Глава 21. Ссора

На меня навалилась тяжесть. Очень не хотелось делиться своими переживаниями с Владом, но, глядя на воодушевленное лицо Веры, поняла, что она явно не отпустит эту тему.

— Я... я увидела, что в одной из своих жизней была живущим в итальянском замке знатным мужчиной, — произнесла я, делая вид, что это ничего для меня не значит.

Влад поднял брови, а затем усмехнулся, никак не прокомментировав мое посещение регрессолога.

— Интересно. И что же, ты был там королем или кем-то вроде того?

— Не совсем, — ответила я, чувствуя, как внутри меня растет напряжение. Я уже пожалела, что все-таки решилась начать рассказ. — Я был аристократом с женой и любовницей. И вот, любовница забеременела, его жена каким-то образом узнала об этом...

— О, классика жанра! — подхватил Влад, закатив глаза. — Сначала любовница, потом драма. И что дальше?

Я не жаждала продолжать — видимо, Владу показалось это банальным, но забавным сюжетом. Однако деваться было некуда. Я тяжело вздохнула и нехотя объяснила:

— После того как жене стало известно о беременности, любовница исчезла. Никто так и не выяснил, что стряслось с ней и ребенком. Мне сказали, что моя душа ответственна за ошибочные шаги в прошлом.

Влад, казалось, всерьез задумался, но вскоре его взгляд приобрел былое легкомыслие.

— Так ты хочешь сказать, что теперь расплачиваешься за содеянное тут? А как именно? Завела мужа, а он — любовницу? — Влад залихватски подмигнул мне, а я мгновенно вспыхнула.

— Влад, не стоит так относиться к этому, — вмешалась Вера. — Для Лизы это серьезно.

Почему-то Веру ничего не смутило, когда ни с того ни с сего попросила меня рассказать Владу о походе к регрессологу.

— Окей, окей, — поднял он руки в знак капитуляции. — Извините, если задел. Просто это звучит довольно экстравагантно.

— А кем бы ты предпочел родиться в предыдущей жизни? — спросила я у Влада, пытаясь отвести от себя разговор.

— Точно девчонкой — но только сексуальной, — уверенно заявил Влад, поднимаясь. — С вами весело, но мне пора бежать.

Как только он скрылся из виду, я тут же гневно развернулась к Вере:

— Зачем ты вообще коснулась этого вопроса?

— Подумала, что полезно услышать мнение со стороны, — оправдалась Вера.

— И тебе показалось, что Влад — лучшая кандидатура для этого?

Судя по всему, Вера была немного сбита с толку моим вопросом, но быстро собралась с мыслями и ответила:

— Лиза, я только хотела, чтобы ты отвлеклась от серьезных дум. Влад с его шутками как раз подходил на эту роль.

— Отвлеклась? — повторила я, чувствуя, как злость нарастает во мне. — Ты думаешь, что это просто шутки? Это не смешно, Вера. Я говорю о своей жизни, о том, что пережила, а ты подставляешь меня под удар.

Вера была поражена моей реакцией. Она открыла рот, но не произнесла ни слова, лишь смотрела на меня с недоумением. Повисло неловкое молчание.

— Ты, кажется, не осознаешь, что творится в моей душе! — выпалила я, еле сдерживаясь. — Я не знаю, как справиться с тем, что происходит с Эдом и Эном, прошлой жизнью, Трайдой, драконом... Даже Паша не знает о том, что я была у регрессолога, а ты просто сдаешь меня левому челу.

— Но я просто хотела помочь, — упрямо прошептала Вера. — Я думала, что если мы поговорим с Владом, ты сможешь немного отвлечься от всего этого. И, может быть, он поднимет тебе настроение...

— Настроение? — меня захлестнул поток эмоций. — У меня вообще нет настроения. Уже давно. Я не понимаю, как объяснить это, но все кажется запутанным и странным! Я не могу просто взять и забыть, что произошло в подземелье!

Вера нахмурилась, ее лицо изменилось. Она вдруг стала серьезной, а я сразу же почувствовала, что перешла границу.

— Ты слишком сильно зацикливаешься на этом, Лиза! — проговорила она сдержанно. — Пытаешься раздуть из этого что-то большее, чем оно есть на самом деле.

Я замерла, не веря своим ушам. У меня был секс с двумя парнями сразу — куда уж больше? В груди вскипело негодование.

— Нет, ты и не хочешь понимать, — произнесла я, стараясь оставаться спокойной, но безуспешно. — Я не могу игнорировать свои чувства и свести их к шутке. Это не просто игра. Это моя жизнь, и я понятия не имею, что с ней делать! Но тебе, как я вижу, все равно на меня, лишь бы повеселиться.

Я посмотрела на ошарашенно уставившуюся на меня Веру. Мелькнула мысль, что я, возможно, перегнула палку. Но назад пути не было, обида уже сжирала меня изнутри. Я встала со стола и пошла к стойке, чтобы расплатиться. Вера не стала меня догонять — ну и ладно.

...Улица встретила меня слякотью и весенним воздухом — так некстати в десятых числах декабря. Я не только злилась на Веру, но еще и размышляла о том, что не могу рассказать ей о своих чувствах к Эду и Эну: как они меня притягивают, что я испытывала, когда они смотрели на меня... или касались. Даже в повседневной рутине я ощущала, как меня неудержимо тянет в иную реальность.

Словно попав в сюрреалистический мир, я наблюдала, как люди вокруг меня спешат по своим делам, смеются и разговаривают, не подозревая о том, что в сердце одной из них бушует ураган. Я поймала себя на мысли, что и моя жизнь еще недавно была безоблачной. Присутствие Эда и Эна улавливалось в каждом шаге, в каждом движении — даже воздух вокруг меня был наполнен их энергией, и это вызывало у меня одновременно и страх неизвестности, и непреодолимое возбуждение.

В памяти услужливо продолжали всплывать картинки из подземелья: как Эд без остановки вбивал в меня свой член, как Эн держал меня за волосы и заставлял сосать. Викинги оставили на мне свой след — как бы я ни старалась, не могла избавиться от их образов. Я была не только Лизой, но и Аей, и разделение становилось невыносимым.

Вдыхая теплый воздух, я ощущала, как во мне возникает что-то похожее на смелость разобраться со всем этим. Но эта решимость была обманчивой, как и сама жизнь, которую я сейчас вела. Я стремилась найти силу, но вместе с ней приходили и воспоминания.

Раздумья о драконах и викингах, об обрядах и ритуалах, о страсти и желании — фантазии смешались с реальностью, и мне не удавалось разобраться, где заканчивается один мир и начинается другой. Я решила, что сегодня же вечером непременно войду в состояние медитации и снова окажусь на Трайде.