Глава 12. Нотта

Я подгоняла коня, и так мчавшегося на пределе своих сил и возможностей. Достаточно быстро замок превратился в свою миниатюрную копию, а затем и вовсе скрылся из виду за небольшой берёзовой рощицей.

Я не помню, сколько времени прошло, прежде чем я перевела коня в рысь, а потом и вовсе пустила шагом. Откинувшись назад, устроилась на конской спине и позволила животному выбирать маршрут по своей воле.

Дурные мысли потерялись в скорости, и теперь до меня доходила вся абсурдность собственного поступка. По-хорошему, мне стоило остаться и потребовать объяснений.

Я усмехнулась. Лучший вариант решения проблемы всегда приходит постфактум — да и возвращаться пока не хотелось. В голове снова и снова молнией проносился подслушанный диалог. Я прикрыла глаза и постаралась сосредоточиться.

“О том, чтобы рассказать ей о своей жене”, - кажется, так сказал Фалькор Анталю. Странно, с чего я взяла, что жена нынешняя? Она ведь может быть и бывшей…

Как назло, о личной жизни д’эрра Альса мне не было известно ровным счётом ничего. Да что там говорить, и об Антале в домашней библиотеке перед отъездом я нашла совсем немного: так, несколько строчек. А с лорром Магусом связаться не получится. Хотя, возможно, что-то должна знать Ольма.

Я удовлетворённо кивнула своим мыслям. Хорошо, когда сознание ничем не затуманено: пусть даже и ментальным воздействием любимой подруги. Кстати, о воздействии. Я так и не успела рассказать Анталю про свой разговор с Тионой. И, если честно, и не хотелось: не ранее, чем он мне действительно всё расскажет.

Я хмыкнула. До меня только сейчас медленно начало доходить, что, несмотря на все заверения в доверии, конкретики в нашем общении не было никакой. Точнее, она была… но абсолютно не в той области, в которой я ожидала. Хорошая такая конкретика, горизонтальная.

Хмыкнув повторно, приняла вертикальное положение и огляделась. Огляделась ещё раз. Присвистнула, вызвав недоуменное ржание остановившегося животного.

Вокруг был… туман. Много тумана. Чертовски много тумана, в котором не было видно ровным счётом ничего. Очень много странного тумана, который, казалось, не смущала наступающая зима. Да что там зима, мне даже не было холодно! Да, на мне тёплая накидка, как-никак, я собиралась в конюшню, но все равно я ведь одета не по погоде. Туман был… тёплым?..

Я протянула руку, которая тут же потерялась в качающемся сером мареве. Странное явление… И как, скажите, пожалуйста, я найду дорогу назад?

— Эй, дружок, как тебя зовут? — ласково обратилась к коню. Тот прядал ушами и не обращал на меня внимания. Словно я пустое место.

— Ну и ладно, — фыркнула, беря поводья и трогаясь с места.

Мы плыли сквозь туман. Я и конь. Конь и я. Плыли уже больше часа. Признаться, я надеялась на что-то наткнуться. Или на кого-то. Или хотя бы найти место для ночлега, потому что ощутимо потемнело, ещё немного — и на землю опустятся сумерки. А там и до ночи рукой подать.

Стало страшновато. Сознание послушно нарисовало картинку двух остывших тел — моего и моего спутника. Потом дорисовало рядом коленопреклонённого Анталя, почему-то с лошадиной головой.

Так, стоп!

Помахала рукой, словно отгоняя мысли.

— Если через полчаса ничего не найдем, остановимся на ночлег, — строго сказала коню, как будто он был способен меня понять.

Животное безмолвно продолжало прокладывать себе путь меж двумя стенами тумана. Я вздохнула и попыталась успокоиться. Ещё раз посмотрела по сторонам — нет, ничего.

Внезапно конь перешёл на рысь. Я вздрогнула и от неожиданности вцепилась в переднюю луку седла.

— Ты чего? — в моем голосе отчетливо сквозила паника. Весь вид животного давал понять, что он что-то почувствовал, но вот что…

Я вцепилась в поводья, но тщетно. Мы летели, окруженные туманом со всех сторон. Навстречу… Чему?

Стало страшно. В голову полезли ненужные мысли. Зачем я вообще устроила этот… побег? Можно же было просто уйти. Посидела бы в комнате, в конце концов.

На глаза навернулись слёзы. Дура! Просто идиотка! Как можно было лишиться всех мозгов в одночасье? И ведь даже и мысли не было о другом варианте исхода событий!

Мои мысли прервались на самом интересном месте, когда мы вылетели на идеально круглую лужайку, по центру которой горел костер. А у костра…

— Ольма?

Старшая сестра повернулась и посмотрела на меня с нескрываемым удовлетворением.

— Ну наконец-то! — выдохнула она. — А я уж начала думать, что Инферно не почует огонь.

— Инферно? Конь? — я перевела взгляд на животное. Хм, а ведь имя-то подходит! Темная лошадка, как и его хозяин.

При мысли о хозяине Инферно ум затопила вспышка злости, но я упрямо стиснула зубы. Спешилась и подошла к костру.

— Откуда ты…

Ольма подбоченилась. В отличие от своего обычного амплуа, сейчас она была одета в походные штаны и высокие ботинки со шнуровкой. И, на удивление, ей очень шёл этот наряд.

— Нравится? — сверкнула белозубой улыбкой и пояснила на мой восторженный кивок: — Жаль, редко надевать приходится. Но ты, красавица, так дёру дала из замка, что я сразу поняла, что говорить нам придётся здесь.

Я присела к костру и протянула к огню озябшие руки. Огонь был настоящим, и это радовало. Невольно вздрогнула, вспомнив холод замка и вызвав сочувствующий взгляд сестры.

— Что, нелегко пришлось? — понимающе спросила та.

Я кивнула. Отвечать не хотелось. Объяснять что-либо — тоже. Зябко обхватила плечи руками.

— Не вини их, — Ольма подбросила в костер пару поленьев, — мальчишки ещё. Что делят — непонятно.

— Что за… Антея? — я практически выкашляла это имя.

Старшая горничная погладила меня по плечу.

— К сожалению, не могу тебе сказать, — покачала головой, — история давняя, а вот…

Она дотронулась рукой до плеча, вызвав понимающий кивок. Огненная клятва. Дело дрянь.

— Не обойти? — вскинулась я в надежде, но тут же поникла.

Огненную клятву обойти было нельзя: ни намёками, ни жестами. Стоило сработать охранной ловушке, и человек, начавший было говорить, вспыхивал, словно спичка.

— Можно кое-что сделать, — пробился ко мне сквозь мрачные мысли голос Ольмы.

— Что?

— Тебе нравятся витражи в библиотеке? — вместо ответа вдруг спросила она.

— Да! — усмехнулась, поняв, к чему она клонит.

— Тебе должен понравиться витраж у отдела карт, — улыбнулась Ольма, — он потрясающий. Три сирены и русал — знаешь, что мастер расписывал его более года?

— Обязательно посмотрю! — охотно подыгрывала я. Клятва клятвой, но мы вели разговор на совсем другую тему. Правда, нужно было быть предельно осторожными, чтобы не сболтнуть лишнего.

— Это единственный… витраж, который должен вызвать интерес?

— Я полагаю, да, — горничная сверкнула глазами, — однако если у тебя крепкие нервы, то ещё можешь пойти посмотреть на гобелен в галерее. Не уверена, что тебе понравится, — она поморщилась, — но посмотреть можно.

От возникшего чувства отвращения меня затошнило. Водится за мной такой грешок, да.

— Ты хочешь сказать, что… гобелен ещё в галерее?

Ольма кивнула.

— Зачем?

— Я не знаю, дорогая. На этот вопрос у меня нет ответа до сих пор.

Мы замолчали, глядя, как потрескивают дрова. Ольма думала о своем, а я не думала ни о чем. На душе было настолько мерзко, что не передать словами. Не хотелось ничего делать, думать. Существовать. Я поморщилась, осознав, что надо спросить то, что собиралась.

— А почему мы говорим здесь? — прошелестела бесцветным голосом. — Ты, я так понимаю, поехала навстречу?

— Всё верно, дорогая, — Ольма потянулась. Полная грудь мелькнула в разрезе рубашки. — У меня ощущение, что в замке нам поговорить не дадут. Там что-то происходит, а я ещё не поняла что. Но есть то, что я могу сказать однозначно.

Я вопросительно поглядела на собеседницу. Но та, словно не замечая, продолжила:

— Ронин пропал. А с учетом того, что роль он играет… особенную, — она подчеркнула это слово, — это мне очень не нравится. У мальчишек спросить не могу и не буду, не проси.

— Почему? Что за особенная роль? — вопросы из меня посыпались, как из ведра.

— Ронин, это… — Ольма замолчала, подбирая слова. — Что-то вроде духа замка.

Мои глаза сделались похожими на блюдца. Ронин — каримари?!

Я и озвучила этот вопрос, а, получив положительный ответ, так и вовсе застыла соляным столбиком.

Подумать только… каримари! Мифический дух, стоящий на страже покоя обитателей! Теперь понятна реплика Лори про то, что Ронин сам ухаживает за лошадьми — для духа его уровня это элементарно! Но подумать только! И как Анталь с ним договорился?

— Дара, — Ольма перебила мои мысли, — тебе, наверное, стоит посмотреть ещё один витраж. Последний справа. И лучше все витражи посмотреть сегодня.

Я кивнула. Всплеск удивления постепенно угасал, уступая место апатии. Я зябко передёрнула плечами.

Что мы имеем? Ронин — дух замка, грядущий поход в библиотеку, портрет Антеи в галерее. М-да, негусто и невесело.

Я грустно улыбнулась и неожиданно для себя задала вопрос.

— Ольма, а почему… он женат?

Та печально посмотрела на меня и покачала головой.

В замок мы вернулись по одной. Вначале поехала Ольма, предварительно вручив мне металлический компас с двумя стрелками, а через полчаса тронулась и я.

Ехать по компасу оказалось легко. Одна стрелка указывала в сторону замка, другая — размеренно крутилась по циферблату, испещренному странными символами. С такими амулетами я ещё не работала, но мне тем более было интересно. Даже апатия, камнем навалившаяся было мне на плечи, потихоньку спадала.

Когда я въехала в ворота замка (за мгновение до этого спрятав компас — его надлежало вернуть хозяйке), моему взору предстала делегация. Точнее, делегацией это можно было назвать только с большой натяжкой: у ворот в ряд стояли Анталь, Фалькор и конь. Белый. Инферно тихо заржал, вызвав ответную реакцию у собрата, а я мельком оглядела оставшихся двоих.

Фалькор буравил взглядом промёрзшую землю, а вот Анталь… Анталь смотрел на меня. От его взгляда стало жутко, меня бросило в жар, затем — в холод, затем опять в жар. В горле встал ком.

Старательно гипнотизируя левое ухо Инферно, я кое-как доехала до конюшни и спешилась. Накинула повод на коновязь и была остановлена окриком Альса.

— Дара, стой!

Повернулась и смерила стоящего в паре шагов Анталя взглядом. И когда только успел подойти?

— Тебе придется со мной поговорить!

Настойчивый.

— Ну, давай поговорим, — тихо согласилась, опираясь на коновязь и ощущая, что ноги почему-то меня почти не держат.

В два шага он оказался рядом и обнял меня. Я не отстранилась, но стало как-то не по себе.

— Что ты делаешь? — ровно спросила я.

Он усмехнулся.

— Обнимаю жену.

— Жену? — я вернула усмешку. — По-моему, у тебя уже есть одна, — и смело посмотрела ему в глаза.

Он взгляд не отвел, а наоборот — выдержал, можно сказать, с честью. Только глаза потемнели. Он покачал головой.

— Всё не так просто, Дара.

— А как просто? — я бездумно провела пальцем по воротнику его рубашки.

Альс промолчал.

— Почему ты мне не рассказал? — продолжила импровизированный допрос.

— Не успел, — в его голосе сквозила плохо скрываемая горечь, — да и, если быть честным, не хотел.

— Не хотел? — перехватила вопрос я. — А зачем тогда столько слов о доверии? Зачем ты сделал мне предложение… если у тебя уже есть жена?

— У меня есть жена, — упрямо стиснул зубы он, — её зовут Даралея.

Я выдохнула. Упёртый.

— А про Антею ты когда собирался рассказать? — я уперлась ладошками в грудь Анталя и отодвинулась. — Кто она вообще?

Он внимательно посмотрел мне в глаза.

— Лучше бы ты не спрашивала…

— Правда? — с иронией спросила. — Почему?

— Потому что я бы хотел уберечь тебя от этой информации.

— Эта информация, что, способна мне навредить? — недоуменно подняла бровь.

Он словил прядь моих волос и пропустил между пальцами.

— Ну, она же навредила другим…

Я резко приблизилась.

— То есть ты сейчас отказываешься рассказать мне, что происходит в этом чертовом замке? — рыкнула, чувствуя, как в груди закипает злость. — И при этом намекаешь на то, что мне угрожает опасность? Да знаешь, кто ты после этого? — прошипела в упрямо сжатые губы.

Его глаза полыхнули. А спустя мгновение он схватил меня за плечи и встряхнул.

— Дара! — в его голосе звучала неприкрытая угроза. — Если ты думаешь, что способна разобраться с тем, с чем до тебя не мог разобраться никто другой, то ты ошибаешься! Если ты думаешь, что я спокойно буду смотреть на то, как ты лезешь к черту в печь — ты ошибаешься!

Я с вызовом посмотрела на него.

— Если ты думаешь, что я буду сидеть сложа руки и ждать, пока меня убьют, то ошибаешься уже ты! — не осталась в долгу.

Он хмыкнул.

— А вот это мы ещё посмотрим, дорогая моя жена.

С этими словами он забросил меня на плечо и куда-то понёс.

— Отпусти меня немедленно! — я колотила кулаками по его спине. Зря, с таким же успехом я могла бы побить каменную стену. — Альс, поставь меня на землю!

— Обязательно, — отреагировал он, пинком открывая какую-то дверь и занося меня внутрь. Захлопнул дверь за собой и неаккуратно уронил меня на что-то мягкое. Я тут же подскочила, оглядываясь, и выдохнула с облегчением, увидев, что мы всего лишь в его комнате.

Хотя выдохнула я зря.

Альс навис надо мной, опасно сощурившись.

— А вот теперь… поговорим, — в его голосе звенел металл. Я поёжилась — таким Анталя я еще не видела.

— Зачем ты меня сюда принёс?

— Потому что не считаю двор подходящим местом для семейных разборок. А поговорить нам есть о чем, не так ли? — поднял бровь.

— Да, — я встретила его взгляд, не дрогнув.

— Вот и отлично, — он отстранился, — а сейчас, лои Дара, вы мне расскажете всё про ментальное вмешательство — мы ведь до этого не дошли, не так ли?

Я фыркнула.

— Ну, конечно, д’эрр Альс. С удовольствием расскажу. Но только после того, как вы расскажете мне о своей жене.

Анталь побагровел.

— Я просил тебя!

Ну уж нет! Только не сейчас.

— Или ты. Рассказываешь мне. Об Антее, — начала я, — или отпускаешь меня. На все четыре стороны.

Меня затрясло. Голос звучал всё громче.

— Или ты думаешь, что я буду сидеть в комнате с вышивкой и ждать, пока меня не грохнут в комплект к другим невестам?

Анталь схватил меня за руку и дёрнул, поднимая с кровати.

— Если надо будет, будешь сидеть и вышивать, — зловещий шёпот связывал по рукам и ногам похлеще верёвки, — если надо будет, не выйдешь из комнаты. Если надо будет, — его голос тоже набирал силу, — просидишь здесь, сколько потребуется. Я слишком много отдал за то, чтобы найти тебя.

Я выдохнула. Слов не осталось.

У него, видимо, тоже, потому что Альс резко притянул меня к себе и впился в мои губы поцелуем.

Я опешила. Ничего себе заявление! Злость только придала силы, и я что есть мочи пнула его в колено.

Попала… именно в колено, вызвав сдавленный возглас Анталя. Пользуясь выпавшей возможностью, вывернулась из кольца его рук и отошла к окну.

— Можно подробнее про “слишком много отдал”? — мило поинтересовалась.

Он сел на кровать и закрыл лицо руками.

— Да, — выдохнул. Голос его звучал глухо, — слишком много.

— И что же это? — я сделала осторожный шаг к нему. Слишком сильный контраст между Альсом минуту назад и сейчас.

Он поднял голову.

— Неужели тебя это волнует?

Я неопределённо повела плечами.

— Я думал, тебя волнует только расследование, — хмыкнул он.

— Сказал тот, кто так много говорит о доверии, — изрекла. Помолчала: — Анталь… ну в самом деле…

— Что?

— Может, ну их, эти игры?

— Надо же, — улыбнулся он, — неужели моя девочка поумнела?

— Твоя девочка и была умной, — я положила руку ему на плечо.

— Умной — да. Мудрой — нет, — улыбнулся он, подхватывая меня на руки и усаживая на колени.

Я приготовилась слушать.

— Одиннадцать лет назад всё было иначе, Дара, — он провел рукой по моим волосам, — но, поверь мне, с тех пор взгляды на брак не поменялись. Собственно, с этого всё и началось.

— Брак, одобренный королем?

Муж кивнул.

— К сожалению, выбор пал на Антею. Она была красивой, но то была неправильная красота.

— Это как? — я нахмурилась.

— Она была очень красива. Настолько красива, что становилось жутко. Но что я тогда понимал… мальчишка, — он потёр лоб и смущенно улыбнулся, — и я пропал.

— Ты так просто об этом говоришь…

— Это сейчас. Раньше, поверь мне, всё было иначе. Через призму лет на прошлое смотришь иначе.

Я кивнула. Ну да, так и есть.

— И… что было потом?

Он поморщился. Было видно, что тема ему неприятна.

— А затем она прибыла на нашу свадьбу. Со слугами и старшим братом — их родители погибли. Она меня словно околдовала — так я думал тогда. И не представлял, насколько прав.

— Магия?

Видимо, мы так и будем говорить — недомолвками.

— Накануне свадьбы я проснулся и не нашёл её рядом.

Я недоуменно посмотрела на него. Каков… нахал!

— Анталь, а тебе не кажется, что ситуация с… отношениями до свадьбы для тебя становится нормой?

Он зарылся лицом в мои волосы.

— Она сама пришла. Тогда, за три дня до обручения. Я же тебе уже говорил, что пропал. Да куда там пропал — помешался. Я бредил ею. Какой мужчина сможет устоять? А затем она приходила каждую ночь.

— Предлагаю без подробностей, хорошо? — я сдвинула брови. — Давай дальше.

— Ревнуешь? — Альс хитро посмотрел на меня.

— Ревную, — не стала спорить, — бывает.

— Я помню эту ночь как сейчас. Полнолуние: в комнате было светло как днем…

— Я же просила без подробностей! — перебила я его. Мне стало неприятно. Внутренняя собственница рвала и метала.

— Может, я тогда просто расскажу финал?

Злясь, я кивнула. Мужчина, заметив мою реакцию, перешёл на сухой деловой тон.

— Накануне приехал лорр Аверис. По работе.

— В смысле?

— Заговор, — кивнул он, — против Короля. Я тогда чуть с ума не сошел, метался по кабинету, как в клетке. Пока не пришёл Фалькор. Он усыпил меня, он же менталист…

Воцарилась тишина, прервать которую я решилась только через несколько минут.

— А что было потом?

— Потом… — выдохнул он, — потом… Антея и её брат в тот же день были казнены за содействие Культу Арналы, — абсолютно безэмоциональным тоном закончил он, — я бы не хотел рассказывать тебе подробности, извини.

Я кивнула, судя по всему, ему и так сложно. Муж тяжело дышал, на лбу выступили капельки пота. Хотелось протянуть руку и вытереть их.

— Прости, — прошептали мои губы, — пожалуйста, прости.

Анталь вскинулся и непонимающе посмотрел на меня.

— За то, что заставила тебя вспомнить это, — объяснила я, — за то, что делаю необдуманные поступки…

Он прижал меня к себе.

— Наконец-то ты это поняла, — прошептал мне в ухо, от чего по спине пробежала дрожь, — пожалуйста, позволь мне самому тебя защищать. Я понимаю, ты самостоятельная и сильная, но ведь не зря Боги создали мужчину для защиты женщины?..

С этим я поспорить не могла и позволила себе утонуть в его глазах.

— Эй, голубки! — стук в дверь заставил нас отпрянуть друг от друга. — Простите, что прерываю ваше уединение, но, д’эрр Альс, вы нужны в портальном зале для стандартной проверки.

Я фыркнула. Фалькор явно выбирал самое неподходящее время для визита.

— Вот лось, — кратко и ёмко охарактеризовал брата муж, пересаживая меня на кровать и вставая, — я скоро вернусь, — подмигнул он мне.

Я счастливо улыбнулась, застёгивая пуговицы на воротнике платья. Любопытные руки супруга успели побывать везде. Ну как — почти везде.

***

Анталь

Фальк так не вовремя меня выдернул! Раньше за ним такого не замечал.

Я постарался подавить глухое раздражение. В последние дни мне безумно не хватало Даралеи — потребность в ней была просто сумасшедшей. Хотелось быть рядом, касаться. А какие у неё волосы!

Я тихо застонал и мысленно отвесил брату пинок. Тот, к слову, шёл впереди и плевать хотел на мои метания. Только покосился насмешливо.

Впрочем, очень скоро мои мысли ушли немного в другую область. Наш сегодняшний разговор. Он получился слишком откровенным: я ругал себя за проявленные эмоции. Хотя, признаться, теперь они волновали меня куда меньше.

Сопровождаемый этими мыслями, я спустился в портальный зал. Мельком оглядел зеркала — нет, всё по-прежнему: корочка льда продолжала утолщаться, а пол частично словно затянулся изморозью. Не удержался и дотронулся рукой, осознав, что не ошибся: тонкие кристаллики льда остались на руке. Времени осталось не так много — даже с учетом проведённого Фалькором ритуала.

Кстати, о ритуале.

— Фальк, слушай, — я окликнул друга, — как ты затормозил действие заклинания?

Тот обернулся и смерил меня насмешливым взглядом.

— Мой дорогой брат! — проникновенно начал он, а я закатил глаза, уже догадываясь, что за этим последует. — Пока кое-кто участвовал во всех драках города, я предпочел библиотечное уединение!

— Поговори ещё, — фыркнул я.

— И поговорю, — засмеялся брат, — потому что кое-кто, — он выразительно скосил на меня глаза, — не брал меня с собой.

— И правильно делал, — перебил я его, — хочешь, напомню, почему?

— Ты про Лойноcа? — Фалькор усмехнулся. — Да брось!

Я иронично посмотрел на него. Крайне плачевно, можно сказать, едва ли не трагично закончилась история, когда я взял Фалькора к реке, где с Лойносом, сыном лорра Авериса, они устроили командный заплыв в по-зимнему студеной воде. Фалькор тогда толком не умел плавать, вот и притворился топором. Это сейчас мы вспоминаем эту историю с улыбкой, а вот тогда Королевство имело все шансы потерять наследника престола.

— Кстати, а что с ним сейчас?

— Как что? Пошёл по следам своего отца, — прищурившись, в это время я осматривал силовые линии, — только не говори, что не сталкивался с ним!

— Следствие и расследования по особо важным делам пересекаются намного реже, чем тебе кажется, дорогой братец, — отбил подачу Фалькор.

Он уже закончил со своей частью работы и теперь стоял, опершись на колонну, и разве что не зевал. Остаток работы я проделывал в тишине.

— Кстати, — неожиданно подал голос друг, — прости меня за тот разговор.

Я усмехнулся, опуская на место последнюю линию. Это какой-то день извинений, да простят меня Боги.

— Я не злюсь, — отошёл на пару шагов, любуясь своей работой. Заклинание заклинанием, а рядовой проверки никто не отменял. Вот и сейчас линии радовали меня чётким узором, даже несмотря на тонкую ледяную корочку, покрывающую их. — Но очень хочу тебе напомнить, что со мной об Антее заговаривать необязательно. Кстати, — достаточно невежливо перебил друга, намеревающегося что-то спросить, — Даре я рассказал.

— Всё?

Я выдохнул, как перед прыжком в холодную воду.

— Да, всё.

— И как она восприняла это?

— Адекватно, — я повернулся и встретил его взгляд, — и на удивление разумно. Но что там с заклинанием? Ты так и не ответил.

— Помнишь книгу, которую я тебе показывал?

Я кивнул.

— Таких в твоей библиотеке тьма. И, по-хорошему, я должен бы поинтересоваться, что они делают в замке. Однако, — он хмыкнул, — с учетом того, что в своё время в д’эрран Ключей перевезли часть книг из королевской библиотеки, в числе которых была половина запрещенного отдела, от расспросов я, пожалуй, откажусь. Тем более не сомневаюсь, что ты был в курсе.

Вместо ответа я укоризненно посмотрел на него.

— Я был в курсе, — сделал акцент на второе слово, — но…

— Понятно, — Фальк запустил руку в волосы, — ну что ж, пойду я, пожалуй. Дел невпроворот.

— Что за дела? — мне стало интересно.

— Пить вино и думать о высоком, — хохотнул друг.

Я хмыкнул.

— Ладно, иди уже, герой-любовник.

***

Даралея

Когда Анталь ушёл, я некоторое время сидела на месте, стараясь взять себя в руки. Что-то было не так, не так настолько, что откровенно бросалось в глаза. Знать бы, что…

Вырвавшись из цепких лап задумчивости, я вздохнула. Ночь уже давно опустилась на замок, но спать мне не хотелось: то ли сказалось перенапряжение последнего дня, то ли просто появилась новая привычка.

Поглядев в зеркало, я поправила юбку, на всякий случай переплела растрепавшуюся косу и неожиданно для себя решила последовать совету Ольмы и посмотреть, как она выразилась, “витражи и гобелен”. Конечно, она явно имела в виду нечто другое, но я была уверена, что пойму.

Главная лестница встретила холодом. Я поёжилась и вспомнила, что забыла забрать из комнаты мужа свою накидку. Пришлось возвращаться.

Вторая попытка была удачной, но, пока я бегала туда, а затем обратно, планы немного поменялись. Если пятью минутами ранее я была настроена пойти в библиотеку, то в этот раз я решила в первую очередь отправиться в галерею.

Дорогу, на удивление, я нашла сразу и уже совсем скоро отворила скрипучую дверь. Замерла, прислушиваясь. Вместо выдоха изо рта вырвалось облачко пара. Кутаясь в накидку, я, как и в прошлый раз, медленно двинулась вдоль вереницы портретов.

И мне повезло.

Уже у четвертой рамы я остановилась, осознав, что достигла цели. С портрета на меня смотрела действительно красивая девушка. Тонкий нос, властный подбородок, полные красивые губы. Да, в такую не грех и влюбиться. Густые волосы ниспадали вниз, завиваясь в крупные кольца: художник передал их настолько правдоподобно, что казалось, будто можно протянуть руку и, дотронувшись, ощутить их шелковистость.

Надпись внизу развеяла все сомнения.

“Антея д’эрр Альс”.

Д’эрр Альс? Странно, насколько я поняла Анталя, лорр Аверис приехал накануне свадьбы.

— Нечем заняться, д’эрра Сольн?

От неожиданности я подскочила и только после этого поняла, что голос мне хорошо знаком.

— Лорр Рейн, а вам не кажется, что у нас появилась традиция видеться в галерее?

— Я бы скорее назвал это склонностью, — Фалькор поравнялся со мной. В его руках я увидела, такое ощущение, что неизменную бутылку вина и бокал. — Я люблю здесь находиться. Вижу, такая привычка появилась и у вас? — он вопросительно глянул на меня.

— Нет, — улыбнулась, — у меня своя цель.

— Дайте угадаю. Вашу цель случайно зовут не Антея?

Пришлось кивнуть — отпираться смысла не было.

— Да, была такая история, — Фалькор задумчиво смотрел на портрет, — я вижу, мой брат наконец решил вам всё рассказать. Надеюсь, после этого у вас не осталось вопросов?

Вместо ответа я вздохнула. Не могла же я признаться, что после рассказа вопросов стало намного больше, и они все заиграли новыми красками. Фалькор заметил это и нахмурился.

— Что не так?

Я запнулась и уперлась взглядом в бутылку. Несмотря на моё отвращение к спиртному, я бы не отказалась сейчас от глотка-другого.

— Фалькор, — я поджала губы, — Анталь мне действительно рассказал. Многое, — я запнулась, — но… далеко не всё.

— Почему вы так думаете, Дара?

Я зябко потёрла ладони друг о дружку.

— Понимаете… — в голове промелькнула мысль всё-таки не рассказывать о своих сомнениях, но спустя мгновение эта мысль растворилась в извечном женском слабоумии, и я подняла глаза на Рейна. — Слишком много нестыковок. Слишком много странной информации. У меня вопросов не убавилось, — я развела руками, — а только прибавилось.

— Хм… — друг Альса задумчиво почесал затылок бокалом. — Возможно, я помогу вам развеять ваши сомнения?

— Возможно, — легко согласилась.

— Тогда я — за бокалом! — рассмеялся Фалькор и быстрым шагом удалился в неприметную дверь на другом конце галереи.

Мысли он мои читает, что ли?

Так или иначе, выпивать с принцем, который пусть даже и является другом моего мужа, было не с руки. Но, с другой стороны, отказываться тоже было невежливо. В ожидании Фалькора я гипнотизировала портрет, отмечая всё новые и новые детали: повелительный наклон головы, едва наметившуюся складочку между бровей, жесткий (а в чём-то даже жестокий) взгляд. Да. Пожалуй, такая девушка была склонна искать что-то новое с целью разнообразить свою жизнь, а культ тёмной Богини для этого подходил как нельзя лучше.

Рейн вернулся быстро, я бы даже сказала, стремительно, и вручил мне второй бокал из тёмно-красного стекла. Причудливая вязь покрывала тонкую ножку.

— Интересный экземпляр, — я посмотрела сквозь стекло на свет.

— Кагорское искусство, — Фалькор с лёгким хлопком откупорил бутылку, и янтарная жидкость полилась в бокалы. Я с сомнением покосилась на принца, но тот с невозмутимым видом забрал у меня бокал, сделал глоток и, подождав пару минут, вернул обратно.

— Не отравлено, — прокомментировал он мой недоуменный взгляд, — пейте смело, лои.

Я уж было открыла рот, чтобы просветить Фалькора на тему того, что, вообще-то, бывают адресные яды, но передумала и лишь махнула рукой. Глупо было думать, что отец не снабдил меня защитными амулетами. Также было глупо думать, что я буду носить их все сразу, поэтому в большинстве случаев все они находились в моей комнате, упакованные в специальные шкатулки. Однако с одним колечком я не расставалась никогда, как раз с тем, которое определяло персональные заклинания, а адресные яды относились к этой категории. С другой стороны, у этого амулета был один недостаток: ментальные воздействия он не выявлял. Удивившись шутке судьбы, я даже улыбнулась.

— Лои Дара, о чём вы думаете? — Фалькор смотрел на меня, так же улыбаясь.

— Вспомнила кое-что интересное, — отмахнулась я, пряча улыбку и с какой-то грустью наблюдая, как, словно в отражении, улыбка гаснет и на лице принца, — расскажите мне лучше о помолвке Анталя.

— Что вам интересно? — Рейн отпил из бокала, подняв бровь. Выглядело это достаточно комично, я даже фыркнула, не удержавшись.

— Мне интересна одна нестыковка, — я говорила ровно, чтобы, если что, успеть подловить Фалькора на лжи, — Анталь сказал, что Антея была казнена накануне свадьбы, так?

Принц кивнул, не отводя взгляд.

— Тогда почему в… вашем диалоге, — я смутилась, но, подбодренная кивком Фалькора, продолжила, — в вашем диалоге вы назвали её женой?

— Хм… — принц ощутимо задумался. В воздухе запахло озоном. — Я так полагаю, Альс рассказал вам не всё.

— Да? — признаться, глупее ответа придумать было невозможно, но надо было сказать хоть что-то.

— Я надеялся, он вам рассказал об этом

— О чём? — задала очередной вопрос я.

Ответа я не получила. Фалькор молчал, наморщив лоб. Затем допил вино, поставил бокал прямо на пол и, жестом предложив сделать то же самое, поманил меня за собой.

Мы вышли через ту самую небольшую дверь в конце галереи и оказались в коротком коридоре, который вывел нас в маленькую комнату. Здесь было светло, и, озираясь, я с интересом рассматривала многочисленные полки, уставленные книгами и различными интересными предметами.

— Лорр Рейн, это ваш кабинет?

Фалькор усмехнулся.

— Не совсем, лои Дара. Скажем так, я здесь иногда бываю. Спокойно, знаете ли, в замке поработать не дадут.

Он прошёл мимо стола, заваленного многочисленными тяжелыми фолиантами, и, дойдя до дальней полки, с усилием снял с неё средних размеров книгу.

— Лои Дара, вы же знаете о жреческой комнате?

Я с готовностью кивнула. Жреческая комната должна была быть в каждом замке. Была она и у нас, правда, на первом этаже, рядом с комнатами для гостей. В ней хранились необходимые документы, счетные книги, статуэтки и прочие малозначительные, но такие важные мелочи. Прелесть жреческой комнаты заключалась в том, что вынести отсюда что-либо без прямого разрешения владельца было невозможно. Я уже не говорю об основном предназначении помещения, ведь многие жрецы не вели оседлый образ жизни, а большую часть своих трудовых дней проводили в разъездах. Кровать, скромный ужин и душ — это всё предоставляли жрецам Д’эрры, если им выпадала честь принимать у себя Избранных Богами. С другой стороны, жрецам зачастую не был свойственен аскетизм, поэтому останавливались они обычно в не самых дешёвых тавернах, где, кроме перечня необходимого, могли воспользоваться дополнительными… кгм, опциями. Например, приветливой и улыбчивой дочерью трактирщика.

Увлечённая своими мыслями, я расслабилась, а посему подпрыгнула от испуга, когда передо мной с хлопком приземлилась книга.

— Лои Дара, — Фалькор внимательно смотрел на меня, — вы девушка умная, к тому же приученная обходиться минимумом информации. Поэтому я предоставлю вам этот самый минимум.

— Так. И? — а мои пальцы уже проводили по корешку книги и переворачивали страницы, опознав в книге жреческую Нотту.

— Свадьба Анталя и Антеи была назначена на пятый день второй луны.

Так. Наморщившись, я вспомнила нужную информацию. Свадебные ритуалы назначались по иному — лунному летоисчислению. Двенадцать лун в год, в каждой луне шесть пригодных для свадьбы дней.

Для точного подсчета пришлось использовать пальцы. Фалькор смотрел на меня неотрывно, но, слава Богам, вопросов не задавал и, кажется, даже не смеялся. Я была ему за это очень благодарна.

Итак, судя по подсчетам, свадьба должна состояться зимой, где-то в начале второй луны. Пятый день всегда считался благоприятным для заключения браков. В детстве мы с девочками хотели выйти замуж именно в пятый день.

Пальцы скользили по последним записям. Книга была старой, и в неё давно ничего не вносили. Хотя… что вносить, если в замке три с половиной обитателя?

На одной из последних записей рука дрогнула и остановилась. Неверяще выдохнув, я перечитывала и перечитывала строки в надежде, что мне показалось.

Но нет. Не показалось.

На пожелтевшей от времени бумаге расплывчатым, но достаточно твёрдым почерком было выведено:

“Анталь д’эрр Альс, Антея Вирро — бракосочетание засвидетельствовано, третий день второй луны, год Серебряного Посоха”.

Год Серебряного Посоха — мне тогда исполнилось шестнадцать. Одиннадцать лет назад.

Ниже красовались менее приятная запись.

“Антея д’эрр Альс — смерть засвидетельствована, четвёртый день второй луны, Год Серебряного Посоха”.

А ещё ниже:

“Агнор Вирро — смерть засвидетельствована, четвёртый день второй луны, Год Серебряного Посоха”.

Последняя запись была сделана, видимо, другим человеком, почерк заметно скакал, и завитушки в буквах были недостаточно витиеватыми. Погодя пришла мысль, что тот, кто делал запись, пытался подражать почерку летописца.

— Они… — я прочистила пересохшее горло, — они поженились раньше?

Фалькор кивнул.

— Но зачем?

— Кто знает, — на лице принца появилась кривая усмешка, — возможно, решили, что так будет лучше для них. Ант до сих пор не рассказал мне об этом.

— Я думаю, глупо надеяться, что он расскажет мне, — я горько усмехнулась. Несмотря на новую информацию, моё самообладание осталось при мне.

— Видимо, да, — Фалькор убирал книгу на место, — но надежда ещё теплится.

Стремясь занять руки, я потянулась к маленькой статуэтке птички, которая стояла на краю стола. Без задней мысли провела рукой по острому гребешку и удивилась, когда этот самый гребешок озарился нежным свечением.

— Лои Дара? — я отдёрнула руку и обернулась. Фалькор смотрел на меня с каким-то удивлением, смешанным с… отвращением?

— Что?

Принц приблизился.

— Проведите ещё раз, — подвинул ко мне птичку.

Удивившись странности просьбы, я исполнила пожелание. Гребешок тут же засветился вновь. Я с недоумением подняла глаза на Рейна.

— Лои Дара, — вкрадчиво донеслось до моих ушей, — я могу задать вам очень неприличный и крайне нескромный вопрос?

— Д-д-да-а-а, — от неожиданности я ответила сразу, не подумав, о чём спустя мгновение уже пожалела.

Потому что вопрос был действительно очень неприличным и крайне нескромным.

— Есть ли у вас в данный момент какие-то личные отношения с Антом?

— Личные? — переспросила в надежде, что подоплёка мне только послышалась.

К сожалению, не послышалась.

— Да, д’эрра Сольн. Под личными отношениями я подразумеваю отношения… горизонтального характера.

Да уж. Не в бровь, а в глаз. Искомый, кстати, тут же задергался.

— Я вам не обязана отвечать на этот вопрос, — выпалила я, чувствуя, что краснею, и развернулась на каблуках с целью покинуть эту комнату.

Не удалось. Меня схватили за плечо и с силой развернули. В моё лицо уставились два глаза, каждый из которых нешуточно обжигал взглядом.

— Есть. Или. Нет?.. — почти шёпотом спросил Фалькор. По моей спине послушным строем промаршировали мурашки. Волосы на месте, где у животных находится загривок, казалось, встали дыбом.

— Отпустите меня, — так же, подражая собеседнику, почти шёпотом ответила я, — потому что иначе… иначе…

— Иначе что? — Фалькор криво усмехнулся. — Наступите мне на ногу?

— Оторву вам голову!

Я не знаю, что на меня нашло и как это прозвучало. Но принц резко выдохнул и отступил назад, одновременно отпуская меня. Стараясь не думать о причинно-следственной связи, я развернулась и почти бегом покинула комнату, галерею и, наконец, коридор.

И только оказавшись в комнате, в изнеможении сползая по стене, я осознала, что только что угрожала оторвать голову наследному принцу Королевства.