Эпилог 1

Восемь месяцев спустя…

Богдан

– Поздравляем, папочка, – произносит медсестра и вручает мне в руки маленький причмокивающий свёрток со сморщенным смешным личиком.

Голос медработника звучит словно фоном, потому что я ничего не вижу и не слышу вокруг, когда беру в руки крохотное чудо.

Мой ребёнок, самый настоящий, родной…

Грудь разрывает от переполняющих меня эмоций, и из глаз пытаются брызнуть предательские слёзы. Мне стоит больших усилий сдержаться и не показать свою слабость.

Вокруг толпа из родственников и друзей, которые окружили Мию цветами и поздравлениями, но оттеснили её от меня. А так хочется, чтобы любимая была рядом…

– Ребёнка ты мне не отдашь, верно я поняла? – по-доброму усмехается жена, когда мы подходим к машине.

– Нет, – категорично мотаю головой.

Конечно, я говорю не всерьёз, потому что сыночка, которого мы назвали в честь моего деда, необходимо устроить в детское автокресло для новорождённых.

Мишенька такой крошечный, что сердце невольно сжимается, когда мне приходится оторвать этот малюсенький комочек от своей груди и пристегнуть специальными ремешками для соблюдения безопасности.

К дому нас везёт водитель, поэтому у меня есть прекрасная возможность полюбоваться своими любимыми во время дороги. Мия после родов хоть и выглядит чуточку бледнее, чем раньше, всё же остаётся самой прекрасной девушкой на свете, как не крути. Женщиной, а теперь ещё и матерью.

От лёгкой качки малыш засыпает, и я, пользуясь возможностью, беру в свои ладони тоненькую руку любимой жены. Мягко сжимаю, с улыбкой вглядываясь в милые черты.

Я ужасно соскучился по ней за эти несколько дней, но у меня было более чем достойной занятие, которое помогло мне не сойти с ума от разлуки.

– Спасибо, – шепчу в который по счёту раз за дорогу, подношу к губам её ладошку и нежно целую.

Отвлекать жену разговорами в то время, когда между нами в люльке спит сын, не лучшая идея. Поэтому я стараюсь сделать это в помощью прикосновений. Мне нужно, чтобы она не поняла, куда мы едем.

Но Мия слишком внимательна, и на последнем повороте я ловлю на себе её вопросительный взгляд.

– Я чего-то не знаю? – спрашивает с опаской.

Загадочно улыбаюсь, но не говорю ничего в ответ. Она сама сейчас всё увидит.

Мия

Машина делает очередной плавный поворот, и я окончательно убеждаюсь в том, что мы едем в противоположную от нашей квартиры сторону.

О том, что Богдан что-то задумал, я догадалась ещё в самом начале пути. Уж больно старался он меня отвлечь, шептал слова благодарности и любви, гладил по руке.

А теперь с абсолютно непроницаемым выражением на лице, не говорит ни слова.

Один за другим мы проезжаем несколько двухэтажных коттеджей и останавливаемся возле одного из них.

Сдвижные ворота отъезжают в сторону, а водитель загоняет машину внутрь двора.

– Богдан? – я наивно пытаюсь достучаться до этого непробиваемого партизана, но тщетно.

Муж молчит, словно воды в рот набрал, и я мстительно хочу ответить ему тем же, но не могу. Потому что в следующее мгновение дверь открывается, а Богдан протягивает мне руку, чтобы помочь выбраться из салона авто и произносит:

– Добро пожаловать домой!

На его мужественном лице сияет царственная улыбка, а глаза светятся от счастья. Мне даже кажется, будто в его взгляде стало ещё больше нежности и любви, хотя раньше казалось, что это невозможно – любить ещё сильнее.

– Домой? – до меня не сразу доходит смысл сказанных мужем слов.

Сердце в груди начинает стучать чаще, дыхание перехватывает, и на глаза наворачиваются слёзы.

– Когда ты успел? – это всё, что я способна произнести сейчас.

Смотрю на огромный дом, на благоустроенный двор. Уверена, внутри тоже всё готово к нашему с сыном появлению, ведь в противном случае, Богдан просто не стал бы мне показывать это всё.

Он не из тех мужчин, что любят пускать пыль в глаза, кормить обещаниями, а по сути, не делать ничего.

Мой же муж слишком скромен для того, чтобы хвалиться своими достижениями, и я уверена в нём на все сто процентов.

– На самом деле всё почти было готово ещё до родов, но некоторые штрихи… – он машет рукой в сторону входа. – Тут… там… – произносит неопределённо, явно не собираясь посвящать меня в детали ремонта.

Мы хотели купить этот дом в ипотеку, как только в женской консультации подтвердили мою беременность. Но стоило родителям узнать о наших планах, и они устроили настоящую гонку под название: кто больше поможет детям.

Кое-как мы отвоевали своё желание хоть немного поучаствовать в покупке. И в тайне от родителей дом выбрали без ремонта, но зато дешевле.

А ремонта было очень много…

Я думала, что мы справимся не раньше первого дня рождения Мишеньки и уж точно никак не надеялась заселиться сразу после родов.

Богдан сам несёт сына в дом, и тут меня ждёт ещё один сюрприз: гости.

Правда, судя по выражению лица мужа, он тоже ни о чём не подозревал.

– Дети наши! – громогласно начинает папа Егор, но мамы тут же шикают на него и напоминают, что главный виновник торжества сейчас спит в люльке, которую крепко держит новоиспечённый отец.

В доме и, правда, всё готово для того, чтобы мы могли здесь остаться прямо сейчас.

По лестнице поднимаемся на второй этаж и прямиком попадаем в спальню.

Кроватка, комод, коляска – всё то, что я так старательно выбирала во время беременности и оставила в нашей квартире, теперь находится здесь.

Комната украшена белыми и голубыми шарами, а под потолком висит надпись: «Спасибо за сына».

Всё так по-мужски, но настолько трогательно, что моё сердце не выдерживает, и слёзы всё же наворачиваются на глаза.

– Кнопка, тебе что-то не нравится? – обеспокоенно шепчет любимый, заметив моё состояние.

– Нет-нет, ты о чём? Всё замечательно, просто я… Я не верю в то, что это реальность. Мы с тобой, и наш сынок, – перевожу взгляд на мирно посапывающего малыша.

Он так похож на Богдана, это что-то невероятное. Носик, губы, глаза, светлый пушок волос на макушке.

– Будто маленькая копия, – комментирую вслух, засмотревшись на самое настоящее чудо, которое подарили нам небеса.

– Да уж, я будто в зеркало смотрюсь, которое меня в прошлом показывает. Зато, ты теперь точно захочешь родить крошечку, похожую на себя, – произносит, весело хохотнув, за что получает удар в бок.

– Даже не смей говорить об этом сейчас, иначе тебе конец, – произношу беззлобно.

Не сопротивляюсь, когда любимый прижимает меня к себе. Рядом с ним мне спокойно и уютно, я забываю обо всём на свете.

Мы опускаемся в кресло возле кроватки, в которой спит Мишенька. Богдан переложил его из люльки, но уходить из комнаты не торопится, всё никак насмотреться не может.

– Ничего-ничего, посмотрю, куда денется твой восторг, когда он ночью будет плакать, – лукаво подмигиваю, а потом опускаю голову на колени мужа и, кажется, засыпаю.

Не слышу, как наш дом покидают гости, которые, оказывается, и не собирались устраивать застолье, ведь понимают, что на большие мероприятия у меня пока нет сил.

А ночью я забираю свои слова обратно, потому что Богдан первым просыпается от плача сыночка. Приносит мне его на кормление, меняет подгузник, одним словом, ведёт себя так, будто у него теперь сразу двое детей.

И бережёт нас, окружает заботой и любовью, как только может самый лучший на свете папа и муж.