Глава 36. Игорь

Рабочий день подходил к концу, когда мне позвонил Егор. – Игорь, тебе твоя жена не звонила? – как-то сердито спросил он. – Нет, а что? – я складывал папки на рабочем столе и вдруг замер, – А твоя Вера с моей ушла? – Да, – уныло произнес Егор, – Я звоню, абонент не абонент. – Это плохо… – призадумался я, – Плохо, что моя с твоей пошла, и они одни, без нас. – Да причем тут твоя жена? Плохо, что моя с твоей пошла, можно ждать всего что угодно! – Значит, они обе не внушают нам доверия, – кивнул я и бросил свое дело по перекладыванию папок нас столе, пошел к выходу из кабинета, сдергивая с плечиков в шкафу свое пальто. Кивнул секретарю, которая тоже уже собиралась домой и спустился на лифте. – Не знаю, как твоей, а вот моей точно доверять нельзя. Учудить может все что угодно, да еще и в положении, – возмущался Егор и я услышал звук двигателя машины. – Ты куда-то едешь? – Да, домой, проверю наличие своей жены. Если ее там нет, то поеду искать, – сердито сказал Егор. – Сейчас, я своей позвоню, – отключился от разговора с Егором и набрал Марту. Абонент временно не доступен. Да что же такое! – Моя тоже недоступна, – возмутился, снова набрав Егора. – Ох, чуяло мое сердце, что добром этот шопинг не кончится, – взвыл Егор и прибавил скорость, было слышно, как он газует. – Что делать будем? – спросил я, растерянно посматривая по сторонам, словно Марта могла быть где-то здесь. – Поезжай домой, проверь, дома ли твоя жена, а я проверю свою, потом созвонимся. Может у меня или у тебя сидят по домам и чай пьют. – Сомневаюсь, – проворчал, подходя к своей арендованной машине и садясь в салон. – Самое неудивительное, что я ни в чем уже не сомневаюсь, – ответил загадкой Егор и отключился. Я выехал со стоянки у Делового центра и помчался по улицам Берлина домой, игнорируя дорожные знаки. Представляю, какой штраф придет на арендованную тачку, как удивятся правильные и педантичные немцы. Через полчаса был уже дома, встречая в гостиной милую сцену. Отец Марты ругался с фрау Хельгой, причем она с ним общалась на немецком языке, а он с ней на русском. – Вы, Хельга, никак не поймете, что читать Айвенго на вашем тарабарском языке – это кощунство! – возмущался дядя Максим. – О, май Хер Максим! – заламывала руки Хельга. – Я не ваш хер! – почти визжал отец Марты, – Сколько можно меня так называть! – Май хер Максим, – снова начинала бедная женщина. – Да что же это такое! – кричал дядя Максим, – О, Игорь, да объясни ты ей, почему она меня все время обзывает?! Я отказываюсь с ней общаться! – А где Марта? – махнул я на них рукой, вбегая на второй этаж и заглядывая в комнату жены. – Она как ушла в обед, еще не приходила, – кричал внизу отец моей жены, – Да тише вы, все равно не понимаю, что говорите, – это уже Хельге. Я прошел в комнату Марты, заглянул в ванную, в шкаф. Вещи были на месте, многочисленные тюбики с кремами и шампунями тоже. Если бы Марта от меня ушла, явно бы забрала все, а да, отца бы тоже забрала. Снова спустился вниз, где дядя Максим сидел надутый, пока ему что-то втолковывала Хельга. – Вы понимаете, хер Максим, – говорила ему на немецком языке сиделка, – Я читаю вам Айвенго, понимая, что вам совсем не интересно. Возможно эти слишком древние, рыцарские времена не вызывают у вас симпатии, – почти плакала милая женщина. – Я сейчас ее задушу, – огрызнулся отец Марты, а я решил вмешаться. – Фрау, Хельга, – обратился к женщине, которая уныло побрела к столику, чтобы положить несчастную книгу, – А вы знаете, что ваш пациент ни слова не понимает на немецком языке? – Как?! – удивилась Хельга, встревоженно рассматривая отца Марты, – Хер Максим не понимал меня всю эту неделю?! – Ну, вообще-то да, – заулыбался я, но тут же вспомнил про Марту, – Моя жена не возвращалась? – Нет, нет, – покачала головой Хельга и направилась к отцу Марты, – О, май Хер! – Тьфу! – взвелся в кресле отец Марты и стремительно увеличивая скорость на своей коляске, помчался на террасу. Женщина тяжело вздохнула и побрела за ним. Я посмотрел им вслед и снова достал телефон, набирая Марту. Абонент, не абонент, пропищала трубка. Убью, когда найду, вот клянусь! Снова набрал Егора. – Ну? – рявкнул тот. – Моей нет дома и не появлялась, – отчитался я. – Моей тоже нет. Убью! Нет, сначала родит, потом убью! – закричал Егор, – Ни записки, ни смски, ничего. Что будем делать? – Ну, скажем так, будем думать логически, – начал я, слушая сердитое сопение Егора в трубке, – Сразу обе пропасть не могли, не могли ведь? – Моя могла, а твоя? – И моя могла, – согласился я, – Значит, сразу обе могли пропасть. – Наши да, – подтвердил Егор, – А куда и как? – У обычных женщин может сесть телефон и сидят в каком-нибудь кафе, болтают и не знают, что мы их ищем, – предположил я. – Твоя обычная женщина? – к чему-то спросил Егор. – Э-э, нет, – признался я. – Вот и моя нет, – дал ответ друг. Мы немного помолчали, посопели в трубку. – Час, я дам своей час, если не объявится, иду в полицию. Всех на уши подниму! – снова закричал Егор. – Хорошо, тогда и я, час, – кивнул, забыв, что говорю по телефону. Отключился и пошел на террасу, разнимать двух пожилых людей. А то там разворачивалась третья мировая война. Пока пытался объяснить обоим, что да как, все смотрел на свой телефон, ожидая звонка. – И чтобы ноги ее больше не было в моем доме, – возмущался дядя Максим, – Фашистка! Хельга фыркнула и взяла свою сумочку из гостиной, пошла к дверям, где обернулась к нам: – Я ухожу, хер Игорь, – возмущенно произнесла она, натягивая свой серый плащ, – Если хер Максим пересмотрит свое мнение, извинится, я возможно вернусь. – Фрау Хельга, конечно, он пересмотрит, – пытался успокоить я сердитую женщину. Тут в кармане завибрировал мой телефон, входящая смска от Егора. «Милый, мы улетели в Париж, люблю, Вера» и тут же звонок: – Прочитал? – чуть ли не рыча, спросил друг. – Не понял, они что в Париж умотали? – Да, я через час вылетаю туда. – Я с тобой! – подхватился я, отключая звонок. – Теперь мы оба херы, – выругался отец Марты, скрываясь в своей комнате. Хельга ушла, а я стоял посреди прихожей, первый раз в жизни готовый к убийству женщины.