Глава 24

То, что мы делали с Эдуардом Александровичем, танцем лишь называлось, на самом деле мужчина, бросая на меня сальные взгляды, отвел в центр зала, обнял, словно мы не виделись целый год, и он страшно соскучился, а потом стал топтаться на одном месте. Я, соответственно, тоже переминалась с ноги на ногу и изображала, что получаю несказанное удовольствие от процесса. На самом же деле, взяв волю в кулак, едва сдерживалась, чтобы не залепить клиенту звонкую увесистую пощечину за то, что его рука нет-нет да сползала с талии вниз. Мужчина, правда, ее возвращал на место, но от этого легче совсем не становилось.

В какой-то момент я забыла и о том, что нужно улыбаться Эдуарду Александровичу, и о его неуемной руке, и, собственно, о самом мужчине в принципе, потому что заметила, как в толпе гостей премило общаются Коварж с моей подругой Мариной. Девушка не выглядела пришибленной, как обычно случалось, когда она разговаривала с Сергеем, наоборот цвела, улыбалась и, судя по реакции босса, о чем-то шутила.

Вроде бы ничего такого, я тоже ведь пускаю Коваржу в глаза пыль, но почему-то мне эта ситуация и поведение подруги до невозможности не понравились. Какого черта она лыбится ковшику и преданно на него смотрит?

Как бы Мариша не перешла во вражеский стан из-за того, что мой план оказался провальным. Хотя нет, этого просто не может быть. Подруга слишком его ненавидит за то, что он заставляет ее работать по полной программе, не дает убегать из офиса домой чуть пораньше и за бесконечные штрафы, которые он выписывает всем подряд, а Марине в особенности.

Подруга, видимо, почувствовав на себе взгляд, резко обернулась в мою сторону, и Коварж, проследив за ее взглядом, тоже на меня посмотрел.

Теперь Сергей довольным не выглядит, хотя чему тут удивляться. Я, похоже, его бешу только тем, что существую. Мужчина, не отводя от меня глаз, прищурился и отпил из бокала, что держал в руках, затем лишь на секунду развернулся к Марине, что-то ей сказал, и она ускакала галопом. Сам же Сергей, когда отослал собеседницу, продолжая пялиться на нас с Эдуардом Александровичем, приблизился к условной границе того места, где танцевали пары, остановился, залпом осушил свой алкоголь, поставил бокал на поднос официанта и… о ужас… двинулся дальше.

Мысленно посылаю сигнал Коваржу, чтобы он прошел мимо, но интуиция буквально вопит, Сергей не зря выбрал маршрут, который ведет ко мне и клиенту. У босса есть крайне неудачная цель — разбить нашу пару с Эдуардом Александровичем.

«Ковшик, не дури, не вреди бизнесу, проходи мимо. Слышишь, кому говорю?»

Чудо, естественно, не случилось. Коварж никуда не свернул, все-таки близко к нам подошел и теперь дышит в спину ничего не подозревающему клиенту.

— Прошу прощения, Эдуард Александрович, — похлопал по плечу моего партнера начальник. — Вы не уступите мне Алену Анатольевну? Нам с моим заместителем срочно требуется обсудить крайне важный вопрос.

Партнер сначала состроил недоуменное лицо, но потом обернулся на босса.

— Что, простите? — холодно уточнил Эдуард Александрович.

— Я бы хотел украсть вашу партнершу по деловому вопросу, — повторил Коварж. — Вы особо ничего не теряете, танец скоро закончится, а у нас с Аленой Анатольевной каждая секунда на счету.

Навострила ушки, чтобы послушать, как Эдуард Александрович далеко и надолго отправит Коваржа с его «уступите мне Алену Анатольевну» и довольно улыбнулась, предвкушая кислое лицо босса после того, как он получит отказ. А то Сергей совсем разбаловался в должности директора. Привык, что ему все что угодно дозволено, и никто слово против не говорит. Ничего, его сейчас наш постоянный клиент быстро и результативно на место поставит.

Эдуард Александрович молодостью и внушительными габаритами, как Коварж, конечно, похвастаться не может, зато он определенно выше его по социальному и финансовому положению. Сергей просто наемный работник и живет на заработную плату, а мой партнер по танцу владелец крупной строительной фирмы, да и характер у него не самый простой. Это он со мной такой милый и приветливый, потому что девушка и немного ему нравлюсь, но я слышала, как он с людьми разговаривает. Кровь в жилах стынет и волосы на затылке шевелятся от его властного холодного тона.

Так что, Коварж, держи карман шире. Ничего тебе тут не светит, сейчас как побитая собачонка поковыляешь обратно, поджав хвост.

Когда Эдуард Александрович убрал с моей талии руку и отступил на шаг назад, я чуть вслух не возмутилась творящемуся безобразию, но когда клиент заговорил, моя челюсть от удивления буквально отвалилась и теперь валялась на полу.

— Ну, надо так надо… — это мой бывший партнер сказал Коваржу, а у меня он спросил: — Алена, вы же не против?

Конечно я против! Очень!

— Нет, — вразрез мыслям ответила я.

— Тогда оставляю вас наедине, в условном смысле, разумеется, — улыбнулся клиент, подмигнул мне и ушел восвояси. Гад.

Коварж смотрит на меня, а я смотрю на Коваржа, причем зло, всем своим видом демонстрируя, как недовольна я поступком Сергея.

Босс же плевать хотел с Эйфелевой башни на мое возмущение. Он, ухмыляясь, чуть развел руки в стороны, явно приглашая к нему приблизиться и приобнять.

Еще чего не хватало!

Из принципа и вредности к начальнику не подойду. Я к нему в партнерши не набивалась. Если хочет со мной танцевать, пусть сам подходит, сам обнимает, сам двигается под музыку, а я в свою очередь буду старательно изображать из себя неповоротливое бревно и даже ногу с одного места на другое не переставлю.

Сергей, по всей видимости, особо и не рассчитывал, что я со щенячьим восторгом брошусь к нему, потому как долго не стал ждать, за один шаг сократил между нами расстояние до нескольких сантиметров, взял мою ладонь в свою, приобняв, положил руку на лопатку, и ахнуть я не успела, как босс в плавном темпе закружил меня в танце.

Коварж вел уверенно, но вместе с тем непринужденно. Его умение танцевать трудно было назвать профессиональным, но та легкость и непринужденность с которой он двигался с лихвой окупали отсутствие изнурительных тренировок. Как я не силилась по максимуму не двигаться, но тело само плыло за Сергеем и откликалось на все его па. В конце концов я расслабилась и сразу заметила, какая потрясающая на самом деле звучит песня, как красиво прожекторами подсвечивается площадка для танцев, какой манящий аромат витает в воздухе. Смесь из запахов древесины, чего-то цитрусового, а еще пряного и свежего.

Так, стоп.

Зачем я принюхиваюсь к Коваржу?

Это, что ли, его парфюм мне так приглянулся!

Все. Докатилась. Надо отключать инстинкты с эмоциями и уже пора включать мозги, а то скоро таким темпом тоже, как коллеги-сотрудницы, не стесняясь окружающих, начну томным взглядом на босса смотреть и слюни пускать.

— Вы зачем это сделали? — очухавшись от чар начальника, как змея прошипела я.

— Алена Анатольевна, а у вас что, спина больная? Если так, то больше я не стану прогибать вас в пояснице, — Сергей сделал вид, что не понял о чем это я толкую, а еще и остеохондроз мне зачем-то приписал.

— Я не о танце сейчас говорила, а об Эдуарде Александровиче. Вы хоть знаете с кем вы прервали мне танец? Самым, между прочим, нахальным образом.

— Почему это не знаю, очень даже. Эдуард Александрович — один из крупнейших клиентов агентства.

— Не один из… а самый крупный, — не удержалась и уточнила я, причем таким противным и визгливым голосом, что сама поморщилась.

— Ну и что из того, — хмыкнул Сергей, словно это не он каждый божий день с пеной у рта твердит и твердит, что агентство у нас маленькое, и надо его выводить на качественно новый уровень, а сам с лучшим клиентом обошелся пренебрежительно.

— Как что? Эдуард Александрович — мужчина самолюбивый, а еще он любит со мной в заигрывания поиграть, а вы взяли, подошли и весь кайф ему обломали. Нет, я, конечно, как девушка вам благодарна, особой радости мне его общество не доставляло, но как сотрудник агентства я от вашего поведения просто в бешенстве. Вы в следующий раз, пожалуйста, советуйтесь, перед тем как подобное вытворять. Вот скажите, ради чего вы это сделали?

Коварж глубоко вздохнул, прижал меня чуть ближе, чем раньше, ладонь сжал сильней, чем до этого и произнес:

— Задайте мне тот же вопрос, но не обезличено. И я вам подробно отвечу.

— Не поняла? — напряглась я, догадываясь, что начальник просит назвать его по имени, но еще не теряя надежды, что могу ошибаться.

— Алена Анатольевна, скажите: «Сергей Вацлавич, ради чего вы прогнали моего дряхлого старикашку? Мне так нравился звук сыплющегося песка из его… ну, в общем, вы и так знаете, откуда и что у Эдуарда Александровича сыпалось.

Твою же… И что теперь делать? Вацкать, Клацкать, а именно это и будет выдавать мой язык, если попытаюсь отчество Коваржа произнести.

Пока судорожно соображала, как выпутаться из ситуации (вариант попробовать произнести отчество Сергея отмела сразу, как бесперспективный), красивая мелодия, наполнявшая зал ресторана звуками, начала играть чуть тише, а вскоре и вовсе потухла.

Тот факт, что танец закончен, конечно, проблему с выполнением требования босса полностью не решал, но хотя бы давал отсрочку. Пока мы с Коваржем уйдем с условной площадки для танцев, пока найдем тихое место для продолжения разговора, пока я напьюсь воды, а у меня точно случится острый приступ сухости горла, в голове наверняка родится какая-нибудь светлая мысль, как выйти «сухой» из сложившейся ситуации.

— Алена Анатольевна, мне долго жать пока вы созреете? — раздраженно поинтересовался начальник.

Вместо того, чтобы ответить, несмотря на то, что босс продолжал двигаться, остановилась и попыталась вытянуть свою ладонь из руки Коваржа.

Мало того, что Сергей не отдал мне ладонь, так он еще, пользуясь тем, что сильнее, заставил танцевать меня дальше, хотя из колонок уже как несколько секунд доносилась зажигательная песня на новогоднюю тему.

— Что вы делаете? — уже более активно вырываясь из цепких лап, запротестовала я. — Давайте отсюда уйдем. Мы смотримся как два недоумка, продолжая танцевать медленный танец!

— Мы еще не договорили, так что танцуем, — заявил Коварж, и так как я усилила сопротивление, босс в свою очередь тоже не постеснялся увеличить количество силы, которую он ко мне применял, принудительно заставляя двигаться вслед за ним.

Уверена, мы с начальником теперь больше похожи не на танцующую пару, а на двух боксеров-тяжеловесов, которые за несколько раундов так вымотались колотить друг другу морды, что обессилили и продолжают бой в обнимку, просто топчась на одном месте.

— Если вам так хочется, позорьтесь один, а я пас. Да отпустите вы меня. Ну в самом деле, сколько можно! — рычала я, причем достаточно громко. Если бы кому-то пришло на ум резко выключить музыку, то, думаю, меня бы услышали и все коллеги, и все поголовно гости.



— Что же вы так нервничаете, Алена Анатольевна? Вот если бы мы с вами под медленный танец скакали, тряся головой, то да, был бы неловкий момент. А сейчас я считаю, что наши движения вполне допустимы, — издевательским тоном заметил Сергей, отчего мое желание его пнуть раздулось до невообразимых размеров. — К тому же, если вам так некомфортно, что же вы молчите? Обратитесь ко мне по имени отчеству и все.

Умный какой. Обратитесь к нему… Как? Если мой язык отказывается произносить хоть на первый взгляд и не очень заковыристое, но крайне невыговариваемое отчество!

— Из принципа, так как вы настаиваете, к вам не обращусь, пока мы место разговора не сменим, — бросила я. — А еще, раз уж вы удерживаете меня в этой глупой ситуации, пользуясь тем, что мужчина и физически гораздо сильней, то и я воспользуюсь тем, что девушка. Так что лучше отпустите, а то потом вам же будет неудобно перед гостями за собственноручно организованный скандал.

— Крайне любопытно. И что же вы намереваетесь, как девушка, предпринять? — с каким-то мальчишеским азартом спросил босс.

— Да много чего… — прищурившись, сказала я. — Например, закричу или притворюсь, что вы делаете мне больно. Кстати, отчасти это будет даже правдой. А еще я могу попросить у какого-нибудь другого мужчины помощь. И поверьте, мужчину я выберу правильно. Подберу комплекцию, как у Антона, с которым вы недавно сцепились и от которого я зачем-то вас спасла. Или еще лучше, вдруг мне так сказочно повезет, и я замечу в толпе Антона и подзову его…

— Это вряд ли, — как-то чересчур довольно и уверенно пропел Коварж. — Антон вам в данный момент точно не помощник. У него другие дела, в совершенно другом месте.

— Это какие и где?

— Предположу, что сейчас Антону в близлежащем травмпункте доктор накладывает гипс на сломанную правую руку, — не без самодовольства ответил мне на вопрос Сергей и внимательно на меня смотрит, следит за реакцией, и она есть, я просто в шоке.

— Пожалуйста, скажите, что это не вы Антону руку сломали, а произошел банальный несчастный случай.

— Если я так скажу, то навру, а я, в отличие от вас, крайне не люблю лгать людям, — помимо того, что Сергей огорчил, так он еще не удержался и кинул очередной камень в мой огород.

— О-о нет, — простонала я и от ощущения вины за случившееся перед Антоном зажмурилась и, склонив низко голову, уперлась лбом в солнечное сплетение Коваржа.

— Так что, Алена Анатольевна, если вы еще хотите подкинуть доктору из травмпункта клиента, то позвать на помощь — это самый верный вариант. Ну так как на счет того, чтобы обратиться ко мне по имени и отчеству?

— Да пожалуйста, Дьяволов Черт Люциферович.

