Глава 16

* * *

Майя

Пока мы ждали Триад, генерал попросил нас вернуться к столу.

Понятно, что к еде никто так и не прикоснулся.

Ни аппетита, ни настроения что-то пробовать и вкушать здесь, не было.

Я нервничала. А вот Кесарь с виду был спокоен, собран и уверен в себе. Мне бы его выдержку.

Генерал явно ожидал подвоха, потому как сидел во главе стола и хмуро глядел на нас, вращая между пальцев столовый нож.

Триады прибыли и едва они вошли, как в помещении сразу стало, как будто легче дышать.

Не знаю как, но от этих удивительных существ исходила энергия доброты, солнца и благодушия.

Окажись они на моей планете, их бы стали считать святыми. Правда.

Генерал поприветствовал Триад и поинтересовался у них:

— Надеюсь, уважаемые Триады всем довольны?

Триад, у которого были синие волосы, высказал мнение своих сородичей:

— Если говорить об исполнении наших пожеланий, то конечно, генерал Росс, всё в порядке. Но если посмотреть с другой стороны…

Лицо генерала стало мрачнее тучи.

— Слушаю вас внимательно, — произнёс он, умело сдерживая свои эмоции.

— Ваш Лорд спас наши жизни и помог нам обрести самое ценное для любого существа — свободу, — заговорил другой Триад.

Триады словно договорились, кто и какую речь будет говорить.

Я смотрела на них во все глаза и не могла оторвать свой взгляд.

Их мелодичный голос умиротворял, неспешная и чуть растянутая речь казалась песней. А их мимика и жесты были удивительны. Жесты были грациозны. Мне вот точно никогда не добиться такого же изящного взмаха руки, как это делали Триады.

Прекрасные существа, я бы даже сказала, божественные.

— Я слышу недосказанность, — сказал генерал.

— Мы здесь пленники, генерал, — не стал юлить Триад. — Вы держите нас на своей станции, надеясь получить от нас поддержку в вашей компании.

— Как вы догадались? — нахмурился генерал. — Кто-то из воинов оказался слишком болтливым? Назовите его имя.

— Никто нам ничего не говорил, генерал, — продолжил Триад. — Нам итак стало всё ясно, когда вместо отправки нас домой, на родную планету, нас заперли в апартаментах, предоставив возможность обустроить их для нашего удобства. Ко всему прочему, давно известно ваше желание подняться на ступень выше и занять освободившийся пост сенатора, дабы на законных правах представлять множества систем и планет в Сенате Галактической Конфедерации. Мы полагаем, что ваши шансы близки к успеху, но, очевидно, у вас появились достойные конкуренты. Всем известно, что мы, Триады, никогда не вступаем в политическую игру. Нас это не касается. Мы не приемлем тех правил, по которым живёте вы, уважаемый Лорд генерал. Но если мы будем за вас, то вы мгновенно опередите всех и займёте желанный пост.

Триад замолчал, а я натурально разинула рот от услышанного.

Ну генерал даёт!

Замахнулся на сенат!

Правда, не знаю, что это значит в другой галактике, но это явно что-то очень и очень крутое. А ещё значит, что у генерала Росса станут очень длинные руки, большие уши и большие глаза. Он сможет дотянуться до кого угодно, будет видеть, и слышать всё и вся. И будет творить что угодно.

Я не знаю, каков генерал, как челов… как Лорд в качестве генерала — хороший он или власть свернула ему мозги, и он стал злодеем. В моём мире мало кто проходит проверку деньгами, а вот проверку властью практически не проходит никто. Как обстоят дела здесь…

Посмотрела на Кесаря. Его лицо ожесточилось. Космические глаза фиолетового цвета потемнели и метали гром и молнии.

Кесарь был зол. Нет, не так. Он был в ярости!

Охохо… охохонюшки хохо… Как бы Кесарь не отказался от помощи Триад.

Ведь мы знали только часть плана. Триады сказали, что дадут согласие на предложение генерала, если нас оставят в покое. Но они ни слова не сказали, каким будет это предложение…

Перевела недовольный взгляд на генерала и увидела, что он очень удивлён.

Немного подумав, генерал Росс заговорил.

— Не зря вашу расу называют мудрой и проницательной. Ваши слова правдивы, уважаемые Триады. Я действительно вызволил вас из жорзайского плена в надежде, что вы окажете мне поддержку за своё спасение.

Триад кивнул генералу.

— Вы кое-что забыли, генерал, — произнёс Триад, глядя прямо в лицо мужчине. — Своим спасением мы благодарны Лорд-адмиралу Кесарю. Именно он вытащил нас из тюрьмы. Именно перед ним мы в долгу. Перед Кесарем, генерал. Но не перед вами.

Я снова взглянула на Кесаря.

Он стоял без улыбки — высокий и широкоплечий, воплощение образа идеального мужчины и воина, идеальный герой, идеально красивый и если кто и должен стать сенатором, так это, несомненно, Кесарь. Если я сейчас выскажу своё мнение, генерал ведь явно будет от него не в восторге?

Но зато Триады точно будут за Кесаря!

Блин, а ведь это мысль!

* * *

Майя

Генерал долго молчал и смотрел с подозрением то на меня, то на Кесаря, а потом переводил взгляд на Триад. Те не мешали ему думать.

Он опасно блеснул голубыми глазами, а потом, наконец, заговорил:

— Довольно странно, что вы считаете Лорд-адмирала своим спасителем. По сути, оно так и есть. Но всё же, уважаемые Триады, вы упустили самое главное звено той стабильной цепи, звеном которой является ваш спаситель Кесарь.

Генерал медленно обошёл Триад по кругу и, остановившись напротив, продолжил свою мысль:

— А ведь это я разработал операцию по вашему освобождению. Я давал задание своим шпионам разузнать точный план жорзайской тюрьмы, и именно я поручил своему лучшему воину вызволить вас. И после этого, вы смеете заявлять мне, что вы в долгу перед Лорд-адмиралом, а не передо мной?

Триады молчали.

Кесарь метал гневные взгляды на генерала. Его ярость передалась и мне. Я стала ощущать, что ещё чуть-чуть и мой огнь вырвется наружу.

— Вы преувеличиваете, генерал Росс, — произнёс один из Триад. — Рисковал жизнью и свободой именно Кесарь. Он закрывал нас своим телом, а не вы. Мы конечно, не умоляем вашего участия и благодарны за то, что обратили внимание на наш абсурдный арест и заключение. Но если вы думаете, что вызволив нас, вы получите наши голоса за вас, то вы ошибаетесь, генерал. Но… мы можем передумать.

Генерал засмеялся и посмотрел на Кесаря.

Мой Лорд стоял как истинный воин, с гордо поднятой головой, упрямо поджатыми губами и внешне спокойной выдержкой.

Лишь взгляд его выдавал. Я так и видела, как в них беснуется огонь ярости. И эта ярость предназначалась генералу.

После рассказа Кесаря и Кордана, я теперь знала, что Триады — раса уникальная. И Лорды очень тщательно их оберегают. Кесарь как Кордан считали операцию по освобождению Триад миротворческой операцией, просто потому, что они не должны находиться в тюрьме. Это самая миролюбивая раса. Они не могут никого убить или даже ранить. Эти существа созданы кем-то свыше для того, чтобы помогать жизни, а не отбирать её.

И сейчас выясняется, что спасение Триад оказалось выгодно генералу и скорее всего, он бы и не стал их спасать. А зачем тратить ресурсы и рисковать лучшими воинами ради бессмысленной цели? А вот если извлечь из этого выгоду…

Голос Триад, как я понимаю, для генерала, который желает стать сенатором, будет иметь огромнейший перевес.

Мне кажется, весь пазл для Кесаря собрался и от того, Лорд-адмирал так зол на генерала.

И я его понимаю.

Лорды оказались не таким уж и крутыми. Такие же тщеславные и продажные, как и люди.

И почему я от этого чувствую разочарование?

— Знаете, почему наши воины самые лучшие? Лучшие из лучших, и это касается всех рас, — сурово проговорил генерал.

— Нет. Мы не воины, генерал. И вам это хорошо известно, — ответили ему Триады.

Генерал кивнул и снова посмотрел на Кесаря и сказал, поливая ядом каждое своё слово:

— Наши будущие воины проходят самую суровую подготовку. Их учат быть не только бесстрашными, рассудительными, быстрыми, ловкими и прочее. В их головы вкладываю одно непреложное правило — всегда, при любой обстановке и любом исходе, следовать приказу. Всегда.

Генерал снова перевёл взгляд на Триад и улыбнулся им так, словно собирался сейчас их убить.

Мои пальцы стало покалывать, по телу пробежала тёплая волна. Мой огонь желал крови. Крови генерала.

Мне стало очень страшно. Я мысленно попросила свой дар успокоиться.

«Пожалуйста, пожалуйста! Не нужно сейчас никого поджигать. Если генерал сгорит, то не только мне потом будет плохо, но и Кесарю тоже! А вдруг у них тут действует смертная казнь!»

Не знаю, насколько сильно подействовало, но пальцы перестало покалывать.

Я максимально подобралась и как будто внутренне сжала себя в кулак, представляя свой дар в виде огненного шарика. И сейчас я удерживала его в воображаемой ладони — крепко и надёжно.

Ко мне подошёл Кесарь и приобнял за плечи, вселяя в меня уверенность и даря спокойствие.

Это больше мне помогло.

— Мы бы хотели услышать цель вашего рассказа, генерал, — произнёс Триад, тревожно глядя на нас с Кесарем.

Генерал, явно чувствуя себя победителем, снова заговорил.

— Главное в нашем деле, уважаемые Триады — это стабильность и верность. Без этих двух составляющих воин утрачивает наше доверие. Я верно говорю, Лорд-адмирал?

Генерал посмотрел на Кесаря.

— Верно, и не верно, генерал Росс, — ответил ему Кесарь.

— Не верно? — оскалился мужчина, подобно хищнику приближаясь к нам. — И в чём же я не прав?

— Стабильность хороша там, где нет развития, генерал Росс. Наши миры всё время движутся и развиваются. Развитие, совершенствование также необходимы, как и верность. Но не только. Долг и честь также не стоит списывать со счетов. Эти слова прозвучали очень много лет назад от одного уважаемого мной и всеми остальными, бравого воина, генерал. Я их запомнил. Но мне жаль, что их забыли именно вы сами. Ведь эти слова принадлежат вам.

После этих слов, образовалась давящая и очень опасная тишина.

Генерал Росс Кесарь мерились взглядами.

Напряжение между ними росло. Ещё чуть-чуть и воздух станет плотным и осязаемым.

Я начала строить гримасы Триадам, чтобы они хоть что-нибудь сделали. И синеволосый Триад заговорил, привлекая к себе внимание и генерала, и Кесаря.

— Думаю, нам стоит вернуться к разговору о ваших намерениях, генерал Росс, а также, о нашем участии в вашей затее.

Генерал хмыкнул и спросил:

— И что же вы хотите мне предложить?

Триады переглянулись, и снова заговорил синеволосый, плавно и грациозно жестикулируя руками:

— Мы поддержим вас генерал, но при одном условии.

— На самом деле, я не приемлю условий, — твёрдым и суровым голосом сказал генерал. — Но я хочу услышать ваши.

Триад плавно кивнул и сказал:

— Вы не станете препятствовать слиянию Лорд-адмирала Кесаря с его дейрой Майей. Вы не станете их разлучать. Оставите эту пару в покое, но не отстраните Лорд-адмирала от службы. Напротив, вы повысите его в звании за доблестное выполнение поставленной задачи по нашему спасению.

Триал замолчал, внимательно глядя на спокойного и невозмутимого генерала и договорил:

— Это наши условия, генерал. И мы считаем, что для вас они выполнимы.

Генерал приподнял брови, будто был немного удивлён, потом тихо рассмеялся и проговорил:

— Вы меня не удивили своими условиями, уважаемые Триады. Я вас услышал и готов дать ответ.

Я выдохнула и с улыбкой посмотрела на Кесаря, который почему-то был очень и очень хмур.

Триады кивнули генералу. Тот в свою очередь подошёл к нам и похлопал Кесаря по плечу.

— Что ж, мой мальчик, — с улыбкой акулы сказал генерал. — Выбор сделан. Верный он или нет, покажет только время.

Кесарь промолчал. А я уже была вся в нетерпении услышать, как генерал скажет о своём согласии.

Но генерал вдруг отдал приказ по симбиоту управления всей базой:

— Немедленно приготовить корабль для с шатлом для отправки двух добровольцев на планету Тарани! Второй приказ — разжаловать воина Кесаря и лишить его звания Лорд-адмирала!

Моё сердце ухнуло вниз.

Триады ахнули и в негодовании уставились на генерала.

Лишь Кесарь был спокоен.

Он знал!

Генерал снова похлопал Кесаря по плечу и сказал с гадкой улыбкой на лице:

— Поздравляю тебя, бывший Лорд-адмирал. Ты вместе со своей дейрой отправляешься в Чёрные земли в качестве чистильщика.

Я набрала в лёгкие воздуха, чтобы высказать этому засранцу всё, что о нём думаю! И мой огонь! Кончики пальцев уже горели…

— Охрана! — рявкнул генерал. — Уведите Триад в их апартаменты, а Кесаря с его парой закройте в изоляторе. По отдельности.

— Генерал Росс! Что же вы творите?! — воскликнули Триады. — Мы не станем отдавать за вас наши голоса!

Генерал с недоумением посмотрел на них и сказал:

— Ваше спасение было моей самой большой ошибкой. Завтра вас отправят домой на вашу планету. В сенат я попаду и без вашей помощи. Прощайте.