Глава 26

***

Это он, живой.

— Как ты узнал, что я буду здесь?

Убираю руку от родного лица, чувствую, как тело начинает колотить от холода и страха. Вдруг нас поймают? Женю тут же убьют! Здесь есть камеры наблюдения?

Поднимаю голову к потолку, пристально осматриваю углы.

— Здесь нет камер, — произносит Женька, догадываясь о чем я. — Я следил за тобой, Кать. Ты… извини, что так вышло. Сам не ожидал, что окажусь в полной заднице.

— А чего ты ожидал?

Вопрос выходит злобным и раздраженным… Я думала, что, увидев единственного родного человека обрадуюсь, все ему прощу, брошусь на шею и поблагодарю бога за то, что живой… Но всё, что я сейчас чувствую это страх и опасность, что брата поймают.

— Осуждаешь?

Тряхнув светлыми волосами, подходит к окну. Он у меня красивый. Кардинально отличается от Давида, словно инь и янь, потому что у Женьки мягкие черты лица, светлая кожа и русые волосы. Но знаю, что по брату тоже много девчонок сходили с ума, включая и лучшую подругу Сашу.

Отрицательно мотаю головой, чтобы не думал, что осуждаю. Какая сейчас к чёрту разница, что я думаю по этому поводу?

— Я ведь для тебя старался, Кать, — его тихий голос заставляет моё сердце до боли сжаться.

Это правда. Я знаю, что всё это правда, что он сейчас говорит.

У нас были времена, когда денег не хватало даже на пачку макарон. Брат пытался найти работу, но с его образованием маляра-штукатура эти вакансии были малоприбыльными. Его часто кидали на деньги, платили меньше, чем обещали… Для меня было нормой носить вещи из сэконд-хэнда и брать пакеты с поношенными шмотками у сердобольной соседки снизу.

— Сначала я влез в долги, чтобы оплатить тебе университет, — произнес Женя. — Когда понял, что отдавать мне нечем, то обратился к старому товарищу. К Юсупову. И знаешь что? Он меня отшил! Весь такой деловой, на дорогой тачке. Я тогда поклялся себе, что куплю точно такую же.

Слегка пошатываюсь, и чтобы не рухнуть навзничь, опираюсь о кафельную плитку на стене.

— Через Пал Палыча, моего коллегу по стройке, вышел на Орлова. Стал заниматься наркотой. Сначала сбывал мелкие партии, потом Орлов приметил, что я хорошо справляюсь, не притрагиваюсь к дозе и стал держать меня ближе. Я ненавидел их всех — наркоматов конченных и самого Орлова — жадный до одури мужик.

Женя злобно усмехается и начинает ходить взад-вперед. Нервничает, как я всё это приму. Наша мать была наркоманкой и для меня было удивительным, что брат на всё это пошёл. Но в связи с минувшими событиями воспринимаю его рассказ адекватно. Знаю, что Женя не мальчик-паинька.

— Уже в процессе работы познакомился с Цукановым. Он работал в правительстве, имел сеть подпольных казино и борделей. Разговорились с ним, вроде нормальный мужик… Он узнал, что я приближенный к Орлову. Стал просить информацию о нём сливать за бабки…

— Те конверты, что я передавала…

— Там были личные документы Орлова. Каждый раз делал копии и передавал их Цуканову.

Киваю и слушаю дальше.

— Мы стали готовить покушение на Орлова. Цуканов сказал, что как только все получится и машина с гнилым ублюдком взорвётся, превратив его толстое тело в ошметки, я займу его кресло, стану распоряжаться этой сферой деятельности в городе. Стану богатым и всесильным, как и Юсупов.

— Что же пошло не так? — с трудом выдавливаю из себя простой, казалось бы, вопрос.

В этот же момент слышится громкий стук в дверь.

Чёрт, меня же ждёт охранник за дверью! Миша, кажется, его зовут.

— Одну минуту, уже выхожу, — повышаю голос.

Стук утихает, и я ненадолго выдыхаю. Чувствую, как по спине струятся капли пота… Я сильно волнуюсь, чтобы брата не убили прямо на моих глазах. Он должен сбежать из города…

— Я познакомился с Лорой, женой Цуканова, — отвечает Женя. — Не устоял…

С Лорой? Той самой хорошенькой блондинкой, с которой мы встречались в ресторане «Эларджи»?

— Ты переспал с женой Цуканова? С Лорой?

— Это была короткая интрижка. Она сама набросилась на меня…

Не удивительно… После мужа, который лет на тридцать старше её…

— Цуканов узнал об этом и простил её?

— Похоже, что да, — пожимает плечами брат. — Цуканов встретился с Орловым и свалил всю вину на меня. Рассказал о покушении и том, что хочу занять его кресло.

— Тебе нужно уезжать из города! — выпаливаю.

— Сам я не справлюсь, — мотает головой брат. — На каждом выезде за мной охотятся, ждут, когда я попадусь в капкан. Если бы ты попросила Юсупова… С его поддержкой мне было бы легче…

— Нет!

— Нет? — хмурится Женя.

— Я не хочу его вмешивать в это… Когда меня схватили, бросили в подвал и чуть не изнасиловали, он спас меня.

Брат плотно сжимает челюсти и глубоко дышит. Думаю, что для него этот факт тоже является своего рода откровением.

— Подставлять его ещё раз я не могу, Жень…

В дамскую комнату вновь стучат. Только теперь не так деликатно, как в предыдущий. Буквально выламывают хлипкую дверь, заставляя мою кожу покрыться липким потом.

— Уходи, прошу тебя! Я обещала Давиду, что не стану искать с тобой встречи…

— Что у тебя с ним? — Женька складывает руки на груди, даже не думая исчезать из уборной. — Ты с ним спишь, что ли?

— Это не твоё дело! — чувствую как щёки горят.

Я никогда не умела врать брату.

— Блядство… Себя впутал в это дерьмо и тебя тоже, — ругается Женя. — Как только сможешь — уходи от Юсупова, Кать. У него руки по локоть в крови, не хочу, чтобы он и тебя марал криминалом. Там долго не живут…

— Ты меня тоже вымарал во всем этом дерьме, — отвечаю вспыльчиво.

Дверь трещит от ударов. Я понимаю, что, если Женя немедленно не уйдет, то охранник Миша тут же его обнаружит. Осознав всю опасность происходящего, брат подходит к окну.

— Это же второй этаж! — вскрикиваю ему в спину.

— Я знаю. Ещё появлюсь, Кать, если не поймают. Прости меня, я правда не хотел, чтобы всё так вышло.

Брат спрыгивает вниз, а я чувствую, что моё сердце сейчас выпрыгнет из груди от отчётливых ударов. Чтобы убрать от себя подозрения оседаю на пол в тот момент, когда Миша с мясом выламывает замок. С его телосложением это проще простого.

— Мне стало плохо, — произношу с трудом шевеля губами. — Слишком много крови выкачали.

Охранник обходит уборную, подходит к окну, выглядывает наружу… Судя по невозмутимому лицу, он мне верит.