Глава 34

* * *

— ЛИАМ —

Синтия Бэлл глядела на меня совершенно равнодушным взглядом.

Будто я не из плоти и крови, а посредственный предмет интерьера, которые со временем перестаёшь и вовсе замечать.

— Зачем вы пришли? — поинтересовалась она и отвернулась к окну.

Разговаривать придётся с гордой спиной девушки.

Хмыкнул про себя, представив, что сказала бы Аврора.

Эта женщина была самой настоящей жизнью. Искрой, от которой может полыхнуть так, что ты либо согреешься, либо сгоришь заживо.

А здесь, напротив – холод и сплошная тоска.

Мой зверь внутри завозился. Ему хотелось покинуть покои леди Бэлл и вернуться к своей паре.

Я разделял его желания, но всё-таки живу не совсем по волчьим законам.

Приходится соблюдать правила.

— Поговорить с вами, — ответил коротко. — Позволите?

Она чуть повела головой и кивнула.

— Тогда прейду сразу к делу. Только… повернитесь, пожалуйста.

Я умолк, и девушка удостоила чести повернуться.

Окинула меня задумчиво холодным взглядом, изящно взмахнула тонкой белой кистью и проговорила:

— Так что же вы молчите? Говорите, милорд.

Мы стояли друг напротив друга – совершенно разные и смотрели друг другу в глаза.

Я заложил руки за спину и без прелюдий сказал:

— Леди Бэлл я принял решение, которое отразится на вашей судьбе. И чтобы как-то сгладить последствия своего решения я хочу предложить вам солидную компенсацию, на которую вы сможете жить, ни в чём себе не отказывая. Более того вы не будете от кого-либо зависеть. Моё решение такого: я не женюсь на вас, Синтия. Уж простите меня.

Она даже не моргнула. Не дёрнулась, не ахнула. Она была спокойна и безразлична.

Пожала плечиком и всё тем же ничего не выражающим тоном произнесла:

— Это всё, о чём вы хотели поговорить?

Странно. Я надеялся услышать что-то вроде «я согласна на компенсацию, озвучьте цифру, милорд».

— Вы надеетесь услышать что-то ещё? — проговорил с улыбкой.

Она вновь отвернулась к окну и ответила:

— Мне всё равно, что вы решили, граф Найтмэр. Наверное, вы заметили, что вы мне совершенно не нравитесь. И я даже готова подтвердить, что мы с вами не подходим друг другу ни как муж и жена, но и даже никак друзья. У нас с вами нет ничего общего.

Что ж, я рад, что леди не лишена здравого смысла.

Но начало её фразы заставило меня насторожиться.

— И каков же ваш ответ, леди?

Она продолжала стоять ко мне спиной, специально подчёркивая, как относится ко мне. Как к ничтожеству.

Да уж, с такой женщиной только горе в доме плодить.

— Я не поведусь на ваши уговоры отказаться от свадьбы, милорд. Я, как верная подданная короны исполню приказ. И не мне решать мою судьбу.

Она чуть помолчала и добавила с нажимом и отчётливым льдом в голосе:

— И вам настоятельно советую не противиться воле Его Высочества и сделать так, как от нас того требует долг.

И она резко обернулась, когда с моих губ сорвался лёгкий смех.

— Отчего вы смеётесь? — слегка нахмурилась девушка и ударила сложенным веером по своей ладони.

Я же не сразу ответил. Сначала медленно прошёлся по её гостиной, рассматривая интерьер – совершенный, как и сама Синтия и такой же безжизненный и скучный.

Остановился у зажженного камина и заговорил, глядя исключительно на пляшущий огонь:

— Дело в том, что я пришёл не уговаривать вас и не просить вас. Я пришёл к вам, Синтия, чтобы поставить перед фактом, что не женюсь на вас. И, тем самым, я хотел смягчить щекотливую ситуацию щедрым предложением.

Обернулся и добавил:

— Я свою судьбу предпочитаю взять в собственные руки. Ваша судьба в ваших руках, Синтия. Или же в руках короны. Но тут вы сами разберётесь. А теперь прошу меня извинить.

Я уже коснулся дверной ручки, как раздался слегка взволнованный голос леди Бэлл.

— Стойте, милорд.

Остановился и обернулся.

Девушка приблизилась ко мне – невесомая, какая-то нереальная, лёгкая, но совершенно неинтересная и пресная для меня, как для человека и как для волка.

— Почему вы не хотите на мне жениться? — спросила она с любопытством. — Неужели я недостаточно хороша для вас?

И появилась лёгкая полуулыбка на её совершенных губах.

— Вы очень красивая молодая женщина, леди, — вздохнул я. — Но глядя на вас, моё сердце молчит. Оно молчит, потому что я уже отдал своё сердце и душу другой. Я люблю другую женщину. И моё чувство взаимно. Именно на ней я и женюсь.

— Исчерпывающе, — хмыкнула она, похлопала веером по руке и проговорила: — Можете идти.

Я усмехнулся и хотел уже покинуть её покои, как в двери покоев леди Бэлл громко постучали.

— Войдите! — разрешила она.

Мне пришлось отступить.

Вошёл лакей, поклонился нам и объявил:

— Милорд, леди, вас ожидает Его Высочество! Вы должны немедленно проследовать за мной!

Жаль, что не успел переговорить с принцем до начала ужина. Придётся объявить о своём решении на самом мероприятии.

Предложил Синтии локоть. Девушка чуть скривилась, но локоть мой приняла.

* * *

— АВРОРА —

Короля делает свита.

Но принц ещё не король. И свита у него хиленькая.

Лиам не в счёт.

Не знаю, как выглядит король Рональд Третий, но вот Ричард Первый не внушал доверия и уважения.

Молодой. На вид ему лет двадцать пять. Может меньше.

Симпатичный, тело подтянутое и одет по последней моде двора, но ему шли все эти кружева, ленты, шёлк и бархат. Не выглядел принц смешно.

Но всё же не чувствовалось в нём внутреннего стержня и не было харизмы.

Просто симпатичный молодой человек. Не более.

Лицо холёное, изнеженное.

Губы капризно кривились в заносчивой улыбке.

Типичный представитель золотой молодёжи, который считает, что мир крутится вокруг него и что все ему всегда должны.

М-да.

Если король не поправится, то бедное будет королевство. Оно перейдёт в руки вот этого капризного молокососа. Ох, и натворит он дел, нутром чую.

Взмахом руки принц позволил всем встать и толкнул речь:

— Сегодня у нас праздник! Я отдаю прекрасную леди Бэлл за графа Найтмэра! Да состоится помолвка! Паж, ты где? Кольца!

Пока мальчишка паж подходил к принцу, Лиам нашёл меня взглядом и ободряюще улыбнулся.

Протянул руку в мою сторону и пальцем поманил к себе.

— Вот так, сейчас всё случится, — сказала я негромко, но Гастон услышал, попытался меня остановить.

— Аврора, может не надо? Принц разозлится…

— Надо, Гастон. Надо, — проговорила уверено и, расталкивая гостей локтями, пробралась к Лиаму.

Принц уже взял с бархатной подушки кольца и удивлённо моргнул, когда я встала рядом с Лиамом, а он ещё и обнял меня за талию. Поцеловал в висок.

Гости удивлённо ахнули и зашептались.

Леди Бэлл стояла в сторонке как оплёванная.

Её взгляд выражал ненависть. Губы были сжаты в одну тонкую линию.

А едва заметный румянец на белоснежном лице выдавал её ярость.

— Граф, я что-то не понимаю, — произнёс капризно принц. — Объяснитесь. Немедленно.

Лиам поцеловал мою руку, улыбнулся и подошёл к принцу. Чуть поклонился ему, глубоко вздохнул и заговорил, усилив голос магией, чтобы услышали все присутствующие:

— Ваше Высочество, леди Бэлл и все гости! Я обращаюсь к вам с просьбой простить меня за сложившуюся ситуацию. Вы сегодня собрались на мою помолвку с леди Синтией Бэлл. По приказу короны я должен был уже завтра жениться на ней. Но я сообщаю всем вам, что, ни помолвки, ни свадьбы с леди Бэлл не будет. Я люблю другую женщину.

Лиам помолчал и обвёл взглядом всех придворных, в том числе взглянул в лицо принцу. На всех лицах я не заметила особой благосклонности.

Его Высочество так и вовсе багроветь начал.

Сжал руку в кулак, в которой держал кольца, аж костяшки побелели. Ох, ё.

— Эта женщина была сосватана мне короной до леди Бэлл и мы успели с ней познакомиться и влюбиться друг в друга с первого взгляда, а после всё изменилось. Корона выдвинула требование жениться на другой женщине. Но моё сердце всецело принадлежит моей прекрасной Авроре Даль.

Лиам вновь протянул ко мне руку. Я вложила пальчики в его ладонь.

— Вот она, моя любимая. Более того, она моя жена. Леди Аврора Найтмэр. Графиня.

Лиам, не стесняясь присутствующих, поцеловал мою шею в месте, где поставил свою метку.

Услышав его слова, кое-кто из гостей начали шептать гадости в отношении меня, а некоторые, склонив головы, начали сочувствовать бедняжке Синтии.

Мурашки пробежали по моей спине.

Мы ступили на опасную и безрассудную дорожку. И сможем ли её пройти до конца? Или нас сметёт к чертям?

Принц бросил кольца на подушечку, которую держал паж и опустился на трон.

Мужчина устроил подбородок на кулак, всем своим видом показывая, что позволяет Лиаму закончить.

Выждав, когда стихнет шум, граф с решительным видом продолжил свою речь:

— Вы все слышали обо мне много разного. Вы знаете, что я проклят. Но никто не имеет понятие о природе этого проклятия. Пришло время рассказать правду и объявить, что… Что я не проклят. Это не проклятие, а дар.

Придворные вновь зашептались, но принц хлопнул в ладоши, призывая всех к порядку, и едко заметил:

— Ну что же вы! Дайте графу высказаться! Видно, что у него наболело!

Раздались смешки, но потом все умолкли.

Лиам обвёл всех грозным взглядом и продолжил:

— Во время службы я много путешествовал по другим мирам и был укушен одним созданием. Чудовищем, как я именовал его про себя. Я воевал и вынес немало испытаний, как и многие из присутствующих офицеров. Вы знаете, что есть мир, который является угрозой для многих миров, включая наш. Мы сражались на войне и вернулись домой, кто калекой, кто утратил рассудок, а кто-то, возможно, как и я получил ранение другого вида – был укушен. С тех пор я – оборотень. И до недавнего времени считал себя именно проклятым, не понимая, что на самом деле мне повезло. И по волчьим законам я сделал Аврору Даль своей женой. И этот факт признает любая магия и любой закон.

Ох, и тут такое началось…

Зал взорвался криками, воплями и обвинениями:

— А мы не верили его невестам!

— Те девушки говорили правду! Он – чудовище!

— И как он смеет стоять тут…

— А те девушки, которые не вернулись? Он их растерзал!

— Леди Бэлл избежала катастрофы!

— Бедняжка, она могла стать новой жертвой…

— А эта девка, откуда она взялась?

— Она из другого мира и тоже оборотень?

— Докажи, что ты оборотень!

— Всё не так! Вы не правы! Мой зверь не чудовище и я не чудовище! И Аврора не оборотень, она – человек! — прорычал Лиам.

Но его слова потонули в громких восклицаниях и возмущенном ропоте, он усилил магию голоса и, перекрывая шум, громко произнёс:

— Хорошо, я вам докажу, что я оборотень и что неопасен! И я не убивал девушек. Это правда.

Закончив говорить, он резко снял с себя пиджак и передал его мне.

Приняла трясущимися руками и прошептала:

— Может, не надо? Это же толпа, Лиам… Они уже неадекватные! Ты слышал, что они кричали!

— Всё будет хорошо, вот увидишь, — пообещал он мне и улыбнулся.

Ой, что-то мне стрёмно. Как бы нас в местную Бастилию не отправили, а потом на казнь.

Всё пошло через одно место.

Ах, Лиам! Лучше бы мы отработали по моему плану!

Граф отдал контроль зверю: раскинул в стороны руки, запрокинул голову, и я впервые увидела, как меняется его тело, как зверь выбирается наружу.

Звук рвущийся ткани, меняющихся костей заставил всех слаженно испуганно вскрикнуть.

Даже я выдохнула в шоке, не в силах отвести взгляд от его преображения.

Впервые увижу его в ипостаси зверя.

Из груди Лиама вырвался нечеловеческий, металлический, страшный звериный рык.

И уже через мгновение перед нами стоял не человек.

Сильный, мощный, огромный волк опустился на четыре мощные лапы.

Тёмная серая шерсть дыбилась на загривке, хвост был высоко поднят и слегка вибрировал.

Мощное волчье тело внушало страх, крупные лапы могли ударом снести голову.

Волк был силён и очень велик, лобастая голова его на могучих плечах задралась, и волк издал вой, от которого в жилах едва не застыла кровь.

Кажется, половина гостей оказалась в обмороке.

И что-то в помещении запахло как-то подозрительно невкусно.

Неужели кто-то со страху обгадился?

Не сразу заметила, как Синтия Бэлл прижалась спиной к стене и тихо скуля, по стеночке куда-то потопала.

Когда увидела, было поздно ей что-то объяснять.

Глаза её были широко распахнуты, в них плескался священный ужас.

«Теперь она точно не захочет за графа замуж», — проскользнула в голове мысль.

— Монстр! — услышала я визгливый голос принца.

Его Высочество с ногами забрался на трон и, указывая пальцем на моего волка, сдавленным от страха голосом он пищал:

— Стража! Убейте монстра! Убе-е-э-эйте-е-э-э! Где вы все-е-э-э!

— Не-е-е-э-эт! — закричала я. — Он никому не причинит вреда! Послушайте! Не бойтесь! Это же Лиам!

Но кто бы меня послушал.

Встала перед волком, загородила его собой. Лиам носом толкнулся мне в спину – мягко, ласково.

Ох, Лиам, что же ты натворил?

Зато мы решили твою проблему, как не жениться тебе на Синтии.

Зато появилась другая проблема – большая, дикая, лохматая и взбешённая.

— Я убью монстра! А его шкуру подарю короне, как трофей! — услышала знакомый голос.

— Гастон? — выдохнула в ужасе. — Какого хрена?! Это же Лиам! Мой Лиам!

— Аврора, ты не ослепла часом?! Он – чудовище! Взгляни! У чудовища лишь один конец – смерть! — с улыбкой психопата прокричал Гастон.

Он запрыгнул на стол, с которого уже итак поскидывали посуду, блюда, подсвечники… Спрыгнул с другой стороны и схватил со стены меч.

— Голова с плеч, монстр! — задорно рассмеялся Гастон и лезвие заиграло в его руках.

Дикий и яростный рык разнёсся по всему помещению, отразился от стен, замер под потолком, люстры задрожали, и те из придворных, кто ещё не упал в обморок, с визгами, толкаясь, пинаясь, ломанулись прочь из зала.

— Гастон, не смей! — прорычала не хуже зверя. — Только тронь его, и я сама тебя порву на куски!

А лучше скормлю своему цветочку.

Да пошло оно всё!

Раз ситуация вышла из-под контроля, то почему бы не пустить под откос вообще всё?

«Цветочек мой аленький! Любимый мой кустик! Роза моя распрекрасная! Малыш мой шипастый! Ты очень нужен мамочке! Мамочку обижают и её любимого мужа пытаются убить! Помоги, роднулечка моя! Беги скорее ко мне, спаси меня и Лиама!»