Глава 15

— Поехали прямо сейчас, — тут же предложила я, думая что скоро смогу избавиться от всего этого дерьма, в которое Юра снова меня окунает.

Он словно задумался и недобро сверкнул глазами. Хотя слова добро и Самсон в одном предложении могут быть только в одном случае. Противопоставление.

— И даже условий не предъявишь. Денег?

— Юр! Какие деньги?! Все, что я хочу это дать своим глазам больше никогда тебя не видеть! — отчеканила я и тяжело поднялась, понимая, что уже полностью обнажена.

Амбалы даже не постеснялись осмотреть мое тело.

Хамло.

— Вот и отлично, — кивнул Самсон и, не дав мне пройти в спальню за одеждой подхватил и забросил на могучее плечо.

— Ты с ума сошел?! — закричала я и тут же взвизгнула, когда его тяжелая ладонь ударом накрыла мой зад. — Поехали в полицию, заберем заявление и просто распрощаемся.

— Не раньше чем я тебя трахну, я слишком долго тебя не видел. Я что, не мог соскучиться?

— Юра! — верещала я, извиваясь на его плече, чувствуя себя куском мяса. — Я не поеду с тобой! Ну хорошо! Дай мне хотя бы одеться! Я же голая!

— Сегодня шмотки тебе не понадобятся, — усмехнулся он.

С этими словами Юра из моей квартиры и забросил в только что открывшийся лифт. Где все соседи?!

Почему никто не реагирует на мои пронзительные крики о помощи? И почему один из амбалов роется в моей сумочке?!

— Не трогай паспорт! — потребовала я, но Юра уже зашел в тесную зеркальную кабину и дверь закрылась.

Это ощущение тесноты и нашего запаха смешавшегося в причудливый коктейль сводило с ума. Он был полностью одет, а я обнажена.

Сколько не прикрывайся, ни один участок тела не остался без внимания его черных глаз и жадных растянувшихся в оскале губ.

Я поднялась и прижался к стенке лифта, ощущая яростные потоки горячего воздуха вырывающиеся из моего рта.

— Животное! Скотина! Мне надо на работу! — громко говорила я, смотря в его насмешливые глаза и на улыбку, которую мне хотелось стереть движением руки. Никогда не замечала у себя склонности к насилию. — Юр, послушай. Не надо. Я не хочу тебя. У меня налаженная жизнь! Без тебя! Оставь меня в покое!

Он молча нажал кнопку «стоп» и похотливо осмотрел мое тело.

— Открой двери! — испуганно пискнула я, когда несмотря на мои просьбы, он просто сделал шаг и навис надо мной огромной скалой.

— Мне казалось ты должна была запомнить, что орать на меня не следует.

— Я, — замялась я, не зная куда деть глаза. Конечно помнила. За повышение голоса всегда прилетало больнее всего и трах переставал доставлять удовольствие.

— Не подходи, прошу, — Господи он так близко. Его тело источает настоящий жар. Я столько раз фантазировала об этом, но я не должна хотеть его. Не должна!

Мысли круговоротом носились в голове, пока он просто осматривал мою грудь, отчего соски уже начало покалывать.

Я прикрыла их, но он откинул мои руки очередным хлестким ударом.

— Если ты оставишь меня в покое, то и напомнить ничего не придется, — сделала я последнюю попытку вразумить его.

— Завтра, — твердо сказал он, словно убеждая сам себя и резким движением рука сжал мою шею. — А сегодня…

Он поцеловал меня.

Я же испугавшись собственного желания от этого властного касания губ, подняла руку и без размаха дала ему по лицу. Я не могу так просто сдаться.

Не могу.

На этот раз он не взбесился, только сжал шею сильнее, почти до потемнения в глазах и поднял меня в воздух.

Сколько бы я не сопротивлялась: хрипло кричала, отталкивала, сколько бы не царапала его лицо, он так и не отнял губ от моих, долго и со вкусом лаская язык, зубы и небо.

— Сволочь! Насильник! Ненавижу! — крикнула я, когда смогла вдохнуть тяжелого воздуха, а Юра тем временем сжал одной рукой мои груди и принялся лизать соски.

Тело и так наполненное возбуждением вконец окосело. Мир вокруг померк, осталось только ощущения языка Самсона на сосках.

Чувственное и вместе с тем жестокое. Он словно пожирал их на ритуальном обеде, а я всхлипывала от восторга.

— Они стали еще лучше, — хрипло произнес он и просто зарылся, в крупные как дыньки груди лицом, уже расстегивая пряжку ремня и ширинку. — А как там внутри?

Поняв, что сейчас произойдет я снова начала сопротивляться. Но сейчас я не использовала ни доли той силы, что с незнакомцем, каким представлялся мне Юра в тот вечер.

Не было сил?

Или желания?

Все сопротивление разом сошло на нет, когда он просто раздвинул мои ноги еще шире и толкнулся членом внутрь, при этом утробно зарычав:

— Моя Меллиса.