Глава 26

Женевьева  

— Мне бы очень хотелось, позволить нам отдыхать и дальше, но нельзя. Нам нужно предстать перед Советом, Женевьева. Нужно, чтобы тебя оформили документально.

Обязательно с утра надо портить мне настроение?

Рэн полулежал на изрядно испорченной кровати, забросив сильные руки за голову и говорил. Я лежала на его груди и слушала, как бьётся его драконье сердце, как вибрацией отдаётся его голос.

А ведь так хорошо было…

— Будет обязательная проверка, после которой комиссия зафиксирует, что для меня ты не несёшь никакой угрозы. Я уверен, что проверку ты пройдёшь… В общем, я должен ехать в столицу, подать документы, а когда вернусь у нас будет время, чтобы я мог начать приготовления к церемонии и представления тебя Совету клана огненных драконов.

Поднялась и притулила голову на свою согнутую руку, оглядела кровать и саму спальню, где ещё совсем недавно мы парили и горели в экстазе.

— Да-а… Я читала про этот ваш Совет и что истинная пара должна пройти проверку… Рэн, а тебе не кажется это бредом? Звучит всё это как-то уж мрачно и неприятно…

Он посмотрел на меня взглядом, в котором до сих пор пылал огонь желания и сказал сочувственно:

— Такие порядки, Женевьева. Поверь, пока ты не ворвалась в мою жизнь точно ураган и я на себе не испытал связь истинных, тоже всегда считал правильным подвергать женщин – истинных пар драконов проверкам.

Он вздохнул и прикрыл на мгновение глаза, потом снова посмотрел на меня и договорил:

— Я уже рассказывал, что в нашем мире именно из-за истинных пар происходили ужасные вещи. Дракону сложно устоять, когда пара что-то желает… Но не это страшно. Пара – слабое место, Женевьева и…

— Можешь не продолжать, — оборвала я, положив пальцы на его губы. — Я помню. Знаешь, всё это можно уместить в одну как фразу из моего мира: Все беды от баб. Мужчины, которые не могут справиться с женщинами… Пффф…

Я тихо и грустно рассмеялась.

— А ведь если серьёзно рассмотреть и рассудить этот вопрос, то я скажу так: никто, ни мужчины, ни уж тем более женщины не любят ограничение свободы, то есть тотальный контроль. Каждый имеет право на собственное времяпровождение, в том числе и нас собственное дело. В моём мире чаще добытчиком в семье становится женщина.

Дракон удивился.                

— Ты серьёзно? Ваши мужчины настолько слабы и бесхребетны, что не могут обеспечить свою женщину, свою семью?

— Нет, ну все поголовно такие, — улыбнулась я. — Во-первых, в моём мире стало трудно найти мужчину, с которым было бы комфортно, чтобы совпадали интересы и много других факторов. Мой мир развит и продолжается развиваться семимильными шагами, прогресс заставил женщин стать сильными. А чтобы мужчина чувствовал себя добытчиком, завоевателем, женщине нужно быть слабой. Выпустить вожжи из рук. Но до тех пор, она сама отвечает за свою жизнь. А когда находится тот самый… поверь, трудно вот так взять и резко стать слабой. Сконцентрироваться на нём одном, любить его, восхищаться, поддерживать в любом начинании, верить в него, но ничего не делать и не решать за мужчину. Лишь аккуратно и незаметно подталкивать к верному решению.

Я вздохнула и накрутила локон на свой пальчик.

— Иногда проще всё сделать самой… — продолжила я. — Но вообще, это сложнейшее дело – нужно быть очень сильной женщиной, чтобы быть слабой для своего мужчины.

Дракон смотрел на меня, поражённый моей речью.

— Твой мир такой странный, сложный, но уверен, что интересный… Знаешь, Женевьева, разговаривать с тобой и слушать твои размышления – одно удовольствие. До этого момента я не подозревал, что ты столь мудрая женщина.

Я зарылась лицом ему в подмышку и рассмеялась. О Боже! После моих идиотских выходок, Рэн решил, что я дура набитая!

— Хорошо ты понял, что я не совсем идиотка, — сказала, продолжая смеяться.

— Женевьева, Женевьева, — улыбнулся он и провёл пальцами по моим губам. — Я не считал тебя глупой. Наивной, несобранной, легкомысленной, но никак не глупой.

— Если хочешь, можешь сокращать моё имя. Ева или Женя, — вдруг сказала я. Хотя я не очень люблю сокращения, но почему бы и нет? Я же его называю Рэном.

— Женя, — попробовал он первый сокращённый вариант, потом другой, — Ева. Удивительно, твоё имя очень необычное. И мне нравится, что оно соткано из двух имён. Женевьева. Никаких сокращений. Мне нравится, как оно звучит в полном варианте.

Ты ж мой хороший!              

— Ладно, — пробормотала, довольно улыбаясь, — что конкретно будет на этой проверке? И где она пройдёт? Здесь? Или в столице?

— Так как ты из другого мира, то проверка будет абсолютным эксклюзивом. Совет сам решит, какое испытание доверить тебе. И сама проверка тоже неизвестно где будет проходить. Обычно по месту жительства пары, но бывает, Совет меняет местоположение. Так что… Когда вернусь, я буду примерно знать, что ожидать и мы с тобой подготовимся. Просто доверься мне, хорошо?

Кивнула ему.                       

Да, я решила, что доверюсь своему дракону. Ведь если рассудить, то он ведь на самом деле тот самый единственный мужчина, который послан мне самой судьбой. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

Тронула ошейник, и моя улыбка сошла на нет.

Чёртовы правила.               

— Прости… — сказал он. — Я могу избавить тебя от любых бед, Женевьева... Но не от ошейника.

Он притянул меня в свои объятия, и мои мягкие полушария расплющились о его сильное тело.

А ведь ни он, ни я, ни слова не сказали о любви.

* * *

— О, несса Женевьева! Вы переспали с нессом Нервалем! Да неужели! Хвала небесам! — радостно и ужасно оглушающе воскликнула Аиша, когда я поделилась с ней сокровенной новостью. — То-то же все вчера ходили с такими понимающими улыбками, и несс с утра уехал в хорошем настроении!

Я хмыкнула и сказала:

— Знаешь, я не уверена, что всем в доме и на соседних фермах удалось тебя расслышать.

Аиша рассмеялась и закатила глаза.

— Не страшно. Все итак догадались, чем вы занимались сутки напролёт. Да ещё эти характерные звуки… — девушка многозначительно задвигала бровями.

Я шуточно толкнула её в плечо и рассмеялась.

Мы сидели на террасе, пили чай и болтали о вечном нашем женском.

На миг, когда Аиша встала с кресла, чтобы подложить в вазу ещё печенья, вдруг я заметила вокруг неё слабое голубоватое свечение.

На миг я замерла, внимательно вглядываясь в непонятное явление.

Неожиданно слабо светящаяся дымка заструилась, зазмеилась вокруг девушки, ярко сияя прекрасной голубизной чистого неба, сплетаясь в несказанное кружево. Лёгкой небесной пылью кружевное прекрасное сияние обрело звериные очертания. Свет уплотнился, краски переливом засияли чарующим синим сапфиром на драконьей чешуе.

До восхищённой немоты я поразилась увиденному.

Вокруг Аиши гордо подняв вытянутую голову мудрым взглядом на меня глядела синяя драконица.

У меня из рук выпало печенье, оно мелкой крошкой рассыпалось по дощатому полу. Мои губы раскрылись в удивлении. Глаза обрели форму идеально круглых озёр.

Аиша плавно двигалась, и силуэт дракона двигался в такт с ней, словно таинственный дух повторял каждое движение девушки. Выглядело необычно, красиво, даже сказочно, да настолько, что я потрясло меня до глубины души.

И чем дольше я смотрела на это диво дивное, тем отчётливее видела её зверя.

Драконица Аиши была невероятного сапфирового оттенка. Была она не сильно крупная, скорее изящная и тонкая. А ещё у неё были длинные-длинные реснички!

Поразительно!                        

Девушка достала из коробки печенье, выложила его в вазу, потом вернулась в своё кресло и ничего не подозревая, подняла на меня спокойный, безмятежный взгляд.

Увидев моё выражение лица, Аиша испугалась, вскочила со своего места и вскрикнула:

— Женевьева! Что случилось?! Вы побледнели!

Я тряхнула головой и в этот же миг силуэт дракона, и само сияние мгновенно исчезли. Я видела только одну Аишу.

Ну, ёлки, это ведь мне не привиделось?

— Я… Э-э-э… Я видела… — промямлила, всё ещё удивлённая и поражённая тем, чему только что стала свидетелем.

Что это было?                     

— Что вы видели? — прошептала перепуганная моим поведением драконица. Она села передо мной на корточки и мягко взяла меня за руки и сжала пальцы. — Что вас напугало и встревожило, несса? Вы можете со мной поделиться абсолютно всем…

Улыбнулась и сжала в ответ её руки.

— Во-первых, хватит мне выкать. Я считаю тебя своей подругой, Аиша, а подруги общаются друг с другом на «ты».

Она моргнула и чуть помедлила с ответом.

— Ладно… — произнесла она, немного хмурясь и находясь в лёгком замешательстве. — А во-вторых?..

Я задумчиво потёрла переносицу и покачала головой. Потом посмотрела на неё и решилась. Я рассказала Аише всё, как есть.

— Кажется, я только что видела твоего зверя. Сначала вокруг тебя появилось голубоватое сияние, знаешь, оно такое удивительное, очень красивое… А потом это сияние расширилось, уплотнилось и каким-то замысловатым образом оформилось в силуэт дракона.

Подробно описала зверя, которого увидела, не забыв упомянуть про реснички и умолкла.

Аиша явно была потрясена.

Она встала и обратно села в своё кресло, глядя на меня, как на восьмое чудо света.

— Но вы… ты… Ты ведь не дракон! — прошептала она, округлив глаза. — Женевьева, ведь даже самые сильные и магически одарённые драконы не всегда могут увидеть вторую ипостась вот так просто, как это сделала ты! Драконы долгие годы учатся видеть скрытую ипостась своим магическим зрением… Например, я не вижу. Да и в принципе женщины редко могут увидеть подобное явление, если не сказать больше, что никогда. Это доступно мужчинам.

Слушала её и сама озадачилась.

— Аиша, мало того, что я не дракон, так я ещё и не маг. От слова совсем! — проговорила я.

— Как бы там ни было, Женевьева, это настоящий дар! Каждый дракон имеет вокруг себя свой цвет. И каждый видит сквозь призму своей ипостаси, только не каждому дано увидеть.

Драконица взяла меня за руку.

— Глаза — зеркало духа, глаза — зеркало мысли и сознания. Глаза — оружие духа. Глаза всегда сильнее любых слов, если за ними мысль. В глазах, как на острие лезвия, можно сосредоточить энергию и магическую силу. Поэтому клан огненных драконов самый сильный – их взгляд самый острый и жгучий, Женевьева. Думаю, этот дар всегда был с вами, но открылся он только после…

Она хитро улыбнулась.  

Ох и не зря я увидела взгляд её зверя, наполненный мудростью и знанием. Аиша действительно такая.

Посмотрела на девушку, осмысливая каждое её слово, потом подалась к ней чуть вперёд и заговорщицки произнесла:

— Вряд ли это мой личный дар. Но у меня появилась теория: быть может, это следствие того, что я провела весь день и всю ночь в постели с драконом? Или же, это сила Рэна как-то передаётся теперь и мне по нашей с ним связи?

Аиша задумалась.                

— Никогда о подобном не слышала… — пробормотала она. — Скажу тебе правду, Женевьева, мужчины о своих истинных парах не любят распространяться. А сами женщины-истинные практически никогда не появляются на публике… Поэтому, я не знаю. Прости.

Может, я теперь превращаюсь в дракона?

Ну-у-у… Переспала вот с драконом, между нами произошёл обмен не только жидкостями, но и духовный и теперь я… Теперь я мутантом стану?

— Аиша, ну-ка посмотри на мои глаза. Зрачки у меня круглые или вытянутые? И нигде на лице чешуя случайно не проклюнулась?

Аиша с серьёзным выражением взяла моё лицо в ладони и внимательно осмотрела мои глазки и моё личико.

— Глаза такие же необычные, как и раньше. Зрачок круглый, — изрекла драконица. — Лицо… чистое. Никакой чешуи.

И в этот момент вошла Милдред и застыла, рассматривая нашу композицию, как Аиша держит меня за лицо и будто собирается поцеловать.

Не-е-е-ет, пусть Милдред не надумает всяких глупостей!

— Простите, если помешала, несса, — с лёгким укором произнесла женщина и тут же продолжила, не позволив мне оправдаться и вообще что-то сказать: — Помнится, вы говорили, что ладите с животными?

Аиша отпустила меня и взяла в руки чашку с чаем.

Я же вздохнула и кивнула ей.

— Да, я ветеринар, — напомнила Милдред.

— К сожалению, в штате несс не держит ветеринара, да и он нам особо ни к чему, животные у нас выносливые и сильные, но вот сегодня случилось кое-что неправильное, и времени вызывать и ждать помощь некогда… Может быть, вы бы помогли…

Я напряглась.                     

— Милдред, что случилось?

— Одна кобыла не может разродиться. Роды начались раньше срока и проходят сложно… А кобыла хорошая…

Меня тут же, как ветром сдуло.