Глава 6
Работать нужно не по двенадцать часов в день, а головой.
Мурлыкая под нос «Деву, ставшую ручьем», я раскладывала на широкой доске хризопразы и куски бирюзы, собираясь приняться за ожерелье для Тин. Диаметр одного цветка снежноцвета — примерно полтора пальца. Значит, мне таких цветков нужно… ой, что-то выходит много! Или, может быть, сзади на шее будет смотреться лучше более узкая, словно бы свитая из листьев, цепочка? Ладно, начну с центрального цветка, который на груди, а по ходу удлинения буду мерить и считать. Оправой для камней станет серебряная филигрань, жёлтое золото кажется тут неуместным.
Вообще я была довольна. Июль ещё не закончился, а у нас с Асом была уже приготовлена целая гора подарков на свадьбу сестры с директором. Кроме двухзарядного арбалета, кинжала и набора инструментов из гномовской стали для Тин, мы купили меч, кинжал и такой же арбалет — чтоб не чувствовал себя обделённым — лорду Йарби. К оружию прилагались уже зачарованные браслеты с камнями призыва. Ещё я разорилась на три больших чистой воды изумруда, какие и ко Двору надеть не стыдно, сама огранила и, оправив в золото, сделала кулон и серьги. В цвет глаз сестры, как когда-то мечтала. Получилось строго и богато. Аскани назвал содеянное «аристократичным гарнитуром». А теперь я мастерила ожерелье…
Но и это было не всё. Леди Астер, как и обещала, организовала второй рейд в Марен-Кар, специально за приданым для Тин. Компанию мне составила подруга детства и камеристка Астер — жена капитана Дворцовой гвардии лорда Норда, леди Лана. Мне леди Норд понравилась с первого взгляда — несмотря на то что распоряжалась Лана с уверенностью полководца, отправляющего на победную битву войска, было видно, что она добрая. Меня только смутило, что выглядела она совсем юной, на двадцать с небольшим, а ведь её старший сын, Ариэл, почти мой ровесник. Как же это так, ведь Лана не маг?
— Это всё Астер. Она обо всех нас заботится. И обо мне, и о Норде, и о Пинаде, и о леди Фрейм. Мне даже неудобно бывает, все вокруг стареют, а мы нет… — засмеялась Лана.
Кстати, Лана сразу предложила перейти на «ты», безо всяких титулов, заметив, что в любом случае — это вопрос времени.
Аскани, естественно, отправился с нами.
А Шон фыркнул и сказал, чтоб, как закончим с тряпками, звали его. Покупки он отправит прямо в Сайгирн, а нас раскидает по домам.
Лана кивнула… и в Марен-Каре начала с того, что повела нас к знакомому краснодеревщику. По пути она расспрашивала о том, как Тин жила раньше, и вообще про то, как устроен быт у нас на севере. Визит вылился в покупку резного, солидного вида сундука.
— А как по-другому будешь хранить добро? Не кипой же на полу? — улыбнулась Лана. — Такой в любом доме пригодится. Представь, как твоя сестра поднимет крышку и станет одну за другой вынимать и разглядывать вещи, которые мы ей сейчас купим.
Я представила. Картина ахающей в восхищении сестры понравилась настолько, что я чуть не хапнула тут же второй сундук.
— Одного пока довольно. Через год подаришь ей городского толка комод с выдвижными ящиками, — посоветовала Лана.
За содержимым для свежекупленного сундука мы ходили до вечера, рассматривая постельное бельё из разных тканей, скатерти, салфетки и женскую одежду — изящную и невесомую или, наоборот, тёплую, уютную и пушистую. Я раздумывала, понравится ли Тин слово «фильдеперс»? Меня оно почему-то насмешило.
«Ты накупила уйму всего сестре и ничего не выбрала для себя», — ментально заметил Ас.
А надо? У меня вроде и так всего хватает…
Но хорошо, что подарков у нас теперь гора до неба — отдарюсь сразу за все годы, что Тин обо мне заботилась.
А возня с камнями и металлами приносила какую-то нездоровую радость. Правда, Ас посоветовал оправить ожерелье всё же не в серебро, а в белое золото, тогда темнеть не будет. И отделать очень мелкими, похожими на брызги света, бриллиантами. Чтобы, как он выразился, «оправа была работе под стать». Аметистовая друза красовалась на тумбочке у кровати, и в неё я утыкалась взглядом по утрам, едва открыв глаза. Похоже, моя растущая вторая сущность нашла себе забаву… Ну, пусть радуется, мне это тоже нравится.
Наверное, этот месяц каникул в Галарэне был самым счастливым в моей жизни. Было жаль, что он подходит к концу — чувство ожидания перемен, прощания уже витало в воздухе. Словно натянулась уходящая вдаль струна… Так бывает в сентябре, когда холодов ещё нет, но по утрам трава покрывается кружевом инея и даже в полдень, когда летят по воздуху осенние паутинки, солнце не греет. И понимаешь — лето прошло.
Как всё сложится дальше? Выйдет ли, как хочется — чтобы наши с Асом драконы росли и крепли, чтобы мы ещё год спокойно отучились в «Серебряном нарвале», а следующим летом вернулись в Галарэн — поступать в башню Шарр’риот?
Но пока лето продолжалось, и я наслаждалась каждым днём…
Ас ушёл на плац — он упорно занимался по два-три раза в день, отрабатывая навыки обоеручного бойца. Я сбегала наверх, переоделась в длинную, почти до колен, тунику без рукавов. Попутно сняла лишние штаны — и без них жарко. Мне сейчас в кабинет — растить рубины и сапфиры, потом читать физику, затем бегать вокруг пруда, после тренировать стойки и выпады с мечом и бросать кинжал на плацу под присмотром Аса, потом — то же самое по второму кругу…
Дойдя до лестницы, ведущей на первый этаж, прищурилась на гладкие, с плавной ложбиной посередине, широкие дубовые поручни. Намедни Ри приобщила меня к замечательной забаве — показала, как съезжать по перилам. Сев боком, не держась руками и быстро скользя, но — иначе неинтересно! — не пользуясь для поддержки магией. Вот я сейчас… Интересно, поворот тут крутой — удержусь или шлёпнусь?
Поворот я прошла… и с бешеной скоростью полетела вниз — чтобы врезаться боком, как ехала, в идущего по коридору Шона. Ни он, ни я такого не ждали. Удар просто отбросил его назад, опрокидывая на спину. Я, кажется, взвизгнула и вцепилась во что попало. А потом зажмурилась, ожидая паденья и нахлобучки…
Реакцию Шона я угадала:
— Краш фэк! — выдал тот. — Что за?..
Приоткрыла глаз. Потом второй, ибо первый большого обзора не давал. Ага, мы не на полу, а подвисли в наклонном состоянии — вроде как в гамаке — под углом к полу. Шон на спине, как перевёрнутый жук, я боком у него на животе, уткнувшись носом в чуть колючую щёку. Причём рефлекторно вцепилась в Шонову шею. А тот обнял меня одной рукой за талию, а второй схватил за голую ногу повыше колена.
Шон уставился на меня. Я — на него. Расстояние от носа до носа два пальца, у обоих выпучены глаза и полуоткрыты рты. Как когда-то на Луне… Какое-то время мы таращились друг на друга. Он молчал, похоже, не находил слов. Только часто дышал. А я чувствовала, как вокруг физически сгущается напряжение — так перед грозой собирается электрический разряд. Или то напряглись его руки? Что бы ни было, казалось, в этой неподвижности что-то происходит, собирается беззвучной грозовой тучей… Ду-дух, ду-дух, ду-дух — сердце колотилось где-то промеж ушей, мешая думать…
Наконец, развеивая наваждение, Шон мотнул головой со встрёпанными влажными волосами — похоже, плавал в пруду — и произнёс:
— Сейчас я подниму нас левитацией, и ты меня отпустишь. Поняла?
Я кивнула.
Через минуту Шон рассматривал меня в уже обычном ракурсе — сверху вниз.
— Ты в кабинет? Ну, пошли туда, поговорим.
О чём? В то, что он будет меня ругать за езду по перилам, не верилось. Хотя, если б вместо Шона в коридоре возник лорд Арден или его отец, Владыка Алсинейль, неудобно было бы однозначно.
— А сейчас тебе не неудобно?
Подняла глаза, ловя Шонов взгляд. Вроде нет, нормально. Шон сам чудесить горазд. Так о чём он хотел поговорить?
Шон уселся почему-то на спинку кресла, вознёсшись на недосягаемую высоту. Уставился на меня, притулившуюся напротив на краю стула и натянувшую тунику на колени:
— Как говорится, все мы невежды, только в разных областях.
Интересная мысль. Хотя не про меня. Областей, где я была бы на уровне, пока просто не существовало. Но в чём слабое место Шона? Ведь он это о себе, да?
— Да, о себе. Я стараюсь не подходить к тебе близко лишний раз, но видишь, удается не всегда. И я совершенно не понимаю, что делать… Будешь смеяться, но тут я профан похлеще, чем леди Фрейм в порталах.
— А надо что-то делать?
— Хотел бы я знать, — поёжился Шон.
— А почему?
— Что почему?
— Сторониться меня надо почему?
— А сама не понимаешь?
— Не очень… — наморщила я лоб. Я что, настолько Шона раздражаю, что, если буду падать на голову не по делу, это станет мешать занятиям? Он поэтому, чтоб я не забывалась, каждый раз, как подойду на расстояние вытянутой руки, меня по носу щёлкает?
— Ну и ладно.
Как точку в разговоре поставил. А ещё показалось, что Шон нахохлился. Словно на что-то обиделся. Хотя, что значит «на что»? Тут я одна. Выходит, на меня.
— Шон!
— Что, воробей?
— Я тебя обидела?
— Забей! Я уже понял, что ты второй великий специалист в той же области. — Шон подмигнул и чуть грустно рассмеялся.
Почему же я чувствую, что сделала что-то не так?
* * *
Аскани сказал, что через неделю наша новая часовня будет готова. Можно предупредить Арисия и дать знать Тирнари и Россу — а то выйдет весело, если на свадьбе будут все, кроме убредших в леса жениха с невестой.
Шон исчезал на целые дни, а когда появлялся, был необщительным, потому как усталый и голодный. Заглядывал мне в глаза, кивал, что, мол, всё в порядке, и шёл спать. Я бы помогла, только не знала чем… Единственным, до чего додумалась, это готовить ему тайру с травами и ягодами. Он послушно глотал, но, кажется, даже не чувствовал вкуса. Проговорился Шон о том, что его тревожит, лишь однажды:
— Давно мы орков не беспокоили… А вот они, похоже, скоро снова попрут волной. Вы не представляете, сколько их там…
Умом я понимала, что, наверное, много. Орочьи женщины живут по нашим меркам недолго. Но замуж выходят в двенадцать-тринадцать лет и до самой смерти рожают каждый год. Получается по пятнадцать и больше детей у каждой. Пусть выживают не все, но если посчитать, что будет через три поколения, выходит нечто несусветное.
Новой войны я не хотела.
А ещё теперь прямо к герцогству Сайгирн из-за гор вёл пологий перевал. И он был пока незащищён. Ох-х…
Я попросила Шона, когда дело дойдёт до кражи алтарей, взять меня с собой. Почему-то была уверенность, что увидеть это мне стоит.
Шон задумался, почесал нос — и кивнул. Счастливым учитель не казался.
Накануне отлёта в замок Сайгирн Шон выкроил время и отдал нам амулеты, похожие на тот, который сам носил на шее.
— Я тут много чего навертел. Не снимайте их никогда. Тут и маяк, и — видите внизу выступ? — можно активировать щиты, и аварийная телепортация. Если б Аскани с таким попал к викингам — ничего бы не случилось — усвистел бы прямо из Арнегастхольма сюда на плац… Щиты постоянными делать не стал — вам надо учиться ставить и держать защиту самим. Но стратегические точки прикрыты всегда — то есть выстрела издали из арбалета в сердце можете не бояться. И да, амулеты невозможно украсть, и они не потеряются. В общем, держите!
— Спасибо, Шон. А почему на плац?
— Потому что однажды один хороший человек шлёпнулся драконьей тушей прямо в дом.
— И что? — заинтересовался Ас.
— Перестраивали почти весь второй этаж, эта махина снесла его нафиг. Хорошо ещё крыша не рухнула…
— То есть амулеты останутся на нас и будут работать, даже когда мы сможем превращаться в драконов?
— Естественно, — чуть обиженно заморгал на Аса Шон.
— А как такое делать? — заинтересовалась я.
— Сначала стань драконом, и, если к этому моменту орков умясиусим, времени на учёбу будет — ешь не хочу! Кстати, обедать нам не пора?
Ага. Учитель как помагичит — всегда голодный. Это я уже усвоила твёрдо.
— Шон, а мы в Галарэн из замка вернёмся?
— Возможно… Эта усадьба защищена лучше всего, а я с этими бесконечными «Кровавыми волками», «Вздыбленными медведями» и прочими «Безумными бизонами» сейчас занят. Хорошо хоть крокодилов с гадами нет. Хотя нет, змеи имеются. Одна из южных триб называется «Жалящая эфа», а на севере обитают «Чёрные гадюки». Последние, кстати, ближайшие соседи к вашему новому перевалу. — И, без перехода: — Ты про свою друзу, что ли? Тащить ту с собой или не стоит?
Я кивнула. А сама задумалась — а «Плюющихся верблюдов» у орков не водится? А то было бы забавно.
— Не парься, в процессе разберёмся. Мне в спальне твоя каменюка без надобности. Да, к вопросу о каменюках. Ваш Кремень уже договорился с соплеменниками и насчёт медной жилы, и насчёт крепости на перевале. Мы пообещали, что маги помогут сотворить фундамент. Остальное берут на себя гномы. К середине осени перевал перекроют. Гарнизон будет смешанным — гномы и наш патруль.
Отлично! Хоть я ещё и не герцогиня, всё равно мысль об орочьих набегах на земли Сайгирн душу не грела. И то, что назначенный Короной управляющий гномьих кровей Сид тер Фаррештрбрах уже решил этот вопрос, было здорово.
— Так что у нас с обедом? — уставился на меня Шон.
— Сейчас! — засуетилась я.
* * *
Мы с Асом, обдуваемые южным ветром, замерли на западной стене замка Сайгирн, любуясь панорамой. Впереди под нами в лучах полуденного солнца блестела водная гладь — замок стоял на слиянии двух могучих северных рек — Заны и Рунаи. За рекой начинались поля тростников и лес до самого горизонта. Вид с высоты птичьего полёта открывался невероятный, а сама стена — зубчатая, мощная, древняя, местами покрытая голубоватым лишайником — будила мысли о бранях и подвигах, воспетых в сагах вековой давности.
Прибыли мы час назад, без лишней помпы, через телепорт. Шон, доставив нас и Волну с Прибоем во двор, тут же сбежал, сказав, что верит в наш здравый смысл — мол, мы тут сами разберёмся и ни во что не влипнем. А влипнем — так встретимся на плацу в Галарэнском саду…
Собственно, делать нам было особо нечего — под присмотром Кремня хозяйственный механизм функционировал как идеально отлаженные часы. В результате уже через полчаса мы оказались здесь, на высокой стене.
Наверное, я всё же не герцогиня вовсе. Ну, или очень-очень фиговая. Потому что известие, что к нашему прибытию и свадьбе девицы Ансаби в замке соберутся дворяне со всего герцогства, меня почему-то совершенно не вдохновило. Утешало только то, что Тин будет рада толпе незнакомых людей и всей этой нездоровой суматохе ещё сильнее меня…
— Понял. Надо присмотреть, чтоб невеста в последний момент назад в лес не сбежала, — хмыкнул Ас.
— Ну да, мы такие… — закивала я.
— Итак, грядут свадьба, бал, охота на кабанов, плаванье на лодках по старому руслу Рунаи — там полно рыбы и дичи по прибрежным камышам, а напоследок Совет герцогства. Продолжаться всё это безобразие будет пять дней. После чего гости отправятся по домам, а мы сможем вернуться в Галарэн и пожить там ещё две недели.
— Может, пропустим первую часть программы, ну, кроме свадьбы, и сразу свалим в Галарэн?
Ас хмыкнул:
— Похоже, пофигизм заразен. Раньше я видел во всех этих мероприятиях глубокий смысл и считал их невероятно важными. А теперь, по примеру Шона, готов надавать на бегу всем щелбанов по лбу, озадачить и смыться на плац, отрабатывать удары и стойки…
— Эффективность как раз и заключается в том, чтобы не тратить лишнего времени, — родила я разумную на вид мысль.
— Но торчать на приёме пять часов кряду, встречая гостей, всё равно придётся, — вздохнул Аскани.
— Шон испортил твоё мировоззрение, а я — лексикон. «Торчать», «смыться» — раньше ты и слов таких не знал, — хихикнула я. — Чем бы полезным заняться в ожидании?
— Предлагаю соорудить новую сокровищницу. А то наша фамильная дверь из драконьего базальта так и осталась непристроенной.
— Пошли, побродим по замку, поищем подходящую скалу?
— Давай!
Следующий час мы исследовали замок. Внутри периметра стен обнаружилось два подходящих по размеру монолитных утёса. А ещё в одном месте я сумела разглядеть магическим зрением водяную жилу. Если продолбить в камне дыру и ничего не испортить — получится родник. А такое всегда пригодится! Мне очень понравился источник в Галарэнской конюшне, где прямо из стены торчала голова горгульи с ушами. Подставь ведро, нажми на уши — и из пасти хлынет вода!
— Тим, ты не забыла, что Шон велел нам не тратить резерв до конца?
Да, конечно, помню.
Я по-прежнему беспокоилась за свою драконицу — почему-то казалось, что та должна быть намного активнее — рычать, ворочаться, задавать вопросы… Но та молчала, лишь временами, когда я начинала возиться с ювелирными украшениями, накатывала волна удовлетворения.
— Моего тоже не слышно. Только по плацу меня до упаду гоняет… — вздохнул Ас.
Да уж, повезло Асу. Личный внутренний Сианург — страшная сила! Моя всё же тихая… подумаешь, что немножко жадная, это не так страшно, я сама такая. Назовём это хозяйственностью.
— Месячные дети тоже не больно разговорчивы, — подыскала я успокоительный аргумент. — Так я попробую расковырять родник? Тихонечко, трансмутацией.
Махнула рукавом, решив, что в ногах правды нет, — и рядом с конюшней возникла копия знакомого чёрного дивана.
Идущий мимо с парой полных вёдер конюх споткнулся, смачно выругался, окатив себе водой ноги, и нервно забормотал под нос молитву, отвращающую зло. Потом, углядев, что это мы с Асом, начал кланяться и пятиться… М-да. Надо поосторожнее. А то эффект от явления моей магии по количеству радости подданных будет сравним с тем, как если на городскую площадь на лошадином скелете выкатиться…
Ас хмыкнул.
Я присела на диван — мягкий, пружинит, хорошо вышло, почти как у Шона. Остаётся научиться делать всё остальное, как он, — и дело в шляпе!
— Посмотри магическим зрением. Видишь жилу?
Ас кивнул.
— Я думаю, можно пробить землю и камень чуть наклонно, а потом по поверхности, если хватит напора, пустить воду по трубам до конюшни и на кухню. Удобно же!
Собственно, в замке Сайгирн было три источника воды: глубокий-преглубокий колодец в дальнем внутреннем дворе, большие резервуары и бочки, куда по желобам стекала вода с крытых сланцем и черепицей крыш, и река под боком. Хозяева и гости замка не знали забот — поверни кран, и ванна полна. Но всем прочим приходилось прилагать дополнительные усилия, попросту — таскать воду вёдрами, вот как окатившему свои сапоги парню…
— Я вижу два гранитных пласта, один над другим. Ты какой берёшь? И что собираешься делать с оксидом кремния? — деловито поинтересовался Ас.
— Давай я нижний, он толще, а у меня и резерв, и опыт побольше. А окисел кремния просто раздроблю в песок и попробую потом аккуратно извлечь. Ничего другого с налёту не придумывается… — отозвалась я.
— Дырку делаем какого размера? В ногу или в руку?
— Диаметром в две трети ладони хватит, как считаешь?
— Не знаю, поглядим по ходу дела. Начинаем из одной точки на стыке пластов, ты вниз, а я — вверх?
Я закивала, довольная тем, что руковожу совместными действиями… Сейчас мы сделаем… И это будет и полезно, и здорово!
Проект пустить воду в конюшню и на кухню увенчался успехом. Хотя немного не так, как было запланировано… Если бы я только знала, что творю!
Вперившись взглядом в землю, я, боец невидимого фронта, отрешившись от окружающего, бурила и дробила гранитный пласт. Обозначила для себя светящимися драконьими нитями путь к водяной жиле и ушла по уши в работу… Рядом сидел сосредоточенный, неподвижный, как статуя, Ас.
Не знаю, в какой момент мы начали соревноваться, кто быстрее, — но начали.
И доигрались.
Только я прикинула, что резерва хватит тютелька в тютельку, чтобы доковырять дырку и оставить капельку, как велел Шон, как из земли у наших ног, плюнув песком, рванул мощный гейзер. Кажется, Ас тоже закончил работу… а мы напоролись на артезианский источник.
Вымокли мы мгновенно, за секунды, превратившись из юных леди и лорда, одетых в традиционные цвета своего дома — синий с серебром, в пару мокрых крыс. И намочило не только нас — оказывается, пока мы сверлили взглядом землю, вокруг собирался народ. Хорошо, хоть гости ещё не прибыли — но для суматохи и визга до небес хватило и мокрой замковой челяди.
Но и это было не всё — основной напор нашего рукотворного фонтана пришёлся на крышу конюшни, причём струя ударила снизу наискосок под таким углом, что черепица встала дыбом, как шерсть у напуганной кошки. А вода, соответственно, хлынула внутрь. Из конюшни послышались вопли и мат мужиков, переходящее в визг испуганное лошадиное ржанье… кажется, там мы тоже всех помыли. От конюхов до мышей на сеновале…
Я в панике уставилась на Аса — и как заткнуть то, что мы сотворили? Из дыры продолжало хлестать, лужа на глазах превращалась в озеро, мой диван, покачиваясь, всплыл, а потом лопнул с печальным «Пуф!». А магии у нас больше не осталось!
— Краш фэк! — выдал Ас неконструктивно, зато очень эмоционально.
Из ворот конюшни выплеснулся грязный поток, несущий клочья сена, опилки, вёдра… И это было не худшее — кто-то очень умный догадался открыть денники, чтобы спасти от потопа коней. Кони с энтузиазмом бросились спасаться. Во главе табуна неслись Прибой с Волной. Мокрый народ, добавляя шума и неразберихи, в панике шарахался — о нраве вороного живоглота в замке ходили легенды…
На крики примчалась охрана — в латах и с мечами наперевес… Ну что же, латы тоже можно помыть…
Апофигей наступил, когда поднявшаяся вода хлынула через полуподвальные окна в кухню…
— Я могу сесть сверху и активировать щит, — выдала я первое, что пришло в голову.
— И с таким напором тут же окажешься на крыше конюшни с мокрым подолом на голове, держаться-то не за что! Не вздумай устраивать такое представление при подданных!
— Тогда попробуй ты! Ты в штанах…
— …и уже не герцог, то есть статус неактуален… — фыркнул Ас, отбрасывая мокрые волосы с лица. — Зови Шона!
Ой, как не хочу-у… Учитель наверняка занят. И нас не похвалит… Но затопленная накануне прибытия полусотни гостей кухня — это катастрофа. Придётся!
Я не успела — Шон появился сам. Прямо в эпицентре катаклизма, держа за руку Ринон. Я застонала — вот мокрых учителя с принцессой нам тут и не хватало! Хорошо, что хоть Астер в гости не пожаловала… Или Главный Настоятель Храма Арисий Ларранский. А то бы этот визит вошёл в летописи герцогства.
— Брых вызгатый! Что за хрень?! Ри, забудь, что я сказал!
Над Шоном и Ри возник зонт силового купола. Ещё через секунду фонтан заткнулся, как не было. Остался превращённый в болото двор с толпой вымокшего народа, табуном перепуганных мокрых коней и рукотворная хлябь по колено из грязи пополам с сеном, битой черепицей и художественно разбросанными мокрыми дровами. Откуда взялись дрова — я не поняла. Но надо не забыть потом сказать, чтобы впредь их складывали где-нибудь в другом месте. Из окон кухни неслись отчаянные вопли повара и причитания кухарок…
— Я же всего час назад вас оставил! — Шон с упрёком уставился на меня.
— У нас магия кончилась, — потупилась я, чувствуя, как горят уши.
— Весело тут. — Ри с энтузиазмом оглядывала двор, потирая ладони. — Чем я могу помочь?
— Нет, твоей помощи мне пока хватит! — отозвался Шон. — Ты уже отличилась по самое не хочу… Обернулся к нам, пояснил: — Ларран сегодня праздновал День медведки. Хотя… хотя… — прищурившись, посмотрел на Ри: — Вот, займись в качестве урока. Дрова собери в одну кучу и высушить не забудь. Сено и прочую лабуду — очевидно в мусор. Воду со двора и из конюшни надо убрать, по водостокам она будет течь до завтра. Теперь вы! — уставился на нас с Асом: — Идите сюда, сейчас пополню резерв и обоих высушу, и займитесь затопленной кухней. Я пока починю крышу.
— Только волосы магией не трожь! — испуганно пискнула я.
— А стоило бы, — мотнул мокрой головой Шон. — Заслужила.
— Ладно, будем считать это уроком, — вздохнул Шон два часа спустя, когда работа по ликвидации последствий потопа была завершена.
Учитель не только восстановил черепицу на крыше конюшни, но и исправил и довёл до ума сотворённое нами безобразие. Теперь из земли позади конюшни торчал патрубок высотой в два локтя с носиком и длинной ручкой. Нажмёшь — течёт вода. Отпустишь — не течёт.
— К конюшне и на кухню проведём трубы на глубине шести локтей, чтобы не промерзали зимой. Но это потом, когда появится время. Только если вздумаешь делать всё сама, позаботься сначала о стоке наружу. Во избежание повторения. — Шон ехидно осклабился. — Хотя мыть двор замка перед приездом гостей — это оригинально!
Уж да… А ещё лошадей, дрова, гвардейцев и повара!
Мокрая мука пополам с золой из очага — сие, доложу вам, нечто… А весь замок, похоже, сегодня остался без ужина. Зато какой чистый!
До постели я доползла в полном изнеможении. Больше, правда, моральном, чем физическом. До сих пор я не задумывалась, что может натворить маг-недоучка. И уж меньше всего предполагала, что дилетантом, севшим в лужу — как в переносном, так и в буквальном смысле, — окажусь я сама. Точнее, мы с Асом… Так сказать, два отличника отличились.
Шон больше не ругался. Только устало вздохнул, когда я, чувствуя себя жутко виноватой, сообщила, что большая бочка с мукой и ещё куча всего на кухне пришли в негодность. Потоптался по двору, постоял в сухом углу, велел последить, чтобы никто туда не совался, — и исчез. А потом через открывшийся портал на нас посыпались мешки с припасами, корзины с овощами и южными фруктами, кувшины и бочонки с вином… Последними выпали три рогатых туши каких-то крупных антилоп. Рыжих, размером с корову, с чёрной продольной полосой по боку.
— Ну, всё, — зевнул Шон, появившись из портала. — Как хотите, а я — спать. И не дёргайте меня с ужином. Я уже поел. Мраком.
Снова собравшаяся поблизости толпа уже высохшей челяди благоговейно взирала на происходящее… Да, зевак ничем не отпугнуть!
Но наш визит тут запомнят надолго.
Вот только вопрос: станут ли по нам скучать, когда мы уберёмся из замка?