Глава 2. Игорь, за неделю до встречи с Мартой

– Игорь Михайлович, срочно зайдите к Троицкому, – сказала в трубку секретарь главного Жанна Владимировна и тут же отключилась. Вот всегда она так, скажет, что нужно и тут же трубку бросает, нет бы сказать, зачем, что с собой взять из документов. На всякий случай сгреб со стола бумаги, которые готовил и положил в прозрачную папку. Если Троицкий спросит, у меня все с собой. В кабинет к главному попал сразу, Жанна Владимировна ждала меня у двери. Зачем-то оглядела мой темно-синий костюм, сняла с плеча несуществующую пылинку и открыла дверь. – Проходи, Игорь, тебя ждут, – сообщила она и вернулась к своему столу. Секретарь Троицкого та еще железная леди. Мы все за глаза называли ее Маргарет Тэтчер, уж больно была похожа, причем возрастом тоже. Те же тонко поджатые губы и завитые крупными локонами темно-каштановые волосы. Лет ей было примерно за пятьдесят, и она всегда, сколько я помнил себя, работающим здесь, ходила в одном и том же костюме: темно-серый в полоску и голубой блузке с бантом у горла. Костюм может быть и обновлялся, но всегда выглядел одинаково и брошь из сверкающих виноградных лоз на лацкане тоже не менялась. – А, Игорь, проходи, – сказал Троицкий, указывая мне на кресло перед его столом. Я сел в кожаное кресло, положив папку на стол, но Троицкий отодвинул ее от себя и снял очки, задумчиво разглядывая меня. Главный был высокий, худощавый, его стального цвета глаза с лучиками морщин в уголках, выдавали смешную натуру и это была правда, Троицкий часто смеялся. А еще чаще любил рассказывать анекдоты, иногда не в тему, но всегда смешно. – Там отчеты по открытым каналам связи, – на всякий случай указал я ему на папку. – Потом посмотрю, – отмахнулся главный, – Слушай, Игорь, ты у нас тут сколько уже работаешь? – Да немного, второй год пошел, – удивился я такому вопросу. – Короче, не буду ходить вокруг, да около. Наши партнеры в Берлине, ищут толкового парня, который щелкает программы, как орехи. Я рекомендовал тебя, рассказал про твои заслуги перед отечеством, точнее перед нашей фирмой, и они зацепились за твою кандидатуру. Это очень хороший шанс получить немалый опыт и подняться по карьерной лестнице. Через год я буду двигать начальника вашего отдела выше, а тебя хотел бы видеть на его месте. Что скажешь? – А что тут говорить? – улыбнулся я, – Перспективы заманчивые. – Вот именно, но есть одно большое, НО! – сказал Троицкий, подняв указательный палец вверх, – Кандидатуру твою одобрили, только есть условие. Немцы хотят видеть у себя в офисе толкового, семейного парня. Повторяю, семейного. Тебе необходимо жениться. – Мне? Жениться? – удивился я, даже привстал в кресле и снова плюхнулся туда, – Да ни за что! – Ты такой противник брака? – возмутился главный. – Нет, но как-то не мечтал связать себя брачными узами в таком молодом возрасте. – Тебе сейчас двадцать пять, какой же молодой? Можно жениться и семью строить, – не отставал Троицкий. – Жениться я не против, но только лет через десять, – проворчал в ответ, надеясь, что все это шутка. – Не получится, Игорь. Жениться нужно сейчас или вместо тебя в Берлин поедет Слава. – Да он ничего не смыслит в этом проекте! – возмутился я, на время растеряв всю субординацию, – Это я занимался проектом для немцев и только я могу довести его до ума! – Вот, поэтому женись, – сказал Троицкий, – У тебя есть девушка? – Постоянной нет, да и подходящей тоже. – Ну так найди! У тебя есть неделя до свадьбы, не больше. – Да где я найду такую?! – Не знаю, Игорь, да и не моя это проблема. Найди какую-нибудь всего на год, если не хочешь по-настоящему. Уговори там ее, пообещай что-нибудь, не мне тебя учить. Знаю, парень ты видный, симпатичный, мозги есть. Решай это как проблему, которая возникла на пути и ты ее исправляешь. – Тут какую-нибудь не получится, – задумался я, перебирая в уме всех знакомых девушек, – Тут нужна особая, да и не каждая согласится поехать на год в Германию. – Сделай так, чтобы согласилась, все Игорь, иди, у меня много дел, – отмахнулся Троицкий, – Жду тебя в следующий понедельник со свидетельством о браке на руках и печатью в паспорте или о Берлине можешь забыть. Вышел из кабинета, чуть не громыхнув дверью напоследок. Где я найду невесту за неделю, а точнее за четыре дня? Сегодня вторник, а расписаться нужно максимум в субботу. Зашел в свой кабинет и сел за стол, стягивая с шеи галстук, который внезапно стал душить меня. Откуда взять жену? И ведь Троицкий не шутит, отправит Славку, который загубит мне весь проект. Черт! Взял со стола чистый лист бумаги и стал рисовать кружочки, вписывая в них имена знакомых девушек и ставя под ними плюсы и минусы. Так, Оксана. Моя бывшая, расстались полгода назад, причина не уточнялась. Просто пришел домой, ее нет, вещей тоже нет и все, даже не стал выяснять, что не так. Что в ней хорошего? Красивая да, поставил большой жирный плюс под кружком с ее именем и написал грудь. Да, грудь у нее была шикарная, что не обхватить рукой. Дальше кто? Анжела, тут сразу жирный минус. Эта истеричка, когда расставались, перебила мне всю посуду на кухне, даже прыгнула к телевизору на стене, чтобы стащить его на пол, но вовремя ее поймал, вытолкав за дверь. Кто остался? Маша, Наташа, Мила – все не то. На ум пришло одно редкое и красивое имя, Марта. А вот тут поподробнее, пожалуйста. Нахмурился, вспоминая свою первую любовь и кусая карандаш губами. Марта, что б ее! С чего она вообще появилась в моем сознании, хотя я ее не звал. Все школьные годы, а точнее с пятого класса был в нее влюблен, в эту красивую девчонку с длинными светлокаштановыми волосами, за что ее все называли Рапунцель в старших классах. Марта берегла свои волосы так, что готова была глотку прогрызть, если ее кто дергал за длинные косы, а как не дернуть? Вот они, висят эти две тугие красивые шелковые на спине, спускаясь ниже талии. На пушистых кончиках смешные резинки, всегда разные, то с какими-то цветочками, то просто ленточки или заколки какие. Волосы у нее были просто космос, и я всегда хотел увидеть их распущенными и увидел, на выпускном, где и отдал ей свое сердце. А Марта разжевала его, погрызла по краям и выплюнула к моим ногам.