Глава 11

Леон – Куда мы едем? – поглядываю на девушку, которая сидит рядом и теребит лямку своего рюкзачка. – Приедем, и узнаешь, – уголок ее рта изгибается в улыбке, но ненадолго. Ну, хорошо, сдаюсь. Я ведь даже ума не приложу, что она придумала. Но тем интереснее. В итоге по указанному маршруту Таей мы приезжаем к… – Приют для животных? – удивленно смотрю то на вывеску, то на девушку. – Да, – пожимает плечами и, не дожидаясь меня, выходит из машины. Я следую ее примеру. – Тая! – нам навстречу выходит мужчина. – Хорошо, что ты пришла. Нина уехала в правление. Там какие-то проблемы назрели. А выгулять Федьку с Баксом не могу, сама знаешь, какое у меня к ним отношение, – хмурит лоб мужчина. – Я вон, – машет рукой в сторону соседнего домика. – К котам. – Хорошо, с ребятами разберусь, иди, Иваныч, – отпускает его девушка и провожает взглядом мужика. – Какие у него проблемы с собаками? – не понимаю, переспрашиваю, следуя за девушкой. – Федька – очень дружелюбный пес. Метис. Иваныч выгуливал собак и оступился, упал на пса. А Бакс подумал, что тот обижает его друга и кинулся помогать. В общем, без укусов не обошлось, и Илья Иванович обходит этих двоих стороной, – объясняет Тая. Мы проходим по коридору и выходим в помещение с вольерами. Вот тут теперь слышен лай так, что хоть уши затыкай. Собаки. Много собак. – Сколько их тут? – задаюсь вопросом. – Двадцать четыре. Двоих на неделе забрали, – говорит девушка, идя дальше. И вот мы останавливаемся у клетки с двумя немаленькими псами. – Метис кого? Я забыл уточнить, – разглядываю двух собак, активно влияющими задницами, потому что хвостов у них не было. – Стаффорда. Выдать, хотели за породистых. А они вон, пятьдесят на пятьдесят, – говорит Тая, просовывая ладошку в клетку к этим псам. – Эй, – одергиваю ее руку. Сам не понял, как это сделал. Испугался за нее. – Они добрые, – улыбается и снова протягивает ладошку. А псы тут же подставляют свои головы под ее ладонь, отталкивая друг друга, чтобы больше получить ласки. – Неудивительно, что мужик теперь к ним не подходит, – усмехаюсь. Псы и правда массивные. И если половина генов принадлежит стаффорду, то вторая половина, как минимум, овчарке. – Но ты не расслабляйся. Сейчас пойдем гулять, – говорит Тая, и эти двое тут же начинают скакать по клетке. Девушка отходит, но скоро возвращается с двумя поводками. – А намордники? Она посмотрела на меня внимательным взглядом и, кивнув своим мыслям, снова ушла и уже возвращается с намордниками. – Обычно я ими не пользуюсь. Но ты прав, лучше подстраховаться. Она быстро снаряжает собак, моя помощь ей даже и не требуется. Больше всего уверен, что я ей только мешался бы. И через пару минут мы выходим на задний двор. – Держи, – всучивает мне в руки поводок. – Это Бакс. – Ага, самый кусачий, – уточняю я. Пес поднимает на меня свой карий взгляд и внимательно смотрит. – Ну, может и не самый, – бубню я. Нет, не то, чтобы я боюсь собак. Просто с такой легендой даже мне немного не по себе, зная, что он может цапнуть. – Они хорошие. Воспитанные. Пойдем. Там, чуть дальше, есть место для их тренировки. Горки там всякие, бревна. И ты увидишь, сколько интеллекта в этих четвероногих. С какой любовью она о них говорит… А потом мы спускаем собак с поводков, Тая снимает с них намордники, и те начинают резвиться. Два балбеса, не иначе. Тая бегает с ними, они ей дружно таскают палки. А потом один из них подходит ко мне и кидает в ноги палку, чуть отходит и садится. Заглядывает в глаза. Сглатываю с трудом. Сердце подпрыгивает. Это не глаза дворняги. Это глаза умного животного. И кажется, что он ими считывает тебя, как раскрытую книгу, и ничего не утаить перед ним. – А ты у нас кто? Федя? – присаживаюсь на корточки, беру палку в руки. – Ну, давай поиграем… За возней с собаками время проходит незаметно. – Тая? – к нам торопится женщина. Видимо, та самая хозяйка приюта. – Здравствуй, моя хорошая, – обнимает девушку и переводит взгляд на меня. Чуть прищуривает глаза. – А вы у нас? – Леон, – протягиваю руку. – Друг Таи, – уточняю. – Здравствуйте. И давно у Таи такие друзья? – задает вопрос женщина. – Нет, не так давно. А вы что-то имеете против? Тая застыла в паре шагов от меня и наблюдает за нашим разговором. – Я очень надеюсь, что вы именно “друг” – туманно произносит женщина. – Потому что обидеть ее я вам не позволю, Леон Игоревич. Вот это уже звучит как угроза. И мне становится гордо за девчонку, раз она успела обзавестись дружбой именно вот с такими людьми. А эта женщина явно не шутит. – Не обижу, будьте уверены. – Не обещайте того, чего не сможете выполнить, – говорит уже тихо, так, чтобы Тая не услышала эти слова. И многозначительно на меня посмотрев, обращается к девушке. – Ребятки довольны, – меняется в лице тут же, обращая внимание на собак. – Да, Леон мне помог с выгулом. Так что эти два брата-акробата будут теперь спать лучше всех. – Вот и отлично, – улыбается хозяйка приюта, имени которой я до сих пор не знаю. – Кстати, Леон, знакомься, это Нина, владелица приюта и мамочка для все, кто здесь живет под ее опекой. Нина, это… – Леон Максимовский. Знаю, наслышана, – перебивает Таю женщина. Девушка смутилась такому тону. Да и я сам тоже. Чем я мог насолить этой женщине? – А что происходит? – озвучивает мой вопрос Тая. – А ничего такого. Просто нас, – женщина машет рукой в сторону здания, – выселяют. Заявляют, что у нас якобы незаконные постройки и нет разрешения на предпринимательскую деятельность. Только у нас тут предпринимательством и выгодой не пахнет. Мне собак кормить через неделю будет нечем, – нервно выдыхает она и уходит, оставив нас с Таей и притихшими псами. – Ты побудь с парнями, – киваю на собак. – Я пойду, узнаю, что там случилось. – Лео, – зовет меня девушка, сократив имя, и от этого что-то внутри щелкнуло, растекаясь теплом. Приятно. Оглядываюсь на нее. – Ты только с ней не ругайся, – подходит ко мне ближе. – Она всегда злится, когда что-то подобное начинается. – А это уже не в первый раз? – смотрю в ее глаза и залипаю… чистейшее небо в них. – Угу, уже было пару раз. Но там быстро помогли. Дали репортаж и подключились желающие помочь. – Я понял, – киваю и уже хочу уйти, но снова возвращаюсь к ней. Чуть склоняюсь, и касаюсь ее губ, чуть приоткрытых на выдохе. Не смог устоять. Не смог. Я полдня то и делаю, что пялюсь на ее губки. – Я быстро, – провожу пальцами по щеке и ухожу. Тая Я долго смотрю ему вслед. Федька да Бакс устроились у моих ног, грызя палки. А я никак не могу успокоить свое рвущееся сердце. Словно в предчувствии чего-то непонятного для меня. Что происходит между нами? Он ведь не упускает ни единого момента, чтобы можно было меня поцеловать. И я ловлю себя на мысли, что не хочу уворачиваться от его губ. И мне нравится, определенно нравится то, как он ко мне тянется. Хотя в то же время это пугает. Ведь я умом понимаю, что мы не пара. Да и он старше и интересы у него совсем другие. И возможности тоже. А я? Что я? Я ведь самая обычная, ничего особенного. Я даже красавицей себя не назову. Рядом заскулил Бакс. – Ну что? – натягиваю улыбку. Псы чувствуют настроение. Поэтому нужно срочно перенастроить себя на позитив и еще немного подарить ласку и тепло мальчикам. – Поиграем еще? – от слова “поиграем” собаки тут же повскакивали на ноги, и я окунулась в игру с ними. Да так, что не заметила, когда вернулся Леон. Обернувшись, случайно наткнулась на его пристальный взгляд. Поежилась. Подозвала собак и, пристегнув поводки, повела ко входу здания. – Нужно возвращаться, – говорит он, перехватив собак, помогая мне их завести в вольер. Так же молча выходим к машине и садимся в нее. Но уезжать Леон не торопится, и я сижу в ожидании, когда он сам начнет говорить. – Проблемы у приюта, – спустя долгих пару минут начинает. – Я, конечно, влезу в это дело, если понадобится, пришлю нужных людей. Но, судя по обвинениям и предписанию, есть все основания лишиться этого клочка земли. Я смотрю на него с испугом. – Нет, мой отец тут не при чем, – невесело усмехается. – Закон выживания. Кто сильнее и денежнее. Бизнес. Ну, и жалобы от соседей. Видимо, тех, кто не любит собак. – Тогда что нам делать? – Я что-нибудь придумаю, – натягивает улыбку и заводит машину, выезжая с парковки. Всю дорогу до моего дома мы молчим. Леон хмурит брови. Думает, потому что взгляд его отстраненный. Даже на светофоре он задерживается, когда загорается зеленый, нам в спину прилетают сигналы недовольных. А когда мы все же подъезжаем к моему дому, я прощаюсь. – Спасибо за компанию, – но улыбнуться не могу. – Спасибо тебе, что вытянула в такое место. Сам я ни разу до этого не был в приютах. Не приходилось, – пожимает плечами. – Пока, – открываю дверь и выхожу из машины, тут же ее закрывая. Но черт меня дернул, и я обхожу машину, останавливаясь у его двери. Стекло тут же ползет вниз. На лице мужчины появилась улыбка. Впервые за последние полчаса. – Ты знаешь, – начинаю я, но не сказать не могу. Меня одолевают сомнения. – Ты не думай, что я тебе специально привела в приют, чтобы ты узнал о его проблемах. Нет. Я не хочу тебя использовать в корыстных целях. Я, правда, не знала о том, что что-то не так, – ловлю его взгляд. И теряюсь. – У меня даже мысли такой не было, – пожимает он плечами, – что ты меня хочешь использовать. – Не лезь в это дело, Леон. Мы найдем кого-нибудь. А тебе оно не нужно. – Тебе дорог приют, эти двое… Я не могу не лезть, – усмехается. – Я ничего не смогу дать тебе взамен. – Можешь, – смотрю на него, а он подставляет щеку… Я краснею, чувствую, как краска предательски подступает к щекам. Тянусь к нему, но он поворачивает голову так, что наши губы соприкасаются. Чуть отстраняюсь, чувствуя его дыхание. – Ты знаешь, а я совершенно точно схожу с ума по твоим губам, – и сам тянется за поцелуем. Мне кажется, что от накрывающего меня чувства его близости и зарождающейся эйфории от его слов я теряю почву под ногами. Мне тяжело устоять, и я хватаюсь пальцами за машину. Первой прерываю затянувшийся поцелуй. – Я позвоню тебе, как только смогу вырваться, – говорит, не отрывая взгляда от моих губ. Киваю в ответ на его слова. И направляюсь к дому, стараясь не оглядываться, но очень хотелось. Так проходит день. И вечер я посвящаю учебе, намеренно закапывая себя в лекциях. Подготовив рюкзак к завтрашнему дню и вымывшись под душем, я отправилась спать. Укутываюсь плотнее в одеяло. Кручу в руках телефон от разрывающего меня желания ему написать. А что? Пожелать спокойной ночи – это разве плохо? Или к чему-то меня обязывает? Но тут же внутренний голос говорит, что он мог бы и сам написать, если бы хотел, и наверное, не стоит мне ему навязываться. Боже, Тая, сколько ненужных мыслей, ругаю сама себя. Если хочешь, надо действовать. Тем более время мы и правда провели хорошо. Сама еще не успеваю осознать, что делаю, как пальцы набирают ему сообщение с пожеланием приятной ночи. Сердце от волнения подпрыгивает к самому горлу и рвано бьется, потеряв ритм. Прячу телефон под подушку и выключаю светильник. Накрываюсь одеялом с головой и замираю. Слышу лишь пульс в ушах. А потом ощущаю вибрацию телефона под подушкой. Разово. Значит, сообщение. Я даже не сразу позволяю себе схватить телефон и проверить, чтобы не казалось, что я ждала ответа. Посчитав про себя до десяти, достаю аппарат и открываю мессенджер. “Спокойной ночи, Тая” Улыбка сама заползла на губы. И снова убрав телефон в сторону, закрыла глаза. Утром, проснувшись с будильником, в телефоне нахожу сообщение от Леона. “Доброе утро, Тая”. Тут же строчу ему ответ и собираюсь в универ. Светку нахожу у аудитории. – Привет, – здороваюсь, пристраиваясь рядом у подоконника. – Привет, – не поднимая на меня глаз, отвечает. – Что-то случилось? – не понимаю ее настроения. – Да не бери в голову, – отмахивается и снова утыкается в тетрадку с лекциями. Только где Светка и лекции? – А вот и наша Тая, – рядом нарисовывается Вася. Он приобнимает Свету за плечи и что-то шепчет ей на ухо, та начинает смеяться. Я округляю глаза от происходящего. Она же Ваську не переваривала, а тут… – Ну, как тебе мажорчик? – задает он вопрос, сверля меня злым взглядом. – Нормально целуется? Или, может, вы уже более детально успели изучить друг друга? А? А ты хваткая, Тая-я-я, – тянет он мое имя. Внутри все обрывается. – Что ты несешь? – говорю охрипшим голосом. – А то, что видел, то и несу, – выплевывает слова. – Пришел к тебе с извинениями, а ты с ним сосешься, никого не стесняясь. – Лучше заткнись, если не хочешь, чтобы наша дружба закончилась вот так, – сглатываю. – А разве он неправду сказал? – вставляет свое слово подруга. – Мне заливала, что с таким да никогда… Решила подзаработать, так и скажи. Мы поймем, – усмехается, – наверное. – Я ничего не решила, – стою, оправдываюсь, как дура. Обида накрывает. Странно, что эти двое такого обо мне мнения. – Да заливай больше. Ясно, чего ты меня все отшивала, я-то не богатенький Буратино. Пошли, Светик, – подхватывает Светкину сумку, и они уходят в аудиторию, которую уже открыли. В глазах закипают слезы. Но я сглатываю ком и, подхватив свой рюкзак, плетусь на лекцию, занимая место в первом ряду. Подальше от этих двоих.