Глава шестнадцатая
Филч недоумённо остановился у кабинета наставников, почувствовав запах еды, который доносился из-за приоткрытой двери. Никто из магистров не позволял себе есть в кабинете, зная, как ректор к этому относится. Тогда кто же там додумался устроить трапезу?
Повернул ручку и удивлённо вскинул брови, увидев презабавную картину. На широком подоконнике сидел никто иной, как Первый тьмаг Королевства и с удовольствием поглощал длинную лапшу в наваристом густом бульоне с овощами и мясом.
Филч обескураженно посмотрел по сторонам и усмехнулся.
— Я правда вижу то, что вижу? Что ты тут забыл? — прошёл в кабинет, бросая папку с ведомостями на свой стол.
— Прячусь, — отозвался Элиот, причмокивая. Взял с подноса салфетку и вытер губы.
— Прятался бы в своём кабинете, — хмыкнул Филч, устало падая в кресло. Первогодки ещё учиться не начали, а уже всю душу вытрясли. Поганцы…
— В моём небезопасно, это же очевидно, — флегматично изрёк Элиот, втягивая лапшу. От тарелки исходил ароматный пар, только сильнее раздразнивая аппетит. Вкусно… — Небезопасно даже в жилом павильоне. Эти аристократки пугают…
Филч потянулся до хруста в позвоночнике и грузно опустил руки на стол.
— Не переживай, месяца через три останутся только самые стойкие. Те, кто действительно захотят стать тьмагами, те, кто услышат безмолвный зов тьмы в своей крови. Таких будет единицы… Волчонок твой, например… — добавил после задумчивой паузы.
Элиот улыбнулся.
— Волчонок другая. Если всё сделать правильно, она не только останется, но станет сильнейшим тьмагом среди женщин.
— Но не такой сильной, как твоя первая ученица? — иронично протянул Филч, вскинув бровь.
— Ум… — Элиот деланно задумался. — Их нельзя сравнивать. Сара и Алиса слишком разные. По своей природе, по воспитанию. Сейчас Сара сильна физически, но тогда она имела только дар, положение в обществе, и несгибаемый характер. Волчонок тоже его имеет, при этом уже сейчас она обладает хорошим уровнем физической подготовки. Осталось раскачать дар и научить её азам.
— И стреляет отлично, — мечтательно хмыкнул Филч, вспоминая перекошенное недоверием и тихой ненавистью лицо Хэмптона. — Ты поэтому ею заинтересовался? Потому что она другая?
Элиот замер с палочками для еды у рта, склонил голову набок и неуверенно кивнул.
— В первую очередь меня привлёк её дар, он необычный и кое-что мне напоминает, а я страсть как люблю всё необычное, — его губы растянулись в предвкушающей ухмылке. — Волчонок скрывает своё происхождение, хранит какой-то секрет, она вовсе не простая сирота с внезапно пробудившимся даром. Она гораздо более удивительна, но… но я не хочу спешить и разгадывать её слишком быстро, — протянул, выпятив губы, словно обиженный ребёнок. — Какой тогда смысл от тайны, если разгадать её сразу? Слишком скучно…
Филч закатил глаза.
— Это ты слишком бессмертный, поэтому тебе всё и скучно. Скучно само твоё существование…
— Поэтому я развлекаюсь как могу, — Элиот очаровательно улыбнулся, поставил пустую тарелку на поднос и соскочил с подоконника.
На столе засветился кристалл-связи. Филч потянулся, провёл по поверхности ладонью и ничуть не удивился, увидев лицо секретаря уважаемого ректора.
— Господин Данк? — позвал он, даже не взглянув на Филча. — С вами пытается связаться Старший дознаватель Управления порядка.
— Спасибо, Дарил, я сейчас сам с ним свяжусь, — отозвался Элиот, наливая себе в стакан воду из графина.
— Эм-м… господин Данк… адептки продолжают атаковать приёмную, всё интересуются, когда вы вернётесь. Подарки уже некуда складывать… — жалобно произнёс секретарь.
Элиот глотнул воды и прочистил горло.
— До начала учебного года точно появлюсь. А ты держись там, я в тебя верю, — усмехнулся и провёл по кристаллу, прерывая связь.
Филч закинул ноги на стол, сцепляя руки в замок на груди.
— И что у тебя за дела с человеческим дознавателем?
Элиот криво усмехнулся.
— С каких пор ты стал таким любопытным? Побойся Милосердных, Эрик… — поцокал языком и приложил ладонь к кристаллу.
Дознаватель ответил быстро. Видимо ждал…
— Господин Данк, — произнёс он сдержанно. — Нашли Анну Морей. Готовы записать?
— Я запомню… — хищно оскалился Элиот, ощущая знакомое жжение и зуд в груди…
Дознаватель продиктовал адрес, после чего Элиот сразу выдвинулся в путь, оставив Филча вместо себя. За старшего. Сомнений не было, друг справится. И с первогодками, и с магистрами, и за Волчонком присмотрит…
К счастью, бывшая «возлюбленная» Короля давно перебралась с юга и обосновалась рядом со столицей. В Старом городе, в небольшом поместье. Вышла замуж за графа Вельского, имеет взрослого сына и никаких забот.
«Ну, пока никаких…» — усмехнулся Элиот, укрываясь тьмой. С изнанкой он давно на «ты» и не боялся провалиться в другую реальность, передвигался легко и непринуждённо, гораздо быстрее, чем, если бы взял экипаж. Да, такие путешествия были энергозатратны, но серафим мог себе позволить подобную роскошь…
Вышел на Грозовой и пошёл вверх по улице, на ходу поправляя сюртук. Не терпелось увидеть лицо Эдриана, когда он узнает, что миленькая девочка с пышными золотыми локонами действительно его дочь. Каким оно будет?.. лицо демона, впервые заимевшего ребёнка от смертной, пусть и драконорожденной…
Вокруг поместья Вельских тянулась высокая ограда, обвитая зелёным плющом. На воротах висел колокол и от него тянулась верёвка, за которую, видимо, нужно было потянуть. Звон разлился по всей улице и, кажется, даже в глубине двухэтажного дома.
Вскоре калитку отворил средних лет дворецкий, одетый в чёрно-белую ливрею. Учтиво поклонившись, заложив одну руку за спину, он чинно поинтересовался:
— Доброго дня, господин… — в глазах дворецкого мелькнуло узнавание, — Элиот Данк. Могу я уточнить, что привело вас в дом графа Вельского?
— Мне необходимо встретиться с графиней Вельской, — фальшиво улыбнувшись, произнёс Элиот, приходясь внимательным взглядом по участку.
— К сожалению, её сиятельство никого не принимает. С утра разыгралась мигрень, — бесстрастно вымолвил слуга, но в серых глазах сверкнул страх. Элиота всегда окружала подавляющая энергетика, с которой он ничего не мог поделать, да и не хотел, поэтому его и боялись…
— Уверен, от моего визита у бывшей госпожи Морей мигрень разыграется ещё сильнее, — невозмутимо произнёс Элиот. — Но что поделать, приказ Короля. Или лучше прислать повестку, как считаете? А, может, послать за её сиятельством дознавателей?
Краска схлынула с лица дворецкого, делая его мертвецки-бледным.
— Нет-нет… — вымолвил он сипло. — Я сейчас же доложу госпоже, пройдёмте…
Элиота усадили в гостиной возле потухшего камина и одинокого рояля, которым, наверное, никогда не пользовались и накрыли стол для чаепитий.
— Лучше кофе, — лениво протянул Элиот и подмигнул смущённой служанке в голубом чепце.
«Миленькая…» — подумал, забавляясь.
… госпожа Вельская не заставила себя долго ждать.
Замерла на лестнице, сощурив огромные цвета жидкой карамели глаза, и поспешила спуститься. Несмотря на возраст, она всё ещё была хороша, просто повзрослевшая копия Юнны Гарси.
Подол платья путался в ногах, а она даже не удосужилась придержать юбку, будто забыв о манерах.
— Что вас привело?! — голос звенел от напряжения.
Элиот хмыкнул, ставя фарфоровую чашку на блюдце.
— Так разволновались, Анна, что даже забыли исполнить книксен. А как же правила приличия? Как же этикет? Или вас ему не обучили?
Крылья аристократического носа гневно раздулись.
«Скука…» — огорчённо подумал Элиот, доставая из-за пазухи фотокарточку.
— Узнаёте? — поинтересовался, небрежно протянув фото. — Меня волнует всего один вопрос. Нет… знаете, два, наверное…
… Анна обессиленно рухнула в кресло.
Элиот невозмутимо приподнял бровь. Призвал свет, а когда пальцы вспыхнули голубоватым светом, подбросил шумоподавляющую сеть плетения в воздух.
— Гм… судя по вашей реакции, вопрос всё же будет один. Куда вы дели ребёнка Эдриана, госпожа Вельская? Дочь… его дочь, что на этом снимке, и не пытайтесь увиливать… — по полу скользнула тьма. Для пущего эффекта, Элиот хотел прикурить папиросу от собственного вспыхнувшего огнём пальца, но вовремя вспомнил, что давно завязал с этой пагубной привычкой. Огонь пришлось погасить. — Нас никто не услышит, если об этом тревожитесь.
В глазах Анны дрожали слёзы.
— А что мне оставалось делать?! — жалобно всхлипнула она. — Я уже была замужем, понимаете? По расчёту, как обычно и бывает, поэтому мне не хватало… ласки и тепла. А тут… Его Величество просил ни на что не надеяться, я и не надеялась. Одна только ночь, которая позволила бы познать истинное удовольствие в руках мужчины. Он… — тонкие пальцы сжались в кулаки, — он заверил, что я не понесу. Что от него не может родиться ребёнок…
— Но он родился… — задумчиво протянул Элиот, стуча пальцами по подлокотникам кресла.
Анна прижала платок к глазам и шумно втянула воздух.
— Мой муж был уверен, что я забеременела ещё до его отъезда, у меня даже мысли не было разыскивать Его Величество… Во-первых, он мог не поверить, во-вторых, он бы вряд ли признал меня своей супругой. А если бы правда вскрылась, я бы потеряла всё, что уже имела на тот момент. Риск был слишком велик, а я молода… — опустив голову, она всхлипнула. — Мне не хотелось, чтобы мой позор вскрылся, поэтому я никому ничего не сообщила, моя жизнь, в принципе меня устраивала. А когда ребёнок появился на свет, это случилось до возращения супруга: в то время он часто бывал в разъездах, я избавилась от него…
— Довольно жестоко и цинично, не находите? — ощущая леденящий душу холод, поинтересовался Элиот. Его раздирало непонятно откуда взявшееся глухое раздражение.
Анна вскинула взгляд.
— А у меня был выбор?! Я с первого взгляда поняла: девочка как две капли воды похожа на меня, но эта родинка на лице, в точности как у Его Величества… она уже была. И глаза малышки… Короля. Она бы росла, и муж стал бы задаваться вопросами. Нет, я бы не спала ночами, думая о том, что меня могут уличить в измене. А это смертельный позор на весь род. Отец бы меня не простил, кожу бы живьём снял…
Элиот подавил в себе кровожадное желание сжать тонкую шею маленькой лгуньи и резко поднялся.
— Последний вопрос. Вы ведь надеялись, что девочка умрёт? На это надеялись, да?
Анна закусила губу, отводя стеклянные глаза…
Элиот скрипнул зубами и вышел. Глубоко вдохнул тёплый, пропитанный ароматом фруктовых деревьев воздух и шагнул в Серый мир, для себя решив ничего не сообщать Эдриану, пока сам не отыщет его дочь.
А он отыщет. Теперь можно было поторопиться с поисками…
Укрывшись тьмой, Элиот незамеченным вернулся в свой кабинет. Заперся изнутри, устроился за столом, откинувшись на спинку кресла, и прикрыл глаза, позволяя мыслям лениво нести его к разгадке. Позволяя мыслям сформироваться.
Юнна Гарси… случайная дочь Короля. Человек не мог понести от демона, но Анна… смогла. Может, потому что драконнорожденная, но с ними Эдриан и раньше спал, а может потому, что ребёнку суждено было появиться на свет. И как биологическая мать не пыталась от него избавиться, младенец выжил…
Юнну нашли, выходила и вырастила чета Гарси. Самые обычные люди. Отец лесник…
«Мой отец был лесником…» — вспомнились слова Волчонка. Совпадение? Лесников в Сальтарини много. В каждом городе, почти в каждой станице…
Он встретил её в постоялом дворе. Девчонка сказала, чтоуслышаларазговор, но стены толстые, если просто идти по коридору, мимо закрытой комнаты, даже драконорожденный ничего бы не услышал. К тому же тьма Волчонка отличается, она другая, но что-то почувствовать не удалось. Такое впечатление, что сущность девчонки нарочно скрыли.
— Но её глаза… — Элиот задумчиво склонил голову набок. У Эдриана сверкают так же, когда он позволяет демону проявить себя. Когда пользуется силой, что дана ему при рождении. Силой, что является частью его самого. Снова совпадение?
Волночку неизвестный передал документы. Значит, своих у неё не было. Может, потеряла, а может…
Элиот поморщился. Волчонок совершенно не похожа на Юнну, на ней нет иллюзии, не ощущается никакого вмешательства колдовства…
— Колдовство… — выдохнул, утыкаясь лбом в раскрытую ладонь. С этими невестами совсем соображать перестал.
Провёл по кристаллу и улыбнулся раздражённому демону.
— Надеюсь, ты с хорошими вестями? — мрачно поинтересовался он.
Элит обворожительно улыбнулся.
— Нет. А у тебя есть что? Рисунок артефакта, который я тебе давал, удалось что-то выяснить?
Эдриан шумно выдохнул сквозь сцепленные зубы.
— Как эта безделушка относится к тому делу, что я тебе поручил?
— Значит не удалось, — заключил Элиот, хмыкнув.
— Какой ты всё-таки… — Эдриан сжал руку в кулак. — На самом деле, кроме того, что это изобретение шиагами, больше ничего сказать не могу. Ни какого он свойства, ни для чего конкретно предназначен. Но если тебя так сильно волнует этот артефакт, значит…
— Пока ещё ничего не значит, но думаю, я уже близок к разгадке, — перебил Элиот беспечно. Устал… устал бегать от назойливых глупеньких девчонок. Одна другой изобретательнее, а ведь начало учебного года. Ещё Король со своей внезапной дочерью… Нет, ситуация презабавная, конечно, но… своих дел хватало. Следовало проверит Поля дурмана, вот, что действительно важно. Ни один адепт больше не должен пострадать…
Демон потёр пальцами лоб, глаза знакомо сверкнули, вызывая улыбку.
— Мои люди ведут наблюдение за Орденом, который открыл охоту на Юнну Гарси. Выяснили, что один из старших инквизиторов, который организовал погоню за беглянкой, был тяжело ранен. Эта девчонка может быть опасна, и мы должны добраться до неё быстрее Ордена. Если информация, о том, что она демон просочится в массы…
— Не думаю, что она опасна, — улыбка на губах Элиота стала ироничной. «Хотя… если брать в расчёт, что она твоя дочь…». — Идти к инквизиторам нет смысла, если до сих пор не нашли Юнну, то понятия не имеют где она. К тому же, любыми вопросами, мы только вызовем подозрения. Так что пусть твои люди будут осторожнее. Я скоро приведу её к тебе.
В глазах демона зажегся хищный огонёк.
— Как скоро?
— Скоро, — усмехнулся Элиот. — Ты уже решил, что будешь делать, если Юнна окажется твоей дочерью?
Выражение лица Эдриана застыло. Стало непроницаемой маской.
— В зависимости оттого, что она успела натворить и как хорошо контролирует свою сущность. К тому же… это может быть ошибкой, ты лучше других знаешь, смертная не может родить от демона.
Элиот с трудом сдержался, чтобы не съязвить.
— Посмотрим, — ответил туманно и прервал связь, быстрее чем Эдриан бы заметил его лукавый взгляд.
Поднялся, снова укрываясь тьмой, и вышел в библиотеке. Зал, будто мягким пледом, окутывала приятная тишина. Хорошо… действительно хорошо и спокойно. Вот бы спрятаться тут, хотя бы на несколько дней…
— Харди! — насмешливо позвал Элиот, стуча по полке. — Если не покажешься, я начну рвать книги. Один. Два…
Сверху, прямо на голову упало печенье. Овсяное…
Элиот задрал голову, усмехаясь. Шиагами сидел на стеллаже, болтая ногами и жуя. Рядом стояла кружка с дымящимся в ней чаем.
— Серафимы… вы такие наглые. Думаете, что можете всё, что вам дозволено…
— К тебе ведь приходила Волчонок, видел артефакт на её груди?
— Волчонок? — усмехнулся Харди, явно поняв о ком речь. Слишком уж хитро сверкали белёсые глаза. — А ты, видать, хочешь знать, что это за вещица? Точнее для чего она? Видимо, твоё ангельское чутьё не так превосходно…
— Я прикажу Джаргису избавиться от запасов печенья… — многозначительно намекнул Элиот. — Ни одной штучки не останется…
Шиагами икнул, чуть не поперхнувшись.
— Кто так торгуется вообще? Разве ты не должен предложить мне что-то ценное взамен на информацию, а не угрожать?
Элиот хмыкнул, зажигая на ладониогонь правосудия. Серафимы использовали его для отпускания грехов… очищали смертные души…
— Как думаешь, твоя жизнь ценна?
Лицевые мышцы шиагами задёргались, будто их сводило судорогой. Элиот сдул пламя, примирительно вскинув руки.
— Ладно, закажу специально для тебя коробку шоколадного печенья и ящик ягодного мыла, — предложил, зная страсть Харди к сладкому и к чистоте.
Шиагами растворился в воздухе клубами серой дымки и возник на столе рядом с Элиотом.
— Не жди, что получишь от меня прямой ответ на все вопросы. Сам-то должен немного напрячься.
Элиот закатил глаза, приваливаясь плечом к стеллажу.
— Давай свою шараду. Но, если она окажется слишком мудрёной, я…
— Да понял я, понял! — замахал руками колдун, недовольно кривясь. — Такой артефакт изготавливают под конкретного человека, под определённую ауру, символы, выточенные на нём и энергия, которой заряжен чёрный кристалл, находящийся внутри артефакта, скрывают истинную силу и сущность носителя… Что? Слишком сложно для тебя? — поинтересовался он язвительно.
Элиот деланно задумался. Примерно такого ответа он и ожидал, стало понятно, почему не чувствуется сила Волчонка. Даже её тьма, в момент пробуждения, ощущалась странно, если бы не прикосновение тумана в момент выброса, не понял бы ничего.
— У меня вопрос: что, если артефакт был изготовлен для одного человека, а носит его другой? Такое может быть?
Шиагами непонимающе нахмурился.
— Хм… мне неизвестны такие случаи использования артефакта. Возможно, колдовство будет работать, но не совсем так, как надо…
— В принципе, у меня всё, — довольно улыбнулся Элиот, отталкиваясь от стеллажа.
— Про печенье не забудь, — невозмутимо напомнил Харди, хотя по сути, никаких точных ответов не дал.
— Скажи… — Элиот прищурился. — Артефакт на шее Волчонка принадлежит ей?
— Откуда ж мне знать? — шиагами удивлённо хлопнул глазами. — Я не сравнивал слепки аур. Вполне возможно, что в сердцевину… заложен слепок другого человека, но, чтобы сказать наверняка, артефакт надо разобрать.
— Это всё, что тебе известно? — насмешливо спросил Элиот. Харди активно затряс косматой головой. — Мне кажется, ты не заслужил целую коробку печенья, — усмехнулся, не веря старому обманщику и интригану. Он знает, куда больше чем делает вид…
Уйдя в Серый мир, Элиот задумался. Встал выбор, как же поступить? Можно было устроить девчонке допрос с пристрастием, снять с неё артефакт и отдать шиагами, чтобы разобрал, но тогда… хм… её сущность заметят другие. Почувствуют неладное. Если она действительно демон, рисковать нельзя. Порыться в её вещах?
— Джаргис что-то говорил про какой-то снимок, который был вместе с документами… — Элиот повернул в жилой корпус девочек. Хотелось быть уверенным в своих догадках наверняка. А ещё лучше, когда догадки подкреплены фактами.
Элиот не хотел спешить, не хотел напугать и травмировать Волчонка. Не хотел, чтобы Эдриан наворотил дел… Раскрытие тайны должно пройти максимально безболезненно для обеих сторон.
Не покидая изнанку, Элиот проник в комнату Волчонка, зная, что и она, и её соседка в данный момент заняты более важными делами. Одна до сих пор на тренировочной площадке, в компании четырёх парней… быстро же сдружилась.
«Это хорошо…» — подумал Элиот, потирая пальцами переносицу.
Вторая, Лея Брим, вместе со сверстницами караулит его у павильона преподавателей. Так что есть время немного осмотреться.
Рыться особо не стал, подошёл к секретеру и замер, улыбнувшись. Сверху лежала книга… Зарождение Крайнего мира, война с Бездной. Демоны и Ангелы. Никто кроме Харди, не мог дать Волчонку эту книгу. А значит…
— Значит я ещё ближе к разгадке… — усмехнулся, выдвигая ящик. Шиагами ничего не даёт просто так, и так уж сложилось, что именно девчонке он дал книгу, не предназначенную для смертных.
… сверху лежала фотокарточка. Старая, местами засвеченная, но… Элиот почти сразу узнал человека на ней. И воспоминание о нём отозвалось болью в груди.
— Ноа Стоун… — взволнованно потёр подбородок.
«Муж сестры моей матери был одарённым, но после смерти жены стал отшельником…» — пришли на ум слова Волчонка.
Элиот нервно усмехнулся.
— Отшельник… ну, конечно же… — он хорошо был знаком с историей Ноа, потому что был с ним близок. Невероятный тьмаг, сильный и самоотверженный. Его дочь погубил Мрак, а жена покончила с собой. — Её звали Алисой… какое интересное очередное совпадение…
Элиот положил снимок и растерянно опустился на кровать Волчонка. Не задумываясь, лёг и закинул одну руку за голову.
Дочь Ноа не могла воскреснуть, Элиот присутствовал на её похоронах, а значит… Элиот тяжко вздохнул. Что он слышал о друге, после того, как тот отрёкся от мира? Он ушёл в лес. В какой лес? В лес Исшима… городка, откуда родом Юнна Гарси. Всё снова сводилось к ней…
Можно предположить, что, спасаясь бегством, девчонка вышла на дом Ноа, а тот помог ей. Например, дал артефакт, допустим, что он у него был, и отправил несчастную к брату своей жены, чтобы тот достал для девчонки новые документы под именем Алисы Мардж…
— Ноа… — вымолвил Элиот, резко вставая.
Ничего же страшного не случится, если прочесать лес. Раньше Элиот не решался искать друга, зная, его тяжёлые обстоятельства, уважая и принимая его решение, но сейчас… сейчас есть повод.
Ноа не станет врать, так как доверяет Элиоту, потому что знает… знает о его происхождении. Да, Ноа вполне мог помочь демону…