ЭПИЛОГ

— Шайсс, присмотри за младшими, чтобы маме не мешали! Она готовится к экзамену. Мы скоро вернемся.

— Ага.

Шайсс, обвив хвостом толстый сук, лежал на нижней ветке мэллорна и с нежностью смотрел на двух эльфийских девушек. Он еще не решил, которая ему нравится больше, поэтому усердно ухаживал за обеими. Девушки болтали ногами, сидя на соседней ветке, и напропалую строили ему глазки. Одна из них была одета в новомодные голубые облегающие штанишки и короткий топ, открывающий очаровательный пупок, а на второй был традиционный зеленый эльфийский наряд. Обе — белокурые, очаровательные, смешливые, и обе ужасно нравились нагу.

— А куда отправились твои отцы?

— С папой Эрином связался его издатель, последняя книга уже напечатана, он пошел забрать авторские экземпляры.

— Шайсс, миленький… А принеси почитать! А то Учитель Филин не позволяет, говорит, там стоит магический маркер «двадцать пять плюс»! А владыке уж конечно без него дадут…

— Ладно, принесу, но только за поцелуй! — не упустил возможности Шайсс.

Девушки радостно завизжали.

— А папа Шеол поехал к гномам забирать новый меч. Фэй ему лично выковал. А меня не взяли, — с печалью закончил наг.

— Ну кто-то же должен присмотреть за малышами, пока ваша мама готовится к сессии в академии. Отцы тебе доверяют. Ты такой ответственный, сильный, красивый и необычный! — смущенно закончила одна из эльфиек, а ее подружка громко прыснула в кулачок.

Кончики ушей высказавшейся эльфийки заалели, и Шайссу очень понравилось, как она на него глянула. «Ее и выберу», — решил он, широко улыбаясь.

Белая резная беседка тонула в колышущихся тенях, задорный ветерок раздувал шелковые занавеси и норовил перевернуть страницы книги, лежащей на столе.

— Дорогая, тебе удобно?

Лорен подложил жене под спину еще одну подушку и обнял за плечи.

— Я просто беременная, а не немощная старуха! — недовольно пробурчала Саринэ, с удовольствием откидываясь на подушку. — Хотя ощущаю себя шариком на ножках. Слава Первому Дереву, это мальчик! Иначе один темный эльф на всю оставшуюся жизнь стал бы импотентом!

Элизабет высунула нос из-за книги и прыснула.

— Нет, таки посмотрите на мою невестку, — ворчливо продолжила Саринэ. — Бедная тетушка Сагха скоро будет не очень большая, но заметная, а ей смешно!

Элиза рассмеялась.

— Ой, таки бедная?

— А все твоя прабабка виновата! Если бы не ее видения, я бы ни за что не решилась еще на одного!

— А я это пропустила… Что там бабка опять напророчила?

Лорен налил желтого сока в высокий прозрачный бокал, подал жене, улыбнулся и пояснил:

— Она увидела в Семье шестерых детей, и предсказала, что один из них будет темным. Ты же знаешь, темному ребенку я смогу передать свои знания, у эльфов ничего и никогда не бывает просто так. Боги следят, чтобы в мире был баланс.

— Сейчас у нас четверо, пятый в животе Саринэ… Вот… девять, семь! Я больше рожать не буду! Мне хватило двух раз! Как вспомню… Брр. Нет! Нет и нет! Я родила мужьям сына и дочь. Хватит!

— Что — хватит?

Шеол, как всегда, появился незаметно.

— Детей!

— Не рычи на меня, женщина, а лучше поцелуй.

Элизабет улыбнулась. Одиннадцать лет прошло, а будто вчера познакомились: ее муж все так же будоражил кровь и вызывал трепет.

— Кстати, детишки там что-то затеяли, — усмехнулся Лорен.

— Ага, дракончика хотят переместить из другой реальности, — хмыкнул Шеол и потянулся к кубку с вином.

— Ох, Лоренчик, проследи! Если они вызовут взрослого дракона, он же не поместится на поляне! — заволновалась Саринэ.

— Наши дети умны не по годам, — покачала головой Элизабет. — Откуда они знают, как это делать?

— Янка давно лазит по моей книге заклинаний. Думаю, она взломала защиту, а Арти составил формулу призыва, — гордо сообщил Лорен.

— Ну пусть развлекаются, — махнул рукой Шеол. — На дракона я еще не ходил…

— А тебе лишь бы подраться!

Элиза на мгновение прижалась к плечу хана и опять углубилась в книгу. Последний экзамен, и принимает его сам начальник Госбезопасности Короны господин Пылаеф. Говорят, что придирчивее экзаменатора не сыскать. Но зато сдать у него экзамен с первого раза очень престижно и почетно.

В это время трое детишек, за которыми велено было присматривать шестнадцатилетнему Шайссу, собрались в кружок и о чем-то оживленно шептались. Одна из девочек, черноволосая, смуглолицая и курносая, оглянулась по сторонам и, задрав длинную расшитую рубашку, достала из кармашка штанишек два маленьких рубина.

— Вот! Я у мамы утащила. Думаю, подойдет.

— А бабушка не заругается? — рассматривая рубины, прошептал мальчишка, как две капли воды похожий на Эриндриэля.

— Мама не узнает! — твердо сообщила девочка. — Как только вернемся домой, сразу положим рубины на место. А ты стащил у братца Эрина изумруд?

— Ага, как же, у папы Эрина! — возмущенно прошептал мальчишка, доставая кожаный пояс. — Чтоб вы помнили, этот ремень носит папа Шеол! Ох, чую, отходит он меня им но заду, когда узнает.

— Не трусь, Арти’Дым Огнэль, — похлопала его по плечу девочка. — Мы потом аккуратненько… — она достала из кармана щипцы и отогнула крепления, удерживающие большой изумруд в пряжке ремня, — …вернем его на место. Он и не заметит!

— Янка, а он точно не испортится?

— Не называй меня Янкой, — зашипела девочка.

— Янаэль, — послушно исправился Арти. — Так не испортится? А то знаешь, как папа Шеол будет сердиться!

Он потер зад.

— А ты меньше попадайся, — весело посоветовала Янаэль.

— Ага, тебе легко говорить! Ты наполовину темная, а меня папа Эрин на раз-два просчитывает!

— Потому что ты ленивая задница, Арти! — припечатала его Янаэль. — Вот если бы ты научился, как мама, превращаться в орка, то смог бы…

— Ну не получается у меня! Я что, виноват? — насупился мальчишка.

— Папа говорит, что в нем дерьма мало, — хихикнула самая младшая из тройки.

Кареглазая, востроносая, с небрежно собранной в хвостик огненной кудрявой шевелюрой, она походила на солнышко, и короткое желтое платьице довершало сходство.

— Зухра, не выражайся! А то рот с мылом вымою! — донесся с высоты голос Шайсса.

Зухра показала ему язык, но притихла.

— Шайсс, мы на озеро пойдем! — фальшиво веселым голоском прокричала Яика, пряча за спину кулак с зажатыми в нем камешками. — На песочке поваляемся. А то жарко!

— Пошли быстрее! Скоро полдень, лучшее время для эксперимента! Шайсс солнце терпеть не может, теперь из тени до вечера не выползет!

— Он и так не выполз бы, потому что такие девушки рядом, — завистливо покосился на старшего брата Арти.

Зухра хихикнула, а Янаэль презрительно скривилась.

— Любовь! Фи! Какой убогий способ тратить жизнь на ерунду!

— Ага! А сама прихорашивалась, когда к нам в гости генерал Синек с сыном троллем приезжал! И хвост его трогала! Я видела! — встала на защиту смущенного брата бойкая Зухра и первая побежала к озеру.

— Я в научных целях, — скосилась на лыбящегося Арти десятилетняя Янка. — Когда еще синекожего тролля увидишь!

— Да, да… конечно! — ехидно согласился Арти, уворачиваясь от ее ноги. — Мы все в это поверили!

Он рассмеялся и побежал следом за сестрой.

— Малышня, — прошипел с усмешкой Шайсс и повернулся к собеседницам. — Зато теперь нам не будут мешать.

— А ты за них не волнуешься? — спросила одна из эльфиек и пересела ближе.

— Да что с ними случится в Игурбарде?

Шайсс погладил девушку по коленке кончиком хвоста.

— К тому же Дришка за ними присмотрит.

Большая черная сука, до сих пор мирно дремавшая в тени мэллорна, подняла голову с белыми пятнами и вопросительно посмотрела на любимого хозяина. Шайсс пошипел с различной интонаций, собака кивнула, словно поняла, что он хотел сказать, и медленно потрусила следом за детьми.

Эльфийки с восторгом смотрели на довольного собой нага. Тот под их взглядами развернул плечи и, красуясь, откинул за спину длинную толстую косу, украшенную морскими ракушками.

Янаэль быстро вычерчивала на утрамбованном песке пентаграмму призыва и расставляла свечи, а сосредоточенный Арти аккуратно выкладывал пятиугольник из драгоценных камней. И только малышка Зухра была не у дел, что очень огорчало ее непоседливую натуру. Плохо быть младшей в Семье, все считают тебя ребенком и не доверяют важных дел. А она уже большая! Ей пять лет! Вот был бы у них кто-нибудь чуть младше нее, чтобы играть на равных. А то два старших брата только и знают, что опекать! Туда не ходи, этого не трогай, кинжал острый, брюки для мальчиков, лук тяжелый, по деревьям лазить можно только с Шайссом… Надоело! Скоро ей исполнится десять, отправят учиться к Филину, и не успеешь оглянуться, как наступит старость! А играть когда?

— Малая, тебе самое важное задание! — серьезно и торжественно обратился к ней Арти. — Спрячься в кустах и следи, чтобы никто не подошел!

— А если кто подойдет?

— Свисти!

— Ага, я буду в кустах сидеть, а вы самое интересное делать! Вы станете с дракончиком общаться, а я, значит, должна в кустах сидеть! Сам иди в кусты! А если начнешь заставлять, я как закричу! И расскажу папам, что ты картинки с голыми девами под подушкой прячешь!

— Ха! Можно подумать, они не знают! Мне папа Эрин их подарил!

— Тогда маме расскажу!

— Ладно, стой рядом! Ябеда!

Девочки встали в углу пентаграммы, с азартом и предвкушением толкая друг друга локтями, а Арти предусмотрительно отошел в сторонку и поднял с земли увесистый камень. На всякий случай! А то собрались призвать дракона, а вдруг крокодил вылезет!

Они смотрели на темный едкий дым, затянувший центральную часть.

— А если там не дракончик? — шепотом спросил Арти.

— Да я вроде все правильно рассчитала…

Янаэль полезла в карман и достала из него смятую бумажку.

— Как у папы в его книге заклинаний написано.

— А отчего тогда дым такой вонючий?

— Так драконы же дышат огнем! Может, он съел что-то несвежее?

— Готовься к гибели, смертный колдунишка! — раздался из пентаграммы чуть дрожащий мальчишеский голос и тут же закашлялся. — Ну что за идиот читал заклинание! Что, нельзя было не хватать дым от пожарища?

— Ой, дракоша разговаривает! — захлопала в ладошки Зухра. — Можно я его буду выгуливать на поводке?

— Я счас как выйду и как накостыляю кое-кому по шее!

Дым наконец разошелся, и перед малолетними экспериментаторами предстал «дракошка». Черноволосый, черноглазый, с маленькими рожками и большими серыми крыльями за спиной. Мальчишка был чумаз до состояния трубочиста, одет в какие-то лохмотья, взъерошен, но крепко держал в руке небольшие заточенные вилы.

— Ой, — сказала Янка и спряталась за спину Арти.

Эльф угрожающе поднял камень, стал впереди девчонок и рукой задвинул за спину Зухру, которая пыталась выскочить и показать незнакомцу, кто еще кому по шее накостыляет!

— Демон!

— Дрожите и повинуйтесь!

Демоненок попытался сказать это грозным голосом, но не удержался и тоненько чихнул, как котенок, чем жутко развеселил Зухру и Арти.

— Сам сидишь в нашей пентаграмме да еще командуешь! — снисходительно сообщил ему Арти и повернулся к Янке. — Отправляй его назад, пока Шайсс не приполз.

— Гав!

Все дружно оглянулись на стоящую на пригорке собаку.

— Гав! Гав!

— Дришечка, не шуми! — громким шепотом взмолилась Янаэль.

— Ой по-па-дет! — протянула Зухра.

— Янка, скорее!

— Я заклинание возврата потеряла! Наверное, когда через кусты лезли, выронила бумажку!

— Давай стукну по лбу, может, вспомнишь, где?

— Эй, вы! Давайте договоримся?

Демоненок подошел к черте и попытался ее переступить, но словно наткнулся на невидимую стену. Попинал по ней ногой и вернулся в центр пентаграммы.

— Не надо меня возвращать! У нас там война с соседним доменом. И есть нечего! А у вас тут тихо и красиво!

— А ты подумал о папе и маме? — пока старшие спешно искали по кустам потерянную бумажку, подбоченясь и гордо задрав голову, выступила вперед Зухра. — Они же там с ума сойдут от волнения!

— Да нет у меня папы и мамы! И никогда не было! — взвыл демоненок. — Я подкидыш!

— Ой, — зажала рот ладошками Зухра. — А ты не кусаешься?

— С чего бы это?

— А может, ты заразный какой!

— Сама ты заразная, — обиделся демоненок.

— А как тебя звать?

— Тигр а Рарлен из Великого Дупла!

— А сколько тебе лет?

— Э… на ваш манер чуть меньше пяти. А что?

Именно возраст и решил дальнейшую судьбу Тигра а Рарлена. Ведь он был младше Зухры!

— ПАПЫ!!! — изо всех сил заорала девочка.

Хлоп, хлоп — из портала неспешно вышел Лорен, ведя под руку Саринэ, а следом с хищной улыбкой на орочьем лице шагнули Шеол с возмущенной Элизой.

— Это не Игурбард, а дом для лишенных разума! — воскликнула Элизабет. — Я могу спокойно позаниматься? И где ваш дракон?

— Вот! — ткнула Зухра пальцем в сторону пентаграммы.

Воздух задрожал, и на поляну выбежал Эриндриэль, роняя на траву книги.

— Что случилось? Отчего малышка так кричала?

— Твоя сестра и наши дети призвали в этот мир демона! — ехидно сообщила ему Элизабет.

— Какие молодцы!

— Что?

— Дети, мама права! Так делать нельзя!

Дети дружно сделали вид, что больше никогда, ни за что и вообще — это случайно! К ним подполз Шайсс и с любопытством воззрился на демоненка.

— Обалдеть! — прошептал Тигр а Рарлен и сел на попу. — Мне хана! Точно скормят змеиному богу!

— Папочки! Я вас так люблю! А давайте заведем еще одного ребеночка. У него никого нет и там война!

— А что скажет мама? — присел перед малышкой Эриндриэль, внимательно изучая ауру демоненка.

Все дружно повернулись к Элизе. Та сердито посмотрела на Эриндриэля, словно это он был во всем виноват.

— Любовь моя! Я здесь ни при чем! Я никогда не был на Темной стороне! Клянусь!

Элизабет, нахмурив лоб, что-то высчитывала в уме и молчала. Вдруг лицо ее просветлело, она повернулась к хитро улыбающейся Саринэ.

— Выходит, он шестой? И он темный? Значит, прабабкино предсказание сбылось? У нас шестеро детей?

— Да, дорогая. Я тоже сразу об этом подумала. — Саринэ начала загибать пальцы. — Твои сорвиголовы — Шайсс, Арти, Зухра. Моя Янаэль и малыш. Выходит, Тигр шестой.

— Что решишь, мальчик? Остаешься или мой муж отправит тебя домой? — Элизабет подошла ближе к пентаграмме. — Не бойся. Здесь тебя никто не обидит.

— И он? — Демоненок кивнул на скалящегося Шайсса. — Он меня не сожрет?

— Вот дурында, — ухмыльнулся наг. — Я не ем грязных, худющих, лохматых детей. Да еще таких наглых. Вот когда тебя откормят, зажарят с яблоками…

— Шайсс, прекрати дразнить ребенка! — Элизабет укоризненно посмотрел на старшего сына. — А ты не бойся, Шайсс не ест мяса. Вообще, ни в каком виде!

— Мама! Ну зачем ты ему это сказала? Он так забавно дрожит.

— Ничего я не дрожу! — воинственно выставил трезубец Тигр а Рарлен. — Да я останусь только затем, чтобы сразиться с этим хвостатым!

Элизабет переглянулась с Саринэ, обе прекрасно понимали, что мальчишка счастлив остаться, но гордость не дает ему в этом признаться и попросить.

— Ты сперва Зухру победи, вояка, — снисходительно ухмыльнулся Шайсс. — А что, мне он нравится. Берем!

— Я тоже не возражаю, — серьезно кивнул Арти.

Рядом захихикали девочки.

— А он хорошенький, — шепнула Янаэль на ухо Зухре.

— Ага.

— Темный! Настоящий чистокровный темный! — радостно потирая руки, сообщил Лорен. — Такую удачу упускать нельзя. Мы сможем возродить род темных магов!

— И когда-нибудь наведаемся на родину нашего младшего! — кровожадно оскалился орк.

— Придурки, — констатировал Эриндриэль и стер ногой нарисованную линию. — Ну что же, сынок, выходи!

Зухра решительно ухватила слегка ошалевшего от резких перемен Тигра за руку и потащила к детям, громким шепотом рассказывая, кто есть кто.

— А теперь вы все, — окинул Шеол взглядом притихшую компанию «вызывателей», — отправляетесь в стойбище убирать навоз за драками!

— И никакой магии, — строго добавил Лорен.

— Вот три, два… — буркнул Арти, но очень тихонько.

— Легко отделались, — шепнул ему Шайсс.

— А когда закончите с навозом, жду вас всех в кабинете. Разберемся, отчего ваше заклинание сработало не так, как надо, — подвел черту под разговором Эриндриэль.

— Опять три часа нудеть будет, — недовольно зыркнула на старшего брата Янаэль.

Эриндриэль улыбнулся и открыл портал прямо в загон с драками.

— Шайсс, накорми Тигра и… приведи его в приличный вид! Скажи Тургуну, что вечером будет пир в честь младшего наследника, — крикнул вслед детям Шеол.

Хан наклонился и поднял оброненную Эриндриэлем книгу. На обложке красовались мужественный орк и красавец-эльф, а между ними стояла длинноволосая томная девица в очень откровенном наряде и туфлях на высоких каблуках.

«Знойный ветер степей».

Орк наугад открыл страницу и зачитал:

«…Раньше мой друг не желал оказываться со мной в одной постели. И к нашей любимой мы ходили по очереди, но сегодня была такая ночь, когда срывались покровы, исчезали запреты, когда царила полная луна и нежность витала в воздухе. Все произошло само собой. Мы втроем соединились в жарких объятиях. Моя рука легла на широкие плечи нашего друга, в то время как второй рукой я ласкал нежные бутоны ее грудей. Мы одновременно потянулись к сахарным устам, и наши губы столкнулись, вызвав в душах молнии. Мы слились в горячем тройном поцелуе, и я уже не понимал, чей язык ласкает мой рот и кого ласкаю я…»

— Ах ты, извращенец барготов! — Шеол швырнул книгу в улыбающегося Эриндриэля. — Это когда такое было?

— Это авторское допущение! — попытался оправдаться Эриндриэль, уворачиваясь от Шеола и запрыгивая на дерево. — Орочья ты морда! Нет в тебе понимания высокого искусства и вдохновения!

Элизабет и Саринэ переглянулись.

— Как приятно видеть, что в Игурбарде таки ничего не меняется, — улыбнулась эльфийка.