Глава 5. И новое действующее лицо

Спустя час Грег покидал административное здание в нанятом экипаже, распорядившись отвезти его домой. Он собирался совсем немного перевести дух, переодеться и вернуться для нового, расширенного, заседания, о котором они с советом успели договориться.

Рагос нуждался в радикальных переменах, и тянуть с ними Грег не мог — на кону ежедневно стояли жизни людей.

Экипаж трясло по ухабам. Граф прикрыл глаза, задумчиво постукивая по переносице указательным пальцем и размышляя на тему того, что делать с пресловутым районом трущоб. Уж насколько серым и ущербным ему казался Рагос, но северная часть города, в которой ютилось несколько особо отвратных кварталов, переплюнула все самые смелые и жуткие представления.

Низкие одно- и двухэтажные домики там покосились, опираясь друг на друга, как сильно выпившие приятели. Улочки трущоб настолько узкие, что трое человек с трудом могут разминуться. Всюду грязь, от канав разит испражнениями, а люди там живут из тех, кому терять уже нечего. Патрули захаживают в трущобы редко, по большей части приезжая лишь по заявлению о серьезных увечьях, погромах и убийствах.

Но страшнее всего даже не это. Страшнее попустительство и безразличие власть имущих

— всем плевать на тех, кто застрял в трущобах. Их оставили вариться в собственном соку, не забывая при этом облагать налогами в пользу его величества...

Экипаж особенно сильно тряхнуло, и Грег витиевато выругался, вцепившись в ручку двери. Дорога даже в центре Рагоса поражала в плохом смысле этого слова. Графа качало из стороны в сторону, от чего он не мог сосредоточиться, а злость в нем лишь нарастала, грозя вот-вот выплеснуться на ни в чем не повинного кучера.

Грегори отодвинул занавеску от окна, пытливо всматриваясь в строения, мимо которых несся экипаж. Двухэтажные многоквартирные дома, гостиный двор, несколько торговых лавок, проулок, ведущий к рынку, снова дома и ресторан “Золотая улитка”... Последний принадлежал бургомистру и выгодно отличался на фоне остальных зданий.

Грег хмурился, с трудом понимая, как бывший наместник допустил подобное в своем городе? Уважаемый ведь был человек, магистр, маг первой степени дара! Роджер Браун, так его звали. Больше двадцати лет назад именно он преподавал нынешнему королю Вигороса теоретическую и практическую магию, став тому наставником и, в какой-то мере, другом. Его величество ценил магистра Брауна, восхищался талантом и, как только наставнику стало тяжело преподавать, сам определил того в Рагос — цветущий городок на севере страны.

На какое-то время обзор Грегу загородил экипаж, проезжающий мимо. Взгляд графа лениво скользнул по транспорту, уловив нечто, заставившее отвлечься от мыслей о бывшем наместнике. Грегу показалось, что в окне мелькнуло знакомое до боли лицо. Именно до боли. Потому что даже мысль о Джейд Дэвис вызывало чувство оскомины на зубах. Эта девушка пугала его своим нездоровым энтузиазмом и колючим нравом. Хорошо, что он популярно ей объяснил, чтобы держалась подальше.

Благо долго думать о лекарке не пришлось — кучер резво завернул к особняку, сбавил ход и вскоре остановился.

Граф вылетел наружу, чувствуя, что как никогда нуждается в уединении. Он не хотел видеть ни души, не хотел слышать абсолютно никого. Ему нужен был покой хотя бы на четверть часа! Немедленно.

— Ваше сият... — начал было спешащий навстречу дворецкий, как только Грегори ворвался в дом, переданный ему по наследству от бывшего наместника.

— Не сейчас! — бросил граф, даже не посмотрев в сторону слуги. — Я буду у себя. Занят. Если мама захочет меня видеть, скажите, что я провалился сквозь землю.

— Но ее сиятельство как раз хочет. Уже. — Бледный дворецкий, вытянулся по струнке и замер немым изваянием, стоило Грегу на него зыркнуть.

— Что теперь? — уточнил граф. — Снова сердце?

— Мигрень, — ответил слуга.

— Так пусть прогуляется в... сад!

Графа передернуло. Он любил мать. И любил бы ее еще больше, дай она возможность хоть иногда по ней скучать!

— Лекарь — мисс Дэвис — сказала так же, но миледи оскорбилась и потребовала срочно разыскать вас, ваше сиятельство.

— Стоп. — Грег уже почти дошел до лестницы, ведущей на второй этаж, где располагались его покои. — Что ты сказал?!

Немолодой дворецкий, которого граф привез с собой из столицы, умолк, видимо, боясь произнести еще хоть одно неверное слово.

Грегори как раз тянулся к перилам лестницы, но рука безвольно повисла. Как и настроение

— оно тоже упало окночательно.

— Поль, скажи-ка на милость, — граф медленно развернулся, крутанувшись на носках ботинок, склонил голову, — ты ничего не перепутал? Мою мать посетила лекарь-женщина?

— Да, ваше сиятельство.

— Не-ет, — протянул Грег, — это даже для нее слишком. Ты что-то перепутал.

— Не думаю, милорд. Леди Баррингтон принимала мисс Дэвис в желтой гостиной. В той, что называет пыткой для глаз.

— Допустим. — Грегори не шевелился. — И?

— Мисс Дэвис велела мне покинуть комнату, как только начала осмотр. И какое-то время было тихо.

— Какое-то время? — хрипло спросил граф, подозревая все самое плохое сразу.

— А потом случился... небольшой скандал. — Дворецкий сделала паузу, явно подбирая тактичные формулировки для рассказа об общении дам. — Леди требовала пойти вон, а мисс Дэвис.

— Говори, Поль, — граф сложил руки на груди, — как есть.

— Мисс лекарка угрожала вашей матушке штрафами за ложные вызовы и.

— Не томи, Поль!

Дворецкий отвел взгляд и тихо закончил:

— Мисс Дэвис долго убеждала леди Баррингтон в ее полном здравии, а потом высказала мнение, что на вашей матушке. она сказала, что на ней пахать можно.

Грег понял, что во рту и в глазах пересохло. Моргнул. Поискал взглядом графин с водой. Дворецкий, поняв его без слов, кинулся к комоду у входа в столовую, быстро наполнив стакан. Граф осушил его одним махом.

— Давно она уехала? — уточнил Грег, напившись.

— За пять минут до вашего прибытия, — безошибочно понял о ком речь Поль.

Граф кивнул. Значит, не показалось! Мисс Дэвис проезжала мимо. Эта наглая рыжая зеленоглазая Заноза пыталась спрятаться в последний момент, дабы не светиться, но он все равно заметил ее!

— Где мама сейчас? — устало спросил Грег.

— У себя. Мучается мигренью, милорд. Требовала немедленно известить вас о ее состоянии и привести, чтобы проститься перед тем, как она отойдет в мир иной.

— Что ж, раз она все равно решила задержаться в этом мире, пока я не появлюсь, мне не стоит усугублять ее состояние. Может, если я приду поздно вечером, она и вовсе передумает прощаться. Как считаешь, Поль?

— Не берусь предсказывать подобное, — осторожно ответил дворецкий.

— Знаешь, пожалуй, я перекушу в ресторане, — принял окончательное решение граф, позорно сбегая из собственного дома. — Вернусь поздно, к ужину не ждите.

Джейд подозревала, что скоро ей предстоит вернуться в столицу.

Еще вчера это были смутные сомнения, но сегодня они обрели вполне себе человеческие черты. Женские. Вдовствующая графиня Баррингтон ясно дала понять, что не позволит Джейд оставаться в городе, где наместником является ее сын.

Ее угрозы могли воплотиться в жизнь — это было очевидно. Как и то, что леди Марджери, несомненно, больна. Только болезнь ее таилась в голове и называлась излишней мнительностью. Или скукой. Джейд так и не определилась до конца с диагнозом.

Графиня, видимо, не найдя в Рагосе других развлечений, решила добиваться внимания сына весьма действенным способом: стала придумывать себе самые разные недуги — от простого онемения конечностей до предсмертного состояния.

Джейд видела пациенток, подобных леди Баррингтон, неоднократно. Во время коротких практик в Центральной больнице Лифоршира несколько коек обязательно занимали подобные дамы. Бросаться на каждую из них с упреками и обвинениями — глупость несусветная.

Поэтому Джейд вполне могла бы оставаться вежливой с новой пациенткой. Собственно, таковым и был ее план — выслушать, подыграть женщине, оставить ей пузырек с высушенными и перемолотыми травами для заварки самого простого чая и рекомендовать постельный режим с минимумом волнений.

Но все пошло не так.

Дом, в который поселили Баррингтонов, был чем-то похож на самого милорда: красивый, внушительный и, в то же время, пугающе-мрачный. От него хотелось держаться подальше, но при этом он то и дело притягивал взгляд.

Кованые шпили на крыше, вытянутые стрельчатые окна, множество декоративных элементов... Джейд рассматривала особняк недолго, но с огромным интересом, сразу подумав о несправедливости жизни: и она, и наместник приехали в город, чтобы помогать местным жителям, но графу выделили для проживания практически замок, а ей каморку, куда едва вместились кровать и шкаф.

Вскинув на миг голову, Джейд перестала горько усмехаться, залюбовавшись необычным, почти мистическим зрелищем. На фасаде особняка, под самой крышей, притаились химеры. Каменные монстры смотрели вниз со смесью скуки и презрения и, казалось, вот-вот собирались сорваться вниз в стремлении защитить дом от вторжения любого, кто был им неугоден.

Джейд насчитала двенадцать химер, когда дворецкий, вышедший ее встречать, нетерпеливо взмахнул рукой, приглашая лекарку поспешить.

Он открыл перед ней массивные кованые двери вытянутой заостренной формы и попросил следовать за ним, уточняя, действительно ли она лекарь Джейд Дэвис? Мужчина не скрывал легкого недоумения, но больше никаких высказываний от него не последовало.

Джейд старалась не отставать от дворецкого, но успела заметить и лепнину, и масверк, и потрясающей красоты нервюрный свод в огромном холле. Она даже рот открыла от удивления — совсем не ожидала, что в Рагосе есть такие шикарные дома. И вот, уже практически проникнувшись атмосферой таинственности и благородства, остановилась у приоткрытой двери одной из комнат, чтобы... поморщиться от запаха, сбивающего с ног.

Нет, пахло не лекарствами, а очень дорогими духами марки “Вьют” — последний пик в Лифоршире.

— Ваше сиятельство, — дворецкий вошел в спальню к графине первым, склонившись в подобострастном поклоне, — лекарь здесь. Только...

— Пригласи! — раздался тихий, но уверенный голос откуда-то слева.

Джейд видела лишь часть будуара графини. Ее занимали письменный стол, кресло, камин и трюмо со множеством пузырьков, в которых легко можно было опознать лекарственные настойки.

— И забери поднос, Поль. Я не голодна, — добавила графиня.

Джейд нахмурилась, подумав про себя, что отсутствие аппетита и слабый голос — это действительно плохо и, возможно, ее сиятельство действительно нуждается в помощи.

Однако в ту же минуту рядом возник дворецкий, приглашая пройти к больной. Одной рукой Поль придерживал дверь для Джейд, а второй поднос с чашкой, чайником, соусницей и тремя практическими пустыми тарелками.

— Вас ожидают, — поторопил дворецкий.

Джейд кивнула и смело шагнула вперед.

Вдовствующая графиня Баррингтон томно полулежала на кресле у окна. Прикрыв глаза, она слегка повернула голову в сторону входа, раскинула руки на подлокотники. На вид ей было не больше пятидесяти лет: худощавая, ухоженная, с идеальной прической, волосок к волоску, с тонкими чертами лица и сетью мелких морщин у глаз, совершенно ее не портящих.

Джейд невольно припомнила его сиятельство, Грегори Баррингтона, сравнивая сына и мать и не находя схожих черт. Единственное, что их объединяло — «порода». Стоило лишь взглянуть на Баррингтонов, чтобы сразу понять: они весьма избирательны при выборе пар для будущего потомства...

Около минуты Джейд рассматривала вдовствующую графиню и пришла к однозначному выводу: больной женщина не выглядела. Одетая в пыльно-розовый шелковый пеньюар, кокетливо выглядывающий из-под черного халата, ее сиятельство скорее смотрелась как дама, ожидающая поклонника для свидания.

Джейд подавила улыбку, внезапно придумав новую причину столь частых вызовов лекаря для графини. Мистер Сандерс идеально подходил ей по возрасту, был учтив и респектабелен. со всеми, кроме самой Джейд. Он вполне мог приглянуться леди Марджери. Сегодня же к ее сиятельству прислали нового лекаря, специалиста помоложе.

Вспомнив удивленное лицо дворецкого, Джейд осознала: снова вышел конфуз с ее именем, одинаково подходящим как мужчине, так и женщине.

Ее сиятельство ожидала мистера Дэвиса. Чем не развлечение для скучающей одинокой женщины?

Тем временем графиня, решив, видимо, что лекарь вдоволь налюбовался ею, распахнула ясные очи и. нахмурилась. Посмотрела на Джейд, по сторонам, снова на нее. Лоб графини тут же расчертили несколько глубоких полосок.

— В чем дело? — недоуменно спросила она, усаживаясь в кресле и плотнее запахнув халат.

— Где мистер Дэвис?

— Мисс, — поправила ее Джейд. — Я уже здесь, ваше сиятельство. Меня прислал к вам мистер Сандерс, сообщив о крайней степени тяжести вашего состояния.

— Вас?! — Графиня поелозила в кресле, плотнее запахивая полы халата. Все это время она так смотрела на Джейд, что та сразу поняла: легко не будет.

Смена выражений на лице ее сиятельства производила неизгладимое впечатление. Сначала непонимание, потом неверие, шок и, наконец, недовольство с комментарием:

— И давно в больнице Рагоса объявилась женщина-лекарь?

— Нет, ваше сиятельство. Но я успела себя зарекомендовать как отличный специалист, потому мистер Сандерс решился доверить вас мне. Что ж, давайте приступим к осмотру, и заодно расскажите мне, что вас беспокоит.

Графиня явно сомневалась в компетенции Джейд. Скепсис читался в ее глазах, слышался в разочарованном вздохе. И все же она согласилась.

Позвала Джейд ближе, окинула придирчивым взглядом, задержавшись на выбившихся из прически прядях, на руках без перчаток, на туфлях со слишком маленьким каблуком. Закатила глаза, как бы говоря, что выводы о девице сделаны самые неутешительные, и протянула вперед руку со словами:

— Покалывает кончики пальцев. Вы ведь знаете, что это — верный признак больного сердца?

— Возможно, вы просто понервничали, миледи? — предположила Джейд, легко касаясь запястья графини и пытаясь “прощупать” ее состояние с помощью магии.

Графиня еще раз тяжело вздохнула, посмотрела на Джейд с раздражением:

— И это ваш диагноз? — уточнила с усмешкой, внезапно став невероятно похожей с сыном.

— Конечно, я нервничаю, это неизбежно в моем положении. — Она картинно обвела рукой комнату, будто находилась в темнице, а не в шикарно обставленной спальне.

— Прошу вас не шевелиться какое-то время, — попросила Джейд, прикрыв глаза.

— Высшие, какие у вас ледяные пальцы! Вы, верно, решили меня заморозить! — капризно ответила графиня.

— Простите. — Джейд открыла глаза. — Вот и все. Могу с радостью сообщить, что ваше сердце абсолютно здорово. Что касается пальцев...

— Ха! — Леди Марджери поднялась на ноги, зло сверкнула глазами. — И это лучшее, что мог предложить мистер Сандерс? Вы?

Джейд улыбнулась.

Ругаться с графиней она не собиралась. Ни за что. Хватит и ее сына...

— Позвольте мне закончить осмотр, — попросила она. — Необходимо, чтобы вы легли в кровать.

— Кому необходимо? — Ее сиятельство поджала губы, покачала головой. — Не думаю, что мне стоит терять на это время.

— Миледи, я настаиваю, — упрямо повторила Джейд, указывая на аккуратно заправленную постель. — И вообще, рекомендовала бы вам чаще бывать на свежем воздухе. У вас есть сад?

— Сколько вам лет? — внезапно спросила ее сиятельство. — Двадцать? Как вы могли уже получить образование? И, что важнее, зачем вы его получали?! Неужели не нашлось достойного мужчины, способного отговорить вас от столь глупой затеи?

Джейд улыбнулась шире. Это было необходимо для того, чтобы ничего не отвечать. А ответить очень сильно хотелось.

— Так что вас подтолкнуло стать лекарем? — не унималась графиня. — Мисс Дэвис... Что-то такое припоминаю. У вас нет тетушки Хельги в Лефоршире?

У Джейд свело скулы от улыбки.

— Я наведу о вас справки! — прозвучало, как угроза. — Ни одна приличная, ничем не запятнавшая себя девушка, не стала бы заниматься подобным!

В сторону Джейд презрительно фыркнули, и она не выдержала.

— Мне слышится в вашем тоне обвинение, будто профессия лекаря сродни той, чем занимаются дамы полусвета, — негромко проговорила она.

— Глупости! — графиня покачала головой, внимательно глядя в глаза Джейд. — Я ничего такого не сказала. Но то, что вы это сами додумали и озвучили — не случайно. Значит, внутренне признаете, что поступаете неверно. Но не мне вас судить.

— Я. Прошу. Вас. Лечь. В постель, — с нажимом проговорила Джейд, чувствуя, как пылают от злости щеки. — Миледи Баррингтон, вы вызвали лекаря, сообщив о плохом самочувствии. Мне необходимо убедиться, что болезнь миновала.

— Хватит с меня ваших осмотров, — объявила ее светлость непререкаемым тоном. Она демонстративно поправила рукав халата, закрывая запястье, которого недавно касалась Джейд. — Уходите!

— В таком случае я вынуждена буду сообщить мистеру Сандерсу, что вами был осуществлен ложный вызов. — Джейд пожала плечами изо всех сил притворяясь равнодушной к такому отношению. Подхватив с пола свой саквояж, она добавила сквозь зубы: — Это грозит штрафом, как вы понимаете.

— Что?! — Рот графини приоткрылся от неверия. — Вы смеете угрожать...мне?! Обвинять меня в симуляции?!

Джейд знала, что нужно смолчать. Остановиться. Уйти! Но.

— Я ничего такого не сказала. Но то, что вы сами додумали подобное — наверняка не случайно. Значит, сами понимаете, что притворяться немощной, отвлекая при этом не только сына, но и лекарей от их работы — верх лицемерия! Где-то могут быть люди, действительно нуждающиеся в помощи!

Какое-то время они молчали. Обе.

Схлестнулись взгляды. Джейд внутренне дрожала, зная, что уже перегнула палку, что нужно немедленно извиниться, исправить то, что натворила, пойти на попятную... Но если бы она так умела, не находилась бы теперь в Рагосе.

— Итак, вы посмели обозвать меня лицемеркой, — негромко, но очень проникновенно проговорила графиня Баррингтон. Вскинув подбородок, она грациозно поправила и без того идеальную прическу и завершила монолог, указав на дверь: — Ноги больше вашей не должно быть в этом доме. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.

— Надеюсь, так и будет, — парировала Джейд, стараясь, чтобы голос не дрожал от раздирающих изнутри чувств. — Если вызовов с вашей стороны больше не последует, мне не придется приезжать.

— Вон! — лицо графини исказила ярость. — И не только отсюда! Прощайтесь с местом, милочка. Поль! Немедленно проводи мисс Дэвис до ворот и убедись, что она покинула нас!

— Да, ваше сиятельство. — Дворецкий услужливо распахнул дверь. — Мисс...

— Сказать про меня такое! — не унималась графиня. — Ты слышал, Поль?! Эта девушка приехала, чтобы добить меня! Я умру сегодня, и это будет на ее совести!

— Умрете, как же! Да на вас еще пахать можно!

Только на обратном пути, оказавшись в экипаже, стала осознавать, какие слова бросила в лицо матери наместника. Прикрыв глаза, она с ужасом вспомнила свой визит в особняк графа

— Пахать можно, — повторила Джейд, распахнув глаза и закрыв лицо ладонями.

Что она наделала?!

Ей вдруг перестало хватать воздуха и света. Отдернув занавеску, она хотела посмотреть в окно, но увидела лишь другой экипаж, движущийся параллельно. И графа Баррингтона, сидящего там.

Это было сродни каре свыше за все дурные слова! Баррингтоны — ее личное наказание за нетерпимость и упрямство!

Джейд отпрянула, вжалась в спинку сиденья, уставилась невидящим взглядом в потолок и прошептала:

— Если судьба готовит мне еще сюрпризы, умоляю, попридержите их. Этого даже для меня много. Пожалуйста, дайте передышку, высшие...

Никто не дал бы гарантий, что Джейд была услышана, однако судьба и правда смилостивилась! Оказалось, что мистер Сандерс уехал на сутки по приказу графа Баррингтона. Последний создал большую группу для отлова зверя, появившегося в Рагосе, и теперь всюду готовились облавы на нечисть.

— Похоже, его светлость всерьез решил взяться за дело, — говорила Марта, сверкая глазами. — Весь город на уши поднял, штрафы за нарушение комендантского часа взвинтил, кэпира Рэдиса — начальника стражи — обязал лично в дозоры ходить!

— Откуда вы знаете? — поразилась Джейд, вытирая только что вымытые руки о полотенце.

— Может, это ложь и домыслы.

— Как же, домыслы, — хмыкнула женщина, вынимая из хладника казан с супом и выставляя на стол. — Хисам говорил! Ругался страшно! Рвал и метал. Где, говорит, это видано, чтоб так себя на новом месте вести! Мол, порядки наши, годами сложившиеся, не уважает, себя выше всех ставит.

— Так он и есть выше всех по положению, — пожала плечами Джейд. Вынув железную миску с полки, она с удовольствием зачерпнула из казана сразу четыре половника.

— Ну посмотрим, чего добьется, — тем временем бормотала Марта. — Вот загрызут Сандерса нашего ночью, кто тогда больницей будет руководить? Совсем загнемся!

— Он ведь будет не один в патруле, — Джейд улыбнулась Марте. — И потом, не забывайте, что мистер Сандерс и сам маг первой степени дара. Он сможет за себя постоять в случае беды, в отличие от простых жителей, которые и правда подвергаются огромной опасности. Ворлок — это жутко.

— Ага, постоит он, как же! — Марта убрала казан с остатком супа и обернулась, нервно теребя передник. — Был у нас уже такой деловой. Весь из себя маг! Приехал ровнехонько до тебя, мисс, и что?

— Что? — Джейд обернулась.

— Погиб. Отправился вечером на срочный вызов к мистеру Тафту и...все.

— Тафт? Что-то знакомое...

— Бывший наместник! — всплеснула руками Марта. — На его место и приехал граф Баррингтон. Теперь живет в его доме, как король, порядки свои устанавливает.

— Погодите, а от чего погиб наместник и куда делся лекарь, который был до меня? — У Джейд даже аппетит пропал от нехорошего предчувствия.

— Лекарь пропал. Ждали его, ждали, и не дождались. А жаль. Хороший был парень. Улыбался больно много, но и дураком не значился. Хари его звали. Уже месяц как пропал. А через неделю в восточном крыле особняка мистера Тафта случился пожар, и он сам погиб. Люди видели его стучащим в окно, а потом огонь все поглотил. Комната выгорела начисто

— только косточки и остались.

Джейд медленно присела на стул, сложила руки на коленях. Нахмурилась, припоминая дом, в котором довелось побывать буквально час назад.

— Но Марта, я не видела выбитых окон или обгорелых стен, — поделилась она впечатлениями.

— Так то сзади надо смотреть. Стекла там вставили, только уже не такие красивые как раньше, не расписанные разными цветами.

— Были витражи? — поняла Джейд.

— Да, они самые. А теперь обычные там. Ну и магией все почистили, чтоб, значит, Баррингтон не побрезговал. Или его матушка. Как она тебе кстати, мисс? Приехала и не рассказываешь ничего?

— Все хорошо. — Джейд быстро отвернулась и принялась жадно есть так толком и не подогретый суп.

— Вон оно как. — Марта подошла и погладила Джейд по спине. — Вижу, как хорошо. Ну ничего, глядишь — обойдется. Ты ешь, ешь, а то кожа да кости одни, так и хочется мелочи в карманы подсыпать, чтоб ветром не унесло.

Она вышла из кухни, продолжая бормотать что-то себе под нос.

А Джейд перестала есть. Глядя в одну точку перед собой, она прокручивала в голове только что услышанное. И от плохого предчувствия мурашки побежали по ее телу, заставив передернуть плечами.

— Что же здесь происходит? — спросила она наконец у супа.

Кверху медленно всплыл лавровый лист. Если верить суевериям, найти такую приправу в своей тарелке — к неожиданному посланию. Но Джейд не верила, да и посланий ей было ждать неоткуда...

— Закончила, мисс? — спросила Марта, заглянув на кухню и недоуменно посмотрев на практически полную тарелку. — Что, не понравилось?

— Вкусно, — ответила Джейд, встряхнувшись, — просто задумалась.

— Так ты ночью думай, мисс, а днем некогда, — Марта усмехнулась и кивнула куда-то себе за спину: — Там к тебе пришли.

— Ко мне? — У Джейд все упало. — Г-граф?

— Ничего себе, самомнение, — хохотнула заведующая хозяйственной частью больницы.

— Не помрешь от скромности, честное слово.

— Не он? — Джейд тихонько вздохнула и поднялась. — Тогда хоть сам ругх — не страшно. Рот Марты приоткрылся от любопытства.

— Не спрашивайте, — попросила Джейд, хмурясь.

Женщина скуксилась, круглый кончик ее носа дернулся, но вопросов и правда задавать не стала. Лишь выдвинула предположение:

— Так сильно повздорила с ее сиятельством? Не расстраивайся, обойдется. Работать совсем некому, так что Хисам сразу не погонит. Хотя и по головке не погладит — не любит нежничать. Ну иди, мисс. Он во второй палате.

— Кто?

— Гость твой. Сказал, что к тебе пришел. Слово еще такое ляпнул, как же его. по прозекции, кажется. Серьезно, наверное, болен. Жалко даже. Я на всякий случай сказала ему ничего не трогать и в палату идти, чтоб остальных не заражать.

— Спасибо. — Джейд сдержанно улыбнулась и направилась в западную часть здания, где находились палаты с пациентами.

Всю дорогу она гадала, кто же мог явиться к ней в Рагосе, еще и по протекции?

От любопытства она даже шаг ускорила.

За дверью второй палаты ее и правда ждали. И кто! Крепкий симпатичный мужчина в форме стража, удивительно ему шедшей. На вид ему было не больше двадцати пяти лет. Он стоял прямо перед ней: с хорошей выправкой, с надеждой во взгляде и с коробкой в руках, на которой виднелась крупная надпись “Пекарня Жоли”.

Просто потрясающий набор, Джейд оценила.

Она недоверчиво улыбнулась парню и, прикрыв дверь, уточнила:

— Это вы хотели меня видеть?

— Мисс Дэвис? — вопросом ответил он.

В его взгляде было легкое недоверие и что-то еще. Джейд плохо умела считывать эмоции, гаданиям она предпочитала слова.

— Вы не ошиблись.

Парень кивнул, помял в руках коробку со сладостями и, переложив их в одну руку, второй полез в карман, отчитываясь при этом:

— Меня зовут Рон. Рондон Айсит. Я служу в Рагосе... и... вот! — В протянутой к Джейд руке лежала записка. — Прочтите, пожалуйста, мисс Дэвис. Там все сказано.

“Признание? — мелькнула шальная мысль в голове Джейд. — Неужели он где-то меня приметил и теперь пришел знакомиться? Вот тебе и не верь в приметы!”

Она забрала записку, успев заметить, как дрогнули пальцы молодого человека. Рондон точно волновался. Ей это льстило.

Джейд уже и забыла, как приятно кому-то нравиться. Записку она разворачивала не торопясь, с предвкушением. “Что там? — думала, поглядывая на визитера. — Стихи? Проза? Адрес ресторана и время?”

Улыбка невольно растеклась по ее губам. Но почти сразу пропала, стоило начать читать послание, написанное очень знакомым почерком.

“ Уважаемая мисс Дэвис!

Премного благодарен вам за оказанные мне услуги по вопросам лечения очень важных для меня органов. Счастливо сообщаю, что болезнь больше меня не беспокоит, и я готов покорять новые вершины и вершинки. Чего не скажешь о некоторых моих сослуживцах. Молодец, пришедший к вам — это от меня. Я знаю, насколько вы тактичны и молчаливы во всем, что касается тайн пациентов, потому дал рекомендацию Рондону. Он в ужасном положении и пришел к вам с надеждой на помощь.

Еще раз благодарю от себя лично и желаю всех благ.

Со всем уважением, К.Вудс.”

Стоило дочитать послание, как бумага начала сворачиваться и таять на глазах. Через несколько секунд на ладони Джейд осталось лишь несколько сиротливых пылинок. Она безжалостно стряхнула их на пол.

Прежде чем посмотреть на Рондона Айсита, Джейд не спеша поправила манжеты на рукавах платья. Эта пауза помогла запихнуть дикое разочарование подальше в себя, чтобы — не дай высшие — что-нибудь не отразилось в глазах.

— Значит, вы ко мне по тому же вопросу, что и мистер Вудс? — Внутри Джейд натянулась тонкая струна. Потяни сильнее — лопнет.

— Да. Я его сослуживец.

— А почему не пошли к другим лекарям? Мужского пола? — не смогла устоять Джейд. — Нас в больнице трое.

— Знаю. — На щеках парня появился нездоровый румянец, глаза забегали. — Но моя девушка дружит с племянницей мистера Сандерса. Это не очень этично, понимаете? А за молчание мистера Лианэма тоже никто не ручается.

“Не очень этично”, — повторила про себя Джейд, разглядывая посетителя по-новому, со смесью презрения и недовольства.

— Вот оно что, — понятливо кивнув, она равнодушно проговорила заклинание защиты для рук, после чего пробормотала скорее для себя: — А за меня, значит, поручились и даже рекомендации дали.

“Ну, Вудс, встречу — прибью/”

— Да, Касп очень вас ценит как специалиста. Хотя вы знаете, я представлял вас другой.

— Какой? — Она знала, что услышит.

— Менее... ну... Старше, что ли, — путано принялся объяснять мистер Айсит. — Опытнее как-то.

— И вообще, желательно мужчиной? — помогла ему Джейд, усмехнувшись.

Парень совсем смутился.

— Я, наверное, лучше пойду.

— Начинается! — Джейд позволила себе закатить глаза. — Вы ведь боевой маг! Надежда и опора всех страждущих. Сильный и смелый. Так?

— Это-то да.

— Но? Что мешает такому замечательному вам истово нести службу? Он снова принялся мять коробку.

Джейд пришлось подойти и отнять сладости, уточнив:

Это мне?

— Вам.

— Тогда заберу, пока оно не превратилось в кашу. Что бы там ни было. А теперь рассказывайте, Рондон, раз уж осмелились прийти.

— Касп дал слово, что вы не из тех, кто сплетничает, — хмуро заметил мужчина.

Хотела бы Джейд сказать, на каком месте Каспиана она вертела его слово, но мамочка много раз объясняла, что леди даже думать о таком не должны.

— Обещаю, что ваша проблема останется между нами, мистер Айсит, — подбодрила она пациента. — Итак?

— Итак... мне больно ходить в туалет. Ну и... кое-что покраснело.

— Покажите.

— Что?!

— Покажите ваше красное кое-что, — без тени смущения повторила Джейд. — Смелее, мистер Айсит! Иначе я уйду, а вы останетесь со своей проблемой наедине.

Как он страдал!

Все муки мира изнанки проскочили на несчастном лице Рона, пока он стаскивал с себя брюки, а затем кальсоны. Пока стоял перед Джейд оголенным, стараясь смотреть в сторону. Пока сжимал и разжимал кулаки и кусал губы в кровь.

Ну просто девочка на выданье, впервые представшая перед престарелым нелюбимым мужем!

Джейд сдерживала себя от язвительных замечаний, стараясь призвать все равнодушие, на какое была способна. Абстрагироваться от собственных эмоций, неоправданных обещаний и обид за весь женский пол в целом. Она лекарь, а он — просто мужчина, просто пациент.

Ей хватило беглого осмотра для понимания проблемы Рондона, после чего он оделся со скоростью молнии и уставился на нее с мольбой во взгляде.

— Я так понимаю, этот “подарок” у вас не от подруги племянницы мистера Сандерса, — сказала Джейд, ожидая, пока он оденется. — Или?

— Нет-нет, она. мы не. У нас свадьба через две недели. А это у меня от. другой дамы, более легкого поведения.

— И много вас у той дамы отметилось? — уточнила Джейд. — Имею в виду стражников.

— Есть пара человек, — уклончиво ответил он. — Вы понимаете, отмечали повышение одного из парней, ну и.

— Ясно. Напишите мне адрес места, где вы отдыхали. Или где я смогу найти дам, что помогали вам расслабляться тем вечером. Не смотрите так и не вздумайте падать в обморок!

— прикрикнула Джейд, заметив, как побледнел Рондон. — Я не собираюсь никому о вас рассказывать. Выдам лекарство. На всех. Пилюли и мазь. Распишу прием. Можете сказать им, что лечение получили от мужчины, если станет легче. У вас до свадьбы как раз хватит времени на восстановление. Если снова не захотите развлечься в объятиях более доступных особ.

— Не захочу, мисс Дэвис! Я люблю Эмму! А тут... ругх попутал!

— Знаю. Вы-то, само собой, ни при чем, — с самым серьезным видом кивнула Джейд. — Во всем виновата нечистая сила и женщины. Пройдите за мной и не забудьте написать адрес той, что вас, бедняжку, совратила.