Глава 42

Через некоторое время, промывая раны Сэдрика и Арона, Мэри подумалось, что все это уже было.

- Мне точно нужно больше бинтов, если я и дальше планирую быть твоей женой, - слабо пошутила Мэри, перебинтовывая Сэдрику голову.

- Мне очень жаль, - проговорил Сэдрик, глядя куда-то в стену.

- Нет, это не страшно, - ответила Мэри, - я жила у шести дядюшек, ты же помнишь. У некоторых были сыновья, и мне не привыкать оказывать первую помощь.

- Мне очень жаль, что из-за моих действий, тебе пришлось пройти через весь этот кошмар в Бройте, – повторил Сэдрик.

Затем он посмотрел на Арона, заснувшего прямо на за обеденным столом, где Мэри развернула свой домашний госпиталь, на Мэри - бледную словно полотно, еле стоящую на ногах, но из последних сил делающую так, чтобы было лучше другим.

А ведь все это была его вина.

- Я был чересчур самоуверен, – подумал Сэдрик. - Неосмотрителен. Кто-то сильно не хочет, чтобы мы узнали тайну этого городка. Этот человек готов на все, лишь бы скрыть свой секрет.

Если до этого все расследование Сэдрика казалось ему игрой, то теперь мир вокруг начал меняться. Или это начал меняться сам?

Сэдрик снова посмотрел на Мэри.

- Тебе надо отдохнуть, - сказал он.

- Нет, я в порядке, - соврала она.

Тогда Сэдрик встал и подхватил жену на руки.

- Сэдрик, что ты делаешь? – возразила Мэри.

- Несу свою прекрасную смелую жену в спальню, - улыбнулся Сэдрик.

Мэри больше не протестовала. Положив голову Сэдрику на грудь, она слушала биение его сердца, и тихо радовалась тому, что он все ещё жив.

Они достигли второго этажа, вошли в комнату и Сэдрик бережно опустил Мэри на кровать.

За окном брезжил рассвет. В его розовых лучах алые губы Мэри манили как никогда. Сэдрик, поддавшись искушению, прикоснулся к ним своими губами. Совсем легко, ласково. Мэри прикрыла глаза, притянула Сэдрика к себе. Их нежный поцелуй стал чуть более глубоким. Сэдрик неспешно изучал губы своей жены. Мэри раскрывалась для него, отвечая на ласку. Одна ее рука обвила Сэдрика за шею. Другая, скользнула вниз по левой руке мужа, едва коснувшись его пальцев. Это легко прикосновение привело Сэдрика в чувство. Он оторвался от Мэри, выпрямился словно струна.

- Был тяжёлый день, - произнес он. – Тебе нужно поспать.

- А ты? – мягко спросила Мэри.

Сэдрик криво усмехнулся.

- Я губернатор Бройте. Моя работа только начинается.

С этими словами он покинул комнату. Впереди и правда был длинный день. Следовало осмотреть ущерб, нанесенный землетрясением, созвать совет города и понять, как быть с Бройте дальше.

Первым делом Сэдрик наказал господину Хендриксу составить опись пострадавшего во время землетрясения имущества города. Затем, благодаря списку доктора Вика, Сэдрик лично навестил раненных, выразив им свое сочувствие и желание помочь. К остальным горожанам он обратился с помоста городской площади. Люди слушали его внимательно, некоторые с недоверием, но большинство просто с интересом разглядывали его. Для них он был чужим, не знакомым, не изученным человеком, и вопрос доверия между ними был вопросом времени в совокупи с делами Сэдрика. Пока же, осознал Сэдрик, он не сильно отличился как губернатор. Не говоря о том, что и как следователь он провалился. Что ж, кажется пришло время исправить хоть одну из этих ошибок.

Из всех зданий, как оказалось, больше всего пострадала школа городка. Вроде бы и не многозначительно событие, учитывая то, что последние два года, с момента закрытия каменоломни, школа так же была закрыта. (Миссионеры, ранее обучавшие детей, отказывались ехать в умирающий городок на отшибе, и большинство детей в Бройте были на домашнем обучении).

Но судя по обращениям горожан, получаемых Сэдриком, именно это здание горожане более всего хотели восстановить. Поддерживала идею и Мэри, прибавляя, что учителей они смогут набрать и из местных жителей.

В дополнение ко всему доктор Вик заявил, что хотел бы расширить свою клинику и взять несколько учеников, так как случай с землетрясением наглядно показал на нехватку рук.

И если вопросы с обучением учеников и предоставлением им всего необходимого, доктор обещал взять на себя, то расширить клинику, на данный момент состоящую из двух комнат в доме доктора, было задачей «города».

Арон подсказал Сэдрику, что на окраине есть давно заброшенный амбар, достаточно длинный для того, чтобы перестроить его в небольшую городскую больницу. Но здание так же требовало реконструкции. Откуда взять на все это ресурсов, Сэдрик не имел ни малейшего понятия.

- Боюсь, друг мой, - сказал он Хендриксу, после очередного пересчёта хозяйственных книг городка, - нашим единственным выходом будет найти клад.

Старик посмотрел на губернатора как на умалишённого, но Сэдрик был не возмутим.

- Да, клад. Разве вы не слышали о поверье, что если в четверть луны самый уважаемый старейшина города выйдет на поиски клада, храня в сердце благую цель найти его, то провидение обязательно пошлет ему одиннадцать тысяч пятьсот сорок три дублона.

Хендрикс побледнел, так как Сэдрик четко назвал сумму его «недочета» в городском бюджете за прошлый год.

Однако Сэдрик лишь дружески похлопал его по плечу.

- Старина Хендрикс, сейчас как раз четверть луны. Мы все верим в вас.

И правда: на следующий день Хендрикс пришел в дом губернатора с большой холщовой сумой, содержимым которой оказалось как раз одиннадцать тысяч пятьсот сорок три дублона.

С печальным видом, он отдал деньги губернатору.

- Не переживайте, - приободрил его Сэдрик, - если вас это порадует, то реконструированную школу решено назвать в вашу честь.

Нет, Хендрикса это не радовало. Он с трудом выдавил кислую улыбку и удалился домой, оплакивать свои утраты.

Ещё десять тысяч дублонов пожертвовал Лантен. Остальное состояние, по его словам, он успешно прокутил. И больше всех удивил преподобный Амир, привнесший в общее дело пятьсот дублонов, скопленных им с его жалования. Мэри полагала, что это были деньги на побег из захолустного городка, и то, что священник решил их отдать, делало ему честь.

Итак, небольшая сумма была собрана. В Бройте закипела работа. Чинили школу, перестраивали под больницу амбарные помещения, латали дома, получившие разрешения при катаклизме. А те жители, дома которых не пострадали, просто чинили их, чтобы не стыдно было стоять возле аккуратного обновленного дома соседа.

Городок стало не узнать. Всюду был шум, веселый звон молотков, перекличка строителей. Люди сновали туда-сюда. Делились новостями дня и хвастались своими успехами.

Сэдрик лично курировал и даже помогал по возможности на стройках школы и больницы. По остальным вопросам горожане так же начали потихоньку обращаться к нему. У кого были давнишние распри с соседями, кто хотел выхлопотать пенсию, или желал помощи в открытии своего небольшого дела. Сэдрик рассматривал просьбы, и старался справедливо отвечать на запросы горожан. Были и те, кто, напротив, предлагал свою помощь молодой губернаторской чете: так местный плотник обещался Сэдрику возвести хотя бы временную, но лестницу на второй этаж башни. А порой Кати с Мартой, приходя на работу, находили у ворот в башню Бройте небольшие подарки: баночки солений, варенья, сушеные грибы и вяленое мясо – все те небольшие богатства, которыми жители хотели поделиться в благодарность за помощь им и городу.

Мэри тоже вся была в делах: кроме ведения домашнего хозяйства, она проводила отбор учителей для будущей школы, навещала семьи пострадавших во время землетрясения жителей, помогала доктору Вику готовить мази и порошки с лекарствами, прибавляя к его рецептам и кое-что из рецептов своей матушки.

Все это, безусловно, не означало, что Сэдрик забыл про свое расследование. Вместе с официальным отчётом о жизни и делах в городе, Сэдрик отправил в столицу все образцы камней, что им с Ароном удалось собрать в пещере, надеясь, что там смогут вычислить какой камень мог сопутствовать этим породам. Теперь губернатор пытался действовать тоньше и осторожнее, осознавая, что, если он ещё раз совершит ошибку, расплачиваться может прийтись не ему одному.

Впрочем, то ли Вальтер благоволил ему, то ли хорошие вещи порой приходят к тем, кто ждёт. Но занимаясь делами Бройте, Сэдрик абсолютно неожиданно получил весьма интересную информацию.

- Господин губернатор, я так рада! – госпожа Кловдис, которую общим голосованием верхушки Бройте было решено поставить на пост директрисы новой школы, все щебетала и щебетала о том, какое угодное Вальтеру дело они совершают, и у Сэдрика уже порядком начинала болеть голова. Он собирался как-нибудь вежливо попросить Кловдис покинуть его кабинет, но никак не мог придумать хорошего предлога, как женщина сказала:

- С тех пор как лорд Вертон приказал закрыть каменоломню, в Бройте не оказалось ни работы, ни надежды. А сейчас…что ж…, - женщина тряхнула кудрями, - работы так же нет, но вся эта суета, новая школа, новая клиника… Город стал совсем другим. Появилась надежда! Да, и все благодаря…

Сэдрик прервал ее:

- Лорд Вертон закрыл каменоломню? – переспросил он.

- Да. Вы не знали?

- Нет, - задумчиво пробормотал Сэдрик, - я думал, она закрылась после его смерти.

- О нет! – всплеснула руками Кловдис. – Лорд Вертон приказал закрыть ее.

- Почему?

Кловдис несколько замялась.

- Ну, каменоломня была не самым безопасным делом, – словно оправдываясь, сказала она.

- Участились несчастные случаи? – направил ее в нужное русло Сэдрик.

- Не то чтобы, просто …люди стали уставать, - уклончиво ответила женщина.

Невольно, Сэдрик вспомнил про Гордона, начавшего страдать нервными расстройствами. Но ведь на тот момент каменоломня уже была закрыта?

- Ваш лорд принял очень серьезное решение, - сказал Сэдрик, - повлиявшее на весь город.

- Да, это было…, - женщина вздохнула, - это было ужасно. Господин Лантен умолял лорда отменить это решение. Говорил, что не ему решать, что делать с каменоломней. Она ведь была задолго до него и…

Сэдрик снова непонимающе поглядел на женщину.

- Была задолго до него? – повторил он.

- Да. Башня Бройте и остальные Великие Смотровые сделаны из этого камня. Так что начало разработок было положено очень давно.

Сэдрик замер. Великие смотровые сделаны из камня, привезённого из Бройте? Вот барабесы.