Глава 27

Получив от Синеглазки наставления, решила удивить его – не попасть в неприятности. Ну, или хотя бы попробовать это сделать. Поэтому, когда наша компания собралась в трактире – я просто уплетала мороженое, а затем блинчики, отказавшись от алкоголя.

И всё было тихо и мирно. Для трактира. Вообще, народу было много. А поскольку до начала занятий была ещё неделя, то в любимом заведении отдыхали не только адепты. Но мы не придали этому значения.

– Как лето-то провели? – спросил Сашка.

– У-у-у, не напоминай, – поморщилась Милослава, – Мне всё лето нотации читали. На балы возили и пытались жениха найти.

Парни рассмеялись, Ярослав нахмурился. Ох, влюбился парень, да всё не знает, как девушке признаться. Надо будет в этом году заняться этим вопросом. В прошлом году я обустройством своей личной жизни была занята, так что прозевала удобный момент. Ничего. Нынче всё исправлю.

Почувствовала лёгкий толчок в бок, повернула на Агнию голову. Та в ответ сверкнула глазами и качнула головой. Тайного языка общения змей-целительниц я не знала, поэтому вопросительно приподняла брови. Гадина закатила глаза и махнула на меня рукой.

Ладно, потом из этой целительницы вытрясу душу.

– Сонь, а твоё лето как прошло? – спросил Никифор.

Все в предвкушении навострили ушки. А я вздохнула и посмотрела на брошь, что красовалась на моей блузе.

– Что, неужели всё-таки родители добрались до тебя и замуж заставили выйти? – выдвинула теорию моей печали Милослава.

Я помотала головой. Нет. Товарищам рассказывать о помолвке с деканом точно нельзя.

– Синеглазка опять всё лето заставлял заучивать заклинания? – с ужасом воскликнул Савелий.

Замотала головой энергичнее.

– Ты нашла огромнейшее подземное захоронение, и вы с деканом отбивались от полчищ нечисти? – выдал Руслан.

Покрутила пальцем у виска.

– Ты совсем того, что ли. Я же с Синеглазкой была. Где мне там было кладбища подземные искать, – закатила глаза, – Но кое-что мы всё же нашли.

Пришлось рассказывать о своей практике, странной фигуре в балахоне и таинственной броши. Конечно, большинство подробностей пришлось опустить. Нельзя товарищам знать и о моём проклятье, и о нашем договоре с деканом. Он с меня слово брал. Ярослав взял украшение в руки и долго его разглядывал. Милослава же всю историю была похожа на совёнка. Агния приподняла бровь.

– Ты хоть в уборную без приключений ходишь?

В ответ лишь прищурилась.

– Слушай, Сонь, всё хотел спросить, – Рус вдруг стал серьёзным, – А правда, что у тебя роман с Синеглазкой?

Милослава и Агния уничтожили товарища взглядами за меня. Савелий и Никифор покачали головами.

– Ты и к пятому курсу не приобрёл мозгов…– пробормотал Сашка.

– Чего это? – лицо Руса побагровело.

– Кто же о таком в лоб спрашивает? – постучал себе по лбу пальцами Никифор.

– Так, я что-то не поняла! Вы что эту сплетню, что ли, обсуждали? – ещё чуть-чуть и без того большие глаза Милославы вылезут из орбит.

– Вот это мужчины пошли! – довольно громко возмутилась Агния, чем привлекла внимание соседнего столика.

Краем глаза замечаю, как повернулся один из мужчин, смерил нас взглядом.

– Так, вы девушки к нам за столик пожалуйте! – усмехнулся он.

Рус приподнялся. Ярослав вернул мне брошь. Сашка, Никифор и Савелий закатали рукава. Но сделать ничего не успели.

Профессия часто накладывает свои отпечатки на человека. Даже на того, кто только начал её постигать. Боевики – люди очень импульсивные. В академии их, судя по всему, учат сначала бить, а потом думать…

Вот так и поступила Милослава. Встала, подошла и зарядила прямо в глаз противному мужику. Мы разинули рты. Дальше в трактире началась драка. Чтобы утихомирить буянов, хозяйка трактира вызвала полицмейстеров.

Я и Агния во время творящегося вокруг безумия, сидели под столом. Пусть товарищи сами теперь расхлёбывают. Стражи порядка довольно быстро навели порядок. Мы вылезли из-под стола, как раз когда Славка била в глаз полицмейстера.

Нас загребли за компанию.

В тюрьме сегодня, видимо, был аншлаг. Все камеры были забиты. Нас проводили в более или менее свободную. Но стоило туда зайти. Как сразу захотелось в более тесную. Увидев Синеглазку, я чуть в обморок не грохнулась. Перевела взгляд чуть правее и почувствовала, как задрожали колени. Ректор сидел на лавке, на плече у него дремал Николаша.

Дверь за нами захлопнулась. Словно капкан.

– А вас-то за что этапировали? – изумлению Дмитрия Александровича не было предела.

– Как раз для них – это привычная ситуация, – ехидно заметил декан некромантов.

– Если бы не отбитые на голову боевики и дальше бы свободой наслаждались, – покосила я взгляд на дель Хиромов.

Славка шмыгнула носом. Рус сделал вид, что ничего не слышал. Деканы кашлянули в кулаки. А я спохватилась.

– А вы-то здесь почему? И почему здесь такое амбре?!

– Да примерно по той же причине, что и вы, – побормотал старик Горгор, протирая очки.

И деканы, и адепты перевели взгляд на спящего Николашу.

– Если мы здесь. И вы здесь…Кто вытащит нас из тюрьмы? – задала вслух терзавший меня вопрос.

Ректор потёр подбородок и крепко задумался. Я же прошла к лавке и села между Синеглазкой и стариком Горгором.

– В принципе, замок можно и булавкой вскрыть, – отмахнулся Ярослав.

Лучше бы молча стоял.