Глава 63

Я отбежала назад, не веря, что это опять происходит.

Я порывалась несколько раз вернуться в Россию, но тетя стабильно меня возвращала в Шерринфорд, больницу для умалишенных. Ужасное серое здание, в котором единственно музыкой были крики безумных.

В последний раз я вышла с твердым намерением, как можно дольше показывать тете, какая я нормальная.

Целых два года я усыпляла ее бдительность, снабжала деньгами, а потом просто собрала документы, деньги, перекрыла ей доступ к счетам и уехала.

Меня снова хотели вернуть в это ужасное место, и я снова всеми силами отбивалась. Теперь у меня нет времени отсиживаться в сумасшедшем доме.

Мне нужно искать Никиту.

Четверо против одной, но и я не лыком шита. Юра меня кой-чему невольно научил.

Дэвид в итоге валялся без сознания от удара духами в голову, а один из санитаров хромал, но меня все равно связали и поволокли по полу в сторону выхода из дома, который я когда — то возненавидела.

— Почему я не могла взять сына с собой? Здесь бы место целому детсаду хватило? — кричала я, когда первый раз сюда попала.

— Потому что нашей семье не нужны детдомовские ублюдки!

Я ненавидела Джулию, я хотела вырваться от нее и делала это много раз, но каждый раз ее всевидящее око меня находило.

Как и в этот.

Оказалось, что у нее есть женатый на представителе «семьи» любовник в Ми-6. А у меня компромат на него.

После побегов из клиники я часто бегала к Джулии в спальню и фотографировала их животные совокупления.

Даже и не подумаешь, что эти два отстраненных человека на это способны. Но мне было плевать, я хладнокровно все снимала. И знала, что однажды мне это пригодится.

Джон Врубель. И именно он поможет мне, когда я доберусь до второго своего тайника.

Осталось только понять, как это сделать. Как развязать руки, когда машина, из которой не выбраться, которая привезет меня за четырехметровый забор, прямо перед глазами.

Меня не слишком вежливо закинули в мягкий кузов машины, но дверь внезапно не закрылась.

Тощий темный санитар отлетел от нее, как от удара ногой в грудь, а второй вскинул руку, но ему ее вывернули и толкнули на каменную дорожку.

А затем, хвала небесам, показалось напряженное, знакомое лицо.

«Юра-а»! — радостно вскрикнула я про себя, так как мой рот был занят кляпом.

— Я тоже рад тебя видеть Рыжуля. Очень рад.