Глава 30

Вероника

– Я любовница вашего мужа и я беременна от него.

Я слышу эти слова как будто сквозь толщу воды. Я как будто во сне… Или в другой реальности.

Потому что в моей такое просто невозможно!

У меня, наверное, шок. Он помогает мне держаться. Не до конца верить в происходящее. И оставаться внешне спокойной.

Но внутри я умираю. И лечу в ледяную бездну…

Она тараторит явно заранее заготовленные фразы. Репетировала, наверное, прежде чем заявиться к жене своего любовника.

Они, оказывается, давно любят друг друга. Хотят быть вместе… У них будет ребенок! А я им мешаю.

Я сообщаю ей, что препятствовать их счастью не планирую.

И захлопываю перед ее носом дверь. Кажется, она ожидала чего-то другого…

Чего?

Скандала? Слез? Истерики?

Не дождется.

А она красивая… Брюнетка. Как он любит.

Мой муж.

Я сползаю по стеночке.

Сижу на полу, смотрю в одну точку. Ничего не чувствую. Вообще ничего!

Я как будто умерла… Чувства точно умерли.

Но мозг работает. Он подкидывает мне воспоминания. И озарения.

Тот темный волос… он не имел отношения к секретарше Людмиле. Не зря же Максим так напрягся, когда я об этом рассказала.

Это был ее волос. Этой знойной красотки.

А еще  “футбол с пацанами” по вечерам. Понятно теперь, что это был за футбол. И кому мой муж забивал голы.

Все мои ревнивые мысли за последний месяц… они возникли не на пустом месте! Я чувствовала, что что-то не так.

Я знала. В глубине души я догадывалась…

В голове вдруг всплывает фраза, услышанная когда-то в салоне красоты: запасная жена…

У моего мужа уже давно есть запасная жена.

Я не могу родить ему ребенка. И он решил попробовать с другой.

И у него получилось…

У моего мужа будет ребенок. Не от меня! От другой женщины.

Он спал с ней.

Я повторяю это про себя. Снова и снова.

Но не верю!

Просто не могу поверить. И по-настоящему почувствовать.

Я как будто в коконе, и он защищает меня от боли. Которую я не вынесу…

Наверное, так проявляется шок.

В моей голове вдруг мелькает спасительная мысль: а вдруг она врет? Эта девушка.

Кто она вообще? Я ее не знаю.

Почему же я сразу ей поверила?

Почему не задала ни одного вопроса?

Кстати… она даже не называла имя Максима. Может, она вообще дверью ошиблась?

Как это было бы чудесно!

Мне хочется поверить в это чудо. Но… нет. Чуда не будет.

Максим в последнее время сам не свой. И теперь я знаю причину. А меня давно мучили сомнения и подозрения. Тоже не на пустом месте.

Да, я поверила этой девушке.

Но я ее даже толком не разглядела. Все было как в тумане. А сейчас мне кажется, я ее где-то видела. Когда-то давно. Или недавно…

Я вскакиваю. И бегу к своему рабочему столу. Роюсь в ящике. Нахожу старый журнал,  трясу его. И из него выпадают две фотографии.

На одной Максим. В смешных джинсах с низкой талией. Когда-то я забрала эту фотку у Ани.

А с ней прихватила и вторую. Ту, где Максим со своей первой любовью. Они сидят на подоконнике. Он смотрит на нее влюбленным взглядом…

Я тоже смотрю на нее. Темные длинные волосы, пухлые губы, большие глаза… Это она.

Она приходила ко мне. Повзрослевшая, немного изменившаяся. Но, несомненно, – она.

Диана.

Первая любовь Максима. На которую я так похожа… И которую он, видимо, так и не смог забыть.

Так кто из нас запасная жена?

Выходит, что я. Я стала для Максима временной заменой. А она… Она прямым текстом мне сказала, что они давно любят друг друга.

Все становится на свои места.

Не зря Анька нашептывала мне, что мы с Максимом несовместимы, и поэтому не можем зачать ребенка.

Не зря она сделала так, чтобы я не поехала на шашлыки. Уж не Максим ли ее об этом попросил? Ведь там была вся их компания.

Они все знали!

Ну, конечно. Знали и сочувствовали Максиму. Который вынужден жить с бесплодной нелюбимой женой. Вместо того, чтобы вернуться к своей когда-то исчезнувшей любимой…

Кстати, почему он до сих пор не с ней? Почему не ушел?

Жалеет меня?

Боится, что я совсем рехнусь и что-нибудь с собой сделаю?

Или ему нравится иметь двух жен одновременно?

Как же я его сейчас ненавижу!

Я бросаюсь в спальню. Достаю чемоданы, купленные специально для отпуска. Начинаю бросать в них свои вещи.

Швыряю как попало, не задумываясь. В голове вертится лишь одна мысль: я тут не останусь. Я не могу здесь находиться! Мне надо уехать… Куда-нибудь на край света.

Я начинаю закрывать чемодан. Тороплюсь, палец попадает в съезжающуюся молнию, я вскрикиваю от боли.

И останавливаюсь.

А почему, собственно, я должна куда-то уезжать? Чтобы Максим жил в нашей квартире со своей обожаемой Дианой? Чтобы она спала в моей спальне и хозяйничала на моей кухне?

Да ни за что!

Пусть он валит из дома!

Я открываю чемодан. Начинаю вытаскивать свои вещи. И забрасывать вещи Максима…

И где-то посреди этого хаотичного и судорожного процесса меня накрывает.

По моей щеке скатывается одинокая слеза. Потом вторая…

Через секунду слезы текут безудержным потоком. Меня трясет так, что стучат зубы. В груди что-то рвется. Меня тошнит и как будто выворачивает наизнанку от боли.

Я сворачиваюсь на кровати калачиком и рыдаю так, что, кажется, сейчас умру…

Так рыдать можно в детстве, когда впервые осознаешь, что мир жесток и несправедлив.

И когда тебя предал самый близкий и любимый человек…