Глава 10

Эми Мама собственноручно готовит ужин для приглашенного к нам бывшего одноклассника, а я маюсь от плохих предчувствий. Нет, разумеется, я подбадриваю себя мыслями о том, как к нам зайдет лысый и пузатенький полковник, и я облегченно выдохну. Я малодушно не спрашиваю ни фамилии, ни звания полицейского, просто надеюсь на лучшее. – Как думаешь, достаточно оливок? – спрашивает мама, обводя критическим взглядом блюдо со своим фирменном салатом. – Не знаю, – отвечаю вяло. – Эми, ты чего? Не рада за мать? – Рада, конечно. Надеюсь, у вас все сложится. Просто неважно себя чувствую. – Не заболела? – трогает мой лоб. – Кажется, горячая. – Всё в порядке, мам. Ну и где твой…? – не успеваю договорить, вздрогнув от слишком резкого звонка в дверь. – А вот и он! – счастливо объявляет мама и, скинув с себя фартук, торопится открывать. Не знаю, куда себя деть, поэтому сажусь у окна. Большой синий Патриот на улице и голос Шубина в прихожей я вижу и слышу одновременно. Сердце сбивается с ритма и несется вскачь. Прилипаю задницей к кухонному стулу и хочу отмотать всё назад. – Спасибо за цветы, Паш, – мама заносит в кухню два букета. – Один тебе, дочь. Шубин застывает в дверном проеме, словно застревает в нем – такой внушительный и серьезный. Встречаемся с ним глазами, и он, клянусь, беззвучно выругивается грязно, шевеля одними шубами. – Паш, познакомься, это моя дочь – Эмилия. Эми, это тот самый одноклассник, который разбил мне сердечко в школьные годы, – с юмором представляет гостя мама. – Павел Андреевич Шубин. Мы оба молчим, но она словно не замечает возникшего между нами сумрачного поля притяжения. Возится с вазами и цветами, а для меня время словно остановилось. И что же нам теперь делать? – Здравствуй, – басит майор не своим голосом. – Не ожидал. – Дочь, поздоровайся с гостем. Чего ты не ожидал, Паш? – добродушно интересуется мама. – Что уже знаком с твоей дочерью. – Вот как? И где же вы познакомились? – Эми по ошибке попала к нам в отдел. – А да, она мне рассказывала. Садись, Паш. Сейчас подам аперитив. Эми, ты так и не поздоровалась. – Здравствуйте, – едва разлепляю губы и встаю с места. От шока меня покачивает, и я хватаюсь побелевшими пальцами за край стола. Прямо как тогда, в его кабинете. – Ты куда? – удивляется мама. – Я… я сейчас приду. Исчезаю в своей комнате, запираюсь и накрываю горящее лицо ладонями. Шубин тоже в шоке, я видела по его глазам. Он не знал, кто дочь Марины и пришел к ней на ужин, на свидание, на знакомство со мной. Значит, у него тоже далеко идущие планы насчет моей матери, иначе он бы не пришел в наш дом. Еще и с цветами! А как же то, что было между нами? Тот поцелуй, который я инициировала, зачем он целовал в ответ, если есть другая? О, боги, я что, конкурентка собственной матери? Никогда бы не подумала, что со мной случится подобный кошмар. Я должна уйти, чтобы им не мешать. Потому что… Я не смогу сидеть и делать вид, что все нормально. Не нормально! Это катастрофа, которую я сама же допустила. Ведь были догадки… но я предпочла спрятать голову в песок. А теперь от шока язык онемел. Я должна уйти. *** Шубин Что за идиотская ситуация? Блять, нет слов, какой я тупой ослище. А еще мент! Не смог сопоставить данные и догадаться раньше. Довел все до критической точки невозврата. Ведь теперь Эмилия будет думать, что у меня роман с ее матерью. А нет никакого романа, и не будет! Этот ужин – всего лишь дружеский визит. Зачем я вообще на него согласился? Сидел бы сейчас в своей квартире, спокойно чай пил. Эми тоже обескуражена, даже голос у нее пропал. Да я сам хрипеть и басить начал, потому что горло скрутило стальной пружиной. – Вот, мой фирменный аперитив, – щебечет одноклассница, суетясь вокруг меня. – Горячее уже на подходе. Хватаю бокал и выпиваю до дна, чтобы перебить образовавшуюся во рту пустыню Гоби. Вот так подстава! Что ж теперь делать-то? А на что я, дурак, рассчитывал, когда звонил в знакомую дверь? Лично ведь провожал сюда Эми и видел, как она зашла внутрь. Надо было валить сразу, но нет, я же не привык отступать, и зашел проверить и всё выяснить. Подумал, что закралась какая-то ошибка в адресе, или Эми решила попросить соседку разыграть меня. Бред! Слишком много совпадений, начиная от кафе. В общем, сам дурак. – Паш, все хорошо? – Угум. «Заебись!» – хочется добавить смачно от души. – Так ты помог моей Эми в ту ночь? Благодаря тебе ее так быстро отпустили? Она с таким восторгом отзывалась о майоре, который ей помог, что я даже заподозрила ее во влюбленности. Но теперь-то я, конечно, спокойна, поняв, про кого Эмилия говорила. То есть в меня невозможно влюбиться, так? Охуенчик. – Ты, Паш, всегда защищал слабых. Вот сколько помню… такой красивый рыцарь на железном коне. Это она о мотоцикле, который мне от бати достался. Я на нем рассекал с пятнадцати лет. – Все девчонки по уши в тебя были влюблены, и я, конечно, не исключение, – у Маринки на лице появляется легкий румянец. – Да ладно тебе, – бормочу, думая о том, чем сейчас занимается Эми. На ней лица не было, когда она покидала кухню. Надо бы с ней переговорить, но как это сделать, когда ее пиранья-мать вцепилась в меня мертвой хваткой? Натурально держит меня за плечо и настойчиво напоминает о былых временах. Словно во мне должно проснуться что-то такое, что заставит меня полезть на Попову. Не проснется, ибо не было и нет к этой женщине никаких чувств! А вот Эмилия совсем другое дело. И причина вовсе не возрасте и в том, что мне хочется помоложе. Дело в ней самой. Поразила меня блондинистая девчонка, занозой засела в моем сердце. Что ты будешь делать! – Может, дочку позовешь? – смотрю на Маринку тяжелым взглядом. – Да, конечно, – нехотя отпускает мою руку и выходит. – Эми, ты где? Эми! Закончив орать, Маринка возвращается на кухню и виновато разводит руками: – Ушла куда-то. А мы и не услышали. Ну, приплыли…