ГЛАВА 3

– Любой муж изменял бы тебе, Зелла, потому что ты скучная, а я – прекрасный лорд! Стоя перед зеркалом в дамской комнате, я старалась говорить басом, изображая негодяя Лаэрта и корча сама себе рожи. По крайней мере, кривляться мне заклинание Телеро не мешало. Как он мог? Или нет, как я могла принимать это чудовище за приятного, высоконравственного молодого человека? – А сейчас пойдем изображать счастливую пару! – попробовала я еще побасить и закашлялась. А пока хватала ртом воздух, вспомнила, каким был писклявым мальчишеский голос Лаэрта, когда мы только-только с ним познакомились. Ему было десять и он был чудесен. Изображал моего покровителя и обещал оторвать голову любому, кто меня обидит. Интересно посмотреть, как бы он это сделал сейчас с самим собой. А потом его тембр начал ломаться, и я сначала не поняла, что происходит, ведь мне было всего восемь, а взрослый мальчик Лаэрт, с которым мы встретились на летних каникулах, вдруг то начинал пищать, то говорил, будто кукарекал, а потом сбивался на бас. И еще смеялся незнакомым смехом. Потом мы расстались на полгода и увиделись только в Новогодье. Тогда я своего будущего жениха не сразу узнала. Он вытянулся на две головы и весь состоял из плеч, локтей, коленок и ног. Длинных, торчащих во все стороны. Будто там не две ноги а все шесть. Он запихал меня в сугроб, а потом вытаскивал и заливисто смеялся. Ледяная сосулька попала мне за шиворот, от холода свело зубы и я чуть не разревелась. Заметив это, Лаэрт перестал хохотать, поставил меня на ноги и серьезно сказал: – Если я причинил тебе боль, прости, пожалуйста. Просто ты… такая маленькая. И сразу серьезная. Я иногда не знаю, для игры ты или для разговоров. Вот так ты до сих пор, Лаэрт, и не определился. Плеснув в лицо водой и удостоверившись, что магический макияж не растекся, я со вздохом повернулась к двери. Я отпросилась у жениха на десяток минут, чтобы привести себя в порядок. А теперь надо возвращаться к собравшимся. Пять дней до свадьбы. Успею ли я что-нибудь придумать? Выйдя из помещения, я чуть было не столкнулась с кузеном жениха. – Вы что, следите за мной? – удивилась я. – О! – слегка смутился Хьюго. – Вовсе не хотелось, чтобы вы так думали. Но да, слежу. Мой родственник от вас не отходит… – Ну так вроде он от меня никого и не отгоняет, – резонно заметила я. – Верно, – сказал Хьюго, подходя ближе, – но не все возможно сказать при нем. – И что же вы хотите сообщить мне в отсутствие моего жениха? – я усмехнулась. Издалека доносилась музыка, были слышны веселые голоса. – Только то, что вы прекрасны, Зелла. Юны и очаровательны. Я завидую своему кузену со страшной силой. Уже подумываю, не надумать ли повод, чтобы вызвать его на дуэль. Он говорил это с дурашливым выражением лица, но мне стало не по себе. – Вы, верно, считаете меня зарвавшимся наглецом, Зелла? Хьюго придвинулся почти вплотную и взял мою руку. Я замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Действует ли заклятие Лаэрта Телеро как поводок для меня, мешающий сделать хоть что-то, не одобряемое женишком? Я ожидала, что сейчас раздастся раскат грома, и несчастный Хьюго свалится замертво, а я упаду сверху раненой птицей. Но ровным счетом ничего не произошло. Он просто держал мою руку, а я просто на него глазела с самым глупым выражением лица из всех возможных, ожидая, чем же удивит меня этот загадочный родственник Лаэрта. 3.2 – Зелла, – Хьюго проникновенно посмотрел на меня, и я подумала, что глаза у него очень красивые. От двоюродного брата его отличала теплота в чертах. Если Лаэрт, как я теперь отчетливо поняла, выглядел как капризный, избалованный светский лев, то Хьюго – это тот парень, что всегда остается в тени более популярного друга. – Почему этому проходимцу достается все самое лучшее? Он все так же глядел мне в глаза, но при этом склонился, поднеся к губам мою руку. А затем поцеловал каждый ее пальчик. Это было волнующе. Но все равно не сравнимо с прикосновениями его мерзавца-кузена. – Нехорошо порочить жениха перед невестой до свадьбы, – строго сказала я. – Вы такая преданная, сплошные достоинства! – вздохнул Хьюго, выпрямляясь, но не отпуская моей руки. – Скажите честно, вы любите Лаэрта? Ага, люблю думать, как переверну ему на голову кастрюлю с макаронами. – Вы и представить не можете, насколько сильно! – убежденно ответила я. – И готовы простить ему все? – настаивал Хьюго. – Разумеется, – горячо выпалила я, имея в виду совершенно другое, – у всех бывают ошибки. Но это не значит, что человек не заслужил второго шанса. Да чтоб тебя, Лаэрт Телеро, подняло вверх ногами да закрутило против часовой стрелки! Судя по тому, как на меня действовало это проклятое заклинание, в академии Изенплао Лаэрт обучался не зря, и студентом был очень талантливым. – Но есть вещи, которые не заслуживают прощения, – просвистел Хьюго почти зловеще, – такие, как измена. Ведь ее бы вы не смогли простить? Я расхохоталась, понимая, что это звучит безумно. – Да подумаешь! – мой голос звенел от ярости, в том числе, потому что выражение было настоящее, а вот слова в мой рот вкладывались уже когда готовы были слететь с языка. – Это другого мужчину бы я не простила. А вот Лаэрт… даже если он мне вдруг вздумает изменить, то сделает это из лучших побуждений. – Что? – у Хьюго задергался правый глаз и левый уголок красиво очерченного рта. – К-к-как это? – А вот так! Он знает, что я очень благородная дама и не опошлит наши отношения всякими вульгарностями. Домой он принесет только любовь и уважение ко мне. А все эти ваши низменные мужские инстинкты завоевателя и обладателя оставит за пределами храма нашего супружества! А-а-а-а! Остановите меня, кто-нибудь! Хьюго полез в карман своего элегантного камзола, вытащил белоснежный платочек и промокнул лоб. Почему он вообще мне такие вопросы задает, будто проверяет? – Хьюго, а вы письма писать любите? – спросила я внезапно. – Эммм… что? Он явно растерялся и впервые отвел глаза. При этом уголок правого у него продолжал дергаться. – Какие письма, кому? – Например, мне, – нашлась я. – О, вы хотите, чтобы я вам написал, вместо того, чтобы разводить тут недомолвки? – обрадовался Хьюго и даже платочек свой спрятал. – Мне кажется, вы уже это сделали, – хитро сообщила я ему, – сразу, как я прибыла домой из академии. – Совершенно не понимаю, о чем вы, Зелла! – твердо ответил Хьюго. – Не имею привычки одолевать записками незнакомых девушек. Это сейчас я вас знаю… – Зелла! – резкий окрик Лаэрта заставил меня подпрыгнуть, а Хьюго вздрогнуть. Я очень пожалела, что он уже успел выпустить мою руку, просто хотелось бы позлорадствовать немного. Но поскольку сдаваться я не собиралась, пришлось проявить инициативу самой. И я с жаром прильнула к кузену, приобняв его за плечи и заглянув в глаза: – Ах, Хьюго! Мне так понравилась наша беседа. Так жаль, что мы раньше с вами не встречались. – Что здесь происходит? Лаэрт Телеро грозно свел брови переводя взгляд с меня на кузена и обратно. Пожав плечами, я легкомысленно прощебетала: – Ровным счетом ничего, любимый. Просто знакомлюсь с твоими близкими. Теперь мне хочется, чтобы они стали и моими близкими тоже. По крайней мере, некоторые. Ты же не против? Лаэрт растерянно помотал головой. 3.3 Мы вернулись в зал, как степенная парочка. Я держала жениха под руку и в это время соображала, как можно строить теперь наше общение. Получается, я не могу его ударить, не могу ему нагрубить. У меня не выйдет сказать гадость о нем или ему. Если он мне скажет что-то сделать, мне придется. И у меня не получится сбежать от Лаэрта до свадьбы или еще как-то помешать тому, чтобы она состоялась. Так действует заклинание. Но есть в нем нашлась-таки лазейка. Я смогла проявить мнимые чувства к Хьюго… действительно, я ж при этом ничего дурного по отношению к Лаэрту не делала и изменять ему не собиралась. Хотя ему этого знать вовсе не обязательно. И потом, можно почаще говорить все эти ванильные приятности, так чтобы до абсурда довести. Вряд ли это чем мне поможет, но хоть настроение слегка поднимет. Мне. А за себя Лаэрт Телеро пускай сам переживает, вон у него какая голова большая и умная. – Танец жениха и невесты! – Позволь тебя пригласить, Зелла, – Лаэрт изысканно кивнул мне, а я благовоспитанно присела. Идеальная такая парочка со стороны. Оркестр заиграл романтичную плавную мелодию. Как же я раньше мечтала об этом танце! Гости, что пришли засвидетельствовать свое почтение семьям будущих родственников, восхищенно смотрят на нас. Я представляла себе, как доверчиво положу руки на плечи своего прекрасного жениха, загляну в его любящие глаза, и он поймет, что я его судьба на всю жизнь, и в танце со мной происходит волшебство… Дура наивная! Мы заскользили по паркету, и Лаэрт спросил, наклонясь к моему уху: – Что ты такое устроила? – О чем ты, милый? – постаралась я прозвенеть голоском. – Не притворяйся, что не понимаешь! Его дыхание шевелило волосы над моим ухом. Раньше бы меня это повергло в восторг и вызвало волнение. – Ты говоришь загадками, Лаэрт, это так восхитительно! Лаэрт заскрипел зубами. Не нравится? Смирись, милый, скоро на твои уши выльется волна патоки, в которой ты рискуешь увязнуть. Больше я не собираюсь сдерживать слова, что сами срываются с языка. А ты догадывайся, что же я имела в виду. – Чего ты сейчас этим добиваешься? – свирепо прошипел он. И это было забавно, потому что говорить ему приходилось шепотом, отчего речь Лаэрта напоминала монолог взбесившегося ежика. – Только твоей любви, чего же еще? – страстно пропыхтела я. – Но нам надо не забывать, что мы танцуем, и можем сбиться. Он подхватил меня и вдруг прогнул в талии, так, что я вынуждена была до предела откинуться. Кончики волос чуть ли не коснулись пола. А Лаэрт тоже склонился и глядел мне в глаза. Лицо его было напряжено, кожа натянулась, очерчивая безупречные скулы. Вокруг зааплодировали. Конечно, очень эмоциональный танец у нас выходил. Когда мы вернулись в прямое положение, Лаэрт спросил уже спокойнее: – Что у вас было с моим кузеном? – Мы впервые с ним сегодня повстречались, что у нас могло быть? Я только и говорила ему, что о моем к тебе обожании, дорогой. И о том, как я счастлива называться твоей невестой. – Ты на нем висла! – с осуждением сообщил Лаэрт. – Он же твой родственник! Для меня это уже причина его полюбить почти так же, как тебя. Мне это уже начинало нравиться. – Знать бы, что ты думаешь на самом деле, – пробурчал жених. – Так чего проще, – пожала я плечами, – сними заклятие, дорогой. – Ну уж нет, не сейчас. Лаэрт крутанул меня на месте, сделал выпад мною же, отбросив так чтобы наши руки оказались полностью распрямлены, а пальцы оставались крепко сцеплены. А потом так же резко потянул на себя. Получилась красивая фигура танца. Я прилетела в его объятия спиной вперед, а он обхватил меня, крепко сжав талию. – А ты не такая безответная и скучная скромница, какой я тебя считал, невестушка, – прошептал Лаэрт, – пожалуй, стоило и обратить на тебя внимание чуть раньше. – У нас теперь вся жизнь для этого, милый, – пропела я, чуть морщась. – Ты можешь меня злить, но помни, что не в силах мне ни в чем отказать, – голос Лаэрта стал совсем тихим. Музыка смолкла, и он говорил, касаясь губами моего уха. – А через пять дней будет наша свадьба. – Жду ее с нетерпением, любимый, – отозвалась я с энтузиазмом. Но внутри все похолодело. 3.4 Лаэрт Телеро Ему только-только исполнилось десять, когда отец призвал к себе и сообщил: – Лаэрт, тебе в нашем роду предназначена исключительная роль. Ты станешь… – Героем? – обрадовался Лаэрт. – В какой-то степени, – согласился Эрнан Телеро, – мужем, что увеличит наши владения почти вдвое. – Мне надо будет завоевать чьи-то территории, – деловито кивнул мальчик. – Нет, всего одну девочку. Но поверь, сын, иногда это сложнее. Сделав паузу, чтобы Лаэрт усвоил отеческую мудрость, Эрнан продолжил: – Правда, в твоем случае будет легче. У нашего почтенного соседа, графа Милтоса, есть дочь Зелла. И она станет твоей женой. – А разве можно жениться в десять лет? – испугался отчего-то Лаэрт. – Нет, к сожалению. Хотя это многое бы упростило. Мы сговорились с Домиником о том, что сыграем помолвку сразу, как вы войдете в брачный возраст. А потом и свадьбу спланируем. Разумеется, вы оба должны получить достойное образование, так что станете супругами уже во вполне созревшем возрасте. Лаэрт растерянно хлопал ресницами. Помолвка? Свадьба? – Не подкачай, сын. Ты должен стать рыцарем для этой девочки. Ее защитником. По крайней мере, она так всегда должна думать. Лаэрт первое время старался. Даже когда понял, что его будущая невеста – совсем маленькая рыжая девочка, с которой совершенно неясно, о чем говорить. Ей всего пять лет! “Поиграйте вместе” – говорила мама. Поиграть? Но ему уже десять и он учится в школе для мальчиков. Во что ему играть с ней, в куклы? Виделись они не очень часто, все же расстояния между их владениями были ощутимыми, вот так вот просто мячик через забор не кинешь, чтобы позвать во двор. Но все равно, общаться приходилось, особенно летом. Зелла оказалась маленькой, хрупкой рыжей девочкой с большими серьезными глазами. И на Лаэрта она смотрела с обожанием. Сначала ему это даже нравилось. Лаэрт учил ее разводить костер и почти не тратить при этом огниво. Показывал, как залезть на дерево. Они взрослели, а разница в пять лет между ними никуда не девалась. Наоборот, когда Лаэрту исполнилось тринадцать, казалось, что разрыв увеличился. Он уже был высоким увальнем с пробивающимся баском, а она все еще маленькой девочкой, которая только начала получать подобающее детям аристократов образование. Школьные товарищи влюблялись в ровесниц или даже девочек чуть старше. Когда им было по четырнадцать, его приятель похвастался, что поцеловал красотку из женской школы. И тут же оказалось, что подобный опыт был у всех его друзей! – А у тебя что, Ларри, рассказывай! – подзадоривал герой дня, с еще горящим на губах поцелуем. – А у него невеста есть, – хихикнул один из товарищей, – правда ей… сколько, Лаэрт, лет семь? – Уже почти девять, – буркнул Лаэрт, чувствуя себя полным дураком. И еще он ощущал, что его обманули. Лишили какой-то очень важной части жизни. Ему не хотелось мечтать о рыжей смешной Зелле, которой и так суждено стать его женой. Она совсем не похожа на его ровесниц, которые уже начали обретать девичье очарование, будить воображение и запретные желания. Прибыв домой на выходные после учебы, Лаэрт подступился к отцу. – Что будет, если я влюблюсь? – спросил он. – В каком смысле? – удивился Эрнан. – В обычном, как все мальчики. В красивую девочку из соседней школы, например. Эрнан пожал плечами. – Этого я тебе запретить не могу. Молодая кровь бурлит, мужчина в тебе созревает. Но будущее от этого не изменится. Ты все равно станешь мужем Зеллы Милтос. Так что, будь осторожен и не давай никому напрасных надежд. В четырнадцать у тебя все равно ничего серьезного быть не может. У него и не было. Даже когда в пятнадцать он, кажется, влюбился в Лидию Беерс, он все равно помнил, что у них не будет своего “они жили долго и счастливо”. Нет смысла мечтать о чем-то с ней. Они не поженятся и не заведут охотничью собаку. Это не мешало рождению первых желаний, но тут же сдабривало их флером несерьезности. И первый поцелуй с Лидией поэтому показался Лаэрту картонным. Понарошку. Хотя сердце колотилось по-настоящему. Увы, их легкий школьный роман никак не продолжился. Узнав о невесте, Лидия отвесила ему пощечину при всех и гордо ушла. Но Лаэрт после этого почему-то стал чувствовать себя значительно лучше. Он понял, что встречаться надо с теми, у кого нет далеко идущих планов и не развито чувство собственности. Таких девушек, конечно, еще поискать стоило… но природное обаяние и дар обольщения, которые с возрастом проявлялись у Лаэрта Телеро все ярче, были ему в помощь. Много ли было у него любовных связей? Нет, очень даже мало для молодого, привлекательного мужчины двадцати семи лет. Но у него имелись мечты, надежды и желания, которым из-за решения отца осуществиться было уже не дано…