Глава 29
Ренард материализовался в гостиной и, глянув мельком на оцепеневшую от страха горничную, решил, что дальше он проследует ногами, а не порталом.
В принципе, дворцовая прислуга давно привыкла, что члены королевской семьи то и дело на глазах исчезают и возникают, но эта, видимо, новенькая.
— Милорд, — отмерла горничная и изобразила книксен. — Я тут… Простите!
— Работай, — бросил Ренард на ходу.
Дворцовая библиотека — вот его цель. Вернее, один её отдел, где хранятся полные родословные книги всех пятидесяти высокородных семейств королевства.
Итак, что он имеет?
Все одарённые обладают способностью замечать эманации чужой силы.
Но только первородные могут рассмотреть наличие или отсутствие родового дара у отпрыска высокородного семейства. А уровень и направленность этого дара умеют определять маги всего из двух семейств — де Сантини и де Монтено.
И только единицы видят все стихии и оба родовых дара Инквизитора!
Собственно, до сих пор такие способности проявились всего у двоих высокородных — у его матушки, и у его величества.
Ренард вспомнил тот день, когда пробудилась его сила.
Вернее, целую неделю потрясений, потому что ему выпал выигрыш в виде всех четырёх стихий.
Или наказание?
Помнится, мама обняла его крепко-крепко.
— Алан, Молчаливый оказал тебе большое доверие! Четыре Стихии и способность отличать ложь! Ты станешь Инквизитором, как твой дед.
— Инквизитором? — тогда он не столько испугался, сколько удивился.
Неужели у него будет такая силища?
Деда мальчик помнил смутно, тот умер, когда старшему внуку едва исполнилось пять. Но вот давящее ощущение от силы, которая казалось, заполняла всё вокруг, стоило дедушке войти в комнату, запечатлелось накрепко.
Неужели он тоже так сможет? Достаточно будет просто посмотреть, и уже никто не сможет назвать его коротышкой? Даже длинный, как жердь, старший сын маркиза Дюпьене!
— Да, сынок, Инквизитором! Такое сочетание Стихий и именно этого дара встречается довольно редко. Дедушка был бы счастлив.
— Я буду самым сильным магом королевства? — он тогда приосанился, представляя, как утрёт нос заносчивому Дюпьене, но мать быстро спустила его с небес на землю.
— Одним из самых сильных, — поправила она.
— Не самым-самым? А кто же тогда самый-самый? Его величество?
— Молчаливый мудр, — ответила матушка, — поэтому и не стал сверх меры одаривать кого-то одного, а разумно распределил могущество между разными семействами. Один маг сильнее в одном качестве, но слаб в другом. Второй маг наоборот. И только объединившись, они станут непобедимыми и неуязвимыми.
— Значит, Пьерре и дальше сможет называть меня коротышкой?
— Не долго, ведь ты растёшь, и скоро не только догонишь юного тьера, но и перегонишь.
— Не хочу ждать! Лучше подпалю ему камзол, если он примется за старое! Или оболью его водой. Я ведь всё это теперь смогу?
— Алан, Молчаливый даёт магию не для этого! Большая сила и почти неограниченные возможности накладывают на человека огромную ответственность! Не разочаровывай меня, сынок! Ты добрый и умный мальчик, и не станешь сводить счёты с более слабым! Пьерре и сам от тебя отстанет, как только все узнают о твоём даре и количестве Стихий.
Так и случилось — больше Ренарда никто не пытался задирать.
Впрочем, у него не было времени на игры. Весь день теперь был рассчитан по минутам: сон, еда, уроки, практика, еда, практика, уроки, сон.
Да и встречи со сверстниками почти прекратились, если не считать за них официальные обеды и чопорные семейные торжества, куда допускались дети. Но там не то что пошалить, парой слов перекинуться не получалось!
О чём это он?
Ренард вынырнул из воспоминаний о детстве и огляделся — надо же, дошёл до нужного крыла, сам не заметил — как. Пожалуй, такого погружения в прошлое с ним давно не случалось!
А кто виноват?
Правильно — та самая головная боль, которую он сам же на себя и взвалил! Весьма хорошенькая, надо сказать, головная боль. И, как выяснилось, наполненная сюрпризами!
Вот что, спрашивается, его толкнуло спасать поглотителя? Зачем он полез выяснять, как давно она этим промышляет, и каким образом родные смогли так долго скрывать Ассорбитора? Будто бы это как-то отменило тот факт, что девушка едва не досуха выпила резерв сестры! Причём, на глазах их величеств и его высочества, не считая десятка других магов.
Вина неоспорима, тьера должна была понести немедленное и самое строгое наказание. То есть, он обязан был её развеять прямо там, на месте преступления.
Но вместо этого отчего-то скрыл Даниэль от всех, кто мог бы ей навредить, а сам развил бурную деятельность. Будто бы ему хотелось найти ей оправдание и… и забрать себе!
Ну вот, забрал. Стало легче?
Ни на каплю! Но интереснее — несомненно.
Мужчина приложил руку к замку, тот негромко щёлкнул, открываясь, и Ренард вошёл внутрь огромного помещения. Книгохранилище занимало весь этаж целого крыла и состояло из нескольких, идущих друг за другом залов и доброго десятка комнат поменьше. В них располагалась картотека, архив, хранились самые ценные и редкие экземпляры. А так же те книги, к чтению которых допускался строго ограниченный круг лиц.
Распугав помощников Главного библиотекаря и отмахнувшись от него самого, Инквизитор направился к скрытому отделению Большой Королевской Библиотеки.
Найти без помощи посвященных нужные тома оказалось не так просто, но Ренард не хотел никому показывать, что именно его так заинтересовало.
Нет уж, Библиотекарь тотчас всё доложит королю, а дядя и так неохотно дал разрешение на эксперимент вместо казни!
Поэтому сначала он сам убедится в правильности или ошибочности своих предположений, а уж потом поделится ими с дядей.
Наконец он наткнулся на шкаф, подписанный «де Маритт» и погрузился в изучение родословной семьи Даниэль.
Девочка видит все стихии и оба его дара! При этом у неё самой он отмечает только сильную Стихию воды. Ну и внушительный дар рода, разумеется.
Но не применяя специального поискового заклинания, одностихийник никак не мог обнаружить вход в лабораторию! В принципе, с заклинанием тоже не мог бы — что это за защита, которую любой маг обнаружит, всего лишь применив формулу поиска?! Да, обманул девочку, но ей от этого никакого вреда не было бы! Она потратила бы час времени, пытаясь решить нерешаемое, а он незаметно для неё выяснил бы, какую магию она использует. И оценил бы расход резерва.
Для этого он и затеял эту якобы проверку на знание заклинаний.
А девочка взяла да и нашла дверь!
Что там — нашла? Она её открыла!!! А потом, невинно хлопая ресницами, бесхитростно сообщила, что «просто дёрнула за чёрно-жёлтую завитушку».
Кстати, про ресницы — это же оружие массового поражения беззащитных мужчин!
Теперь он понимает, почему в Восточном хассе женщины носят покрывала, полностью скрывающие их лица!
О чём это он? А!
Если бы Релле околачивался рядом, он бы решил, что это призрак помог тьере, но дед носился где-то за пределами замка.
Значит, Даниэль справилась сама.
Но как?!
Второродная. Одностихийница. Ассорбитор, то есть маг с «дырявым» резервом. Ещё и в Контролёре!
Всё это просто не укладывалось в голове.
И для начала Ренард решил тщательно изучить родословную своей «головной боли».
До позднего вечера он вчитывался в имена далёких предков Даниэль, отмечая на отдельном листе особенности дара и магии каждого из них.
И нашёл!
Раз в три — четыре поколения в роду де Маритт появляется маг с двумя, а единожды даже с тремя Стихиями!
Ренард бросил взгляд на короткий список — всего три человека, двое мужчин и одна женщина. И за каждым именем стоит маг, который имел для страны огромное значение!
Один из предков Даниэль пятьдесят лет занимал должность Верховного Мага королевства. Отличался большой силой и неподкупностью. Настоял на обязательном обучении всех одарённых детей и стал основателем Королевского Университета Прикладной Магии.
Второй обладал редкими целительскими способностями, что не удивительно, учитывая природу родового дар де Маритт. Подкреплённые двумя Стихиями — Воды и Земли — такие способности сделали из него величайшего целителя. Этот предок Даниэль придумал много новых лечебных заклинаний, создал и записал рецепты отваров и зелий, которыми все целители пользуются до сих пор.
И последняя в списке, но не по значимости — тера Беренея, супруга Лотара Третьего. Королева, которая запомнилась потомкам не только своими человеческими и магическими качествами — тера была необыкновенно умна, добросердечна и имела внушительный резерв. Но и тем, что она подарила стране самого могущественного в истории королевства монарха Лотара Четвёртого. А её дочь, герцогиня Веренея, могла без вреда для себя и без угрозы потери дара возвращать к жизни совсем безнадёжных.
И это открытие меняло всё!
Ренард потянулся, разминая затекшие мышцы.
В голове мелькнула мысль, что не помешает заодно проверить и род матери Даниэль. Мало ли, вдруг там тоже скрывается что-то этакое?
Нужный том нашёлся относительно быстро, но беглое изучение его содержания ничего нового не добавило — среди предков графини де Маритт, урождённой графини де Поччо, никаких выдающихся личностей или значимых для королевства магов не обнаружилось.
Род как род — достаточно древний, но большинство его представителей совершенно обычные, можно сказать, средние маги. Все они владеют Стихией Земли, и за восемьсот лет среди них не появилось ни одного полистихийника. В общем, вполне заурядная, хоть и довольно состоятельная для провинции, семья без больших недостатков и без выдающихся достоинств.
Как сказал бы дядя — серость, как таковая, без огня и изюминки. Единственное, что немного выбивалось из общей заурядности де Поччо — дар этой семьи.
Его суть заключалась в умении убеждать, вызывать расположение и доверие. Этакий суррогат приворота, только к чувствам он не имел никакого отношения.
Первородные женщины рода умели лишь слегка манипулировать эмоциями и владели слабой способностью настроить собеседника или нужного человека на благожелательный лад.
Ренард вспомнил свои ощущения — притяжение, интерес, желание схватить в охапку и спрятать от всего мира, защитить и…
Гм!
Неужели Даниэль каким-то образом смогла унаследовать родовой дар своей матери, да ещё и существенно его усилить? Это бы многое объясняло!
Если бы не одно «но» — старшая дочь получает способности рода отца, а не матери. Её младшим сёстрам не достаётся ничего, кроме стихии одного из родителей.
Не бывает такого, и быть не может!
И сам себе возразил: но родовой магии у второродной девочки тоже быть не может, однако у Даниэль она есть!
И если наличие у неё силы семьи де Маритт ещё можно списать на природу Ассорбитора — отняла в младенчестве дар у старшей сестры, то как тогда объяснить скрытую вторую Стихию? Возможно, что не одну, уж слишком легко девушка обошла его защиту…
Инквизитор встал и прошёлся по комнате, рассеянно поглаживая двумя пальцами подбородок.
Так, первым делом нужно пробудить, выпустить, позволить развернуться запертой в Даниэль магии. Определить вид Стихии или Стихий, если вдруг девочка окажется тримагом, и научить её сдерживать засидевшуюся силу. Затем поставить временный ограничитель на резерв тьеры, чтобы Даниэль случайно не опустошила себя до донышка. И отправить в Бахру вестник с новым заказом — тремя накопителями им теперь не обойтись.
Мужчина вернулся к столу, ещё раз бегло просмотрел сделанные записи, удовлетворённо кивнул и спрятал лист в карман. Следом поставил тома на место и, к еле сдерживаемой радости Главного Библиотекаря, покинул помещение.
Оказавшись в холле, Ренард остановился, раздумывая, что ему делать дальше.
По-хорошему — прямо сейчас вернуться к себе домой и убедиться, что непредсказуемая подопечная не нанесла ни замку, ни Релле непоправимый урон.
Если его предположения верны, то девочка легко может случайно взмахнуть заклинанием и отправить деда на другой конец мира. Или нечаянно снести стену, всего лишь, попытавшись передвинуть кресло.
А ещё неплохо было бы поесть и выспаться.
Что-то подсказывает, что силы и способность ясно мыслить ему ещё ой как понадобятся!!!
Но пока он отсыпается, граф де Маритт может уехать в свою провинцию. Ведь он сам дал отцу Даниэль этот совет…
Или король объявит о новой невесте наследника. Нет, медлить нельзя!
Разбудить дядю оказалось не самым простым делом.
Сначала дорогу Инквизитору преградил дежурный маг, за спиной которого маячили двое стражей из числа обычных людей.
Тем хватило одного грозного взгляда, чтобы они мгновенно растворились, словно умели телепортироваться или накидывать полог невидимости.
Маг же некоторое время препятствовал продвижению, одновременно пытаясь поднять тревогу. Пришлось спеленать его силой, лишив возможности двигаться и говорить.
Ренард отметил в уме, что завтра надо будет этого одарённого поощрить и вообще привлечь к работе Департамента. Ведь он, рискуя жизнью, не только осмелился преградить Инквизитору дорогу, но и оказал ему серьёзное сопротивление! Многообещающий молодой человек!
— Благодарю за службу! — Ренард слегка поклонился поверженному противнику, признавая его мужество и стойкость. — Заклинание развеется через час, как и дополнительный полог, которым я оградил на это время королевские покои.
Дядя мирно спал.
К счастью, в одиночестве, и это упрощало дело.
Пара бодрящих формул, и Лотар Седьмой раскрыл глаза и привстал на кровати, удивлённо рассматривая фигуру племянника.
— Алан?! Что случилось? Лайонел?!
— Жив, цел, здоров, спит, — бодро отрапортовал Инквизитор. — Её величество и ваша с ней дочь — аналогично.
— Тогда какого ты врываешься посреди ночи и рвёшь в клочья мой сон? — возмутился король. — Я же теперь не засну, а завтра буду похож на осеннюю муху! Что ты применил?
— Не важно, действие пройдёт в течение получаса, — отмахнулся Ренард. — Дядя, как ты объяснил двору происшествие на званом обеде? И отставку невесты принца?
— Без лишних подробностей, — фыркнул король. — Сказал, что была попытка покушения на невесту наследника, но злоумышленник уже установлен, пойман и казнён.
— То есть никто не знает, в чём заключалось преступление, и кто его совершил?
— Нет, — дядя ненадолго задумался, потом добавил: — Знает прево и ещё с десяток придворных, считая свидетелей преступления, но я позаботился, чтобы никто из них не проговорился. И если никто не успел передать новость раньше, то уже и не сможет этого сделать.
— А если успел?
— Кто будет верить слухам, если сам король утверждает, что преступник не имеет отношения ни к одному знатному роду? — хмыкнул Лотар Седьмой. — У меня Сезон в самом начале, мне наследника женить! Никаких скандалов! Про прежнюю невесту завтра объявим, что принц отпустил её, не стал разбивать пару. Дескать, тьера влюблена, и её чувства взаимны.
— Прекрасно, — довольно кивнул Ренард. — В таком случае, нужно отправить к особняку Маритт посыльного с приказом, чтобы утром граф вместе со старшей дочерью явился во дворец.
— Зачем?! — удивился король.
— Ради благополучия и процветания семьи, Лайонелу всё-таки придётся взять её в жёны! — выпалил Ренард и извлёк из-за пазухи лист. — Смотри, дядя, что я нашёл. Эти выдающиеся маги происходят из рода Маритт! А ещё — у второродной сестры тьеры Альбертины не только сильный дар, но и минимум две Стихии! Одна скрыта, но я собираюсь завтра помочь ей высвободиться.
— Ты уверен? — король взял в руку лист и углубился в чтение. — Тер… мгм… Да… ещё бы! И королева…
— Уверен, девочка видит мою магию и оба дара.
— О?!
— И она — младшая в семье, дядя. Понимаешь? Представь, какой потенциал кроется в старшей! Пусть почти всю её силу и большую часть родового дара забрала себе тьера Даниэль, но кровь-то осталась! И это значит, что тьера Альбертина имеет шанс произвести на свет выдающееся дитя! С накопителями и моей поддержкой, разумеется.
— Что ж, твоя идея имеет смыл, — задумчиво произнёс король. — Но Неллу эта девушка совершенно не нравится. Надо сказать, мне тоже. Она же глупа, как курица! А вот её младшая… гм…
— Будто бы отсутствие ума у тьеры может считаться препятствием для брака! Детей, когда они родятся, воспитывать и учить будут другие люди, от тьеры Альбертины требуется только их выносить и родить. А Нелл… Ради семьи и государства он потерпит.