Глава 30

Отъезд вышел суматошный. Приехал Глеб, и мужчины грузили вещи, а свекровь напоследок повторяла как часто и сколько нужно поливать её любимые цветы. Их в доме было много, и над каждым растением она тряслась. Дочь ещё носилась по дому, радостная, что едет к морю. Видя её незамутнённое ничем счастье, я ни капли не жалела, что молчала о разводе.

Странно, но Глеб при встрече вёл себя нормально, как будто и не было между нами неприятного разговора. Свекровь тихонечко вздыхала, с затаённой надеждой глядя на нас. Она то спросила, как прошла встреча, и я ответила, что хорошо. Видимо напридумала себе, надеясь на наше примирение. Даже то, что домой я вернулась одна, её не смутило. Дениеэль подвёз меня до шлагбаума коттеджного посёлка, а дальше я сказала, что прогуляюсь пешком, не желая светить его машину. Погорячилась, однако. Еле дошла до дома, периодически отдыхая на скамеечках. Хорошо ещё, что их в достаточном количестве на территории.

В машине села назад с дочкой, обнимаясь с ней, и по пути ловила частые взгляды Глеба на нас. Зная своего мужа, видела, что он что-то задумал. И не удивилась, когда он предложил заехать пообедать после того, как наши улетели.

— Что ты решил? — посчитала нужным сразу прояснить ситуацию, как только мы сделали заказ.

— Анют… — я внутренне скривилась от такого обращения. Разве не лицемерие так нежничать? — давай не будем всё рушить.

Хм, можно подумать, это я всё разрушила!

— Ты как себе это представляешь? — поинтересовалась у него.

— Мы сколько лет вместе. У нас дочь. Ты представляешь, какой удар это будет для Маши!

Ну с этим бы я поспорила. Удар для неё был, когда она была вынуждена переехать к бабушке и сменить школу в середине учебного года.

— И что ты предлагаешь? — стало даже интересно мне.

— Давай оставим всё как есть.

— Это как?

— Вы вернётесь домой и будем жить как прежде.

Я откинулась на спинку дивана, и во все глаза уставилась на Глеба. Самое интересное, он предлагал это на полном серьёзе! И смотрел так проникновенно на меня, как будто не он вчера расчленял взглядом.

— Хм, то есть, мы живём дальше, как будто ничего не случилось?

— Да, — кивнул с облегчением Глеб. — Так будет лучше для всех.

— Мы продолжаем играть в идеальную семью…

— Ну почему сразу «играть»? — вскинулся он.

— Ты продолжаешь потрахивать Катеньку уже не в нашей квартире, но приходить ночевать к нам. Спим мы и дальше в одной постели друг к другу попами, или раз в год ты будешь и меня трахать по праздникам от доброты душевной? — муженёк скривился от моей грубости, но мне было всё равно. — А мне на радостях от такого счастья и дальше наглаживать тебе рубашки, варить борщи и таскать в зубах тапочки?

— Зачем ты так? И в моей холодности ты сама виновата. От тебя никакой инициативы, а я на работе пашу как вол.

Хотела я сказать, что вспахивает он Катенькины поля, от того и устаёт, но не стала. Какой смысл что-то доказывать и обвинять, если решила расстаться.

— Глеб, хочешь искать виноватых? Пусть буду я. Ведь и, правда, больше тебя не хочу, всё перегорело. Давай прекращать этот балаган. Пообедаем и поехали в ЗАГС, подадим заявление. Ты квартиру на Машу перепишешь?

— Тебя только это интересует? — зло прищурился он.

— Да, — не стала отрицать я. — Это наследство нашей дочери, купленное частично и за мои деньги, и нажитое за годы нашего брака. Я не хочу, чтобы на неё претендовала твоя следующая жена.

— Ты не думаешь, каким ударом станет для Маши наш развод?

— Не большим, чем если бы она приехала домой, и увидела в нашей квартире хозяйничающую чужую тётку, — парировала я. — И о каком ударе речь? Она уже привыкла видеть тебя лишь по выходным. Так хоть куда-то гулять ходить вместе будете.

У него не нашлось аргументов мне возразить. Я ведь расспросила дочь, как они проводили время, когда он приезжал. Никак. Лежал на диване с телефоном. Максимум мог в магазин за продуктами с ней съездить. Всё!

— Глеб, давай не будем затягивать. К тому же я нас уже и к нотариусу записала, недалеко от ЗАГСА.

— Так была уверена в моём согласии? А я сегодня не могу. Занят, — развалился на диване он.

— Зато я свободна. И время написать в налоговую письмо у меня есть. А заявление о разводе я и без тебя подам. Так по-хорошему будем расставаться, или по-плохому, Глеб? — прищурилась я.

***

Супруг вымотал все нервы. И пусть я вынудила его поступить так, как хочу, за это услышала много чего нового о себе. Основным было то, что я ещё к нему приползу за помощью, неспособная сама себя обеспечить. И это хорошо, что алименты будут поступать на счёт Маши, и я ими не смогу воспользоваться, как и разменять квартиру на меньшую при надобности. Он ещё посмотрит, как я покручусь с ребёнком. Сама буду просить, чтобы забрал Машу.

Никогда не думала, что в нём столько яда и злости. Когда закончили с бумажными делами, он дал по газам, умчавшись в закат. У меня как будто разом закончились все силы. Присела на металлическую ограду заборчика, думая, что делать дальше. Возвращаться в пустой загородный дом родителей Глеба не хотелось.

Достав из сумки телефон, набрала Машку, лучшую подругу со времён студенческой жизни. Я и дочь в честь неё назвала, а она свою Аней. Но жизнь развела нас. Дружить семьями не получилось, и встречались только на дни рождения, да и созванивались от случая к случаю узнать как дела.

У супруга её была пекарня и они все силы отдавали семейному бизнесу, заодно воспитывая троих детей. У них была дружная семья, они с мужем всё делали вместе. Наверное, я и отдалилась от неё потому, чтобы не видеть контраста с собственной семьёй и не нагружать её своими проблемами. Да и работа в последние годы заняла всё моё свободное время.

— Анька! — радостно закричала подруга в трубку. — Ты пришла в себя?!

— Уже.

Стало стыдно, что за всё время даже не подумала позвонить ей, занятая своими проблемами.

— Лечу к тебе в больницу!

— Не надо. Меня уже выписали. Давай встретимся.

— Ты дома?

— Нет. С Глебом сегодня заявление о разводе подали.

— Так, я еду к тебе! Ты где сейчас?

Назвала адрес и попрощалась. Закинула голову, рассматривая голубое небо без единого облачка. На душе была такая пустота, что хоть волком вой.

На обнимавшись, как будто вечность не виделись, завалились с ней в ближайшую кафешку. Маша тарахтела без умолку, рассказывая как приезжала ко мне в больницу много раз, что оплачивала массаж и занятия моторными функциями. Именно благодаря этому мои мышцы не в таком плачевном состоянии, как могли бы быть. Глеб не мог не знать, но ни слова об этом! Ругала, что я ей сразу не позвонила и тут же спрашивала, почему решила порвать с Глебом.

Маша была сгустком чистой кипучей энергии, и рядом с подругой я отогревалась. Повинуясь импульсу, рассказала ей всё. Мы слишком давно знакомы и много чего пережили, чтобы она побежала звонить в психушку, а мне нужно было хоть с кем-то выговориться. И я говорила об Аннике, перемещении в другой мир, Дарстене, моём коротком замужестве и возвращении.

— Я бы тяпнула чего покрепче от таких новостей, но тебе нельзя, а я за рулём, — потрясённо выдохнула она.

Звонок моего телефона раздался внезапно.

— Некромант, — пояснила ей, и ответила.

— Аня, вы не заняты? — спросил он.

— Относительно. С подругой встречаюсь. Сегодня я свободна как от родных, отправила в отпуск, так и от супруга.

— Вас развели?

— Ещё нет, пока только заявление подали.

— Вы можете съездить со мной, подписать документы насчёт аренды? Они учли все ваши замечания.

— Без проблем.

— Куда за вами заехать?

Назвала адрес и отключилась.

— Некромант? Живой? — сделала круглые глаза подруга.

— Сейчас сама увидишь. Ничего, что я уеду? Он без документов, нужно ему жильё оформить.

— И оплатить? — тут же насторожилась она.

— Нет. Платит он за всё сам. Не переживай, — рассмеялась я. — Что он, что Дарстен высокородные аристократы.

Пока ждали Дениэля, рассказа о нём подробнее, что он друг Дарстена и мой как бы муж был. Один день.

— Oh, my God! — воскликнула подруга, когда я указала ей на подъехавшего некроманта. Сегодня он был во всём чёрном, отвечая имиджу, только волосы полыхали на солнце. — Знаешь, я бы тоже на твоём месте Глеба бросила, если бы рядом со мной такой красавец крутился.

— Мы только друзья.

— Ты дура? — возмутилась она.

— Маш! — зашипев, одёрнула её, так как он приближался. — Я развожусь. Мне вообще не до этого.

— Не рычи. Как раз повод пуститься во все тяжкие, отыгрываясь за бездарно прошедшие годы.

— Леди, — Берийский остановился возле нашего столика и поклонился.

— Маша, знакомься. Это Дениэль, мой друг. Дениэль, это моя лучшая подруга, Мария.

— Рад знакомству, — он склонился поцеловать ей руку, а Маша одними губами произнесла: «Надо брать!»

Я закатила глаза от её желания меня сосватать, но при этом испытывая кураж, от воспоминаний нашего студенческого прошлого. Тогда она также указывала мне на интересных кавалеров. Жаль, но я кроме своего Глеба никого не видела в то время.

Дениэль пристально рассматривал подругу, заставив её даже немного порозоветь от смущения, что дорого стоило. Машу в этом мире мало что могло смутить, она у нас бойкая. Я испытала на какой-то момент неприятный укол от такого откровенного внимания к ней. Так и хотелось сказать, что у неё любимый муж и трое детей, тут без вариантов. И сразу же устыдилась своего собственнического порыва.

— Вы позволите мне похитить вашу подругу? — галантно спросил он.

— Порядочные похитители женятся, иначе нечего без толку похищать.

— Маша! — ахнула, сама смутившись от её ворчливого замечания.

А вот Берийского этим не проймёшь. Расплылся в улыбке, как мартовский кот, проворковав:

— Я учту. Вас подвезти?

— Спасибо, но я на машине, — отказалась она. Мы расплатились и пошли на выход. Она проследила с задумчивым видом, как он усаживает меня в машину и помахала рукой.

— У вас интересная подруга, — заметил Дениэль, когда мы отъехали.

— Да?

— Светлая. Не думал, что встречу такую здесь.

— Что вы имеете в виду? — переспросила я, так как у него это прозвучало по-особому.

— Есть такие люди, которые способны аккумулировать кайо внутри себя и щедро делиться ею с окружающими. У них много друзей, их обходят несчастья, близкие не болеют. Таких ещё с детства забирают в храм Пресветлой и делают жрицами. Они несут добро и утешение людям. Часто обладают ясновидением.

— Машка? Да ладно! — в неверии воскликнула я, но потом задумалась.

Насколько знала, она и дети с мужем ничем серьёзнее насморка не болели. Компании у них дома всегда шумные собирались. В их магазинчике при пекарне она за стойкой часто стоит, и от покупателей не протолкнуться. И Глеба моего она недолюбливала всю жизнь. А вот после общения с ней получаешь такой заряд позитива, что жить хочется!

— Если она захочет, то у нас ей бы создали все условия для комфортного проживания.

— Сомневаюсь, что её этим прельстишь. У неё здесь своё дело, семья, дети и проживание более чем комфортное. Ради чего срываться? Деньги? Им хватает. Титул с землями? Смешно.

— Считаете, что это ничего не стоит?

— Много ли стоит титул, когда любого аристократа король может нагнуть и поиметь в той позе, какой пожелает? Извините за грубость.

— Не понимаю.

— Вам Максимилиан не говорил, почему согласился на обмен?

— Ну как же, Анника…

— Нет, дело не в ней. Эдвард сделал ему такое предложение, от которого отказаться невозможно, а согласиться немыслимо. — По лицу некроманта поняла, что он ни сном, ни духом. Но бросив взгляд на затылок водителя, который не мог не греть уши, произнесла: — Напомните рассказать, когда будем одни.

Дальше мы просто молчали. Не знаю как Берийский, а я переваривала новость насчёт подруги. Забавно, у меня дар разума и перемещения, с даром земли, Маша вообще светлая. Не много ли одарённых на квадратный метр? Так оглянись по знакомым, может ещё с даром кто-нибудь нарисуется. Ха-ха!

В агентстве мы подписали все бумаги и стали обладателями жилья на год. Дениэль зазвал меня к себе в гости под предлогом того, чтобы я посмотрела женским взглядом и составила список, что нужно купить. Не сильно-то я и сопротивлялась, времени всё равно свободного вагон.

Потом съездили в ближайший гипермаркет, где купили вещи первой необходимости. Ведь мебели куча, а постельного белья, подушек, одеял, полотенец, мыльных принадлежностей нет, как и столовых приборов с посудой. Может, у хозяев она серебренная или золотая, раз всё выгребли. Шкафы кухонные пустые, только техника бытовая осталась.

По возвращению я с ног валилась. Дениэль заказал ужин из ресторана, и мы устроились отмечать новоселье у разожженного камина. Он заказал бутылочку дорогого вина, и мы дегустировали из новых бокалов. Я почти сразу поплыла, чувствуя, что уже никуда не поеду.

— Дениэль, выделите мне сегодня спальню? — ради приличия спросила у него.

— Почему сегодня? Формально это ваш дом. Оставайтесь.

— Как это? — у меня даже глаза открылись, и накатывающая сонливость сбежала от удивления.

— Аня, во-первых, здесь есть бассейн, а плаванье вам сейчас будет полезно, как и тренажёрный зал. Ваше физическое состояние оставляет желать лучшего.

— Я планировала записаться на тренировки, — оправдалась я, немного задетая критикой.

— Не надо никуда записываться, здесь всё под рукой. Я лично буду следить за вашими тренировками.

— Эмм… — у меня даже слов не было.

— Аня, есть целая система восстановления после ранений и долгой неподвижности. Я вам помогу прийти в форму. А вы поможете мне обжиться здесь, наполнить дом необходимыми вещами.

— Дениэль, мне не хотелось бы вас стеснять. К тому же я обещала поливать цветы в доме свекрови, пока они на отдыхе.

— Здесь полно места, о каком стеснении речь? А цветы польёте, съездим, как раз и вещи возьмёте. И не спорьте! Отказ не принимаю. Лучше скажите, что там такого король Эдвард Максимилиану предложил? Признаться, вы меня заинтриговали.

— Ах, это! — я уже и забыла за всей этой суматохой. — Я случайно подслушала их разговор. Как раз в тот день, когда вас наградили поездкой на болота. Эдвард поставил его перед фактом, что как только я рожу Дарстену первенца, второй ребёнок будет от него. Король хочет одарённых детей, а у нас совпадение по магии.

Некромант изменился в лице, не поверив.

— Этого не может быть! Вы что-то не так поняли.

— Поверьте, там всё звучало предельно ясно, — невесело усмехнулась я. — Максимилиану посоветовали быть благодарным, что король подождёт. К тому же там опыты над одарёнными решили организовать, раз на развитие моих способностей так повлияла травма головы и потеря памяти. Даже думать не хочу, что ждёт бедных девушек! Король ясно дал понять, что если не будет результатов, он придёт за мной. Для всех Максимилиан отошлёт меня в провинцию, а на самом деле король упрячет в укромном месте, и будет навещать, пока я не понесу. Ребёнка заберёт себе, и сам займётся воспитанием. Моё согласие, как и Дарстена, спрашивать никто не собирался. Как он сказал, будем обязаны подчиниться. Так что у вас не Эдвард Справедливый, а Урод Монарший. Вспоминать противно.

Я отпила вина, запивая горечь воспоминаний, и закончила:

— Так что основную роль в согласии Максимилиана вернуть Аннику было то, что её магия при встрече с королём никак не взаимодействовала. Защитить жену от поползновений короля он никак не мог, а давать пользоваться даже королю не хотелось. А теперь скажет, что память к Аннике вернулась, и удивительный всплеск способностей исчез. По крайней мере, мы на это с ним надеялись. Я хоть и зла на Аннику, но такого бы не пожелала.

Может, Эдварду и удалось бы соблазнить её возвратом родового имения, но думать об этом не хотелось. Мерзко всё это.

Возможно, и эксперименты над девушками прекратят, когда поймут, что всплеск способностей если и был, то кратковременный. Время покажет.

Мой рассказ испортил непринуждённую атмосферу вечера. Не сговариваясь, мы убрали за собой, загрузив всё в посудомойку, и пошли стелить постель. Делали всё вместе, распаковывая купленные вещи. Вначале застелили мою постель, а потом я отложила себе пару полотенец для душа, захватила комплект постельного белья, всучив ему подушки и одеяло, и пошла в его спальню, которая находилась рядом с моей. Возражений, что он справится сам, не слушала. Уже видела, как он несколько минут наволочку крутил, не в силах найти потайную молнию.

Затем возились, разбирая мелочи для ванной комнаты. У Дениэля была своя отдельная в спальне и я сгрузила туда всё мужское, а себе заняла в конце коридора, утащив женские ароматы. Если бы знала, что ночевать останусь, то купила бы женский банный халат, и ночнушку. Вообще, вопрос в чём спать стал ребром. В одном белье неудобно, вообще без белья провокационно. Закончилось всё тем, что пошла на поклон к некроманту.

— Дениэль, можно мне футболку? — заглянула к нему, предварительно уведомив о своём появлении стуком, и чуть не застонала в голос, проглотив слова: «Хоть какую-нибудь».

Мужчина раздевался и только стянул с себя чёрную футболку, радуя взгляд обнажённым торсом. Пояс был расстегнут, как и верхняя пуговица джинс.

— Эту? — удивился он.

— А ещё есть? Или рубашка. Мне спать не в чем, — держа лицо и стараясь сильно не поедать его взглядом, произнесла я.

— Сейчас посмотрим, — улыбнулся он.

Пройдя по комнате, подошёл к кожаному саквояжу на стуле и вытащил белую рубашку. Из вещей своего мира.

— Эта подойдёт?

— Более чем! — Лучше не придумаешь. Длинная, шёлковая, свободная. — Если не жалко.

— Для вас Аня, ничего не жалко, — чувственно произнёс он, подходя ко мне.

Скомкано поблагодарив, взяла рубашку и сбежала, неожиданно смутившись. А вот нечего на меня голым торсом напирать, играя мускулами!

Уже лёжа в постели, думала о том, а где он раньше ночевал? Где был все эти дни? Как получил наши деньги и в таком количестве? Он молчал, а я понимала, что спросить сама об этом не смогу. Некультурно, да и он отчитываться не обязан.

Но ведь предложил мне пожить у него, значит, водить женщин и закатывать вечеринки не собирается. Эта мысль успокоила и я заснула.

Ведь если будет иначе, я точно у него не останусь.