Глава 33
Аврора
Задумчиво полулежу на диване, прислушиваясь к звукам за окном. Слышу, как по дороге, визжа шинами, проносится какой-то лихач и от подъезда тотчас раздаётся нервный женский голос, ругающей всех водителей и гонщиков отборными матерными словами.
Демон просчитался, оставив меня здесь, без какого-либо присмотра.
Стоит мне только высунуться в окно и позвать эту бабулю — божий одуванчик, рассказав при этом душещипательную историю своего заточения, как тут же к дверям Олесиной квартиры прибудет вооружённый до зубов ОМОН и вызволит меня.
Но я не стану этого делать.
Сейчас, по крайней мере.
И дело даже не в том, что сейчас я, как никогда, чувствую себя спокойно. Нет. Дело в том, что я совершенно не понимаю, что мне делать с тем физическим влечением, которое я отчётливо испытываю к своему похитителю. К тому, кто сделал меня заложницей.
К Демону.
Ещё пару дней назад я была готова поклясться, что готова сбежать, как только представится такая возможность. Мечтала избавиться от его опеки. Избежать взгляда чёрных, как печные угли, глаз и раствориться в мегаполисе, затерявшись где-нибудь на его окраине.
Но теперь…
Теперь, когда он предстал для меня в свете мистического рыцаря. Того, кто каким-то звериным чутьём почувствовал опасность, угрожающую мне и провернул операцию по моему спасению. Теперь я прониклась к нему каким-то тёплым чувством благодарности.
И сегодня утром, в прихожей, когда его властные пальцы вовсю исследовали моё лоно, я поняла, что безумно хочу повторения той страстной ночи. Пережить все эмоции заново. Умереть, и родиться как птица Феникс в его объятиях. Сгореть от оргазма с его именем на устах…
Демон…
Он пугает меня и будоражит. Я хочу его и ненавижу. Я жду его и больше всего на свете боюсь взглянуть в его глаза.
Шорох за дверью в прихожей заставляет меня напрячься, и я моментально сажусь на диване. Кто там пришёл? Таран с кормом для кошек или Демон? А может и вовсе, убийца? Тот Арчибальдов, про которого мне приказали забыть?
— Аврора? Это я.
Глухой баритон. Стальной, чувственный.
С какой-то ноткой теплоты раздаётся в прихожей, и я сглатываю слюну. Это он. Приехал. Снова.
Быстро запахиваю кардиган песочного цвета, тихо радуясь, что на этот раз я не забыла надеть нижнее бельё. Если этому мужлану приспичит снова залезть мне между ног, он наткнётся на преграду.
Поднимаюсь с дивана, прижимая руки к животу.
Он проходит в гостиную, втягивая носом воздух, и я замечаю, что его глаза сейчас светятся как-то по-особенному ярко. Тёмная радужка приобрела какой-то тёплый оттенок молочного шоколада, а на губах появилась блуждающая улыбка, придающая мужчине какой-то другой, нежный вид.
— Что-то случилось?
Молчит. Подходит чуть ближе, обдувая меня мятным дыханием, и вынимает из кармана сложенный в несколько раз лист бумаги. Осторожно беру его, пробегая по строчкам.
Сердце внутри обрывается и падает вниз, куда-то на уровень желудка. В висках отдаются удары пульса, и я понимаю, что это — конец.
Отцовство подтверждено.
Так быстро? Кажется, прошло не больше недели. И я надеялась, что процедура растянется ещё на несколько дней, дав мне возможность разобраться в своих мыслях и чувствах.
А теперь…
Теперь он стоит тут, возвышаясь надо мной, словно огромная скала и вопросительно заглядывает в глаза. Медлит. Словно жаждет услышать от меня какое-то признание.
— Ничего не скажешь?
Выдыхает, облизывая моё лицо взглядом. Пробегает глазами по фигуре, останавливаясь на животе, и я быстро отступаю на шаг назад. Боже. Никогда бы не подумала, что смогу иметь ребёнка от абсолютно незнакомого мужчины. От того, с кем я даже не разговаривала толком ни разу.
— Поздравляю.
Хриплю, пытаясь избавиться от его навязчивого взгляда. Разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и моментально оказываюсь в плену его горячих железных рук.
— Отпусти.
Шиплю, как разъярённая кошка, не в силах поднять на Демона глаза. Он властно проводит указательным пальцем по моей щеке, и скользит к припухлым губам. С нажимом проводит по ним, словно запечатывая рвущиеся наружу едкие слова.
— Ты солгала мне, Аврора.
Затуманивает сознание, вторгаясь внутрь моего разума хлёсткими, как плеть словами. Растягивает каждую букву, анализируя.
— Ты ведь прекрасно знала с самого начала, что беременна от меня.
Вздёрнула подбородок. Прищурилась.
— Вовсе нет. Я думала, что беременна от Тимы. До того момента, как ты… рассказал мне про покер.
— И не сказала мне. Пошла на анализ ДНК. На что ты надеялась? Что будет ошибка? Что врач не выявит мою причастность к этому ребёнку? Или думала подкупить Марка Аркадьевича?
— Н-н-нет…
Бормочу очень неуверенно, пытаясь не смотреть в эти демонические глаза самого Дьявола. Дрожу под напором, понимая, что он мне не верит. Ни на секунду.
— Тогда почему же ты сказала мне, что уверенна, что беременна от мужа? От того недоумка, который проиграл тебя в покер? Неужели, ты всё ещё его любишь?
Взревел, впиваясь своими пальцами в мои предплечья. Легонько встряхнул, приподняв над полом.
Вскрикнула от неожиданности.
Набрала в лёгкие побольше воздуха, пытаясь ничем не выдать своего волнения.
— Тебя это не касается!
— Ещё как касается, Мышка. Ты носишь моего ребёнка. Моего наследника. И теперь всё кардинально меняется для тебя.
— Как?
— На следующей неделе мы поженимся. Я не позволю моему сыну родиться вне брака.
Полоснул словно ножом по сердцу. Поставил на ноги.
Чуть прищурился, отходя на шаг назад.
Я замерла, покрываясь коркой льда под этим стальным взглядом. Ни слов нежности, ни признания в любви, ни намёка на пошлость. Просто сухая констатация факта — он хочет на мне жениться. Из-за ребёнка.
Дал понять, что как женщина я его совсем не волную.
Ещё бы!
Вспыхнула, вспомнив шикарное тело Олеси.
И, скорее всего, в его постели было так много девиц, что мне не хватит даже записной книжки на их перечисление. И я, Аврора, в его списке стою на последнем, ничем не примечательном, месте.
— А если… я не соглашусь?
— Меня это не волнует. Откажешься — отдам тебя Арчибальдову. Он до сих пор не потерял надежды найти супругу Лозинского и стрясти с неё долг натурой. Так что давай, Мышка, выбор за тобой.
Ухмыльнулся, увидев в моих глазах ледяной ужас. Окинул пристальным взглядом фигуру. Одобрительно цокнул языком.
— Завтра я пришлю к тебе устроителя свадеб. Выберешь себе платье по каталогам и остальную лабуду. Ну, там, кольца, букет невесты, фату, праздничный торт. Всё, что захочешь.
Лабуда…
Для этого это не более, чем неинтересные аксессуары. Главное — тот ребёнок, которого я ношу под сердцем. Больше его ничего не интересует. Как и я сама.
— Но я замужем…
— Ты — вдова. Не дрейфь, я раздобуду все нужные справки и нас без труда распишут.
— Но я не люблю тебя.
Выдыхаю, ловя на себе какой-то больной, озлобленный взгляд. Он прожигает мою кожу до самых костей, опаляя её. Чуть скалится.
Пожимает плечами.
— Мне всё равно. Мне нужен этот ребёнок. И я не хочу, чтобы он погиб от рук Арчибальдова, уяснила?
Процедил, отступая на шаг назад.
Окинул кошку, лежащую на диване каким-то отрешённым взглядом. Поморщился.
— Корм… Совсем забыл. Всё завтра, Аврора. Спокойной ночи.