Глава 17

Алина…

Я должна оттолкнуть его, накричать, хоть что—то сделать, но я не могу. Ноги приросли к полу, а руки тянутся обнять. Прижаться к нему. Дикое и ненормальное чувство. Но слова Покровского растрогали меня. Он был по—своему добр ко мне. Не скрывал своих отрицательных черт. И это привлекало меня. Но нельзя. Это ведь не правильно. Это всего лишь наваждение. Да?

— Марат, — упираюсь ладонями в крепкую мужскую грудь, — Я…

— Не отталкивай, чёрт побери, — тихо рычит, — Алина, ведь всё могло бы получиться…

— У меня сейчас макияж потечёт, — пытаюсь хоть как—то сменить тему.

— Плевать. Ответь мне что—нибудь! – настойчиво требует Покровский. Господи, да у меня в голове такая каша. Ещё недавно я хотела придушить его собственными руками, а сейчас, от прикосновений, со мной происходит что—то странное.

— Марат, это всё…, — закончить фразу не успеваю. Слышу звук распахивающейся двери.

— Ребята, ну долго вас ждать? – возмущается Анфиса, — Упс, простите. Я помешала? – ни капли сожаления в её голосе разумеется нет, — Время помиловаться у вас ещё будет, а сейчас нам пора.

Покровский тихо ругается себе под нос, а я улыбаюсь. Глупая ситуация, но какая—то по—хорошему.

В дороге, стараюсь не смотреть на Покровского. Отвернувшись, разглядываю мелькающий пейзаж за стеклом. Неужели меня действительно тянет к нему? Господи, только не это! Всё то, что он говорит, это безумно мило и трогательно, но это слова. После ситуации с Юрой, я боюсь в них верить. Однако сейчас, моя рука в руке Марата. Чувствую, как он поглаживает её большим пальцем. И не противлюсь.

Анфиса без умолку тараторит о том, какой нас ждёт прекрасный вечер. Кажется она единственная, кто рад этому выходу в свет. Я же безумно волнуюсь. И с чем это связано, понять не могу.

Мы подъезжаем к ресторану. Марат помогает мне выйти. Меня уже не напрягают его прикосновения. Наверное, я начинаю привыкать. Всё—таки он очень часто рядом со мной. Вот только мужчина кажется так не считает.

— Алина, здесь будет много важных гостей и я очень прошу вести себя естественно. Помни – ты моя жена. Это понятно? – снова этот указательный тон, который вмиг разрушает всё очарование.

— Да, — сухо киваю, и тут же оказываюсь притянутой к нему, — Эй! – вскидываю глаза.

— Вот об этом я и говорю, — на лице появляется хитрая улыбка, — Ты моя жена. Мы молодожены. И наши объятия – это норма.

Ах вот он что задумал! Хитро. И вроде бы надо возмутиться, но озорные огоньки в глазах вызывают лишь улыбку. Такое впечатление, что Марат получил долгожданную свободу. В какой—то степени, так оно и есть. Пусть мы живем в одном доме, спим в одной комнате, но это ничего не меняет в наших отношениях. И Покровского видимо это не совсем устраивает. По крайне мере, в данный момент, он выглядит гораздо счастливее, чем обычно.

— Идём, — обнимая меня за талию, проводит вперёд. По другую сторону от Марата идёт Анфиса.

Как только заходим в ресторан, у меня перехватывает дыхание. Сколько же здесь людей!

— Мы вообще где? – чтобы тихо спросить это, мне приходится потянуться к Покровскому. А он и рад этому!

— Мой старый приятель празднует открытие нового ресторана.

— И конкурент, на секундочку, — влезает Анфиса.

— У тебя есть рестораны? – искренне удивляюсь.

— Нет, — смеётся, — Это не моя сфера. А с Константином мы пересекаемся по другим делам. И вообще, — поворачивается к сестре, — То, что мы конкуренты не мешает нам много лет хорошо общаться. А ты фыркаешь, только потому что он намекает на женитьбу.

— Он старый! А я? Чем он вообще думает? – злится Анфиса. Ого, вот это новости.

— Между прочим, он мой ровесник. Хочешь сказать и я старый? – прищуривается, глядя на сестру.

— Ой, не придирайся к словам. Я—то имела в виду для меня.

— Между прочим, мы с тобой почти ровесницы, — добавляю я.

— И что? – девушка хмурится.

— Так, просто, — пожимаю плечами. На самом деле я дразню Анфису своими намёками, которые никак не могу высказать прямо. Она это прекрасно понимает и ей это не нравится.

— Вы определённо стоите друг друга! – закатывает глаза, — Чего прицепились вообще? Дайте нормально провести вечер! Тоже мне, сводники недоделанные. Вот блин, я исчезаю, — Анфиса резко растворяется в толпе. Сначала я не понимаю в чём дело, а потом…

— Покровский! Ну надо же! Не ожидал, что ты всё—таки придёшь. Мне показалось, или я видел рядом Анфису? – к нам подходит мужчина с широкой улыбкой на лице. Марат ослабевает хватку, чтобы поздороваться. А мне даже становится на секунду неуютно от этого. Так, Алина, прекрати! Это нереально. Наверняка он духи с феромонами купил, вот тебя и тянет к нему.

— Привет, Костя. Не показалось. Но ты знаешь мою сестру. Сейчас она рядом, а через секунду уже сбежала.

— Эх, она у тебя та ещё штучка, — качает головой, — Ей бы мужа…

— Давай не будем, ладно? По крайне мере пока. Лучше познакомься с моей женой.

До этого, я была словно пустым местом. Меня даже не заметили. Но переведя взгляд в мою сторону, мужчина неожиданно бледнеет.

— Арина???? Но…

— Алина!! – с нажимом поправляет Покровский, а я понимаю, что вечер будет совершенно не приятным.

— Но…

— Костя! – рявкает Марат, а моё настроение окончательно падает ниже плинтуса.

— Прошу прощения, — произносит мужчина после небольшой заминки, — Я просто обознался.

— Ничего страшного, — натянуто улыбаюсь, — Такое бывает.

— Марат, — хозяин вечера поворачивается к Покровскому, — С тобой хотел пообщаться Николаев. Он, — оглядывается, — Чёрт, был где—то здесь буквально пять минут назад.

— Я его найду позже.

Мне хочется уйти. Но я не могу. Нельзя. Я должна играть свою роль. И от этого тошно.

— Ладно, — видимо мужчина чувствует появившиеся напряжение, — Тогда увидимся. Пойду к гостям.

Марат кивает и крепче притягивает меня к себе.

— Алина всё нормально? – интересуется он.

— Угу, — просто прекрасно! Меня что, всегда буду путать с бывшей женой Покровского? Не то, чтобы это сильно напрягало… Да нет. Вру! Напрягает сильно!

— Алина, прости Костю. Он не специально.

— Конечно не специально, — начинаю психовать, — Это ты специально. Искал копию своей бывшей. И нашёл её. А отдуваюсь теперь я!

— Алина, — в голосе слышны угрожающие нотки, — Ты не она.

— Это я уже слышала. Но почему—то все принимают меня за неё. Знаешь, мне не нравится это. Понимаю, что я должна играть роль, но мне совершенно не хочется терять себя.

— Милая, — проводит рукой по моей щеке, — Это глупость.

— Думаешь? Даже ты видишь её, глядя на меня. И не надо пытаться переубедить меня в обратном, — отчего—то мне становится очень больно в области сердца. Неприятное чувство. Я для Марата – всего лишь замена. Противно.

— Ты не права, — жестко произносит он.

— Ну да, конечно.

— Алина…, — хочет что—то добавить, но его перебивает звон бокала.

— Прошу всех к столу, — слышу голос хозяина вечера.

— Давай просто сделаем то, что должны и всё, — подвожу итог. Веселиться не хочется. Домой – нельзя. Нужно притвориться любящей женой.

Мы садимся. Марат не выпускает мою руку. А меня не отпускает мысль – он сейчас не со мной. А со своей бывшей. Это очень неприятно осознавать. С другой стороны, какая мне вообще разница?

Друг Покровского произносит долгую и нужную речь. Выражает благодарность людям, которые ему помогали, рассказывает о своих достижениях. Мне становится скучно. И я прикладываюсь на плечо Марата, совершенно не думая о том, как это выглядит со стороны. День был длинный. Да и морально я вымотана. Не привыкла к такой активной жизни. И вообще, всё это…Как будто я не на своём месте. На самом деле так и есть.

— За наше будущее! – слышу громкий голос и вздрагиваю. Поднимаю бокал. Пригубив шампанское отставляю бокал. Не хочу пить.

Вокруг шумят столовыми приборами. Я же глазами ищу Анфису. Девушка за несколько столов от нас. Сидит с каким—то парнем и флиртует. Она выглядит так естественно, что мне снова становится грустно. Анфиса, как и я, находится в клетке. Но иногда её выпускают на свободу. Сейчас например. Она не думает о том, что ей можно, а что нельзя. Я же, несмотря на своё желание поехать домой, вынуждена находиться здесь.

Аппетита нет. Еда кажется безвкусной. Но я заставляю себя поесть. В голове постоянно крутится мысль, как же мне надоел этот цирк. Никогда бы не подумала, что так может раздражать, когда тебя просто с кем—то путают.

— Потанцуем? – неожиданно предлагает Покровский. Слышу появившуюся музыку.

— Это обязательно? – понимаю, что это очередной фарс. И  меня это начинает раздражать.

— Да, — с нажимом отвечает. Вздохнув, вкладываю свою руку в его большую ладонь. Мы выходим в центр зала. Заставляю себя обнять Покровского. Его руки скользят по моей талии. По коже снова бегут мурашки. Да что ж такое?!

— Добрая, искренняя, настоящая, — шепчет мне на ухо мужчина.

— Что?

— Необыкновенная, — целует в шею, от чего коленки подгибаются, — Самая лучшая.

— М—Марат, — заикаюсь, от нахлынувших эмоций. Меня начинается трясти.

— Алина, прекрати считать себя чьей—то копией, — Покровский высказывает прямо мои мысли, — Ты особенная.

— Очень сомневаюсь, — разумеется мне приятны его слова, но я в них не верю.

— Зря, — тихо бормочет, прижимая меня крепче. И в этот момент я жалею, что действительно не его единственная. Я – всего лишь отражение его бывшей. И почему—то от этого безумно больно. Почему? Даже боюсь себя признаться.

Музыка заканчивается, а Марат меня всё не отпускает. Держит так, будто я самое главное в его жизни.

— Я хочу выйти на улицу, — бормочу.

— Со мной.

— Одна, — мне нужно подумать. Передохнуть пару минут.

— Алина, это не самая…

— О, Господи, — перебиваю, — Отправь со мной охранника! Я не сбегу! – меня раздражает та тюрьма, в которой я нахожусь. Неожиданно Марат улыбается. Так мягко и естественно.

— Я боюсь не того, что ты сбежишь, а как бы тебя не украли.

От этих слов снова краснею. Иногда мне кажется, что Марат… Нет, даже думать об этом не хочу. Он любит не меня. А свою бывшую.

— Я пойду? – уточняю.

— Пять минут, не больше.

Выдохнув выхожу на улицу. Наконец—то практически тишина. Слышу отголоски веселья из ресторана. Как же непривычно находиться в такой обстановке. И это постоянно сравнение с Ариной. Бесит!

— Утомились? – слышу за спиной и вздрагиваю. Обернувшись, вижу хозяина банкета.

— Немного, — мягко улыбаюсь. Не знаю, зачем он вышел. Нам не о чем говорить. Но видимо мужчина считает иначе. Потому что подходит ко мне и встаёт рядом.

— Я бы хотел извиниться. Наше знакомство вышло неловким. Вы напомнили мне одну знакомую девушку и я…

— Бывшую моего мужа – сухо бормочу я, — Да. Я догадалась.

— Вы должны понять, что ваше появление меня удивило. До меня дошли слухи, что Марат женился, но я даже представить не мог что вы…

— Так похожа на неё? – кисло заканчиваю фразу. Мужчина мнется, но затем, подходит совсем близко.

— Алина, я могу вам помочь, если вам это нужно. Только скажите и я сделаю всё от меня зависящее.

— Вы о чём?

— Наверняка, вы понимаете, что вы всего лишь замена Арины. И в вашей ситуации стоит быть осторожной. Марат очень переживал её утрату. Тем более, учитывая то жуткое предательство, — смотрит прямо мне в глаза, — Вы ведь в курсе всех событий, не так ли?

— Я…, — договорить не успеваю.

— Немедленно отойди от моей жены! – раздаётся голос за моей спиной. Оборачиваюсь, и вижу Марата. Он выглядит очень сердитым. И мне это не нравится. Притащил меня в этот дурдом и ещё сердится?

— Марат, я просто…

— Отойди!!! – рычит мужчина, за пару секунд оказываясь рядом со мной. Он отталкивает своего друга  и прижимает меня к себе. Будто ставит клеймо. Что я принадлежу ему. Это бесит. Что за фигня???

— Марат, ты чего? Я просто хотел познакомиться поближе. Ничего лишнего.

— Алина, всё в порядке? – подозрительно смотрит на меня.

— Да.

— Костя, мы уезжаем, — резко заявляет Покровский. Не то, чтобы я была против. Просто его тон…Как будто я в чём—то виновата. Этот взгляд, укоризненный, злой, я бы сказала.

— Марат, я не понимаю…

 — Мы едем домой! – рявкает Покровский, — Андрей, — зовёт охранника, — Проследи за Анфисой.

— Да, босс.

— Простите, мы…

— Всего хорошего, — он даже не дает мне попрощаться. Просто заталкивает меня в машину.

— Какого чёрта ты творишь? Что это вообще было?

— Ты у меня спрашиваешь? – рычит Марат, — Может ты объяснишь, какого хрена ты флиртовала с моим приятелем??

От такого заявления у меня буквально пропадает дар речи. Это шутка?

— Флиртовала? – переспрашиваю, когда ко мне возвращается возможность говорить, — Да он просто хотел извиниться за то, что принял меня за твою бывшую, — о том, что Константин предлагал мне какую—то помощь, умалчиваю. Не знаю почему, но интуиция подсказывает, что так правильно.

— Все, буквально все видят во мне твою бывшую. А этот человек первый, кто хотел немного разъяснить ситуацию! И вместо благодарности, ты набросился на него!

— Благодарности?

— Да! Всё про Арину мне должен был рассказать ты! Даже если я для тебя никто. Я – её прототип.

— Алина, это не так! – хмурится Покровский.

— Неужели? Тогда расскажи мне о ней!

— Это лишнее…

— Нет! – начинаю психовать, — Ты говоришь, что не видишь её во мне. Но при этом избегаешь этой темы. Однако изначально, хотел прекратить меня всё же в свою бывшую. И считаешь, что можешь просто так всё замалчивать? Думаешь, я поверю хоть одному твоему слову? Да ты просто используешь меня. И издеваешься, — нервы сдают. Начинаю колотить руками в грудь мужчины. Мне жутко обидно.

Марат перехватывает мои руки и ловким движением прижимает меня к себе.

— Хочешь поговорить про Арину? Хорошо! Мы поговорим! – огонь в его глазах мне совсем не нравится.

— Когда? – всё же спрашиваю я.

— Как только приедем домой.