Глава 8

И снова потекли одинаковые по своему унынию дни. Я старательно занималась магией и уже без проблем могла перемещать посуду, менять цвет мебели и даже укладывать волосы в прическу. Возможно, у меня и уборка бы получалась отлично, только мой питомец совершенно не оставлял мне поле для маневра. Моя комната просто блестела чистотой.

Гера больше мне ничего не показывал. Похоже, отец что-то выжидал и пока не принимал судьбоносных для меня решений. Примерно через неделю соизволил зайти в мои покои собственной персоной. Я сидела на кровати и читала книгу. Как вдруг котенок резко спрыгнул, подбежал к двери, и, подняв свою разномастную шерстку дыбом, зашипел. Поняв, что к дверям подходит кто-то чужой, ловко спрятала книгу под подушку и шикнула на кота:

— Гера, исчезни!

Несмотря на свой испуг и грозный вид, он тут же превратился в пыльное пятно под креслом. А дверь с грохотом отлетела к стене, и на пороге появился Кристофер III.

— Доброе утро, дочка. Как спалось? — тон отца просто обескураживал, словно не было между нами скандалов и разногласий, и это снова был мой любящий папочка. Но теперь я не поддавалась на эти метаморфозы.

— Доброе утро, ваше величество! — присела я в книксене. — Все прекрасно!

Затем выпрямилась и, сложив руки на животе, застыла в ожидании его дальнейших действий.

— Ами, что же ты так официально со мной разговариваешь? — пожурил меня родитель с ласковой улыбкой. — Для тебя я в первую очередь отец, а потом уже король.

Я решила, что в данном случае лучше промолчать. Грубить было себе дороже. А говорить что-то приятное совершенно не хотелось. Он тем временем прошел в кресло, под которым спрятался котейка, и вальяжно развалившись и положив ногу на ногу, задал ставший уже привычным вопрос:

— Как насчет замужества? Не передумала? Тайгер Грозманн до сих пор тебя ждет.

— Отец, ты знаешь, что я замужем. И повторно делать это не собираюсь, тем более вдовой пока не стала.

— Откуда такая уверенность? — хмыкнул отец. — Мои воины давно поймали твоего Первого встречного и вздернули на дыбе.

Я закатила глаза к потолку, давая понять, что свои слова он может засунуть в свою королевскую… Не буду уточнять куда.

— Пока мне не представят веских доказательств того, что я овдовела, разговора не будет, — отрезала я.

— Но его уже похоронили. Причем по всем религиозным канонам. Ты же не хочешь, чтобы провели эксгумацию трупа? — отец наклонился вперед, прищурился и заглянул в мои глаза. Его поза вмиг перестала быть расслабленной.

Я же скосила взгляд под кресло, на котором он сидел, и мысленно поблагодарила котика за те знания, которые он мне дал.

— Нет, на эксгумации настаивать я не буду, — усмехнулась в ответ, дерзко отвечая взглядом на взгляд. — Просто я знаю, что он живой.

— И откуда такая уверенность? — король вопросительно выгнул бровь и скривил губы.

— Скажем так, во мне проснулась магия, именно она мне это подсказала, — я усмехнулась собственным словам. И ведь почти не соврала! Вернее сказала правду, но не все договаривая.

— Жаль! — отец недовольно повел плечами, вставая. — Не думал, что магия окажется препятствием к твоему светлому будущему.

— Стать женой бабника и дебошира? — теперь уже я выгнула бровь, спрашивая.

— Стать женой наследника самого могущественного государства и обезопасить собственную страну от вторжения, — припечатал он, выпрямившись в полный рост.

— И кто решил к нам вторгнуться? — ехидно уточнила я.

Глаза отца тут же потемнели, а на лицо легла тень:

— Грань с Дримом опять истончилась. Боюсь, одним нам не справиться.

— И ты решил принести в жертву собственную дочь? — сжала кулаки я.

— Я решил гарантировать, хотя бы ее жизнь, — покачал он в ответ головой. — Думаю, что неделя на хлебе и воде сделает тебя более сговорчивой.

Затем он вышел прочь, вновь громко хлопнув дверью. Я обессиленно упала в кресло, в котором он только что сидел, а Гера тут же проявился и запрыгнул на мои колени и заурчал, словно говоря, что не стоит так сильно переживать. Но как не переживать? И хотя я очень сильно разочаровалась в отце за последнее время, в его словах была доля правды. Без Лирры с Дримом нам не справиться.

* * *

18 лет назад

В ту ночь я заснула счастливая. Мне сделали предложение! Причем самое настоящее! Говорят, что его делают только взрослым девушкам. Но я же уже достаточно взрослая? Я все понимаю! И впервые в жизни не рассказываю об этом маме, считая, что эта тайна лишь меня и Геры. Вот когда он придет за мной через десять лет, обязательно скажу. А пока, пусть это будет только между нами! Тем более я не знаю, кто такой Гера на самом деле. Вдруг маме не понравится? А через десять лет он обязательно станет тем, кем я буду гордиться. Ведь иначе и быть не может. И я даю себе слово, что больше не буду приставать к ней с вопросом, когда могу выйти замуж. Ведь мы уже договорились. И всю ночь во сне вижу себя в красивом белом платье с развевающейся на ветру прозрачной фатой и в маминых туфлях на высоком каблуке, которые она мне даже мерить не разрешает.

А Утром оказалась, что Айи не будет. Рядом со школой произошел прорыв защиты, и на наш мир ринулись темные силы из Дамиры. Утром из кроватей нас поднял громкий голос Виктуса:

— Девочки, подъем! Нападение на мир! Срочно всем спуститься в убежище!

Мы все еще сонные, не могли понять, очередная это тренировка, или все происходит на самом деле. Раз в месяц нас обязательно поднимали таким не очень приятным образом, объясняя, что школы находится в том месте, где самая тонкая защита от мира демонов. Но в другом месте не было бы возможности собирать детей из всех государств, которые окружали территорию. И мы слаженным ручейком потянулись в сторону подвалов.

Минуты через три в подземелье спустились мальчишки.

— Ты как? Все в порядке? — Гера тут же подскочил ко мне, не стесняясь кривых усмешек парней и завистливых взглядов девочек. Парни в этом возрасте еще не умеют выражать правильно свои чувства и обращать на себя внимание, а женская половина считает себя непревзойденными красавицами и, что каждый, на кого упадет девичий глаз, должен лежать у ее же ног.

Он легко придерживал меня руками за плечи, заглядывая в глаза. А я в ответ глядела в его глаза, желтые, словно у тайгера, и лишь смущенно улыбалась и кивала головой, словно кирийский болванчик. В Кирии любили такие игрушки, которые всегда встают вертикально, как бы их не пытались уложить, и лишь немного покачивались от воздействия.

— Спасибо, все хорошо!

Парень огляделся по сторонам и встревоженно уточнил:

— Уголек, а мама Иза где? — все еще продолжая удерживать меня на месте.

— Мама? — я откровенно растерялась. В мою детскую голову даже не пришла мысль, что там, наверху может быть опасно. И мама там, а не со мной. — Она сюда не спускалась!

И я дернулась с намерением бежать и искать ее.

— Ты куда? — он не дал мне вырваться из рук. — Для маленьких девочек там в тысячу раз опаснее, чем для взрослых магов!

— Но она не просто маг, — возмутилась я. — Она моя мама! Пусти!

— Уголек, я пойду и приведу ее сюда. Ты мне веришь? — Гера заглянул в мои глаза.

— Но ты же тоже еще ребенок? — робко возразила я, но, тем не менее, обрадовалась, что кто-то готов идти наверх за мамой. Мне самой было откровенно страшно.

— Во-первых, я старше. А во вторых, я — мужчина, — возразил он мне. И, выскочив из подземелья, короткими перебежками побежал в сторону домиков, где жила охрана. Я же выглянула в окно и охнула от ужаса. Там было практически не видно ни зги. Земля с воем поднималась в небо и закручивалась в страшные смерчи. Демоны из Дрима носились по воздуху темными птицами с кровавыми клювами, страшно щелкая ими. Слава богам, они пока были достаточно далеко. И я увидела, как Гера добежал до маминого дома и скрылся за дверью. А потом что-то жутко ухнуло, и меня накрыла тишина.

* * *

Хлеб с водой и полная тишина вокруг меня привели к тому, что появилось очень много времени для размышлений. Я начала анализировать то, что произошло со мной за последний месяц. А произошло очень многое, в корне поменявшее жизнь.

Когда я ушла вместе с Таем, была ли готова принять тот образ жизни, который он мне предлагал? Положа руку на сердце, сама себе отвечала, что нет. Ведь, вернувшись домой, все равно стала наслаждаться мягкой кроватью и вкусной едой. И лишь сейчас, запертая в золотой клетке, начала понимать цену свободы. Когда не хватает воздуха, а грудь разрывает от отчаяния и обиды, понимаешь, что мягкое ложе далеко не все, что нужно для счастья.

Когда мы расставались, я дала слово, что уйду с ним. Но это были скорее слова вежливости. Теперь же я осознала, что реально готова сбежать вместе с моим мужем. Да он что-то никак за мной не шел. А я упорно осваивала бытовую магию, в надежде, что свобода где-то ждет меня за порогом.

Больше всего боялась того, что отец найдет рычаги давления и выдаст меня повторно замуж за Грозманна. Прорыв защиты, конечно, веский аргумент. Но почему защита сводилась лишь ко мне, хрупкой девушке и слабой магичке? Неужели лиррцы залатают разрыв таким образом, что твари к ним не полезут, а к нам прилетят? Как-то все выглядело слишком не реально. В общем, что делать дальше я не знала. Мне нужна была хоть какая-то малюсенькая подсказка. И она пришла, вернее, вползла в мое окно на четвертом этаже замка.

Это было поздним вечером, я уже собралась спать. Гера, свернувшись клубочком, дремал на любимом кресле. А я же сидела перед зеркалом и расчесывала волосы, сетуя на то, что хлеб с водой не лучшая пища и они потеряли свой блеск.

Вдруг кот вскочил, ощетинился, выгнув хвост трубой, и прижал к голове свои разновеликие ушки. Оскалив зубы, зашипел на кого-то неведомого за моим окном. Первая мысль в моей голове была: «Демоны!». Кто еще может проникнуть в окно на такой высоте. Я испугано схватила подушку с кровати, словно та могла меня защитить от этой нечисти.

В окно кто-то постучал, и хриплый голос негромко позвал:

— Амирана!

Я точно знала, что демоны разговаривать человеческим голосом не могут. Поэтому немного успокоилась и подошла к окну. Через темное стекло на меня смотрели два до боли знакомых желтых глаза. Я торопливо повернула ручку замка и распахнула ставни настежь. И в ту же секунду в мою комнату перевалился через подоконник Тай.

И я, буквально пять минут назад рассуждавшая, смогла бы жить с ним или нет, повисла на мощной шее, уткнувшись лицом в часто вздымающуюся грудь. Меня тут же окутал дурманящий аромат полыни.

Муж явно не ожидал такой бурной встречи, поэтому сначала застыл от неожиданности. Но ему буквально хватило пяти секунд, чтобы прийти в себя и обнять меня в ответ, прижимая к себе. А еще он меня поцеловал, коснулся горячими губами жилки, которая билась на моей шее.

Теперь уже растерялась я. Если бы то был поцелуй в щеку, мое сознание прошло бы мимо. Я его восприняла бы как банальный дружеский жест. Если бы меня поцеловали в губы… Не знаю, как бы я поступила, но скорее всего, двинула бы мужу коленом между ног. На автомате. Я к таким вольностям не привыкла. И как не крути, он был для меня посторонним человеком, посторонним мужчиной. Две ночи, поведенные в одной постели в счет не идут. Мы просто спали. А этот поцелуй граничил между скромностью и наглостью и отозвался неведомыми ранее бабочками в животе. Поэтому я просто резко выдохнула и отошла от него на несколько шагов.

— Как ты здесь оказался? — не нашла ничего лучшего, как задать этот вопрос.

— Залез через окно! — ухмыльнулся горбун, пожав плечами и усаживаясь на подоконник.

— Пересядь в кресло, — махнула рукой в сторону мебели, на спинке которой разместился, словно курица на насесте, кот. Он больше не шипел, а с любопытством разглядывал мужчину.

— Я твоего зверя боюсь! — усмехнулся криво муж. — Он так грозно шипит. Еще порвет мою последнюю куртку.

— Если он почувствует, что ты мне угрожаешь, то да. А так, думаю, ничего твоей куртке не грозит, — в ответ теперь пожала плечами я. — А вот охрана, которая при обходе заметит в моей комнате мужской силуэт, разбираться кто друг, а кто враг не будет.

Тай поднял обе руки вверх, принимая мою правоту, и пересел в кресло. А этот серо-буро — малиновый негодник тут же устроился у него на коленях и затарахтел, как обычный домашний кот.

— Ты не ответил на мой вопрос, — присела на ковер перед Таем, положила руку на его колено и заглянула в глаза. — Как ты оказался на четвертом этаже? Только не говори, что научился левитировать. Освоить магию за месяц в такой степени не реально.

Он улыбнулся, положил одну руку поверх моей ладони, другой провел рукой по моим волосам, убирая выбившуюся прядь за ухо:

— У тебя отличный плющ на стене. Я к нему три дня приглядывался. А сегодня вот рискнул воспользоваться.

— Дурак! Ты же мог попасться! — возмущенно фыркнула я.

— Может и дурак, — покачал он головой, — но иной возможности попасть к своей жене я просто не придумал.

— Тогда почему ты так долго шел? — задала вопрос, который скорее был риторическим.

— Знаешь, был не уверен в том, что захочешь пойти со мной из роскоши отцовского дома, — грустная улыбка озарила лицо горбуна. — Я же отдаю себе отчет, что далеко не красавец, чтобы ты потеряла из-за меня голову и согласилась на все.4f7b7c

Черт возьми, а ведь он прав! Я только сегодня думала над этим. И появился муж не раньше и не позже, а в самый нужный момент.

- И что повлияло на твое мнение? — не удержалась от ехидного вопроса я.

— А то, что одна вредная принцесса отказала могущественному наследнику Лиррского престола, заявив, что уже замужем за бродягой! И тогда я сказал себе: «Тай, ты — дурак! Тебя, похоже, ждут, а ты шляешься неизвестно где!», — ответил он с неменьшим ехидством в голосе.

— Но откуда ты узнал, что я отказала Грозманну? — пришел мой черед удивляться. — Да еще о том, что приплела тебя? В новостях об этом вряд ли сообщали.

— Ами, ты вроде как взрослая девушка, но до сих пор не знаешь, что от слуг в замке ничего скрыть нельзя. О том, как бушевал Тайгер, мне поведал дворцовый конюх, у которого я покупал овес для своей клячи.

— Но конюхи не занимаются торговлей! — возмутилась его откровенной ложью я.

— О, простите, ваше высочество! Я неправильно выразился, — оскалился он. — Он не продавал, а выменял пару мешков на бутылку самогона. Думаю, что королевские лошади этой пропажи даже не заметят.

— А где ты самогон взял? — этот вопрос вылетел из моего рта непроизвольно.

— Ами, золотко, ты еще не стала настоящей женой, но ворчишь как она, — рассмеялся мужчина. — Самогон я украл в таверне.

Я уронила челюсть, а затем захлопнула рот, не зная, что ответить. Он с такой легкостью признался в краже, словно это было его каждодневным ремеслом. Тай все понял по моему растерянному лицу и, спустившись с кресла ко мне на ковер, взяв мои ладони, тихим шепотом произнес:

— Нет, дорогая, я не вор. Но иногда обстоятельства бывают выше нас. Приходится исходить из наименьшего зла. Я же обещал, что приду, вот и пришел.

С этими словами отпустил одну руку и шершавыми пальцами ласково погладил меня по щеке. А я как блудливая кошка потянулась за его ладонью, наслаждаясь бесхитростной лаской.

— Так ты пойдешь со мной? — он снова задал этот вопрос. Только в этот раз нельзя было ограничиваться просто вежливым словами. Я должна была принять выбор, который поменяет в корне мою судьбу.

— Прямо сейчас? — таким же шепотом спросила я.

— Нет, — покачал он головой. Такие вещи в спешке не делаются. Если ты скажешь да, я приду за тобой через два дня. Нужно продумать все до мелочей, чтобы нас не нагнали ищейки твоего отца.

— А где мы будем жить? — рискнула утолить свое любопытство я.

— Боюсь, в Ригле у нас это не получится. Мы перейдем в Лирру. И там ты станешь простой чужеземкой, вышедшей замуж за местного нищего, — муж выжидающе смотрел на меня.

— Мой выбор не велик. Или я по доброй воле иду с тобой в Лирру, оставляя за собой хотя бы иллюзию свободы. Или меня силой выдают за их принца и все равно увозят туда же. Только там моя жизнь опять будет ограничена золотой клеткой и блудливым мужем.

— И?

Я набрала полную грудь воздуха, зажмурила глаза и, как в омут с головой, произнесла:

— Я выбираю тебя, Тай Первый встречный.

— Спасибо! — его грустные глаза смотрели на меня с какой-то затаенной тоской, словно я должна была еще что-то сказать, но не сделала этого. — Я постараюсь сделать все, чтобы ты была счастлива.

Он поднялся с колен и направился в сторону окна. Кот побежал за ним и запрыгнул на подоконник, словно собираясь тоже меня покинуть. Я испугалась, что маленький проказник вывалится на улицу и позвала его:

— Гера!

Оба резко развернулись ко мне лицом. Кот недовольно мяукнул, изображая всем своим видом недовольство, а мужчина удивленно вскинул брови:

— Что ты сказала?

— Ничего, — покачала я головой. — Просто кота позвала.

— Странное имя для животного, — ухмыльнулся он.

— Да и животное странное, — пожала я плечами и подошла к мужу, затем поцеловала его в щеку и сказала:

— Береги себя. Я буду ждать.

Он на мгновение сжал мои плечи руками, опустил взгляд на мои губы. Внутри меня все сжалось от предвкушения. Но он лишь кивнул головой и легко взлетел на подоконник, а затем скрылся в ночной тьме.