ГЛАВА 9

Элеонора

Рано утром меня ждал сюрприз.

Большой кусок любимого мясного пирога и нежное пирожное со сливочным кремом — такое можно сделать только на агрегате для молекулярной сборки пищи. Подобным снабжали камбуз на случай появления дорогих или важных гостей. Например, посланцев из КОР или отца с мамой.

В браслете я нашла сообщение от Ториана: «С добрым утром, моя маленькая любимая принцесса. Я приду сегодня на финал и буду болеть за тебя. Кстати, я распорядился, чтобы игру перенесли на вечер, ведь подумал, что после нашего похода в сауну тебе нужно немного отдохнуть…»

Многозначительно. М-да…

На самом деле, у меня почти ничего и не болело. Слияние дало силы организму. И я чувствовала себя довольно комфортно.

Хотя воспоминания о том, что случилось, вызывали волны жара, а живот покалывало будто иголочками.

Я попыталась отвлечься от мыслей о сексе и настроиться на игру. Представила адмирала в костюме земных болельщиц, какие видела в Сети. Как он танцует с помпонами и выкрикивает лозунги.

Хихикнула. Быстро завершила утренние процедуры и поела.

Хотела по привычке обойти хозяйственные отсеки, но вдруг вспомнила, что меня перевели помощником адмирала. А поскольку особых распоряжений он не дал, пришлось остаться в своей комнате. Да и в день игры работы никакой.

Я едва дождалась полудня.

Обедала вместе с командой. Говорили мы мало. Перед матчем все выглядели напряженными. Вроде бы это всего лишь был дружеский поединок. Ничего уж такого. Но, кажется, сослуживцы отнеслись к лейнболу не менее серьезно, чем я, и очень хотели одержать окончательную победу.

После обеда я снова заглянула в свою каюту. А потом устремилась в спортзал.

Меня даже немного потряхивало. Так странно. Я никогда не считала себя азартной. Да и в подобные лейнболу командные игры практически не играла. Не то, чем должна заниматься благовоспитанная принцесса. Так считал и отец, и мама. Однако меня прямо пробило на эмоции.

Наша команда собралась в спортзале чуть раньше намеченного срока. Как и команда соперников. Мы поглядывали друг на друга так, словно планировали настоящее сражение. Никак не меньше.

Рретане, с которыми нам предстояло играть в финале, показали себя в предыдущих играх одними из самых отчаянных и ловких. Я понимала, что придется несладко. И остальные ребята тоже. Поэтому Лаэрт сказал мне сразу:

— Не переживай, Лео. Если и не победим, мы все равно на втором месте.

— Да. Получим удовольствие! — добавил Фел.

Я даже не поняла, когда он начал меня поддерживать, а не подтрунивать. Видимо, моя игра изменила отношение этого бывалого вояки. Я уже знала, что Фел участвовал новобранцем в битве с оллами. Там, где Ториан стал героем.

Сам адмирал тоже появился в зале. Я поймала на себе его взгляд, и мне значительно полегчало. Словно крылья выросли за спиной.

Браслет щелкнул, оповещая о сообщении: «Я в тебя верю».

Он не назвался, на случай, если послание увидят мои сослуживцы. Но я и так знала, от кого прилетело сообщение.

Эванс так и не пришел. И это меня тоже неожиданно порадовало.

К старту игры я чувствовала себя более чем вдохновленной. Однако поначалу мы проигрывали.

Соперники, правда, оказались очень сильной командой. Даже против моей тактики у них нашлось противодействие. Они работали слаженно и синхронно. Если я проводила обманный маневр, рвалась вперед, за мной кидалась только часть игроков сектора. Остальные же караулили с другого конца поля, на случай, если я приторможу и устремлюсь обратно.

Прошмыгнуть между рядами игроков другой команды мне удавалось далеко не всегда. Едва я появлялась на горизонте, они плотно смыкали ряды.

Похоже, они следили за нами, изучили наши сильные и слабые стороны и вовсю применяли их. Даже то, что Фел лучше бил левой рукой. Его всегда оттесняли так, чтобы рретанину приходилось использовать правую — и он несколько раз промахнулся мимо кольца.

Казалось, что мы уже не отыграемся.

Однако я решила использовать тактику первой схватки. Там игроков соперника не было — они как раз разошлись на дежурства. Я ныряла вниз и выстреливала в гущу игроков другой команды, перехватывала шар и снова ныряла вниз. В следующий раз, когда они уже готовились ловить меня снизу, я двигалась в сторону и отдавала шар обманным пасом. Фел переключал на себя внимание мастерски. Он бил издалека, и его всегда старались заблокировать в углу, чтобы не добросил.

В это время я меняла положение, перебираясь под потолок. Фел не кидал в кольцо, как раньше, а пасовал мне. Охраняющие кольцо противника игроки бросались на меня. Я делала новый обманный маневр. Ныряла вниз, меня пытались заблокировать сверху, но вместо этого двигалась в сторону и снова пасовала Фелу. Тот как раз занимал удачную позицию, чтобы забить левой рукой.

При помощи такой тактики мы быстро отыгрались и начали вести в счете.

Однако ближе к концу финала, противники просекли наш маневр и стали блокировать Фела в углу зала в любом случае. Тогда в дело вступил Лаэрт. Он тоже хорошо бросал издалека. Но всегда уступал Фелу, потому что пас у того был гораздо сильнее.

Теперь мы втроем фактически вели игру. Остальные стремились оттеснить игроков другой команды, защищали корзину и при случае пытались забить.

До самого конца финала мы шли нос к носу.

Я даже уже мысленно согласилась на ничью. Однако в конце соперники дали маху. Заблокировали Фела, Лаэрта. И перестраховались. Я умудрилась проскочить между ними и забросить мяч в кольцо тем самым маневром, который мне ни разу не удавался вначале игры.

Мы выиграли! Спустившись на пол, я прыгала и кричала несколько минут. А рретане подхватили меня и начали подкидывать в воздух, вместе с Фелом и Лаэртом.

Мы радовались, как будто выиграли настоящую битву или завершили миссию экспедиции с победой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Качали нас долго. Адмирал стоял и улыбался, наблюдал. Однако спустя некоторое время его вызвали по комму. Ториан послал мне последний взгляд, улыбку, пока все были сосредоточены на нас и победе. И ушел.

— Ну, Лео! Жаль, ты не пошел вчера с нами в сауну. Было круто!

Да уж, было просто улетно…

Я даже хмыкнула. Но вслух ничего не сказала.

— Раз уж нас освободили на сегодня от службы, ты идешь с нами праздновать! — сообщил Фел как факт.

— Да! Да! Да! — поддержали его другие рретане из нашей команды.

— Эмм… Я не хотел говорить, но моя кожа не очень хорошо реагирует на сауну… Она очень подвержена аллергии… — попыталась я отказаться.

Но у команды были свои планы.

— Мы решили отправиться в бар и устроить там небольшую товарищескую попойку! Так что никакой сауны! И не говори, что у тебя аллергия на спиртное! На весь алкоголь галактики у тебя не может быть аллергии. А даже если и так, посидишь с чем-то другим.

— Вот именно! Ты герой дня! Пошли!

— Ребята! Если откажется, хватайте его и несите!

— Ладно тебе, Лео! Давай, соглашайся!

Я слушала бодрые реплики и понимала, что надо сходить с ребятами. Поддержать командный дух. В конце концов, мало ли что еще случится. Сплоченность нам не помешает. Тем более, что многие из моей команды по лейнболу работали в моем секторе корабля. И если что нам вместе держать оборону.

Я ни на минуту не забывала про каменных монстров, с которыми нам, возможно, придется сразиться.

Друзья в команде мне не помешают. Ториан же не сможет каждую минуту меня защищать и оберегать. Да и я не собиралась прятаться за его спиной. Иначе как докажу отцу, что достойна служить во флоте?

И хотя я планировала провести вечер и ночь с Торианом, решила, что не случится ничего страшного, если перед этим повеселюсь с товарищами по команде.

Мы отправились в один из самых больших баров на территории флагмана. Подобные заведения всегда строились на военных кораблях рретан. Считалось, что они помогают команде расслабляться.

Естественно, перед сложными миссиями все бары закрывались.

Нас встретили веселые клипы популярной группы рретан и абестанцев — такие смешанные дуэты стали модны в последнее время. Хрупкие девушки абестанки рядом с рретанами выглядели очень женственно. А большие и сильные рретане рядом с абестанками казались образчиками мужественности. Даже если среди представителей своей же расы не были самыми выдающимися в плане физических характеристик.

Фел первым занял большой белый пластиковый стол и позвал нас. Лаэрт и другие отправились к бару, где управлялась шустрая девушка-рретанка.

Казалось, у нее сто рук. Она успевала всех обслужить, протереть бокалы и устроить целое шоу с коктейлями. Налить в них разного цвета напитки, поджечь так, чтобы искры взметались в воздух или же бокалы начали переливаться всеми цветами радуги. Временами даже жонглировала посудой, используя не только руки, но и хвост. При этом едкими фразочками барменша легко отшивала слишком назойливых мужчин, что желали познакомиться поближе.

Я любила квоч — такой слабый алкогольный напиток со сладкими ягодами нетурции. А еще всякие коктейли с соками. Именно ими меня и снабжали.

Мы общались, смеялись, обсуждали игру. Вспоминали самые интересные моменты.

— Да они там ошалели, когда наш Лео первый раз выскочил снизу. Вообще потеряли ориентиры.

— А вы видели их лица, когда Фел первый раз забил с подачи Лео?

— А как они обалдели, когда Лео применил свою трюк с прошмыгиванием? В конце! Они уже и забыли об этом!

— А помните лицо их капитана, когда Лео забил решающий мяч?

— Да-а-а! Ему как будто большим шаром по голове попали!

Я хихикала, тоже включалась в беседу и постепенно хмелела. Не то чтобы сильно. Но спустя какое-то время чувствовала, как жар разливается по щекам и хочется больше смеяться.

Я немного расстегнула форму, потому что спиртное как следует разогрело.

— О! Наш Лео наконец-то стал компанейским! — воскликнул Фел, снова переходя на любимые поддевки. Но уже не такие как прежде — добрые и дружеские. — Это надо отметить!

С этими словами Фел лично пошел к бару и заказал еще выпивки.

Теперь беседы стали более задушевными и опасными для меня. Ребята рассказывали, кто откуда и как попал во флот. У меня же не было хорошей «легенды». Я как-то не подумала, что она понадобится, потому что не собиралась ни с кем близко общаться.

— Лео? Ты чего все молчишь? Про себя не расскажешь? — наконец Лаэрт заметил, что я избегаю делиться историями из своего прошлого.

На минуту я прямо остолбенела, совершенно не понимая, что бы такое поведать. А Фел подогрел:

— Давай, абестанец! Расскажи! Такие хиляки редко идут во флот! Что подвигло тебя?

— Лео! Раскалывайся!

— Давай уже, абестанец!

Куча вопросов и требований не оставляли мне выбора. Пока ребята подначивали и шутили на тему моей скрытности, я усиленно пыталась изобрести более-менее приличную легенду. Такую, чтобы не рассыпалась в прах. История с братом годилась только для того, чтобы отшить Эванса. Да и то не очень хорошо вышло.

О чем рретане плохо знают? О том, как живут абестанцы. О чем мне легче соврать? Про мамину расу, которой рретане практически не интересуются.

И я решила переплести правду с ложью, хорошо приправив это блюдо байками.

— Поспорил с братом. Он у меня гораздо крупнее. А я все детство болел. Вот мы и поспорили, что я поступлю во флот и дослужусь до звания офицера.

Рретане одобрительно загудели на первую часть моей легенды. Дальше все пошло как по маслу.

— Было сложно. Но я сумел. Это стало преодолением себя, и мне понравилось. А брата уволили за какие-то там нарушения.

— Наверное, он, как ваш Эванс, на мальчиков заглядывался! — захохотал Фел.

— Да нет! У абестанцев за такое не увольняют! Иначе половина их флота опустела бы! — хихикнул Лаэрт. — Они же толерантные!

— Ну ты молодец! Мужик! — похвалил Фел. — А почему отправился в миссию?

— Хотелось доказать себе и брату, что даже рядом с рретанами не ударю в грязь лицом!

Это пояснение тоже приняли с одобрительным гудением. Фууфф… Хорошо. Теперь у меня появилась легенда, и сослуживцам она понравилась.

— Давайте выпьем за Лео, в которого никто не верил, но все ошибались!

— Да! За Лео!

— За нашего маленького абестанца! Который стал большим мужчиной!

Не знаю, как на счет службы во флоте, а пили рретане как абестанцы. С тостами и весельем. Причем, почти не пьянели, так только были навеселе.

Меня слегка повело, и я решила пока ограничиться соком. Однако Фел настойчиво покупал мне еще и еще коктейли, поэтому приходилось хотя бы время от времени пригубить их.

Несколько раз браслет мигнул, сообщая о посланиях. Но я решила пока не смотреть, хотя знала, от кого они. Не самый лучший момент, чтобы читать сообщения Ториана, в присутствии кучи рретанских военных. Кто-то мог перехватить пару слов, и этого оказалось бы достаточно для волны сплетен. А то и полного разоблачения.

Я видела, что Ториан пишет все чаще и чаще, но никак не могла ему ответить. Потому спустя какое-то время решила сделать вид, что иду в туалет, чтобы все же пробежаться по посланиям адмирала. Браслет мигал почти постоянно. Значит, Ториан нервничает. Возможно, меня ищет.

Переживает. А может, даже и ревнует.

Я слышала, что свою пару рретане ревнуют к каждому дереву. Да и видела.

Отец на любой взгляд других мужчин в сторону мамы сразу подбирался, будто готовился драться. А после комплиментов в ее адрес так вообще иной раз из его рук и хвоста выскакивали шипы. Хотя мама обожала отца и никогда не смотрела в сторону других мужчин.

— Ребята, я пойду освежусь, — обратилась я к компании.

Те только закивали.

— Возвращайся, Лео! — Лаэрт похлопал меня по плечу.

Но в это же мгновение за спиной послышался рык Ториана:

— Эле… Леонард! Какого айтаха! Я ищу вас по всему кораблю! Вы не отвечаете на мои сообщения! Немедленно идите за мной!

Вся честная компания воззрилась на адмирала, который выглядел так, словно застал жену с целой толпой любовников. Глаза сверкали золотом, из костяшек рук выскочили шипы, из хвоста тоже. Поза само напряжение. Казалось, мощные мускулы вот-вот прорвут мундир.

Ребята пораженно переглянулись. Я пожала плечами, чтобы сгладить неловкость. Поведение адмирала казалось, по меньшей мере, странным.

А по большому счету — вообще поразительным.

Глаза Лаэрта расширились, и он убрал руку с моего плеча, потому что Ториан смотрел на ладонь парня так, словно вот-вот оторвет ее. Вместе с головой Лаэрта.

Фел вытаращил глаза на адмирала, но не проронил ни слова. Остальные только переглядывались.

Я встала и произнесла:

— Видимо, услуги личного помощника понадобились адмиралу Дэй Ниру. Простите, ребята. Увидимся.

— Быстро! — крикнул мне Ториан, чем вызвал еще более пораженные мины на лицах парней.

Я поторопилась к выходу, слегка покачиваясь и пытаясь протрезветь.

Мы с Торианом промаршировали до его каюты с такой скоростью, будто спасались от погони.

Я едва успевала за быстрым шагом адмирала. Он же оглядывался на меня так, словно готов съесть.

А стоило нам очутиться наедине, как Ториан зарычал:

— Эля! Что за айтаховы проделки? Я тебя жду, готовлю ужин, переживаю, скучаю… А ты… Ты сидишь и веселишься с кучкой офицеров? Ты настолько ветреная, потому что выросла при дворце?

Несправедливый упрек заставил меня подбочениться и вскинуть голову.

— Я имею право отметить победу в финале с сослуживцами! И я вовсе не обязана отчитываться перед тобой в каждом своем шаге! Ты мне не муж и не отец!

Последнее слово опять произвело на Ториана просто ужасное впечатление. Он зарычал и ударил кулаком в шкаф. Дверца покачнулась и рухнула на пол, с полки посыпались форма, белье, полотенца.

Следующий удар хвоста адмирала пришелся на столик, с которого слетела посуда и суп-пюре из нежных овощей растекся по полу зелено-оранжевыми лужицами.

Тарелки со звоном поехали по полу, но, по счастью, ударопрочный материал не разбился.

Запахло специями…

— Эля! Я ведь предупреждал, что Слияние — это как… как… Это соединение во всех смыслах слова! Я сделал тебя своей, хотя вполне представляю, что может сотворить со мной твой отец! Я пошел наперекор всему, даже своим принципам, чтобы стать твоим мужчиной! Я терпел воздержание столько дней. Тебе и представить сложно, что я при этом испытывал! И все ради твоего комфорта! Чтобы твой первый раз запомнился и был по-настоящему волшебным! А ты променяла меня на кучку молодых офицеров? Моя жизнь и любовь для тебя игрушки, избалованная принцесса?

Я поискала взглядом что-нибудь потяжелее. Так хотелось огреть его по голове, а затем прыснуть в лицо хотя бы чаем. Или кофе. Чтобы взбодрился.

А Ториана несло.

— Я люблю тебя! Эля! Наверное, тебе трудно это понять, что такое любить женщину всем сердцем, всем телом и душой, раз мои чувства для тебя ничего не значат!

Возможно, в другой ситуации его слова показались бы мне нектаром для души. Но в тот момент я не могла воспринимать их адекватно. Реакция Ториана на мою вечернюю прогулку в бар все испортила.

Я набрала в грудь побольше воздуха, в голове вертелись тысячи обидных фраз и гадких слов. Но вместо этого я заорала. Просто закричала в голос.

А затем схватила со стола чашку и грохнула ее об пол.

— Ториан Дэй Нир! Ты самый невыносимый ревнивец из всех, что я видела!

Стоило мне произнести это, как сильные руки схватили и стиснули почти до боли, а губы запечатали поцелуем. Властным, словно меня клеймили, сильным, сминающим сопротивление, будто меня присваивали…

Я пыталась вырваться. Брыкалась. Но язык Ториана все равно проникал в рот, практически насилуя.

В порыве гнева я молотила кулаками по груди, твердой как камень. Но адмиралу все было ни по чем.

Алкоголь мгновенно выветрился из головы. Я действительно разозлилась на Ториана за его поведение. Надо же, присвоил без моего на то согласия! Уже считает, что каждая моя минута принадлежит только ему!

Он вообще ничего не предлагал мне, не просил выйти за него замуж. Мало того, непонятно, как отреагирует на такую новость мой отец.

Но при этом Ториан вел себя так, будто я должна беспрекословно подчиняться и даже не смотреть на других мужчин.

Это сильно злило, в голове помутилось от гнева.

Ториан забросил меня на постель, сам упал рядом, не прекращая целовать. Его руки настойчиво трогали меня везде, он уже расстегивал мою форму. И поскольку был гораздо сильнее, мне оставалось лишь выдавать язвительные словечки, но я ничего не могла поделать.

Ториан освободил меня от одежды. Сам поднялся, чтобы раздеться. А я юркнула под плед, скрываясь от его пронзительного взгляда.

— Ты просто нахал! Ториан Дэй Нир! — не удержалась я, когда он снова опустился на постель. — Что, будешь насиловать?

При этом слове Ториан скривился, будто только что съел лимон.

Сравнение несколько отрезвило адмирала. Его хвост ударил по подушке возле моей головы.

— Я не собираюсь тебя насиловать, принцесса. Это недопустимо. Даже в таком состоянии. Но мне действительно хочется тебя отшлепать. Давно нужно было это сделать, — процедил он. — Ты повела себя… мягко говоря, неправильно. Ты теперь моя женщина.

— Я пока еще своя собственная, — с обидой бросила я.

Все мои нежные чувства на время куда-то испарились, уступив место непониманию, зачем я вообще ввязалась во все это. Теперь адмирал никогда не оставит меня в покое, будет ревновать к каждому столбу. Готова ли я к тому, чтобы полностью изменить жизнь? Стать ему верной спутницей. Не просто любовницей, а его собственной женщиной.

Во время Слияния я почему-то об этом не думала…

— Ты понимаешь, что значат для меня эти отношения? — прорычал Ториан. — Что бы ни случилось, я буду отстаивать нашу связь, буду бороться за свою любовь. Это выше меня. Это заложено природой в рретанских мужчинах. Ты лишь наполовину рретанка и, возможно, плохо разбираешься в том, чем все может обернуться. Но я не сдамся. Эля…

Его голос стал хриплым, практически срывался. В какой-то момент мне стало страшно. Но я тут же напомнила себе, что не должна паниковать. Он не сделает мне ничего плохого.

Это лишь гормоны, которые влияют на его разум.

Ториан опустился на постель, зафиксировал мои руки над головой одной своей большой ладонью. Второй рукой сорвал с меня плед и отшвырнул в угол каюты. А потом поцеловал шею, губы…

Целовал долго, пока я не замолчала.

У меня не осталось сил спорить. Прикосновения рретанина вызывали желание, я хотела его снова, как и все предыдущие дни.

Незаметно для себя я стала подаваться навстречу и постанывать. Ториан принялся покрывать поцелуями все мое тело. Нетерпеливо. Горячо.

Низ живота ныл от желания поскорее соединиться. Хотя я еще пыталась протестовать и для приличия возмущалась.

— Я не знаю, что будет потом, принцесса. Но сегодня я не отпущу тебя, не позволю кому-то смотреть на тебя… Даже твоим коллегам, — рвано проговорил он, лаская меня между ног руками и даже хвостом.

— Они ведь видят во мне лишь парня! — возмутилась я, тяжело дыша от его касаний.

— Главное, что вижу я, — отрезал Ториан, а потом закрыл мой рот поцелуем, чтобы поменьше говорила.

— Какой же ты эгоист! — только и смогла я произнести в перерыве между поцелуями.

— Маленькая, эгоист здесь лишь ты. Ты ведь знаешь мое положение. Завтра мы прибудем на новую планету, я и так весь на нервах. А ты решила доконать меня окончательно.

Я замолчала, вспомнив о миссии. По идее, мы должны были отправиться с Торианом в разведку. А я совсем расслабилась с другими офицерами, что останутся на корабле. Несколько опрометчиво с моей стороны.

Но подумать толком адмирал мне не дал.

Он прижал меня к кровати, раздвинул ноги. И вошел, заставив застонать от неожиданности. Проникновение отдалось слабой болью, но я хотела вновь почувствовать все то, что и в первый раз. Чтобы Ториан брал меня так же неистово, без всяких разговоров.

Боль прошла почти мгновенно. И я обхватила ногами бедра мужчины. Вокруг лодыжек обвился хвост, не давая мне сменить позу. Ториан делал толчки, раз за разом заставляя вскрикивать от наслаждения. И все мои мысли переключились на него. Я действительно воспринимала его, как своего мужчину. С этим трудно было спорить.

Наверное, он прав, я просто эгоистка.

Ведь я рискую только неодобрением отца. А Ториан — всем. Если подумать, абсолютно.

Положением правой руки правителя Рретана, который может со злости выгнать адмирала с поста. Мнением света. Вряд ли на Рретане, где ценят преданность своим королям, отнесутся к нашей связи с пониманием и, уж тем более, одобрением.

Средствами. Конечно, я знала, что у Ториана есть личные счета и очень даже немаленькие. Но все когда-то заканчивается. А без работы, в роли изгоя на собственной планете, сложно хорошо зарабатывать.

Я ведь сама первая его спровоцировала, не подумав о том, чем все может обернуться. Да и кто знал, что я окажусь той самой для железного адмирала?

И тем не менее, Ториан со мной. А от меня требуется такая малость… Всего лишь не бесить его задушевными посиделками с другими мужчинами. Которых рретанин, нашедший пару, инстинктивно воспринимает как соперников. Даже если они всего лишь мои сослуживцы и видят во мне парня.

И теперь, когда адмирал делал все, чтобы я получила удовольствие, я переосмыслила свое поведение. И свое мнение о его эгоизме.

Даже не вспомню, сколько раз за эту ночь я дошла до пика наслаждения. На какое-то время обида забылась, отошла на второй план.

Ториан был безупречным любовником. В этом я смогла убедиться сполна. Но переубедить его в чем-то довольно сложно. Это я знала тоже. Поэтому решила не вспоминать упреки, а просто наслаждаться нашей близостью.

Уснула я на груди железного адмирала, полностью вымотанная и абсолютно счастливая. Ториан даже во сне обнимал меня, прижимая к себе руками и зафиксировав хвостом. Словно напоминал о том, что я теперь принадлежу лишь ему одному.