Глава 9. Раскатал губу

Степан Приезд друга неожиданный. Не сказать, что я рад, но да, рад. А он любит вот так нарушать личные границы. Мог бы предупредить о приезде. Но нет, всегда – нет. Взбрело в голову – приехал. – Это чего у тебя? – Кивает в сторону соседского дома. – Когда был в последний раз, там дедок с бабкой жили. А теперь деваха вон, зубастая. – Заходим в дом. Чоп, помалкивая, сидит в вольере. Подняв голову, провожает взглядом. Успел погулять с псом, тот и вымотался. – Ага, был. Сдали дачу. Вот городская краля и приехала, – отвечаю. Проходим в кухню. – Борщ говоришь, серьезно? А я, значит, мясо привез зря? Думал шашлы замутим, – хмыкает, приземляясь за стол. – Под пивас. – Мясо никогда лишним не будет. – Не будет. А вот борщ – это хорошо. Сто лет не ел домашней стряпни, – сетует друг. – Женись и будет. – Отмахиваюсь и достаю тарелки из шкафа. – На тебе, что ли? – ржет. – А если по чесноку, то нафиг оно надо? Твой пример, друг, знаешь ли, совсем не заразителен в отношении брака. В пень такую развлекуху. По мне, так одному лучше. Вон, любую можно танцевать. Любую… Бабник хренов. – Лучше не зарекайся, – предостерегаю. – Ага! – хмыкает. Открываю кастрюлю, слушая Олега вполуха, откладываю крышку в сторону. Еще остыть не успел. А запах и впрямь ничего, съедобный. Разливаю по тарелкам. И ставлю на стол. Попробовать не успел. Решил, что пса выгуляю, и тогда можно пообедать. А тут Олег. Ну, в общем, вовремя. Олег тем временем нашел хлеб и нарезает его. Да, пампушки бы были очень к месту. Но не срослось у девчонки с ними, а жаль. Достаю из холодильника банку домашней сметаны. В деревне своего добра полно. Знать только надо, у кого брать. Приземляюсь на свое место за стол и, взяв ложку, черпаю жирной сметаны из банки, добавляю к борщу, а затем зачерпываю содержимое тарелки и отправляю в рот. То же самое проделывает Олег. Жую. Что-то хрустнуло на зубах. Замедляю работу челюстей. Наши взгляды с Олегом встречаются. – Лять, – скалится он и, вскочив со стула, бежит в ванную. Я же подхожу к мусорному ведру и сплевываю. Во рту как в жерле огнедышащего вулкана. Мало того, что остро, так еще и сильно фонит перцем. Плескаю в стакан воды и выпиваю его залпом. Возвращаюсь к столу и, сев, зачерпываю ложкой борщ. Разглядываю. Да тут перца горошком немерено. И как я сразу-то не заметил? Это что? Прикол такой? Возвращается Олег. – Я аж зубы решил почистить, – фыркает. – Ты чего? Такая форма выражения любви? Перца сыпал, и рука дрогнула? – стебет. – Угу, – хмыкаю. – Не я варил. – Да? А кто? Жена приезжала? – Соседка. – Соседка? – Не сразу въезжает, о ком я. – Соседка! Серьезно? У вас шпили-вили, ой, шуры-муры, что ли? – Бартер. – Приступ гастрита на что? – Бензин на борщ. Мда, в унитаз походу все варево. А жаль, на вкус ничего. – Жаль, да. А за что она тебя так отлюбила? Беру тарелки и все содержимое в ведро. Включаю чайник и достаю колбасу с сыром из холодильника. – Без понятия. Олег делает бутерброды. – Слушай, а на всякий, таблетосы от аварий задневыходных у тебя имеются? – С перца-то? – хмыкаю. – Мало ли? Может, там еще что было. – Аптечка знаешь где, если что, – вздыхаю. Вылить борщ пока рука не поднимается. Может, еще представится возможность девчонку угостить ее же варевом? Вообще прям распирает от желания накормить ее им. Бензин на это поменять даже не честно как-то. Тем временем решаем все же развести огонь. Есть хочется, а привезенное маринованное мясо пахнет очень даже неплохо. Выходим к беседке с мангалом на задний двор. Пока Олег что-то мутит с закуской под пиво, колю дрова помельче да развожу огонь в мангале. Друг выходит с банками пива и тарелкой с закусью, ставит все на стол. Огонь приятно потрескивает. Погодка шикарная, безветренная. И к вечеру становится свежо. – Чего сорвался среди недели-то? – спрашиваю. – А! – Машет рукой с досадой в глазах. – В жопу все. – А точнее? – Делаю пару глотков прохладного хмельного напитка. – Заебался. Как тебе такое? – М! – хмыкаю. – Давно тебе говорю, перебирайся ко мне. Работа найдется. Тут, знаешь ли, мозгами отдыхаешь, телом работаешь. – Звучит как описание порно, – усмехается. – Ну, знаешь, примерно то же самое, – смеюсь. – Трахаешься весь день на ферме. То коровы решают отелиться в один день, то вырубают свет, а с его отсутствием приходит писец. То аварийный генератор летит к чертям. В общем, занятное дело. Это тебе не со стволом по району носиться и выдергивать гопников за шкирку, да рапорты писать за любой косяк. – То-то я смотрю, тебе нравится. Теперь не тебя шпилят, а ты. Я подумаю над твоим предложением. Но ты знаешь мою ситуэйшн. Батя мне этого не простит. – А может, наоборот, спасибо скажет, – выношу предположение. Олег замолкает. Задумавшись, крутит пальцами банку. Достает пачку сигарет, предлагает мне. Закуриваем. Дрова прогорают быстро. Сухие. Поэтому перехожу к насаживанию мяса. – Дай я! – Отбирает шампур у меня из рук. А я и не отпираюсь. Хочет – пусть. Через пару минут в воздухе начинают витать сумасшедшие ароматы жареного мяса. Пока друг занят делом, я, сев на лавку, докуриваю и поглядываю на окна соседнего дома. Темно. До слуха доносится мяуканье. Появляется рыжий мордатый кот. Тот самый потолочный друг. Затем слышу, как открывается дверь дома, и на небольшое крыльцо выходит девушка. Оглядывается. – О! – Ее замечает и Олег. – Девушка! – окрикивает ее. – А не хотите мяска? Присоединяйтесь, приглашаю. Вот же трепло. Качаю головой, тушу бычок в жестяной банке. Вечер обещает быть томным. Олег лыбится во все свои тридцать два. Само очарование, лять. Но в этом весь он. Балагур, бабник, прохиндей, как отзывалось о нем бывшее мое начальство. И это перевод с матерного. Собственно, ни в чем не ошиблось. – Нет, спасибо, – доносится ее ответ. – Мяу! – В отличие от нее, рыжий рад приглашению. – Кис-кис, – зовет его девушка, но тот, нагло ее игнорируя, виляя толстой жопой, идет к нам. – Ваш? – продолжает трепаться мужик. – Теперь не знаю. – Пожимает худенькими плечами, наблюдая, как кошак садится возле Олега. – Присоединяйтесь, чего запахи ловить? Надо пробовать, ведь зачетно пахнет, да? Нахал. Наблюдаю за этим наглым пижонским подкатом и гадаю, падет наша зубастая барыня ниц или пошлет? Но пахнет, надо признать, действительно улетно. Даже у меня уже полный рот слюней. Жрать хочется. С борщом ведь не срослось. Кстати, как бы намекнуть поварихе об этом? – Да давайте, соглашайтесь! – почти мурлычет как кот. – Хорошо. – Не удивляет меня ответом. Был бы удивлен, если отказалась. – Но только ненадолго. – Степах, крутани мясо, пойду открою гостье. – Подмигивает мне, лыбясь как идиот. Ненавижу это его обращение ко мне. Но только ему прощаю. Поднимаюсь с лавки, подхожу к мангалу, кручу шампура. Наблюдаю за другом. Пропускает на участок девушку. На ней свободный свитер с горлом да свободные брюки спортивные. Светлые волосы рассыпаны по плечам. На ногах кроссы. Идет впереди, Олег, как истинный джентльмен, пропустил. Да вот только уверен, что он пялится на ее задницу. Парень будет весь вечер подкатывать к ней яйца. Придется девчонке держать оборону, ну или сдаться обаянию этого придурка. А павших в горизонталку было немало. – Пива? – предлагает ей, когда она смущенно садится на лавку, где пару минут назад сидел я. – Нет, спасибо, – отвечает, чуть сморщив нос. М-м-м, да мы голубых кровей. – А, забыл представиться, Олег Сергеевич Исаев, оперуполномоченный по особо важным, – представляется друг, протягивая руку. А я закатываю глаза. Ну, конечно! Надо же махнуть перед носом барышни своим ментовским статусом. Романтик, лять. И на девушку это безотказно производит впечатление. Потому что ее брови взлетают вверх. – Нина, – отвечает моя соседка, осторожно вкладывая свою ладонь в его лапу. – Просто Нина? – хмыкает. – Просто Нина, – кивает. – Очень приятно познакомиться. Вы реально бриллиант в здешних прериях. Усмехается. – А это мой друг, но, думаю, вы с ним знакомы. – Смотрит на меня дружбан, играя бровями. Вижу, что девчонка ему понравилась. – Тоже особо важный? – Стреляет в меня глазками девушка. – Этот – нет, сам себя списал со службы. Теперь вот, разводит эко-продукты живые и не очень, – усмехается. Ну спасибо, друг, презентовал так презентовал. – Списал? В смысле на пенсии уже? – цепляется Нина. – Да не! – отмахивается Олег, ему явно не нравится, что она обратила на меня внимание. Да вот только мне пофигу. Реально. – Ушел, сам. – По семейным обстоятельствам, – отвечаю. – По семейным. – Кивает Олег. – А вы чем занимаетесь, Нина? – переводит тему. – Отдыхаю. – Вообще? – усмехается друг. – В частности тоже. – Срезает его девчонка. А она мне начинает нравиться. Давно я не видел, как Олежку отбривают. Интересное зрелище. Принимаем удобную позицию и наблюдаем. – Может, винца? – спрашивает. И тут удивляюсь я. Какое нахер винцо? Приехал с ящиком пенного. – Было бы неплохо. – Степах, – поднимает голову дружбан, – у тебя же есть бутылочка, да? Есть, да. Но она стоит для особо важных случаев. Это особо важный? Помочь другу понтоваться дальше? Или послать его куда подальше? Молчу. – Да ладно тебе! Знаю же, что есть, – не отстает. – Ну раз знаешь, так неси, – отвечаю, продолжая крутить мясо. – Момент! – Олег срывается в сторону дома. Ишь какой резвый конь. Тем временем мясо подходит. – Подай нож, пожалуйста, – прошу девушку. Та со стола берет его и подает, оставаясь рядом и наблюдая за моими действиями. Надрезаю кусок. Готов. Еще один на втором шампуре. Тоже не сочится кровью. – Готово? – спрашивает. – Ага. Подай миску металлическую. Подает. Ставим на чурбак, и я скидываю мясо с шампуров. А запах действительно очень неплох. Миска полна мяса. Несу ее к столу. Следом подходит Нина. Садится. К ней на лавку забирается кот и, мурлыча, поглядывает на стол. Беру один кусок, кидаю ему на пол. Кот тут же за ним вниз. – А как борщ? – спрашивает гостья. Смотрю на нее и думаю, что сказать. – Вы так смотрите на меня, будто… – Будто ты меня решила отравить? – усмехаюсь. – Отравить? – брови удивленно взлетают вверх. – Угу. – Киваю. – Перец я не ем. Горошком так точно. А его там как капусты – до хрена. Молчит. Закусывает свою пухленькую алую губку. И мне отчего-то становится стыдно за свой наезд. Но я не хотел поднимать эту тему. По крайней мере, сегодня. Она сама, да? – Рука дрогнула, и все высыпалось, – признается. – Я не специально. – Ладно, проехали. В целом, борщ мы с Олегом оценили. – Вы вместе ели? – Морщится. – Но выжили, – усмехаюсь. – Поэтому… – Поэтому? – Должок за тобой остается в силе. – Ну, нет! – возмущенно. Ай, какая она, когда злится. – Да-да, – подмигиваю ей, усмехнувшись. А девчонка складывает руки на груди и отворачивается. Возвращается Олег. – Добыл-таки, – усмехаюсь. Довольный, как кот, которому пообещали сметану. А ему еще ничего не обещали. А будут? Что-то в моей голове чересчур много ненужных вопросов. Пока Исаев окучивает нашу гостью, иду в дом, чтобы нарезать овощей в миску. Да соус делаю специальный для мяса. Не люблю магазинный кетчуп, кислятина одна. Вернувшись с мисками, застаю Олега сидящим уже рядом с девушкой. Что-то ей рассказывает, она мило улыбается. Да, парень знает свое дело. У Нины уже полный бокал красного. Она его держит в руках. – Ну, что сидим? – спрашиваю я. – Мясо стынет. Пока друг травит заезженные вдоль и поперек ментовские байки, я сижу в плетеном кресле с сигаретой в руках. Нина почти ничего не рассказывает. Как бы не старался Олег, отшучивается общими фразами. Как там у нее фамилия? Напрягаю память. Вар…Варнова? Варна… Кручу верчу и вспоминаю! Варнавская. Фамилия явно звучная и громкая. Кто ты, Нина Варнавская? – Спасибо большое! – Вдруг отставляет почти пустой бокал. За вечер она только его и цедила. Да пару кусков мяса с овощами съела. Все. То ли неудобно, то ли сыта. А может, диета? Судя по ее стройной фигурке, вполне возможно. – Как? Уже? – Спохватывается Олег. – Я провожу. Но может, еще останетесь? М? Чаю организуем. – Нет, спасибо. И провожать не надо. Я тут совсем недалеко живу. – Улыбается так, чтобы мужик наконец понял, что навязывать свое общество не нужно. Но кто-то перебрал чутка пива и строит из себя героя. – Может? – Исаев! Отставить! – командую, шутя. – Да понял, не пристаю больше. – Сдувается. Но черт же не сдастся. Держись, Нинка, я этого парня хорошо знаю. Нина прощается, еще раз благодарит. И уходит через калитку между участками. Мы с Исаевым провожаем ее взглядом. Молчим, наблюдая, как она скрывается за дверью своего дома. – Хороша, – констатирует Олег. – Чего молчишь? – Поворачивается ко мне. – Чего ты до меня докопался? – Молчишь весь вечер. За двоих отдувался, – бубнит. – За себя отдувался. Сам пригласил – сам развлекал. – Так и будешь старость свою доживать один? – Прищуривается. – У тебя под носом такая… – Рисует руками в воздухе непонятно что. – Такая… И ты ни-ни. – Губу раскатал, старик, – говорю ему. – Не из таких она, – подмечаю. Олег нахмурился и, подперев подбородок кулаком, задумался. – Слушай, пойдем спать, а? Ты с дороги, с пивом и женским вниманием захмелел. – Пойдем, что-то я реально выдохся. – Сдается друг. И, прибрав со стола, мы вместе отправляемся в дом.