Глава 36

Спустя три месяца

— Ди, Ди! — Лика забегает в комнату, хватает пульт с журнального столика. — Посмотри новости!

Врубает мне телевизор и истерично переключает канал.

Не понимаю к чему такая спешка.

И почему она такая взвинченная?

Но я всё же опускаю ладонь на животик и перевожу взгляд в экран телевизора.

И лучше бы я этого не делала.

Сердце грохочет в груди и падает в пятки. Когда вижу эту картинку. Ужасную. И страшную.

И слышу слова. Что словно звон колокола бьёт по слуху.

— Сегодня утром, Арчи Арсанов, глава корпорации «Real» был подстрелен прямо в центре, выходя из кафе. Преступник без каких-либо заминок достал пистолет на оживлённой улице и выстрелил в бизнесмена. Он был госпитализирован и сейчас находится в критическом состоянии.

Я подпрыгиваю на месте и тут же хватаюсь за живот, про который абсолютно забываю. Он немного покалывает, но, кажется, для меня сейчас не существует ничего, кроме как видео, где Арчи заносят в машину скорой помощи.

— Стрелявший был пойман тут же. Оказалось, это бывший сотрудник компании, которого незадолго до происшествия был уволен…

Я не понимаю как, но слёзы сами вырываются из глаз. Обжигают не только щёки, но и что в солнечном сплетении.

Я завороженно смотрю на кадры в телевизоре и не знаю, как унять плач.

Рот от испуга зажимаю.

— Ди?.. — дёргает меня за платье Лика. Я опускаю взгляд вниз, рассматривая малышку через пелену слёз. — С ним же всё будет хорошо?

Как бы я хотела сказать «да», но я же не знаю.

— Будет, — киваю, заверяя. По-другому быть не может.

— А может, съездишь к нему? А я дома посижу.

Когда Лика говорит эти слова — они кажутся мне такими нереальными. Я всё это время боялась вернуться к Арчи и сказать, что наш малыш жив.

Не знаю — в курсе ли он… Хотя я прячу живот под платьями. Вряд ли он знает. Но я часто хожу в женскую гинекологию. Может, сам догадался?

— Ты уверена? — выдыхаю, смотря в ясные глаза.

Я Лику одну не оставляю. Редко. А тут…

— Угум, — кивает и улыбается во все тридцать два зуба. — И если поедешь, передай ему кое-что!

— Что?

Когда она успела ему что-то сделать? Она сейчас бисером плетёт. Сделала ему браслет?

Но нет. Лика запрыгивает на диван и со всей силы целует меня в щёку.

— Вот это передай!

Я шмыгаю носом и опять плачу.

Слишком мило! Либо я стала жутко сентиментальной!

Но я всё же вытираю слёзы и киваю. Заказываю себе такси до больницы, до этого узнав у Влады где он лежит.

Мы общаемся, и она часто помогает мне скрасить некоторые одинокие вечера.

В больнице я оказываюсь через сорок минут, мучаясь в неведении. Пишу Владе, спрашивая, пустят ли меня к нему. Сказала, что договорится.

И я сейчас пробегаю мимо регистрации и бегу на третий этаж — в его палату. Его перевели в платную клинику, поэтому весь этаж, на котором оказываюсь — оккупирован охраной.

И меня, всё же не пускают.

Какой-то мужчина перекрывает своим телом мне вход.

— Сюда нельзя, — басит.

— Мне можно, — шиплю сквозь зубы. Я и так на нервах, сукин ты сын! — Я жена Арсанова, понял? Штамп в паспорте показать?

А он настоящий! Я когда увидела — не поверила. Злилась долго, но перестала.

— И если ты меня не пропустишь…

Я пугаюсь. Потому что мужик тянется ко мне своими ручищами. Явно сейчас заломит их мне и выкинет меня с этого этажа! И даже моё маленькое (ну, уже не совсем!), но стойкое пузо мне не поможет.

А его вообще не видно из-за платья.

— Кирилл, пропусти, — я слышу знакомый голос и поднимаю голову вверх.

А там…

Арсанов. Старший. Эмиль.

Мужчина, именуемым Кириллом тут же делает шаг назад. Руки за спину убирает и даёт мне проход.

И я тут же с места срываюсь.

— Спасибо, — говорю ему. Даже не боюсь его. Хотя слухи про него ходят… Жёсткие. Но Влада ж его любит, да? Он меня не убьёт. Конечно, не убьёт. Пусть попробует!

У меня есть защита. Относительная. Если он на меня ещё член вой не положил. Но хоть ребёночка своего защитит, да?

Арс усмехается.

— Иди, он уже очнулся, — кивает на палату.

А меня держит что-то.

Неуверенность.

Он ещё не знает, что ребёнок… Жив. Возможно, ему сообщили, но Владу я попросила этого не делать. Я боялась. Что он придёт за мной. А я была не готова. Всё же переживаю за нашу жизнь. За Ликину. Теперь ещё и за малыша.

Поэтому ничего не стала говорить Арсанову.

А сейчас иду со своим животиком к нем в палату. С неуверенностью, волнением и дрожью в коленках. Со страхом открываю двери.

Сердце в ушах барабанит.

Но я делаю это. Перешагиваю за порог.

Привлекаю к себе внимание.

Арчи уже сидит. Держится за живот и морщится. Но голову поднимает и недовольно проговаривает.

— Тебя только за смертью посылать, а не сига…

Он резко замолкает. И я впервые вижу его таким удивлённым и шокированным.

— Я не курю, — отвечаю ему в тон, улыбаясь. — И сигарет у меня нет.

Его взгляд метается вниз. На мой живот. Платье слегка натянулось из-за сумки, и его стало хорошо и отчётливо видно.

Рот от удивления открывает.

А я выдыхаю. И в то же время обида в груди таится.

Значит, он даже не интересовался нашей жизнью… Просто перечислял деньги. А вдруг у него и правда кто-то появился за это время? Я хоть и смотрела за ним в новостях, но он же… Потаскун. Мало ли с кем мог связаться?

А я всё это время грезила о нём. О наших ночах.

— Ты чего тут? — еле шепчет. Кулаки сжимает от злости. — И что это, Ди? Я за тобой неделю не следил. Откуда?

Я делаю шаг вперёд, к его кровати. Подхожу. Взмахиваю сумкой и бью ему подзатыльник.

— У джинна заказала, — шиплю ему. — Ты что следил за мной?

Приятно-о-о! Но!

Я даю ещё один подзатыльник сумкой.

Нефиг в мою личную жизнь вторгаться!

Хочу ещё разок его треснуть, но он мою руку перехватывает и на себя дёргает. Легко так. Не больно. Ладонью живот защищая.

Неожиданно падаю, но успеваю руку одну вперёд выставить. И чёрт… Прямо на его пах.

И я, была бы не я, если упустила эту возможность. Слегка трогаю.

И тут же расплываюсь в улыбке.

— Ты не меняешься, — довольно произношу. — Всего пару секунд.

Столько ему нужно, чтобы возбудиться!

— Ты долго мне о ребёнке собиралась молчать? — горло прочищает.

Я губку закусываю. Облизываю под его изучающий взгляд.

— Но как? Я кровь сам видел! На руках тебя нес. И УЗИ подтвердило. Да я до последнего думал, что когда видел тебя, ты просто поправилась!

Я вздыхаю.

— Я сама не поняла, что произошло… — говорю честно. — После того обследования я совсем расклеилась, но… через месяц у меня вырос животик. Грудь увеличилась. Я к врачу сходила. К одному-второму… Все сказали, что беременна. Я не ожидала, что такое возможно, но… Так. Врачи хором твердили, что это — чудо.

Я не лукавлю, говорю честно.

Понимаю насколько это волнительно. И страшно.

— И почему ты мне не сказала? — сверлит взглядом.

— Ну-у, — тяну. — Я боялась. Что ты меня опять к себе заберёшь.

Он в секунду в лице меняется. Пугаюсь даже. Но понимаю, что у нас возникли недомолвки. И я спешу пояснить.

— Ты не так понял. Арчи, я… — собираю в себе силы. — Хотела бы тогда остаться с тобой, понимая, сколько мы прошли вместе, но… Ты бандит. Твое окружение такое же. Я за Лику переживала. А когда о ребенке узнала… понимала, что он в опасности будет. Поэтому..

Я наклоняюсь. Целую его в губы, прикрывая на мгновение глаза.

— Прости. Я не сказала, потому что испугалась. Я не хочу терять его во второй раз…

— Ты глупышка, Ди.

Он поднимает руку в воздух и касается пальцами моей щеки.

— Помнишь, что я сказала тебе, когда ты уходила?

Закусываю губу и снова чувствую это жжение в груди.

— Я хочу уйти, — говорю решительно.

— Точно решила?

Как хорошо, что он не останавливает меня.

— Да, — киваю. — Это моё окончательное решение.

Он оглядывает меня цепким взглядом. Словно заглядывает мне в голову. И читает каждую мою мысль в этой распухшей голове.

— Ты боишься.

Это не вопрос.

— Я не боюсь, — прикрываю глаза. — Просто всё подошло к концу. Я хочу пойти своей дорогой.

Обхватываю себя за плечи. Смотрю на свои ноги. Только не на него.

— Диан, — говорит резко. — Ты пытаешься сейчас обмануть не меня. А себя. Прежде, чем ты окончательно решишься уйти, могу предложить остаться здесь. Обещаю, что никакой опасности. Мести и подобного. Других девушек. Только мы с тобой. В этой квартире.

Только не в ней!

— Арсанов, — опять выдыхаю. — Ты меня не переубедишь. Мы чисто деловые партнёры, которые иногда трахались.

И плевать, что этого мы не делали два месяца. Такие себе отношения.

— Как знаешь.

— Помню, — говорю честно. — Но знаешь… Тебя недавно подстрелили.

— Ну, погоди, — останавливает меня. — Меня же подстрелили, а не тебя. Я может сам под пулю встал, чтобы меня по новостям показали? А всё это — чётко отработанный план, чтобы ты прибежала ко мне, включила сострадание, жалость, а потом пожалела меня, м?

Он довольно улыбается, но я вот не верю ни одному его слову.

— У тебя дырка между ребёр, — шепчу. — А ты так шутишь.

— А если не шучу?

— Тогда ты дурак. Мог просто зайти в гости.

— Решил не нарушать твоё личное пространство. Мало ли ты после этого вообще думать обо мне перестанешь. Пока просто смотрел за тобой и ждал, когда поймёшь, что без ума от меня и жить невозможно.

Я слушаю его голос как зачарованная.

Он разливается тихими волнами и заплывает ко мне в уши и немного успокаивает. Он такой, как и тогда. Когда случился тот инцидент. Спокойный, мягкий..

И я невольно заслушиваюсь.

— Вряд ли, — говорю честно. — Скорее всего, я бы наоборот… Ой!

Внезапно малыш пинается, и я разгибаюсь, хватаясь за поясницу. Мамочки…

— Ты чего? — Арчи обеспокоенно сильнее сжимает мою руку. А я её перехватываю. И на животик себе опускаю.

— Разбойник твой избивает меня, — жалуюсь. — Каждый день стал. Несколько раз на дню. И бьёт и бьёт. Жестокий. Или жестокая.

Он резко поднимает взгляд вверх.

— Ты ещё не знаешь пол? — удивляется.

— Ну-у, — тяну, отводя взгляд в сторону. Неловко. — На самом деле… Я хотела остаться в неведенье. Просто…

Я краснею до кончиков ушей.

— Я хотела узнать его вместе с тобой, но так и не решилась прийти к тебе. Поэтому…. Узнаем, когда родится.

Я веду его массивной ладонью себе по животику.

И тут ребёнок пихается.

— Чувствуешь, чувствуешь? — тараторю. Какое же это приятное чувство!

— Да…

Арсанов как завороженный смотрит на свою ладонь.

— Нет, ну, я всё, — вдруг резко произносит и головой машет. — Пытался к тебе прислушиваться. Разделить твоё мнение там. Но нет. Переезжаешь ко мне. Всё. Нагулялась, проветрилась и хорош.

Я не успеваю возмутиться, как дверь в палату открывается.

— Ну вы чо, помирились?

Я оборачиваюсь, и смотрю на Владу, что от души отгрызает свежую морковку. За ней идёт Арс, тащит ей целую тарелку.

— Я ждать устала уже, пока вы наговоритесь.

Она заходит в палату. Но вперёд неё это делает её живот. Я не представляю, как это выносить. У меня от одного поясница ломит, а тут… Двойня пацанов.

Арсанов хорошо постарался… Настолько, что вместо одного, у них будет два маленьких счастья. Роды через неделю назначены. Бедная Влада… Живот как три моих. Там явно два Алёши Поповича растут.

— Ну как сказать… — шепчу.

— Да, — отвечает за меня Арсанов. Жук навозный. — И…

Я хочу развернуться и ударить его. Что и делаю!

Замахиваюсь сумкой, но замечаю, как Арчи хватается за ребро.

И я тут же кидаю сумку на пол, опуская ладонь на его плечо и придерживая.

— Больно было? Врача позвать? Может тебе?…

— Нет-нет, — хрипит. — Кажется у меня недостаток секса и минета… Почти восемь месяцев воздержания и одного кулака знаешь ли… Маловато.

Я всё же даю ему подзатыльник.

— Я тут волнуюсь, А он шутит… — проговариваю. — Всё, хорош.

Я взмахиваю волосами и хочу уйти, но тут же меня ловят ловкие руки.

И я не сразу понимаю, что Арсанов вскочил с койки и стоит, обнимает меня.

— Кошка драная, — обзывается. — Стоять. Пациенту любви не хватает, а ты его так избиваешь.

— А всё, малыш, — повторяю. — А надо было раньше!

Но я не вырываюсь.

Ни сейчас.

Ни через десять минут.

И даже ни через неделю…