Глава 16

В своём мире я жила размеренной, спокойной жизнью. Если не считать редкие стычки с мачехой, доводящие до белого каления, меня вполне можно было назвать обычным человеком с базовым набором проблем. У меня была крыша над головой, еда, отец, к которому можно было прийти с любой бедой, несколько друзей и любимое занятие. И даже в самом дурном сне я не могла представить, что однажды окажусь в чужом, враждебном мире, где каждый день стоит вопрос выживания.

Как там говорится?

Что имеем, не храним, потерявши, плачем.

Это точно про меня.

Меня выдернули из привычной жизни и швырнули в реальность, к которой я оказалась не готова. Проблемы навалились одна за другой, такие, с которыми я не умею справляться. И это ломает. Я всегда считала себя сильной, уверенной, той, кто знает, чего хочет от жизни. А здесь, в этом мире, я превратилась в дрожащую, беспомощную тень самой себя. Это не похоже на меня. Но как оставаться сильной там, где тебя хотят уничтожить?

Все эти мысли крутятся в голове, пока я сижу в кустах, что неподалёку от главного входа академии, и буравлю мрачным взглядом отца и мачеху Лимы, сидящих на скамье. Над ними нависает высокий и поджарый старик в блестящем костюме. По всей видимости, «жених». Его лица толком не разглядеть, но даже с моего места видно, что на его лице властвуют глубокие морщины.

От отчаяния, захлестнувшего меня, хотелось кричать, но даже этого я не могла себе позволить.

Издав судорожный вздох, зарываюсь пальцами в землю.

Утром меня разбудила Карда. Прибежала ни свет ни заря и, нервно заламывая руки, сообщила, что её брат из-за участия в нелегальных боях лишён магии на несколько недель и потому не сможет стать моим покровителем.

Признаться, я не удивилась. Учитывая, что я тону в проблемах, было бы странно, если бы произошло хоть что-то хорошее.

На мне словно висит проклятье. И стоит сдаться, опустить голову, как оно поглотит меня всю, без остатка.

Перевожу взгляд на свои запястья, увитые чёрными татуировками.

Втайне я всю жду, что кто-нибудь поможет мне. Глупо полагаюсь на духа, белок, Карду…

Но, может, пора перестать это делать? Пора перестать трястись и принять суровую реальность.

Мне никто не поможет, кроме меня самой.

С тяжёлым вздохом, я, пригнувшись, ползу к соседнему кусту, в котором… сидела старуха.

Да, она меня по-прежнему преследует, но у меня столько проблем, что тёмная сущность уже не кажется какой-то зловещей фигурой.

Помимо неё у меня есть старый жених, дар, с которым я не знаю, что делать, а ещё… бывший Лимы, который, я уверена, вот-вот сдаст меня властям.

Чего мне боятся?

К тому же, захоти она меня убить, убила бы. А то ходит по пятам и лишь давит загадочную улыбку. Значит, дело в другом.

— Доброго утра, — шёпотом говорю, ползя к ней. — Я вам не помешаю?

Старуха непонимающе хлопает глазами. Улыбка меркнет.

Ага. Не ожидала, значит.

— Знаете, вам лучше не стоит пытаться забрать моё тело, — со вздохом говорю, вытягивая шею в сторону родичей Лимы. — Я вот-вот выйду замуж за во-о-он того старика. Видите? Заживо сожжёт, можно не сомневаться… Уверена, таких, как я, у него было с десяток. Может, забирает себе их жизнь, чтобы продлевать молодость? Кто его знает…

Несу откровенный бред, но старушка, от которой веет холодом, слушает внимательно, не перебивая.

— А ещё есть бывший Лимы, — кривясь, говорю я. — Они были официально помолвлены, она бегала за ним, а он ноги об неё вытирал. Но недавно это дракон узнал, — делаю глубокий вдох, — что я притворяюсь Лимой, и теперь бегает за мной, чтобы сдать на опыты. Понимаете? Нельзя вам меня забирать. Нельзя. Я… — осекаюсь, заметив, что она тянет ко мне костлявую руку.

Точнее, не ко мне, а куда-то вниз.

Рядом с соседним деревом барахтается нечто тёмное.

Птенец, что ли?

Ползу ближе. Маленький чёрный комок. Котёнок. Глазки ещё закрыты. Весь трясётся.

Кто его здесь оставил?

Осторожно беру его в ладони. Ему нужна помощь, он почти не дышит.

Бросаю быстрый взгляд в сторону родичей Лимы. Как сидели на скамье, так и сидят. Но если я сейчас вылезу из своего укрытия и вернусь в общагу, они тут же об этом узнают, потому что заплатили кастелянше, чтобы та оповестила их о моём приходе.

Что же делать?

Котёнка спасать надо…

— Простите, бабушка, но мне пора, — отрывисто говорю и, прижав комок к себе, вскакиваю и бегу к входу.

Влетаю в коридор общежития, едва не сбивая с ног двух адепток. Они возмущённо вскрикивают, но я уже пролетаю мимо, прижимая к груди крошечный тёплый комок. При виде меня губы кастелянши растягиваются в улыбке.

Игнорирую её, забегая в свою комнату.

Воняет так, что слёзы из глаз брызгают.

Горк и белки, варят какое-то зелье по книге, притащенной из библиотеки.

— Что случилось? — тут же подскакивает ко мне дух. — Ты же ведь должна была прятаться, зачем явилась?

— Тихо, — бурчу, подходя к столу и кладя на него котёнка. — Мне надо спасать это чудо. Есть идеи?

— Кота? — хмурится Горк. — Откуда у тебя кот?

Перевожу взгляд на белок и командую:

— Тащите скорее молоко. Будем отпаивать.

Что-то пропищав, они испаряются.

— Дай мне воды, Горк, — глажу кота по голове. — Пока нет молока, будем отпаивать.

Наливаю с кружки воду в чайную ложку и подношу к мордочке.

Котёнок не реагирует.

Сжимаю зубы и подношу ещё раз, ближе. Почти касаюсь края мордочки.

— Ну же… — шепчу.

Едва заметное движение. Слабое, почти воображаемое, но мне хватает.

Наливаю ещё. Аккуратно, по капле.

Котёнок судорожно сглатывает.

— Вот так… Держись.

Горк молчит. Стоит рядом, наблюдает, не вмешивается.

Я продолжаю упрямо поить, пока в какой-то момент котёнок не дёргается сильнее и не издаёт тихий, хриплый писк.

Живой.

Вытираю дрожащей ладонью пот на лбу и, повернувшись к Горку, говорю:

— Надо бы его к ветеринару. Есть поблизости?

— К кому? — удивляется он, хмурив куцые брови.

Открываю рот, чтобы ответить, но воздух в комнате вдруг становится холоднее, а потом… появляется старуха.

Колени предательски слабеют.

— Вася, что с тобой? — спрашивает Горк, не видя старуху.

Я прижимаю котёнка к себе и инстинктивно делаю шаг назад. Потом ещё один. Пока спина не упирается в стену.

— Ну вот… — тянет старуха, наклоняя голову. — Не зря я за тобой ходила.

— Чего? — глухо выдавливаю.

— Даже когда страшно. Даже когда опасно. Всё равно полезла спасать.

Я стискиваю котёнка сильнее.

— Что вам надо?

Она довольно щурится.

— Проверку прошла.

И прежде чем я успеваю что-то понять, она поднимает руку и щёлкает пальцами.

Котёнок в моих руках исчезает.

Потрясённо смотрю на пустые ладони и возмущённо выдавливаю:

— Эй! Куда он… куда вы…

— Тихо. Это был не настоящий кот.

— Кто вы вообще такая?

Она хочет что-то сказать, но грохот за дверью не позволяет.

— Открывай! — рычит отец Лимы, пиная ногой дверь. — Быстро!