Глава 7

* * *

— АВРОРА —

Утром мне удалось улизнуть раньше, чем ко мне явился Гастон.

У меня важное дело и не до его мужского внимания.

К министру я прибыла вовремя. Он только-только открывал свой кабинет.

И не успел отказать мне в приёме.

Как отказать, когда я чуть ли не буквально самолично министра затолкала в его кабинет, устроилась в неудобном кресле и в самый центр стола опустила пухлую пачку исписанных листов.

Листы были аккуратно скреплены между собой и пронумерованы.

Первый министр хотел, было, меня прогнать, но любопытство взяло верх.

Я ожидала чего угодно, но не этого…

— Что это такое? Вам делать нечего? — отчего-то взбесился и прошипел на меня Оливер Ханс, когда прочитал первые строчки списка гостей.

Кстати, господин министр значился в этом списке под номером один.

— Господин Ханс, что же вы так бурно реагируете? — произнесла с улыбкой. — Вы порадоваться должны, что я не катаю вам истерику по поводу внепланового замужества и подошла к делу со всей серьёзностью и ответственностью. Мы вчера обсудили гостей, решили, что когда я познакомлюсь с графом, позаботимся и об остальном.

Министр отложил мой список, откинулся на спинку кресла и со страдающим выражением лица посмотрел на меня и спросил с подозрением:

— Кто эти «мы обсудили гостей», и кто «позаботится об остальном»?

— Ох, я не сказала? — сделала наигранно удивлённо лицо и пояснила: — У меня много друзей, господин Ханс. И естественно, я не могла не поделиться с ними столь радостной новостью, как моё скорое замужество. И естественно я не могу не пригласить своих друзей на свою же свадьбу! Кем я буду после подобного свинства?

Министр внимательно посмотрел на меня. Губы его на мгновение сложились в злую усмешку, и он проговорил:

— Госпожа Даль, вы хотите, чтобы я утвердил этот ваш список гостей?

В голосе министра прозвучали недобрые нотки.

Но отступать я не собиралась.

— Всё так, — моей твёрдой уверенностью можно было смело забивать гвозди.

Он сжал толстые руки в кулаки и прошипел, точно истеричка в период ПМС:

— Да что вы себе позволяете? Я не ваш секретарь, госпожа Даль! Вы бы мне ещё план рассадки гостей и предварительное меню притащили!

— Оу. Как раз об этом я не подумала, — сказала задумчиво и приложила пальчик к уголку губ. — Хорошая идея. Я продумаю рассадку и составлю меню. Узнать бы ещё предпочтения графа и сколько людей будет с его стороны…

Министр побагровел, но сдержал свой гнев.

Он щёлкнул пальцами по исписанным бумагам моим ровным чуть острым почерком, толкнул в мою сторону список гостей и сказал:

— Я не собираюсь заниматься не своим делом. На первый раз я вас прощаю. Впредь, думайте, прежде чем идти с подобным бредом к чиновнику.

Ага, он так и не понял.

Опустила ладони на список, подалась чуть вперёд и сказала проникновенным, заговорщицким тоном:

— Господин Ханс, но это ведь корона выдаёт меня замуж. А вы лично – представитель короля и принца. С кем, как не с вами мне согласовать гостей со стороны невесты?

Министр вытер пот со лба.

Нервно раздул ноздри и с ненавистью посмотрел на меня.

Очевидно, я уже у него в печёнках застряла.

— С графом Найтмэром вы обсудите этот проклятый список. И прошу вас, госпожа Даль, вычеркните моё имя. Я не собираюсь присутствовать на вашей свадьбе.

Я откинулась на спинку жёсткого кресла, удивлённо помолчала и спросила мужчину:

— Отчего так? Не знаете, что подарить новобрачным?

Неопределённо махнула рукой и звонко рассмеялась.

У министра дёрнулся глаз.

— Можете просто принести букет белых пионов. Обожаю пионы, — проговорила сквозь смех. Умолкла и уже чуть серьёзно произнесла: — Господин Ханс, поймите, я не просто так прошу вас утвердить список гостей. Я ведь не знаю графа. Не знаю, какой он человек.

У министра дёрнулся другой глаз.

Он налил себе воды в бокал и осушил его до дна. Со стуком поставил.

Но меня его намёки не колышут. Я не уйду отсюда пока своего не добьюсь.

— А вдруг граф воспротивится и не пожелает видеть моих друзей на свадьбе? Или вообще решит устроить свадьбу по типу: вот я – жених, ты – моя невеста, а вот священнослужитель. Можете поженить нас. Священнослужитель скажет: объявляю вас мужем и женой, и на этом всё? Никаких гостей, банкета, танцев?

— Так и будет, — проворчал министр.

Я хлопнула рукой по списку. Хлопок вышел знатный. Мужчина скривился, как от зубной боли.

— Вот видите! Поэтому мне и нужна ваша печать, ваша подпись! Ведь в таком случае он не сможет мне отказать! Да и всем же будет польза! Столько свидетелей, что я и граф – женаты будем. Ну?

Мужчина длинно-длинно вздохнул и проговорил:

— Оставьте список, я посовещаюсь кое с кем.

Я просияла и одарила министра ослепительной улыбкой.

— Спасибо вам! Знала, что могу положиться на вас! Забегу за утверждённым списком перед отъездом к жениху!

И побежала скорее на выход.

— Я ничего вам не обещаю, госпожа Даль! — словно спохватившись, крикнул мне в след министр, но я уже выбежала за дверь.

Пусть только попробует отказать. Я ведь тоже могу нервы попортить и кровушки попить. Так-то!

* * *

Настроение у меня было если не на отметке пять с плюсом, то хотя бы на твёрдую четвёрку дотягивало.

Но когда встретила Гастона, да ещё у фонтана, испытала дежавю.

— Аврора! — гаркнул он на всю площадь, когда увидел меня.

Тут же направился ко мне размашистым шагом.

Похоже, кто-то из соседей меня сдал и сказал, где меня искать.

В одной руке Гастон с силой сжимал огромный букет белых лилий. Уже весьма потрёпанных.

Неужели он на цветах зло выместил, когда меня дома не застал?

— Гастон, — тяжко выдохнула имя охотника и без энтузиазма пошла к нему и поздоровалась, когда мы поравнялись: — Здравствуй… Прости, что так вышло… Я…

Мужчина не дал мне договорить и извиниться. Он буквально впихнул букет мне в руки.

— Ты решила выйти замуж! — рявкнул он таким тоном, будто я его жена и он застукал меня за изменой.

И вообще, я не решала выходить замуж. У меня обстоятельства.

Но перед Гастоном отчитываться я не собиралась.

А вот не надо со мной в подобном недостойном тоне разговаривать.

— И что? — чуть удивлённо выгнула одну бровь. — Есть закон, который обязывает меня спрашивать у тебя разрешение на брак?

Его лицо вдруг исказилось таким красноречивым гневом, он указал на меня пальцем, погрозил им прямо перед моим лицом и недовольно прошипел:

— Аврора, ты забываешься! И не смеешь отвергать меня!

Теперь уставилась на него с нескрываемым удивлением.

— Господин Ли, это вы забываетесь, — отчеканила ледяным тоном.

Вернула мужчине его букет. Просто бросила ему их в грудь, и Гастону пришлось поймать цветы.

Глаза его налились кровью.

— Аврора! — негодующе прошипел он моё имя.

Так, этот мужик меня уже достал.

Чего прицепился?

— Я знаю, как меня зовут, — ответила ему тон в тон.

Гастон опустил руку с букетом. Лепестки лилий коснулись брусчатки.

Бедные цветы. Не их сегодня день.

Пальцами другой руки мужчина провёл по волосам, да с таким отчаянием, будто у него сейчас судьба решается.

Гастон шумно выдохнул и с какой-то неохоткой, словно пересиливал самого себя, вдруг заявил:

— Ты не должна выходить замуж. Ни за кого, кроме меня. Я хочу, чтобы ты стала моей. Согласна?

Он что, прикалывается?

Я достала карманные часы на цепочке и демонстративно посмотрела на время.

— У вас всё, господин Ли? Или есть ещё какие-то надуманные претензии и неадекватные предложения?

Мужчина издал утробный рык. Букет он с яростью швырнул себе за спину, и цветы упали в воду.

Он схватил меня за плечи, чуть встряхнул и проговорил зловещим тоном:

— Ты должна стать моей, Аврора. Моей, ясно?

Дёрнула плечами и вырвалась из хватки охотника.

— Да что вы себе позволяете? — прошипела зло и сделала три шага назад. Указала на него тонким пальчиком и произнесла, чеканя каждое слово: — Господин Ли, я никогда не давала вам повода думать, что между нами может быть что-то большее, чем просто дружеское общение. Я даже вам дружбу не предлагала! А что-то большее вы выдумали себе сами и только.

Расправила плечи, вздёрнула подбородок и добавила холоду своему голосу:

— Очень вас прошу оставить меня в покое. После вашей выходки не смейте приходить ко мне в лавку. Я не желаю с вами общаться.

Я сделала шаг в сторону и собиралась покинуть площадь и вообще, лично я поставила все точки над i, закончила этот нелепый разговор, но Гастон перегородил мне дорогу.

— Не поняла? — проговорила раздражённо. — Что ещё?

— Кто он? Я не видел рядом с тобой мужчин. Никто не приходил к тебе, — произнёс Гастон и сжал огромные руки в могучие кулаки.

Я внимательно посмотрела на его кувалды, и только тогда мужчина разжал пальцы, поднял руки, демонстрируя, что якобы спокоен.

Хорошо, что мои друзья и соседи не слили всю информацию о моём замужестве. Гастон не знает, кто мой будущий супруг. Вот и пусть дальше живёт в неведении.

— Гастон, тебя моя жизнь не касается, — ответила даже слишком резко. Мои слова прозвучали как хлыст, рассекающий воздух.

— Аврора, я близок к тому, чтобы сомкнуть руки на твоей тонкой шее, — произнёс он, уже не сдерживая нотки ярости в голосе.

Всё, он меня достал.

— Пустые угрозы, господин Ли. И подобные слова недостойны настоящего мужчины, — мой голос прозвучал на удивление спокойно. — Уйдите с моей дороги, иначе я не ручаюсь за сохранность вашей репутации.

Он резко сделал шаг вперёд, слишком близко оказался от меня. Между нами расстояние всего с ладонь. Я не успела даже отшатнуться, как Гастон схватил меня за руку выше локтя – хватка была жёсткой.

Он уставился на меня сверху вниз, но я отвернула лицо. Гастон очень тихо, но очень зловеще произнёс:

— Аврора, не совершай ошибку, очень тебя прошу. Ты не должна выходить замуж ни за кого, кроме меня. Я – твоя судьба. Ясно?

— Мне ясно одно, ты делаешь мне больно, — зашипела, подняв голову, чтобы посмотреть в глаза этого жестокого мужчины.

Он ослабил хватку, но не отпустил, а дёрнул меня на себя. Я впечаталась в крепкое тело этого гада.

— Я даю тебе один день и одну ночь, чтобы передумать, — выдохнул он мне прямо в губы. — Если не образумишься, то пущу слух, что ты гулящая женщина. Вряд ли твоему женишку такое понравится.

Удержалась от желания плюнуть ему прямо в ухмыляющуюся рожу. Но в долгу я не осталась:

— Если ты ляпнешь обо мне эту или какую-то другую гадость, да что там, просто рот раскроешь, мой жених вышибет тебе все зубы! А я сделаю из них ожерелье!

Вырвала из его хватки свою руку, уже сделала шаг, но этот тупица опять не дал мне уйти.

— Аврора, я ведь серьёзно.

— Гастон, послушай, я всё ещё пытаюсь быть с тобой милой, — пропела я ангельским голоском. Одарила мужчину улыбкой гадюки и добавила: — Но мне уже сложно оставаться в рамках приличий. Не постесняюсь и врежу тебе коленом по причинному месту, если не свалишь с моей дороги прямо сейчас!

В конце фразы я уже почти перешла на крик.

— Госпожа? Вам нужна помощь? — поинтересовался подошедший к нам охранник.

Очевидно, моё с Гастоном нездоровое общение заинтересовало охрану МММ.

Я многозначительно посмотрела на мрачного, едва не кипящего от гнева Гастона (у него вот-вот пар из ушей повалит) и ответила охраннику:

— Думаю, мы разрешили с господином Ли наш спор. Всё в порядке. Спасибо за беспокойство.

Он кивнул мне, хотел было уже уйти, но я остановила.

— Хотя, знаете что? Не будете ли так любезны, не поймаете мне свободную повозку?

Гастон побагровел.

Ага-ага, с этого гада ещё станется перехватить меня где-то в переулке. Нет уж, облезет и неровно обрастёт, сволочь.

Вернусь домой и сбегаю к Эллингтонам, попрошу, чтобы кто-то из их помощников покараулил сегодня у моего дома.

Между прочим, у Лорана работают крепкие парни, по комплекции он не хуже Гастона будут.

— Конечно, — согласился мужчина и позволил мне взять его за локоть.

Он проводил меня до стоянки со свободными повозками.

Когда возвращалась домой, думала вот о чём.

С какой такой радости Гастону срочно понадобилось на мне жениться?

Уж точно он не любовью ко мне воспылал.

Тогда в чём дело?