Глава 63. Правь

Осмотревшись, поняла, что здесь я одна. Как странно… Правь представлялась мне шумным местом, населённым божествами и духами, а тут такая тишина… Где же то самое «разных богов повстречаешь»? Может, у Ванды по-другому было? Связано ли это было с тем, что я не отсюда?

Даже, не знала, как поточнее описать… Стояла всесильная и благоговейная тишь. В такой каждый листик травы вдоль берегов застыл в ожидании чего-то величественного.

Я точно стояла на реке, уходящей блестящей лентой за горизонт, а течения почему-то не было. Совсем, ни единой волны. Только рябь от моего дыхания, громкого на фоне покоя этого места.

Покрепче взяв в руки весло, я содрогнулась от холода прилипшей рубахи и поняла, что надо плыть, нельзя просто дальше стоять и ждать непонятно чего. Надо понять, что делать, как-то найти своего бережителя, затем поговорить с Деван… И поскорее возвращаться в Явь, к мужу и семье, что уже крепко успели мне полюбиться.

Я начала осторожно грести, и лодка послушно сдвинулась с места, плавно унося меня всё дальше по речной глади. Ветер, течение и волны так и не спешили просыпаться. Получались лишь невысокие, тихие всплески, появлявшиеся и быстро пропадающие вслед за лодкой.

И я плыла, плыла… Слыша лишь тихое бульканье весла в реке и своё сердцебиение…

Хотела несколько раз сойти на берег, но не получалось. Что-то держало, оставляло стоять так, в лодке, и мерно работать руками, загребая воду. Я уже успела привыкнуть к мокрой рубашке, а вид по обе стороны всё никак не менялся. Тот же камыш, земля с песком, силуэты берёз… Даже камни как будто повторялись.

Делать было нечего, и от скуки я запела первое, что пришло на ум, голосом Златы. Красивым и уже привычным мне.

— Ой, мороз, мороз… Не морозь меня… Не морозь меня… Моего коня…

А потом ещё я спела «Во поле берёза стояла» и «Калинку». И когда с этой «Калинкой» уже пошла на второй круг, то в камышах вдруг послышался шорох. Первый за всё то время, которому я уже успела потерять счёт!

Я перестала грести, напряглись, глядя в сторону звука и выставила весло как копьё. Хотя в глубине души надеялась каждой клеткой, чтобы драться ни с кем не пришлось, тем более с божеством.

— Эй, кто там? — громко позвала я, перехватив весло поудобнее. — Покажись, не бойся!

Наверное, странно говорить такое, а самой держать в руках предмет как оружие. Но я была в неизвестном измерении и хотела ощущать хоть намёк на безопасность.

Но кто бы это ни был, он всё же послушался меня. Ответил твёрдым, но добродушным мужским голосом:

— Я-то не страшусь тебя, красна девица. А ты?

А затем и сам показался. Вышел из высокого, густо растущего камыша на берег, присел на большой валун передо мной.

Молодой мужчина в красной, свободной рубахе, подвязанной поясом из высушенных вьюнов, в жилетке мехом внутрь и в шапке с рогами. Его густые, лохматые усы зрительно добавляли ему возраста и слегка закручивались на концах, а тёмные глаза смотрели исподлобья и с любопытством. На груди его висел оберег в форме какого-то животного, который издалека было не разглядеть.

Я уж собиралась спросить, кто он. Но внутренний голос то ли Златы, то ли чего-то иного напомнил о себе вовремя, иначе точно опозорилась бы.

Бог Велес.

В шоке выкатив на него глаза, я в чувствах отбросила весло за борт лодки, и то пошло ко дну, словно каменное, а не деревянное.

Думать о правильности своего порыва теперь казалось поздно, да и не до этого. Я склонилась перед Велесом в глубоком, уважительном поклоне. В ответ на это его усы изогнулись в улыбке, взгляд смягчился, и я поняла — вот он, мой бережитель.

От осознания стало до того тепло и спокойно на душе, что рубаха на мне даже частично высохла. Я не торопилась распрямляться, а сама подумала, как интересно получалось. В глубине души я ожидала увидеть Морену, ведь это она поменяла нас со Златой местами…

А теперь оказалось, моим хранителем был тот, кто когда-то поругался с Деван, её соперник. Даже символично выходило, что ли…

— Полно тебе, Аннушка, распрямись, — наконец сказал Велес, а у меня под ребром ёкнуло. Это имя я не слышала уже так давно…

— Вы знаете? — спросила я тихо.

— Как же не знать, чадо! Как только Морена тебя привела сюда, я за тобою приглядывал... Или, может, Златой тебе зваться привычнее нынче?

— Да… — Поле этого ответа мне отчего-то захотелось взяться за оберег на шее, но я решила подождать с этим. — В новой жизни это моё новое имя…

— Похвально… Вскоре в конец свыкнешься. — Велес одобрительно кивнул. — Ну что, Злата… Куда путь держишь? Назад к Яви?

— Назад? Уже? — Я заморгала удивлённо. — И это всё? Не будет никакого ритуала связи, ни проверки, ничего?

— А по кругу плавать тебе было мало, чадо? Надобно сказать, терпение у тебя недюжинное.

— Ну… да, если честно, это было немного утомительно, хотя думала, будет хуже.

— Но ты стерпела, не жаловалась, не ругалась… Чего ради? Зачем тебе становиться жрицею?

— Ради мужа моего… Адамира… — Я с улыбкой опустила глаза вниз и сжала в руке серебристый оберег. — Хочу помочь ему проклятие снять, чтобы жил счастливо.

Велес смотрел на меня неотрывно, будто пытался забраться в душу и увидеть там нужный образ. Я не стала противиться. Ведь если Велес — мой бог-бережитель, то навредить мне не мог.

— А разве ж ему несчастливо с тобою живётся? — спросил он, покачав головой. — Я вижу иное. Душа его расцветает и отдыхает при одном взгляде на тебя. И у тебя то же. Так чего ж тебе ещё надобно?

— Ну как же, Деван же прокляла его так давно… Неужели Адамир не заслужил искупления за все эти годы?

Велес нахмурил брови, и взгляд его стал таким же тяжёлым, как в первые секунды нашей встречи, а я уже успела испугаться, что всё испортила, сказав лишнее.

— Заслужил, не заслужил… Удел людей день за днём заслуживать, надеяться и ждать. Я не могу развеять чар Деван, да и не хочу.

— Но почему?! Если не можете вы, то позовите Деван, я с ней поговорю!

— Тихо! Ещё чего — быть посыльным у этой дикой девки! — Велес строго топнул ногой, оставив вмятину на земле. — Ты видишь проклятие, а я вижу дар, коим муж твой не умеет пользоваться.

Я нахмурилась, едва сдержав ругань. Какие тут были капризные боги… Или это я была слишком наивной, что думала, будто мне сразу принесут всё на блюдечке с голубой каёмочкой?..

Но если глянуть глубже, то в словах Велеса и правда было здравое зерно. Сила Адамира, его способность чувствовать всё вокруг на высшем уровне и жить в крепкой связи с природой… В этом было что-то чарующее и даже полезное. Только вот меркло перед тем, что ему приходилось испытывать с каждой полной луной.

— Если говорите, что это дар, то помогите ему, направьте. Подскажите, как его правильно использовать. Научите сдерживать, когда нужно.

— Ну нет, девица… Это твоя забота, ты ведь для того и хочешь быть жрицей, так?

— Да… Вот только помощь в этом нужна и мне самой. С чего начать? Как мне себя вести?

— Тебе наставница подскажет, она у тебя толковая. Всему научит, что только будет нужно.

— А нет ли способа, как научиться побыстрее? — Я ощутила, как мои глаза загорелись от надежды и близости к непостижимой силе. — Моей наставнице скоро надо будет уехать отсюда, и я боюсь, что не успею всё.

— Ну что за диво… Какое чадо прыткое! Дар к жречеству — тоже дар, и по твоему мужу скажу, что всякий дар имеет цену.

— Великий Велес, я готова на всё, чтобы ему помочь! — Заявила я серьёзно и опять поклонилась. — Буду давать тебе свою кровь или также превращаться в зверушку, когда надо! Хоть в корову, хоть в козочку…

— В козочку! А тебе бы пошло, Злата. И мужу твоему бы понравилось, а! Но нет, плата будет иной. Жизнью мне заплатишь?

— Ж… жизнью?

Услышав это слово, я мгновенно продрогла так, будто рубаха на мне опять была мокрой. В голове промелькнуло страшное: неужели Велес хотел забрать меня из этого мира туда, где я должна была оказаться изначально, кода упала с одной из Алтайских гор? В небытие? В Навь?

Что ж, это было бы справедливо, если бы в конце концов Адамир зажил спокойно. У нас было бы ещё какое-то время, чтобы побыть вдвоём. А я погощу тут столько, сколько мне будет Велесом отведено.

— Прошлой жизнью заплатишь, Злата… — Вдруг продолжил он. — Забудешь всё, что там было. Дабы окончательно здесь занять своё место и пустить корни, как тебе было уготовано.

Я удивилась, а губы пересохли.

— Забуду… всё? И друзей, и маму, и Сашку? Всё сразу?

— Не сразу, но потихоньку забывать начнёшь. А на что тебе, ежели теперь здесь твой новый дом? Отпусти это… Будешь жить с чистой душой.

Я всхлипнула, представив на минуту, как забыла всё, пусть даже уже далёкое, почти выцветшее прошлое… Первое катание на велосипеде с мамой, первую двойку по физкультуре за забытую форму. Подарок тёти в честь поступления в университет — изящные наручные часики. Поездку с друзьями в столицу на три дня и три ночи. Вальс с Сашкой на капустнике, где я два раза случайно наступила ему на ногу. Планирование поездки в Республику Алтай…

Всё это казалось теперь таким далёким, нереальным. Пусть и дорогим сердцу, но уже утраченным.

А мне здесь надо было творить много новых воспоминаний. С теми, кто рядом. Так что, может, оно и к лучшему? Я любила маму и друзей, но понимала, что нельзя до конца дней жить воспоминаниями о том, что мне теперь недоступно. От этого только больно!

Я сглотнула подступившие слёзы и коротко, но уверенно кивнула, подтверждая свою готовность.

— Хорошо… Забывать постепенно не такая уж и высокая цена за то, чтобы мой муж мог жить нормально. Только, если можно, пусть эти воспоминания переходят туда, к новой хозяйке моего тела. Пусть не теряются насовсем, пусть ещё послужат.

— Ладно, чадо. Да будет так.

Велес вдруг сдвинулся с места и уверенно пошёл ко мне, громко ступая в воду. Я замерла, не в силах ни моргнуть, ни закрыть веки. В ожидании неизбежного. Но стоило ему в знак благословения поцеловать меня в лоб, то место закололо иголками, и я упала в обморок прямо в лодке.

Пора было возвращаться к моей Яви, выбранной сердцем. К Адамиру, к матери, к отцу, к братьям, к Ванде…

Домой.