(3.4)

Ух, и рассердил же меня этот задавала Рон!

Значит, сам чего-то узнал — а мне дудки сказать?! Продолжает копаться в секретах замка без меня! Ну конечно, ему-то удобнее тут на месте сыщиком работать. А вот у меня оставался только один вечер.

И я собиралась использовать его по максимуму.

Но для начала надо было хоть чуть-чуть успокоиться и привести мысли в порядок, чтобы не упустить ничего важного. И я решила выйти прогуляться в сад.

Первое, что увидела — это как Торнвуд своими знаменитыми ножницами срезает «ледяные розы Винтерстоунов». Много роз. Перед ним стояла корзина, полностью заполненная цветами. А ведь они славились тем, что долго-долго стоят и не вянут, причём даже без воды, и сохраняют волшебный аромат неделями. Те, что были сорваны для первого бала, всё ещё стояли в бальном зале на своём месте как новенькие, и на них не было ни малейшего признака увядания. Даже пахли так же умопомрачительно, словно до сих пор на кусте растут.

Я остановилась, наблюдая за процессом, и нахмурилась.

— Мистер Торнвуд, а зачем вам столько цветов?

Он заметил меня и… мне показалось, или слегка вздрогнул?

— Ох, мисс Кэти, не подкрадывались бы вы так к старику! Как идут приготовления к балу? Вам, верно, не терпится потанцевать…

— Так всё-таки — зачем? — если мне что-то было надо, я вцеплялась как клещ. И попытка Торнвуда сменить тему была заранее обречена на поражение.

— Так ведь это… хозяин приказал!

Ага, хороший ответ. Обтека-а-а-аемый. Вроде и правда, и не придерёшься, а зачем на самом деле — поди догадайся! Но я поняла, что таким макаром из Торнвуда точно ничего не вытяну. Надо попробовать не в лоб.

— Вы много уже срезали! Так ни одного цветочка не останется.

— Не переживайте, мисс Кэти, ещё как останется! Видите, сколько бутонов еще на кусте? И оглянуться не успеется, как новые расцветут.

— Ага, ага, расцветут, только я уже буду за тридевять земель отсюда к тому времени… — буркнула я себе под нос.

— Что-то? Что вы сказали?..

— Ничего-ничего! А вот я ещё хотела спросить… — я пошире распахнула глаза, хлопнула пару раз ресницами и сделала самое невинное личико, на какое только была способна. — Чего такого особенного в ваших ножницах, что только ими можно срезать эти розы?

Торнвуд вдруг рассмеялся и оставил своё занятие. Чуть присел, уперев руки в колени, и подмигнул мне.

— Ох, мисс Кэти, ну и чертёнок же вы в юбке, уж простите старика за фамильярность! Мне заранее жалко того несчастного, которого вы захотите себе в мужья. У бедолаги не будет ни единого шанса.

Я не удержала образа и расхохоталась.

— Ну мистер То-о-о-орнвуд! Ну мне правда очень интересно! Ведь я же лопну, если не узнаю!!

— А вы умеете хранить секреты? — и он мне заговорщически подмигнул.

— Ещё как! — взвизгнула я.

— Ну тогда ладно. Только не признавайтесь никому, что я вам рассказал. Хозяева вряд ли одобрят, если узнают, что я пересказываю гостям семейные байки.

Я вся превратилась в слух и, кажется, позабыла дышать.

— Дело в том, что эти ножницы сделаны из особого металла, который передавался в семье графа из поколения в поколение еще со времен эпохи Завоевания. Только они могут перерезать стебли «ледяных роз Винтерстоунов», которые никаким другим способом сорвать невозможно.

— А если вместе с кустом? — мой изобретательный ум тут же начал мне подсказывать способы преступления.

— И с кустом никак! Корни этих цветов уходят так далеко в недра земли, что иногда мне кажется, переплетаются друг с другом под самым замком и врастают в его камни. Многие поколения садовников замка пытались их пересаживать — ничего не получалось. Как они выросли здесь в незапамятные времена — так и растут на своих местах. И новых кустов, кстати, ни на моей памяти, ни на памяти никого из моих предков не появлялось вот уже много столетий. За одним-единственным исключением. Я вам его показывал.

Я вспомнила ростки, проклюнувшиеся позади замка, и просияла.

— Это же здорово, да?

— Я бы сказал — это самое что ни на есть чудо! А теперь, мисс Кэти, если позволите, я вернусь к работе. Мне необходимо закончить до вечера.

— Конечно-конечно!..

И я собралась было уже уходить, как резко затормозила… Нет, всё-таки во мне скрывается гениальный сыщик! И я не отстану, пока не докопаюсь до правды. А потом буду тоже ходить с загадочным видом и никому не признаваться, что узнала.

— Эм-м-м… мистер Торнвуд! Так почему, вы говорите, эти ножницы такие особенные? Что в них такого? И учтите, что если опять приметесь мне зубы заговаривать, я буду стоять у вас над душой весь день — до тех пор, пока не расскажете!..

Торвуд разогнулся и внимательно на меня посмотрел. Очень внимательно и немного грустно. И что-то в его взгляде подсказало мне, что возможно, стоило остановиться на предыдущем вопросе. — Эти ножницы, как и две пары других таких же, выкованы из металла, в который приказал переплавить свой меч сэр Роланд Винтерстоун — Завоеватель Замка ледяной розы и Победитель последнего эллери.

Озорное настроение как-то мигом слетело с меня.

— Зачем такому знаменитому воину уничтожать свой меч?

Торнвуд ничего не ответил, пожал плечами и вернулся к своей работе. И на этот раз, я знала, мне не вытянуть из него больше ни единого слова.

Вечер оставлял ощущение какого-то странного дежавю. Снова люди, кружащие в танце, и улыбки на лицах, как карнавальные маски, и зеркала, и аромат роз, и предвкушение чего-то волшебного, разлитое в воздухе, которым прониклись, кажется, все гости, даже самые с виду чопорные и невозмутимые.

Правда, было важное отличие по сравнению с первым моим днем в замке — я больше не чувствовала себя такой неприкаянной! У меня было дело, а значит, скучать и грустить было категорически некогда.

Дело заключалось в том, чтобы каким-то непостижимым образом умудриться ускользнуть от присмотра Рона.

…Это были какие-то совершенно невероятные, чокнутые кошки-мышки! Мы как будто поменялись с ним местами. Теперь не я высматривала его в толпе, а он караулил меня — всегда на расстоянии, но тем не менее неотступно. Куда бы я ни переместилась по залу, очень скоро замечала на себе пристальный взгляд знакомых чёрных глаз. Как это ему удавалось — понятия не имею! Но совершенно точно было ясно, что он раскусил мой хитрый план наплевать на все его запреты.

Хотя, если честно, я была даже немного рада. Потому что это оказалось безумно весело! Я едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться от души, когда в ответ на мой очередной манёвр с уклонением в другой угол зала, Рон с выражением быка, у которого вот-вот случится приступ бешенства, в который раз предлагал Эмбер «отведать во-о-о-н тех фруктов» или «подойти поздороваться с одним из гостей». Она косилась на него с подозрением, но кажется, врождённое воспитание не позволяло ей высказаться на тему странного поведения спутника. В конце концов, она просто осталась сидеть на одном из диванчиков, обмахиваясь веером из перьев белой цапли, и Рон продолжил погоню самостоятельно.

Впрочем, у меня была одна идея, как от него отделаться.

Завидев в толпе Эдди, я бросилась к нему.

— Эд, у меня к тебе срочное дело! — громко прошептала я в ответ на его удивлённый взгляд.

Он оторвался от задумчивого созерцания стола с напитками, на котором в строгом порядке расставлены были бокалы с разноцветными жидкостями.

— О, Кэт! Чего тебе?

— Спрячь меня!

— Это ещё от кого? — удивился он, а потом посмотрел куда-то поверх моей головы, и глаза его прищурились.

Ох мамочки, кажется меня, наконец, догнали… Но я ведь ничего предосудительного не сделала, правда же? Просто-напросто гуляю туда-сюда. Наслаждаюсь балом. И меня совершенно не в чем…

— Мисс Лоуэлл, не уделите мне пару минут вашего драгоценного времени? — голос за моей спиной был таким ледяным, как будто каждым брошенным сквозь зубы словом Рон хотел влепить пару снежков прямо мне в физиономию.

Я медленно обернулась и зажмурилась, как будто и правда ожидала снега в лицо.

— Что, братишка, снова издеваешься над нашей маленькой гостьей? Не волнуйся, Кэт, я не дам тебя в обиду!

— Это совершенно тебя не касается, Эдвард! У меня к Рин есть разговор.

— Да вот только она, похоже, не хочет с тобой разговаривать. Или тебе мало разговоров с Эмбер?

Несколько долгих мгновений братья сверлили друг друга взглядами, а потом Рон развернулся и ушёл, даже не посмотрев на меня. Нарочно меня проигнорировал, я была уверена.

Ох, кажется, я немного заигралась! Шутка зашла слишком далеко. Как бы мне не пожалеть о последствиях своего поведения.

С другой стороны, может хоть так Рон ненадолго ослабит бдительность, и мне удастся…

Снова часы пробили десять. Ощущение дежавю усилилось. Когда же музыка прекратилась и лорд Винтерстоун постучал по бокалу, требуя минутку внимания, я просто вся подобралась как кошка, которая завидела добычу.

— Дамы и господа! Дорогие гости Замка ледяной розы! Празднества подходят к концу, а значит самое время выполнить то, ради чего мы все здесь собрались. Не стану тратить лишних слов — уверен, вы давно и так в предвкушении того, что за сюрприз приготовил вам радушный хозяин. Итак, попрошу всех гостей, достигших двадцати одного года, ровно в полночь выйти из замка и собраться на лужайке перед главным входом. Там я встречу вас и подробно расскажу, как именно принято было испокон веков завершать Праздник ледяной розы. Дети и другие наши юные гости, разумеется, должны остаться в своих комнатах.

Взволнованные перешёптывания. Кавалеры загадочно хмыкают, дамы лукаво косятся на своих спутников.

Лорд Винтерстоун расплывается в широкой улыбке, довольный произведённым эффектом. — О, не волнуйтесь, мои дорогие — ничего скандального или… предосудительного! Всего лишь одна старинная традиция, которую заложили ещё первые поколения Винтерстоунов, обосновавшиеся в этом замке после Великого Завоевания. На протяжении долгого времени она соблюдалась даже королями, и лишь постепенно забылась. Однако теперь, когда Замок ледяной розы остался единственным памятником эпохи Завоевания, наш долг, как благодарных потомков, возродить её!

И он залпом осушил бокал шампанского, приглашая гостей снова приступить к наслаждению балом.

Я чувствовала, как среди присутствующих нарастает возбуждение. Пожалуй, в такой толчее никто и не заметит отсутствия одной маленькой девочки.

Оставалось привести в исполнение вторую часть своего плана. Я поблагодарила Эда за спасение, отговорилась тем, что хочу вернуться к отцу, а сама осторожно принялась пробираться к выходу. Пока все заняты, слиняю в сад, спрячусь где-нибудь и выйду только, когда…

— Далеко собралась?

Я аккуратно прикрыла за собой тяжёлые створки дверей бального зала и обернулась.

В коридоре было прохладно и горел приглушённый свет.

Рон стоял в тени, прислонившись к стене, и его убийственно-мрачный вид не предвещал мне ничего хорошего.

— Я…

— Так, хватит! Даже слышать ничего не хочу. Иди-ка за мной!

Ух, как же он злился! Меня даже мороз по коже пробрал. Я порадовалась на секундочку, что ещё не успела основательно набедокурить. И конечно же, как привязанная пошла за ним, стараясь не отставать, но и не подходить слишком близко. Мало ли — вдруг он и впрямь мне голову собрался откручивать? Если что, хоть сбежать попытаюсь…

Светильники что-то и правда тускловато горели. Проходя мимо одной из дверей, я заметила, что с неё совсем осыпалась лепнина, и лепестки увядших каменных роз лежат под ногами в мелком крошеве, будто в пепле. Едва не наступила на них с разгону.

Кажется, праздник слишком дорого обходится замку. Он не справляется. Он снова увядает — и, возможно, даже быстрее прежнего.

Я увидела, как Рон стиснул пальцы в кулак.

И он хочет, чтобы я на это спокойно смотрела?

— Куда мы идём?

— Рин, будь умницей, заткнись на пару минут, а? Я пока слишком зол, чтобы с тобой разговаривать. Что за спектакль ты там устроила?

— Ты сказал молчать, — пробормотала я.

В ответ он процедил сквозь зубы что-то, кажется весьма ругательного свойства.

Так в молчании мы поднялись по лестнице на третий этаж. Преодолели весь коридор до конца. Я подумала было, что он решил меня в моей комнате запереть, но он вдруг остановился, не доходя до нее, открыл ключом дверь в свою и впихнул меня туда.

— Значит, ты жаловалась, что не обращаю на тебя внимания? Ну вот, радуйся, обратил! И намерен всерьёз заняться твоим образованием. Ита-а-а-ак…

В комнате за время моего отсутствия прибавилась пара книжных полок. Рон скинул сапоги сердитым жестом, с грохотом зашвырнув их в дальний угол, и подошёл к полкам. Не похоже на него — так неаккуратно себя вести! Видать, и вправду я его сильно достала… Меня укололо что-то, отдалённо похожее на угрызения совести.

— Значит, раз ту книгу ты прочитала, вот тебе ещё, — с этими словами он снял с полки три таких толстенных тома, что у меня глаза на лоб полезли. Подошёл и всучил их мне прямо в руки.

Он издевается?! Да они весят больше, чем я вся вместе с туфлями и заколками для волос! Я не удержалась и плюхнулась на кровать, растерянно хлопая глазами на Рона.

— Можешь не благодарить!

— И что я с ними должна делать? — обалдело спросила я.

— Как что? Читать, конечно же. Или так и не научилась? — издевательски спросил Рон, скрестив руки на груди и глядя на меня скептически сверху вниз.

— Эм-м-м… спасибо! Поможешь донести? А то они немного…

— И куда это, позволь спросить, ты собралась их нести? Сиди тут и читай. А я буду следить. И обязательно спрошу потом, что ты запомнила. Примерно через… — он бросил взгляд на часы, что стояли на столе, и мстительно договорил, — часика три.

Три часа?! Я поражённо застыла, производя в уме нехитрые подсчёты. Это же будет уже второй час ночи!

Я не успею в сад и ничего не увижу.

Да чтоб он провалился, этот Рон!