в ресторан и прочей романтики. Просто я не смогу отпустить тебя. Понимаешь?

Марта понимала. Но и вот так сразу не была готова изменить свою размеренную и устоявшуюся жизнь. Однако с другой стороны, ведь Илья — ее мужчина. Единственный. Так что же мешает им быть вместе?

— Понимаю! — шепнула Марта, привстала на цыпочки и ответила легким поцелуем.

— Вот и договорились, — выдохнул Илья, углубил поцелуй, а руками крепче прижал Марту к себе так, чтобы девушка почувствовала его возбуждение.

Горняков понимал, что с огнем играет. Им еще в люди выходить. Да и работать ему тоже нужно. Но как же устоять перед соблазном?

* * *

— Пойду, скажу Виту, чтобы срочно приготовил пару огнетушителей, — заговорщическим шепотом произнесла Роксана, глядя на подругу.

А Марта фыркнула, но не смогла прогнать с лица невероятно глупую улыбку. Глупую и счастливую.

А Илья мелькал неподалеку. Перехватил мальчишку, заговорил его, занял делом, предоставив Марте немного времени на то, чтобы привести свои мысли в порядок. Однако и слишком далеко и надолго Горняков не планировал исчезать. Марта была в поле его зрения. Да и как на нее не смотреть, если она была такой милой, красивой, желанной и сама бросала в его, Ильи, сторону ТАКИЕ взгляды, от которых мозг ссыпался ниже талии.

— Мне нужны подробности! Желательно, максимально пошлые, — рассмеялась Роксана.

— Пошлые? Есть у меня пара мыслей на этот счет, Роксана Михайловна! — в не самый содержательный разговор подруг вмешался Витольд Мартынов.

Разумеется, Заречная смутилась, а Рокси, обняв мужа за талию и прильнув к нему, рассмеялась еще громче.

— В твоих силах, драгоценный муж, я даже не сомневаюсь, — фыркнула Мартынова, — А ты знаешь, что Марта у нас отныне не свободная женщина?

— Как не стыдно, драгоценная жена, сомневаться в моем авторитете? Думаешь, мне не известно все, что происходит на моей территории? — с упреком, но ласково проговорил Витольд, смутив Марту еще больше.

Но за спиной Заречной волшебным образом появился Илья, и стало вдруг не до тревожных мыслей. Потому что Горняков тут же обнял девушку, скользнув надежной и широкой рукой по тонкой талии.

— Потанцуем? — вдруг предложил Илья, а Марта не стала отказываться.

Ведь так они смогут обниматься, не привлекая ненужного внимания. И потом Марте требовалось немного времени, чтобы осознать тот факт, что Мартыновы в курсе. Как и вся охрана. Даже Светлана Геннадьевна знала, если судить по широкой улыбке, адресованной им с Ильей, которую Марта перехватила секунду назад.

Марта прильнула к высокому и сильному телу Ильи. Стало вдруг неважно, кто видит их, что подумает. Главное, ей было хорошо сейчас.

— Ты невероятно красивая, — шепнул Илья, прижимаясь приоткрытым ртом к девичьему виску, а руки крепче сомкнулись на талии и спине Марты. — Так и хочу спрятать тебя ото всех.

Марта нырнула ладонями под пиджак и принялась медленно, в такт музыки, водить ими по рубашке, очерчивая контуры мускулистого мужского тела. И ей нравилось то, как под ее пальцами, перекатываются мышцы. А дыхание Ильи становилось тяжелее. И животом Марта ощутила подтверждение слов Ильи. Хочет. Еще как хочет.

Марта уткнулась лбом в широкое плечо. Хорошо, что в саду царил полумрак, пусть и горели фонари, а Илья выбрал довольно укромное местечко, подальше от любопытных глаз веселящихся гостей. Однако девушке казалось, что все ее тело медленно плавится под умелыми пальцами Горнякова. Илья обнимал ее, поглаживал по спине, затылку. Не позволяя себе слишком откровенных касаний, но и таких, почти невинных прикосновений, оказалось достаточно, чтобы дыхание Марты сбилось, а в низу живота загорался пожар.

— Девочка моя… — выдохнул Илья, подхватил ртом мочку, слегка прикусил ее.

А по телу Марты пронеслась дрожь. Девушка крепче вцепилась в тонкую ткань рубашки, чтобы удержаться на ногах. Но с ритма, конечно же, сбилась.

— Илюша…, — прошептала Марта в ответ и даже не стала возражать, когда Горняков утянул ее в темноту, за живую изгородь, куда не падал свет садовых фонарей.

И уже там набросился на нежные, приоткрытые в ожидании поцелуя губы.

— Безумие какое-то…, — выдыхала Марта, отвечая жадными касаниями. Вскинула руки, зарылась пальцами в короткие волосы на затылке мужчины. Едва слышно застонала, когда широкие ладони Ильи заскользили по ее талии, ребрам, а кончики пальцев прошлись по напряженной, ставшей вдруг тяжелой груди.

А Илье словно было мало той реакции, которую он видел, чувствовал. Он словно сошел с ума, отчаянно желая быть ближе к любимой.

И пальцы настойчивее обхватили вершину соска, прямо через ткань кружева белья и платья. Илья поигрывал тугой горошиной, а свободной рукой надавил на поясницу Марты, и чуть ниже, заставив ощутить его возбуждение.

Илья понимал, что зря все затеял. Нельзя было приглашать Марту на танец, а тем более — утягивать в укромный уголок. Но как устоять, если его девушка — такая красивая, сногсшибательная, желанная?

Илья толкнулся бедрами в живот Марты, и сам негромко застонал, когда почувствовал крупную дрожь, пронзившую хрупкое тело.

Рывком стянул с себя пиджак и набросил его на плечи Марты. А дальше действовали только инстинкты: спрятать девчонку еще дальше, увести от шума и суеты. Илья понимал, что много времени им не нужно. На полноценную близость Марта пока не готова. И без того перестарался он в первый раз. Но и оставить все вот так — не мог.

А потому Горняков, приподняв Марту над землей, куда-то пошел.

Марта толком не понимала, куда они двигаются. Закрыв глаза, целовала Илью так, что сердце готово было выскочить из груди.

— Сейчас… сейчас…, — бормотал Горняков.

Марта услышала характерный щелчок закрывающейся двери. Но так и не смогла сбросить с себя дурман наваждения. Будто вязла в карамельном сиропе и не собиралась выбираться из него. А Илья только настойчивее целовал ее, ласкал, гладил. А спустя миг, усадил ее на прохладную гладкую поверхность. Но холодно не было, потому что Марта все еще была закутана в пиджак Ильи.

На секунду очнувшись, Марта поняла, что они с Ильей добрались до небольшой комнатки, в которой садовник хранил свой инвентарь. Помещение было небольшим, а единственное окно, через которое проникал свет фонарей, располагалось под самым потолком.

Иль шумно выдохнул, попытался взять себя в руки. Боже! Он совсем слетел с катушек, если умудрился затащить любимую женщину в кладовку!

Но от этих мыслей кровь только быстрее мчалась по венам. Ведь здесь нет никого, только Марта и он.

А потому….

Илья рывком притянул Марту к себе, возобновил поцелуй, теперь уже более откровенный, более жадный, более страстный. Хотя, казалось бы, и без того каждое прикосновение к соблазнительнице отдается в его теле ярким взрывом.

А ладони нырнули под платье. Марта крепче, почти до боли вонзила короткие ноготки в его плечи. А Илье вдруг показалось, что если она не прикоснется к его коже, он просто сдохнет. Ткань рубашки мешала. Мужчина ненавидел свою одежду за то, что эта преграда мешает ему насладиться нежными поглаживаниями хрупких пальцев.

— Расстегни! — пробормотал Илья, но Марта уже и сама вытянула полы рубашки из брюк и принялась торопливо расстегивать мелкие пуговицы.

А Илья уже пробрался ладонями к бедрам Марты, огладил ягодицы. Лаская сквозь кружево белья.

Марта теснее прижалась собой к его бедрам, а он сцепил зубы крепче. Потому что член настойчиво требовал оказаться в плотном и жарком плену. Погрузиться внутрь Марты и двигаться в извечном ритме.

Но нельзя, потому что слишком мало времени прошло. Больно будет девчонке.

Илья терпел. А вот его пальцы настойчиво пробирались к самому сокровенному местечку. А когда добрались, отвели влажную ткань трусиков в сторону и коснулись нежных складочек.

Марта приглушенно вскрикнула, а Илья хрипло пробормотал о том, какая она у него красивая, желанная, вся его.

Медленно, не торопясь, Илья изучал пальцами Марту, то поглаживал, едва касаясь, то погружался, растягивая изнутри. И вот, когда стоны Марты становились все чаще, громче, а влага на пальцах Ильи растекалась все сильнее, Горняков и сам не выдержал. Перехватил хрупкую ладонь и накрыл ею свой член поверх одежды.

— Я..не знаю… как…, — прерывисто шепнула Марта.

Илья только прижался ртом к приоткрытым губам, скользнул глубже языком, завлекая Марту в откровенный танец. И едва не рухнул на пол, ощутив, как тонкие пальцы расправились с ширинкой и нырнули под одежду.

Марта дико стеснялась. Но и плавилась от каждого прикосновения настойчивых пальцев. Однако больше всего ее сводило с ума осознание власти над этим сильным мужчиной. И ей совершенно не хотелось останавливаться. Даже если бы мир сейчас рухнул в бездну, она не смогла бы перестать двигать пальцами.

Марта сжимала каменную, возбужденную плоть, двигала по всей длине, размазывая влагу, наслаждалась бархатистостью и силой, которая бурлила в Илье. А еще ей нравилось, как он тянется навстречу каждому ее движению. И Марта увлеклась, забылась настолько, что уже и сама вскидывала бедра, требуя интимных ласк. А Илья все медлил, оглаживал неспешно складочки, касался налитого желанием клитора. А Марта судорожно выдохнула и застонала, пожалуй, даже зарычала.

Илья хрипло рассмеялся. Толкнулся в ее ладонь, вжался до искр перед глазами и одновременно проник в Марту двумя пальцами, надавил на тесные стеночки лона, растянул, ощутил, как в любимой зарождается крупная дрожь, а его пальцы орошаются влагой.

Марта закричала, но Илья тут же накрыл ее губы, ловя стоны и дыхание. И сам излился в ее ладонь.

По венам мчалась раскаленная лава. Илья дышал так, будто пробежал марафон. А Марта спрятала лицо на его груди и руками обвила талию. Жаль, что они находились в коморке садовника, а не в своей комнате. Так бы точно больше не вышли к гостям.

— Кажется, я слегка переусердствовал, — пробормотал Илья, целуя макушку Марты. А потом обхватил лицо девушки и подтянул выше, чтобы видеть ее глаза. — Люблю тебя.

Илья видел, как глаза Марты удивленно округлились. Не поверила? Не страшно. У них еще будет время, чтобы развеять ее сомнения. Главное, они теперь вместе.

Илья помог Марте привести себя в порядок, поправил свою одежду. А Марта опять завязала дивный узел на его галстуке.