Глава 61

В углу сидел со смартфоном Дэвид и лишь мельком на меня взглянув, произнес на чистом английском:

— Тебя мыли два раза, а все равно воняешь, как помойная яма.

Я быстро себя осмотрела и увидела, что помимо обнаженности я полностью чистая. Хотя, надо признать справедливость его замечания. Я воняю.

Но не так, как сам Дэвид и его поступок.

— Как я здесь оказалась? — начала я с главного, удивляясь, как мне легко удается произносить английские слова, после целого года пребывания в России.

— Ты вернулась домой из этой варварской страны.

— А то, как я вернулась, тебя не слишком волновало?

— Этого нам не сообщили

«Конечно, нам с Джулией», — думала я, пока он фальшиво давил улыбку и убирал телефон в карман.

— Главное ты здесь. — Он вдруг встал во весь свой рост, расправил плечи в модном клетчатом пиджаке на заказ и раскрыл объятия. — Ну, здравствуй, любимая. Я очень рад тебя видеть.

Мне захотелось рассмеяться от того, как театральный режиссер не может сыграть простейшего любящего мужа. И даже высокопарность не помогла.

Хотелось ему врезать, теперь я понимаю, что желание навредить Самсону и наполовину не было таким же сильным.

Я отвернулась от этого красивого лжеца и быстро осмотрела знакомое, дорогое, стильное убранство. Парчовая кровать со столбиками, где я не испытала ни одного оргазма. Туалетный столик, заставленный драгоценностями, картина, подаренная мне на первую годовщину свадьбы. Мой собственный портрет с полуобнаженной грудью.

И там дальше шкаф с одеждой. Я прошла к нему и выискала обычные джинсы и пуловер.

— Ты куда собралась? — напряженно спросил за моей спиной Дэвид.

— Ты тоже собирайся, — сразу потребовала я. — Мы едем искать моего сына.

Молчание было мне ответом, и я, уже одетая, повернулась и зло спросила:

— Ты глухой?!

Его нерасторопность дичайше бесила!

— Каким сыном? Ты опять с ума сходишь? Он же в России. Ты же бросила меня, чтобы быть со своим ублюдком.

Я никогда не передвигалась так быстро. Моя рука словно стала жить своей жизнью и настигла карой-оплеухой щеку Дэвида.

— Никогда! Никогда! Не говори так о моем ребенке!

— Больная, психованная! Мне же больно! — орал он пока держался за место удара. И во мне плескалось злорадное удовольствие от красного пятна на его гладко выбритой щеке.

— Как твой сын мог оказаться здесь, сама-то подумай.

— С теми детьми, на которых ты даже не обратил внимание. Ты хоть знаешь…

— В мире полно дерьма, — перебил он. — Я вряд ли смогу очистить его в одиночку.

— Но это не мешает тебе в этом дерьме мазаться и трахать шлюх по притонам. Им хоть есть восемнадцать?

Я очень сомневалась.

— Если бы ты не была фригидной сукой, я бы не искал утешения на стороне.

Утешения. Да… Не говорить же ему, что вся моя фригидность рассыпалась в прах, когда в моей жизни вновь появился Юра.

Надо ему позвонить. Он наверняка уже и сам на пути в Европу. Я верила в это.

***