Глава 19. ПИКНИК. Часть 2

     – Разве так бывает?

     – Бывает. Ты воду в остальных местах пощупай.

     Оказалось, что король, к которому я обернулась со своим вопросом, уже распаковал тот странный тюк, что был привязан сзади к моему креслу, и расстилал на траве большое покрывало. Или одеяло, я не поняла.

     Сразу вспомнилось, зачем мы сюда прилетели, и тут же привычно обдало жаром. Но в этот момент мой муж достал из тюка скатерть – здесь уж я ошибиться не могла, – и расстелил её прямо поверх одеяла. Она оказалась короче и всё его не накрыла, но всё равно, я уже не могла представить, как можно делать это на скатерти?

     И словно в подтверждение моих мыслей, король стал вынимать из корзины тарелки и свёртки. Да, мы же завтрак пропустили! Я-то пирожком голод слегка уняла, а мой муж со вчерашнего вечера ничего не ел.

     Уже хотела кинуться помогать выгружать припасы из корзины, но вспомнила совет мужа и пошла вдоль берега, макая палец в воду. Сначала вернулась к водопаду, и чем ближе, тем вода была холоднее, пока не стала почти ледяной. А когда пошла в другую сторону, обходя озеро по кругу, вода всё теплела и теплела, пока не стала такой же горячей, как в ванне во время купания.

     Это было на дальней стороне, противоположной той, возле которой мы приземлились. После этого вода стала вновь остывать и возле скалы стала совсем прохладной, но всё же не ледяной, наверное потому, что до водопада в этом месте было шагов тридцать.

     – Почему так? Озеро словно подогревается, но это же невозможно! – я вернулась и пристроилась возле скатерти на куске одеяла, выглядывающем из-под неё. Так вот зачем оно такое большое – чтобы сидеть на нём.

     – Возможно, – передавая мне кружку с молоком, улыбнулся муж. В столовой мы пили из стаканов, но на пикник взяли кружки, видимо, чтобы не разбились в дороге. – Озеро действительно подогревается. На его дне расположены горячие ключи. Когда-то на месте этих гор была одна большая, потом в ней проснулся вулкан и буквально разорвал на части, а когда уснул, на месте одной горы осталось вот это, – дракон обвёл рукой окружающие нас скалы, – огромное безжизненное пространство. Но кое-где на поверхность вырываются струи горячего воздуха. Они могут обжечь, настолько горячи, но здесь над ними оказалось озеро.

     – И они его согрели! А вскипятить не могут?

     – Нет. Было бы озеро поменьше и просто со стоячей водой, как пруд, – могли бы. Но в это озеро постоянно вливается ледяная вода и из него куда-то уходит, наверное, в трещину на дне, – и температура воды остаётся постоянной. Почти. Летом чуть теплее, зимой холоднее, но и тогда здесь можно купаться, а трава вокруг озера зеленеет, даже когда скалы вокруг укрыты снегом и льдом.

     – А откуда здесь взялась трава? Вокруг же камни!

     – А это уже мы постарались. Точнее – не совсем мы, а наши предки. К этому озеру пары прилетают постоянно, и вот одна женщина как-то пожаловалась мужу, что озеро – это, конечно, чудесно, но выходить из него на голые камни не так уж и приятно. Муж оказался драконом сообразительным и бросил клич среди своих друзей. Мужчины буквально за неделю натаскали сюда плодородной земли, а потом срезали дёрн с ближайшего луга и выстелили им эту поляну. Получилось то, что ты видишь. С тех пор женщины ещё больше полюбили это место. Лететь сюда долго, но оно того стоит.

     – А вдруг сюда ещё кто-нибудь прилетит? – я поёжилась. Место-то пустынное, в округе, насколько глаз видел, ни одного поселения на час лёта. Но мы же прилетели. Значит, и ещё кто-то может захотеть.

     – Нет. Никто больше сюда не прилетит, это я точно могу тебе обещать. Поскольку, сама понимаешь, чем здесь в основном занимаются парочки, – муж многозначительно взглянул на меня, заставив тяжело задышать, поскольку да, я это прекрасно понимала, – то среди моих слуг есть секретарь, в чьи обязанности входит вести учёт тех, кто собирается посетить это место. Об этом пары сообщают секретарю заранее, выбирают дату, а если этот день уже занят – выбирают другой, свободный. Иногда день делят, если много желающих, но порой остаются свободные дни – и тогда этим пользуется кто-нибудь из моего дома. Порой слуги даже тянут жребий, решая, кто воспользуется свободным днём. И, конечно же, счастливчик в этом случае получает выходной – раз уж подвернулась такая возможность.

     – А сегодняшний день выиграли вы?

     Мой муж расхохотался.

     – Ох, Дарёна! Нет, я не выигрывал, я просто занял этот день своей королевской властью.

     – Ой! Я и забыла! Вот я глупая!

     – Нет, Дарёна, ты не глупая. И меня очень радует то, что ты забываешь, кто я такой. Потому что, прежде тебя это откровенно пугало, верно?

     – Да, – кивнула. К чему скрывать, если правда?

     – А теперь узнала меня получше, увидела не короля, а мужчину, и больше не боишься.

     – Не боюсь, – снова кивнула, хотя слова мужа не прозвучали вопросом.

     – Это замечательно, ты даже не представляешь, как меня это радует, – он потянулся, забрал у меня опустевшую кружку и прижался губами к моим губам. Я подумала, что теперь, закончив есть, мы займёмся тем, зачем сюда прилетели, но муж снова меня удивил.

     – Искупаемся? Ты умеешь плавать?

     – Умею, – и тут же спохватилась. – Матушка говорила, что сразу после еды купаться нельзя!

     – Дарёна, ты дракон. То, что может быть вредно для человека, для тебя абсолютно безопасно.

     – Тогда хочу! Очень! – я мечтала искупаться в этом чудо-озере с тех пор, как его увидела. Долгие годы мне не приходилось купаться ни в чём крупнее ванны, а в ней особо не поплаваешь.

     И мы отправились купаться. Голышом!

     Сначала мне было немножко не по себе. Зайдя в воду, я тут же присела, погрузившись едва ли не по уши, словно и правда могла спрятаться в прозрачной воде. Нет, мужа я уже не стеснялась абсолютно, но всё равно – мы на улице, под открытым небом, где нас могут увидеть.

     Но муж снова напомнил, что здесь сегодня никого не будет, даже птицы над нами не пролетят – для перелётных не сезон, а кузнечикам и прочим букашкам, живущим в траве, мы не интересны. Но поскольку я продолжала сидеть, сжавшись в комочек, плеснул в меня водой. А стоял он со стороны водопада, и попавшая на меня вода хотя и не была ледяной, но оказалась заметно холоднее той, в которой я сидела.

     Возмущённо вскрикнув, я начала брызгаться в ответ. Уж это-то я умела! Никогда не давала спуску в речных битвах ни Любаве, ни Богдану, и за прошедшие годы навыков не растеряла. Поэтому теперь брызгалась от всей души, зажмурившись, и потому не заметила, как король незаметно обошёл меня стороной и поймал в объятия. Сестра с братом так никогда не делали, они честно плескались в ответ, пока кто-нибудь не уставал и не признавал поражение, потому я оказалась не готова к такому коварству.

     Но и проигравшей себя не ощутила. Проигравший не получает такую чудесную награду – сладкий поцелуй мужа. Какое-то время мы целовались, потом король выпустил меня из объятий.

     – Мы хотели поплавать. Давай до водопада и обратно.

     – Ой, нет! Там холодно, – мысли слегка путались, но совсем уж соображать я не перестала. – Лучше до того берега и назад.

     И мы плавали – до того берега и обратно, в сторону водопада и назад, вдоль берега озера – подковой. Было забавно чувствовать, как меняется температура воды, как она становится то теплее, то холоднее. Пару раз просто полежали на мелководье, отдыхая и разговаривая о всяких пустяках – муж расспрашивал меня о детстве среди людей, о том, какие между нами отличия и что я заметила общего. По моей просьбе рассказывал о том, как рос с братом и сестрой и, хотя был наследником престола, играл с детьми слуг, потому что в то время королевский род состоял лишь из родителей и их троих детей, но брат был слишком мал, а сестра… ну, она была девочкой, с ней было неинтересно.

     – Моим старшим сыновьям и племянникам повезло больше, хотя Фаилану тоже довольно одиноко в семье. Но наш род возрождается, и спустя одно-два поколения у детей не будет таких проблем.

     – У нас была та же беда, поэтому я вас хорошо понимаю. И всё же мне, можно сказать, повезло. Сначала мы были очень близки с сестрой, а когда разница в возрасте увеличилась и мы невольно отдалились, меня догнал Богдан. В то лето, когда меня забрали, он меня уже стал перерастать. Интересно, как они там теперь? Нельзя ли им… я не знаю… письмо написать, что ли?

     – Можно. Но это дело небыстрое. Предлагаю кое-что получше – мы немного разберёмся с твоим «превращением» из заложницы в дракона, ты научишься как следует летать, познакомишься со своей родной семьёй – а потом мы сможем сами слетать к твоей прежней семье.

     – Слетать? Правда? Сами?

     – Конечно правда. Должен же я познакомиться с теми, кто вырастил мою золотую девочку как свою. Ты узнаешь, как у них дела, а они – что с тобой всё в порядке. Тоже ведь, наверное, переживают.

     – Спасибо!!! Спасибо-спасибо-спасибо! – я накинулась на мужа с поцелуями, он стал целовать меня в ответ, и я даже не заметила, когда благодарность переросла в страсть.

     Я снова была сверху, наверное потому, что иначе утонула бы. Это было похоже на то, что произошло в ванной, только теперь я уже точно знала, что нужно делать и что в итоге получу.

     Второй раз меня снова удивил. Да, муж говорил, что я ещё многого не знаю и он меня научит, но такого не ожидала. Мы играли в шутливые догонялки в воде – шутливые, потому что, сама бы я ни за что мужа не догнала и не удрала от него тоже, он поддавался, но от этого было не менее весело. Призом в этой игре был поцелуй, и для меня было абсолютно неважно, выиграю ли я или проиграю.

     И вот, в очередной раз поймав мужа, я просто запрыгнула на него, чтобы получить приз, повисла на нём, как медведь на дереве, обхватив руками и ногами, и даже не сразу поняла, во что вылился наш затянувшийся поцелуй. Осознала это, лишь почувствовав плоть мужа в себе, и с радостью отдалась привычным движениям, крепко цепляясь за него, когда вновь унеслась к небесам.

     Хорошо, что у мужа хватило сил как-то дошагать до мелководья и уже там рухнуть на колени, иначе мы и утонуть могли. Наверное. Когда слегка отдышалась, то шепнула:

     – А можно следующий раз будет на твёрдой земле?

     Я так и не поняла, почему он расхохотался и пробормотал:

     – Спасибо, что так в меня веришь.

     А потом пообещал, что третий раз обязательно будет на земле, хотя и не обязательно на твёрдой, есть же одеяло, а под ним – трава. И всё это говорилось с какой-то очень гордой, даже немного самодовольной улыбкой, не очень мне понятной. Но улыбка – это всегда хорошо, особенно искренняя, от всей души, а не та, уголком рта при грустных глазах.

     Третий раз и правда был на одеяле. Только сначала мы отдохнули, потом доели всё, что было в корзине – а оставалось там немало, но я ещё с детства помнила, какой зверский аппетит просыпается после купания в реке и игр в ней же.

     И вот когда мы, сытые и довольные, дружно, в четыре руки, собрали посуду и скатерть в корзину и разлеглись на освободившемся и действительно, очень мягком одеяле – стёганом, пуховом, – руки и губы мужа вновь потянулись ко мне.

     Я была только за. И сразу же откликнулась на ласку, даже попыталась ласкать в ответ, но почему-то в этот раз король этому не обрадовался. Не в том смысле, что расстроился, нет, он радостно улыбнулся, но руки мои от себя отвёл. Заметив моё удивление, чмокнул в нос, шепнул:

     – В другой раз, – а потом повернул меня так, чтобы я лежала на боку, а он – за моей спиной.

     Это меня даже как-то не удивило. Муж же пообещал учить меня новому и уже многое показал, значит, и сейчас – тоже. И Неара об этом никогда не узнает – мелькнула вредная мысль. Мелькнула и исчезла, потому что руки мужа стали ласкать мою грудь, живот и ниже, его губы – целовать мне плечи, шею, затылок, ухо, всё, до чего смог дотянуться. Это немного напомнило мне тот раз, когда мы в постели изображали собачек. И я всецело отдалась ласкам и уже мало соображала в тот момент, когда услышала вкрадчивую просьбу мужа:

     – Дарёна, обратись.