Глава 29-1

Эмили Эфор

После мертвецкой, где Оливер долго и задумчиво рассматривал сваренный мной антидот, задавая правильные вопросы, и которым он остался доволен, мы отправились в кабинет к Лестеру. Всё оставшееся время Хайд перебирал бумаги, много раз с кем-то связывался, то и дело, накидывая полог тишины, и с каждой минутой мрачнея всё сильнее. От мужчины, способного на сострадание и беспокойство не осталось и следа, его терзали мысли, которыми он не спешил ни с кем делиться.

Один раз заглядывал Джеймс и предлагал мне пойти попить с ними чай, но Лестер в категоричной форме сказал, что я останусь здесь. Мужчина ушёл, понимающе хмыкнув, а потом к нам заявился Ким. Он не спрашивал дозволения у начальства, просто занёс в кабинет поднос со всевозможными лоточками и огромным термосом.

Хайд бросил на него недовольный взгляд, но тот ни капли не устрашился, лишь сказал, пожав плечами:

– Иногда всем нам нужна еда.

С этим Лестер не мог поспорить, пришлось прерваться на обед.

Я тоже зря времени не теряла. Когда Ким кое-как примостил поднос на заваленный бумагами стол, я выдала ему несколько флакончиков с успокоительным, сказав, чтобы раздал всем. Парень смешливо хмыкнул, но ответил согласием.

Когда мы выходили из управления, там уже почти никого не было. На столицу опустился вечер. Небо было чистым, так что то тут, то там, виднелись яркие звёзды.

Магмобиль дожидался нас у входа и когда только мы сели в него, Лестер шумно выдохнул и посмотрел на меня.

– Устала? – бросил он тихо, пытаясь улыбнуться, но улыбка вышла кривая и какая-то безжизненная.

– Не больше тебя, – отозвалась легко.

Он хмыкнул и магмобиль плавно тронулся с места.

– Тебя что-то беспокоит, – не спросила, а произнесла утвердительно.

Нужно быть слепой, чтобы не заметить этого. С одной стороны, я понимала, что всё происходящее вовсе не добавляло спокойствия, но здесь было замешано что-то ещё, чего я не понимала, но чувствовала.

Лестер усмехнулся, бросив на меня быстрый взгляд и тут же возвращая его на дорогу.

– Меня беспокоит всё, но, – он сделал выразительную паузу и всё же закончил, – твоё участие во всём этом больше всего.

– Я постараюсь быть полезной, – произнесла осторожно.

– Это-то и пугает, – уже открыто усмехнулся Хайд. Обидеться я не успела, да и не планировала, если честно, он продолжил: – Я рос в таком окружении, где было не принято проявлять эмоции и помогать другим. Безразличие и холодность были нормой. Потом, когда я пошёл не на тот факультет, на котором меня хотел видеть отец, и семья вычеркнула меня из родовой книги, стало проще. Оказалось, что не все люди вокруг меня живут ради денег. Особенно на границе, где я служил несколько лет. Там любые деньги теряли ценность, высшую ступень занимали умение выражать сострадание и защищать спину тех, кто рядом с тобой.

Он говорил, а я изучала его профиль. В каждом его слове было что-то такое, что буквально выворачивало душу. Я почему-то представила этого сурового мужчину юным мальчишкой, которому приходилось учиться жить заново. И это было больно. Но я боялась прервать его. Я, по сути, ничего о нём не знала, кроме того, что все в отделе безоговорочно уважали его. Это, конечно, много говорило о человеке в целом, но мне хотелось большего – прошлого, настоящего, того, что творилось в его душе. Поэтому я затаилась, ловя каждое слово.

– Если ты думаешь, что только тебе досталось от меня, то спешу разуверить, – он хмыкнул, но совершенно безрадостно, – я ко всем отношусь не очень-то хорошо. Вряд ли меня можно назвать душой компании, – ещё одна усмешка.

Это уж точно.

– Но ты хороший начальник, – попыталась поддержать его.

На этот раз он не улыбнулся.

– «Хорошесть» заключается в том, чтобы все твои подчинённые, какой бы сложной не была операция, остались живы, а сейчас я не могу этого гарантировать. Это убивает больше всего.

– Ты же не можешь сражаться со всем в одиночку, – кажется, я стала понимать, к чему он клонит.

Если дать ему волю, то будет лезть в пекло сам, не привлекая никого. Но это неправильно. Это глупо. Он это знал и из-за этого злился ещё сильнее.

– Не могу, – со вздохом согласился он.

Он взял паузу, а я не смогла промолчать:

– Рядом с тобой те люди, с которыми тебе по пути. Они готовы идти за тобой, зная, что их ждёт, готовы жертвовать…

Тут он резко ударил по тормозам и посмотрел на меня так, что я задержала дыхание:

– Не нужно ради меня жертвовать собой, слышишь?

Вспышка была такой яркой, что я даже не нашлась, что ответит.

Лестер на мгновение прикрыл глаза, шумно выдохнул:

– Послушай, Эмили, – начал он чуть мягче, – что бы ни произошло, ты не должна жертвовать собой. Я знаю, что для тебя это так же естественно, как и дышать, но пообещай мне…

– Что? – выдохнула, когда он вновь замолчал.

– Пообещай, что будешь выполнять всё, что я тебе скажу. Это ради твоей же безопасности. Так… будет лучше. Во всяком случае, я надеюсь, что именно так и будет.

И как ему пообещать подобное? Но в его глазах было столько страха, столько нежности, совершенно для него не характерной, что я тихо произнесла:

– Я постараюсь.

Он ещё несколько секунд смотрел на меня, а потом магмобиль вновь тронулся с места.

– Знаешь, у меня есть несколько знакомых целительниц, которые были готовы пожертвовать собой, ради других. Это очень… больно, для тех, кто их любит. Смотреть на то, как она намеренно идёт туда, откуда может не вернуться, делает то, что может навсегда сломать её жизнь. Поступает по совести, обрекая близких на страдания.

Это были не просто слова, не просто предостережение, это было… почти признание. Тогда я тоже должна была сказать ему:

– Это работает и в другую сторону, – прошептала, отворачиваясь к боковому окну. – Если не попытаться спасти того, кому можешь помочь только ты… Как потом жить с этим грузом?

Дар целительства – это не только о том, что ты помогаешь людям лишь в комфортных для себя условиях. Это о том, что ты будешь делать даже невозможное, лишь бы потом быть в ладах с собой. Лишь бы не просыпаться ночами от мыслей, что ты использовала не все ресурсы, не все знания, и сдалась тогда, когда сдаваться было нельзя.

Лестер тяжело вздохнул.

– Я обязательно познакомлю тебя с Аделией, и с Одри, а ещё есть Софи… Думаю, с этими тремя вы быстро найдёте общий язык.

Я посмотрела на него и не смогла сдержать улыбку.

Тут он бросил взгляд в зеркало заднего вида и нахмурился. Магмобиль заскользил вперёд быстрее. Я тоже посмотрела назад – за нами ехал чёрный магмобиль, но лица того, кто был за рулём, видно не было. Его словно скрывала чёрная пелена.

– Это… – начала, но так и не смогла закончить мысль.

Лестер кивнул:

– Они следят за нами.

До самого дома мы ехали в напряжении. Разговор, естественно, больше не клеился. Я в уме перебирала все зелья, которые были со мной. Некоторые из них вполне сгодятся для обороны.

– Всё будет хорошо, – Хайд явно пытался меня успокоить, но, что удивительно, я была спокойна. Руки не дрожали, и сердце билось ровно, без рывков. Поздно бояться, я завтра вовсе собралась в логово змей, нельзя позволять эмоциям брать верх.

Мы остановились у дома, магмобиль, преследующий нас – метрах в десяти.

– Я выйду первым, – напряжённо проговорил Лестер, я же замерла.

В руках я сжимала ослепляющее зелье – мой неизменный помощник.

Хайд обошёл магмобиль и открыл дверь – она оказалась прямо напротив калитки. В магмобиле тех, кто нас преследовал, не было ни единого движения. Они просто наблюдали, что нервировало наравне с любыми активными действиями.

– Заходи в дом, – не спуская глаз с преследователей, глухо бросил Лестер.

Я послушалась, ведь обещала, но при этом, зайдя за калитку и чувствуя обволакивающую мягким коконом силу дома, протянула ему руку и попросила:

– Идём со мной.

Хайд бросил на меня быстрый взгляд, сомнение отразилось в его глазах, но… Слава всем богам, он не стал геройствовать. Захлопнул дверь магмобиля и обхватил своими пальцами мою ладонь.

Секунда и мы были под защитой дома. Только тогда я смогла выдохнуть. А дом… Дом был возмущён. Это чувствовалось в удушливом цветочном запахе, в лёгком ветерке, качающем листья, в неестественном блеске окон.

– Будь внимателен, – тихо произнёс Лестер и дом замер. А после согласно зашевелил ставнями, захлопывая их с громким стуком.

Послышался шум мотора и на улице, скрытой в молочном тумане защиты, стало тихо.

– Нас просто предупредили, – зло выдохнул Хайд. А я… подошла к нему и крепко обняла. Мне нежны были ответные объятья, которые он, спустя пару секунд неподвижности, всё же подарил мне.