Глава 37

Перестав дергать себя за ремень, Пол резко поднял голову.

– Убью… – тихо прорычал.

И ведь убьет, поверила я. Вот этой же шваброй и убьет.

Пронеслась нелепая мысль, что кто бы там ни был, я должна быть им безмерно благодарна, потому что, если бы не эта своевременная помеха, не видать мне романтичного первого раза с Полом, как своих ушей.

Но уже в следующий момент мне было не до благодарностей.

 – Открывай давай… Что за нах… ­– кулаки вновь сотрясли дверь, грубых голосов прибавилось.

Пол в темноте зажал мне рот рукой. Сердце мое колотилось как бешенное, и казалось еще чуть-чуть и его услышат, и тогда уже нам точно не отсидеться взаперти…

– Может послышалось? Вроде хорошо заперто.

– Да не, точно слышал что-то…

– Да мыыши там наааверное… ­– донесся из кухни голос Валерии Александровны. Довольно странный голос – низкий и тягучий, точно она была пьяна и вот-вот вырубится.

– Таблетки! – прошептал Пол мне в ухо. – Она, похоже, то вино выпила, куда я таблетки высыпал…

Я ахнула.

– Точно! Ей ведь предлагали, пока они телефона ждут…

Он тихо усмехнулся.

– Ну вот и проверим, как работает ее пойло. Интересно, она одна выпила или?..

– Что-то жарко тут… Валерия Александровна, вы не против, если я галстух сниму?

Вот и ответ.

– Гааалстук, идиот. Снимай конечно… И вправду… очень жааарко…

– А вы тоже пиджак снимите…

Секунду стояла тишина, потом кто-то присвистнул.

– Валерия Александровна, вам кто-нибудь говорил, что у вас шикарная фигура?

– Заткнись, возьми вон ту газету и обмахивай меня... Можешь рубашку снять, если жарко.

– Что происходит? – допрашивал меня Пол.

Я хихикнула.

– Они там раздеваются… И про нас, похоже, забыли.

– Быстро же работает эта хреновина… Понимаешь, что с тобой было бы то же самое?

Сглотнув слюну, я кивнула.

До нас донеслись звуки борьбы… Или не борьбы?

– Разве что не с тремя мужиками… – пробормотала я, начиная думать, что, вероятно, стоило бы вмешаться... Вдруг там ее насилуют. С другой стороны, не дай Бог, Пола укатают и на меня переключатся…

– Она заслуживает всей этой гадости, – твердо сказал Пол. – А нам пора выбираться отсюда, пока они не решили передислоцироваться в спальню.

Борьба закончилась и послышались громкие чмокающие звуки и стоны. Догадываясь, что там происходит, я помотала головой, выкидывая из нее омерзительные и в то же время будоражащие воображение картины. Не долго же Валерия Александровна сопротивлялась… А может, она же сама и «поборола» своих охранников, сойдя с ума от приправленного химией либидо.

Осторожно убрав швабру, Пол застегнул ремень и помог мне оправить одежду. Приоткрыл дверь, осторожно выглядывая. И тут же махнул мне рукой, командуя следовать за ним.

Вдвоем, мы тихонько подобрались к стеклянной двери, выходящей на веранду. И пока он, стараясь, чтоб ничего не скрипнуло, отодвигал в сторону стеклянную дверь, я, на свою беду, оглянулась. И застыла, как жена библейского пророка, превратившаяся от случайно брошенного взгляда в соляной столп.

Распластавшись животом на столе, в одном лишь лифчике, лежала моя бывшая начальница и, упоенно постанывая, принимала в рот эрегированный член одного из своих охранников – здоровенного, пузатого лба, пыхтящего и, также как она, почти полностью раздетого. Филейной частью своей «шикарной фигуры» она принимала в себя второго охранника, причем судя по углу проникновения, явно не в промежность. Чуть поодаль за всем этим развратом наблюдал в экран своего мобильника Олег – свободной рукой теребя себя за ширинку.

– Идем! – Пол дернул меня за руку, и я, хоть и с трудом, пришла в себя.

Пытаясь развидеть увиденное, я перелезла через перила веранды и прыгнула Полу в руки – тот спустился секундой ранее.

Светя впереди фонариком из его мобильника, мы быстро нашли дорогу к машине, отогнанной и припаркованной Волковым чуть поодаль, на той же улице. Пол издалека пикнул ключом зажигания и через секунду мы уже пытались отдышаться, забравшись в салон и откинувшись на сиденьях.

В полумраке он повернулся ко мне, пугая зрачками, отражающими блики огоньков с панели управления.

- Месть засчитана?

Я не сразу поняла, о чем он говорит. А когда поняла, осторожно, с опаской кивнула.

- Тогда мы едем ко мне, – не принимающим возражения голосом сказал он, и завел машину.