Глава 16

Днём ей было некогда вспоминать о предательстве двух близких людей – если Славу не тормошила Света, то внимания матери требовала Лена.

Впервые в жизни попав на море, дочка хотела всего и сразу – и Красную Поляну, и поющий фонтан, и катание на катере, и чурчхелу...

- Прогулка на кораблике! – подпрыгивала дочь.

- А потом дельфинарий! – вторила ей Светлана. – Не простим себе, если не сходим на представление!

Но лучшим лекарством было море.

Необъятное, то спокойно-лазурное, то серо-нахмуренное, оно шуршало прибоем, окатывало с головой, заставляя отплёвываться от солёных – совсем, как её слёзы – брызг.

И незаметно, исподволь, вымывало, растворяло горечь предательства и боль потери.

Набегавшись днём, дочка клевала носом за ужином и засыпала сразу, как её голова касалась подушки. А подруги какое-то время ещё сидели у окна, глядя на Променад и подсвеченные огнями пальмы. Прихлёбывали чай и делились впечатлениями от пройденного дня.

С момента звонка из полиции прошло два дня, но больше Шанскую никто не беспокоил. И подруги по молчаливому соглашению не поднимали тему бывшего жениха Ярославы и её не в меру активных родственниц.

Но не говорить о них вслух – не равно не думать про себя, что происходит в Москве.

И Слава, уложив спать дочь и оставшись наедине сама с собой, нет-нет да ловила себя на мысли, что хотела бы узнать, чем для мамы и сестры закончилась попытка вселиться в её квартиру.

Раз ей никто не звонит, ни полиция, ни Влад, значит, там всё разрешилось?

- Давай-ка спать, - прервала молчание Света. – Завтра с утра на пляж?

- Да, сразу после завтрака. Только не на тот, что за Морским портом, а поехали в Известия? Там почище, народу поменьше. И вообще, мы хотели погулять по Адлеру.

- Хорошо, - согласилась Светлана. – Ты ложись, я сама посмотрю расписание электричек и заведу будильник.

Слава благодарно улыбнулась подруге, пожелала ей доброй ночи и ушла в свою комнату.

Но стоило ей остаться одной, как на неё снова накатило – если бы не Ада... Если бы она, Ярослава, не поддалась уговорам матери и не пригласила младшую сестру пожить у себя...

Вернее, если бы Влад хоть немного её, Славу, любил, он не переметнулся бы к Адель! Тогда сегодняшнюю ночь, как и все предыдущие, она провела бы вместе с ним. Здесь, на этой кровати!

С ним, со своим мужем и...

Слава рвано вздохнула, скомкала пальцами одеяло и закрыла глаза.

Они бы любили друг друга и заснули далеко заполночь. А утром их разбудила бы Лена. Влад, по-доброму подтрунивая над сонным видом ребёнка, сгрёб бы девочку в охапку, завернул в одеяло и уложил на кровать между родителями. И они, болтая втроём о грядущем дне, повалялись бы ещё с полчаса. А потом встали и наперегонки помчались умываться и одеваться.

Счастливое семейное утро!

Как жаль, что оно только в мечтах...

Слава всхлипнула, прикусила кулак, заталкивая рыдания, запрещая себе плакать, но слёзы текли и никак не хотели останавливаться...

- Мама, вставай!!!

Лена, пританцовывая от нетерпения, стояла на пороге комнаты. – Тёть Света говорит, что до электрички осталось полчаса, а ты ещё в кровати!

- Какие полчаса? - с трудом разлепив глаза, проворчала Ярослава. – Сначала завтрак, потом электричка!

- Славка, вставай, проспали! Если не уедем девятичасовой, то следующую придётся ждать до одиннадцати, - на мгновение в дверном проёме мелькнула голова Лосевой. – Позавтракаем в Известиях, там тоже полно едален. Давай-давай, не тормози. Поваляться в кровати ты и в Москве сможешь, а вот море только здесь и сейчас!

Действительно, чего это она?

Ярослава с трудом вынырнула из дрёмы и отправилась в ванную. Ночью сама не заметила, как заснула – плакала, жалея себя и – ещё больше – Леночку. А потом – раз! – и утро!

Первым делом Слава поплескала в лицо прохладной водой, а потом взглянула на своё отражение.

Увы, в зеркале показывали ужасы!

Всё-таки слёзы не прошли даром!

Это в семнадцать, узнав об очередной пассии Влада, она могла не спать всю ночь, заливая слезами подушку, и утром всё равно выглядеть свежо и бодро. А в тридцать два всего полчаса рыданий оставили на память мешки под глазами...

- Что ты копае... О-о-о!!! – Светлана бросила лишь один взгляд на расстроенное лицо подруги и тут же исчезла.

- Свет, может, вы одни съездите? – крикнула ей вдогонку Слава. – Я сегодня немного не в форме.

- Вот ещё! – отозвалась Лосева. – Чтобы ты тут весь день сидела и сопли на кулак мотала, себя жалеючи? Ща мы из тебя сделаем человека. Пять сек! Вот, как чувствовала, что пригодится!

Она вернулась и протянула Ярославе блюдце с кубиками льда.

- Куда столько, я в сосульку превращусь! – рассмеялась Шанская. – Одного хватит.

- Тебя на минуту оставить нельзя, - фыркнула подруга. – Вот с чего ты разнюнилась? Радоваться надо!

- Чему? Что родная сестра и...

- Что ты вовремя увидела их истинные лица и узнала подлинное к себе отношение. Согласись, было бы намного ужаснее, если бы Дерюгин бросил тебя в день свадьбы. Или – того хлеще – женился на тебе и продолжил за твоей спиной шуры-муры. А он именно это и делал бы, поверь! И без Адки твоей, года б не прошло, начал ходить налево. Он по жизни кобель, ты что, не видела, как он с шестнадцати перебирал подружек?

- Видела, но я думала...

- Знаю, что ты там себе надумала – мол, это он с другими «такой», а с тобой сразу «не такой» станет. Ага, щазз! Чёрного кобеля не отмоешь добела!

- Свет, а почему ты раньше ничего такого мне не говорила?

- Потому что ты, дурында влюблённая, не способна была здраво мыслить. Смысл сотрясать воздух, ещё б поругались? Но теперь очки у тебя разбились, есть надежда на выздоровление и возвращение объективного зрения и восприятия. Поэтому и говорю – не плакать – радоваться надо! И спасибо Адке сказать – что избавила тебя от наваждения и этого... парнокопытного.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍На электричку успели в последнюю минуту.

- Мама, тётя Света, смотрите, там три свободных места рядышком! – востроглазая Лена мигом углядела нужную локацию и рванула вперёд.

Светлана отправилась за крестницей, а Ярослава на пару минут задержалась, пытаясь отдышаться. Неожиданный марш-бросок по вокзалу, переходу и лестнице не прошёл даром.

«Надо больше ходить пешком, - подумала Шанская. – Вернёмся, больше никакого такси, и до метро только ножками! А если вставать на сорок минут раньше, то можно и до самого офиса».

И в этот момент электричка резко затормозила.

Славу по инерции повело вперёд. Она попыталась ухватиться за спинку ближайшего кресла, но вагон уже прекратил торможение и начал ускоряться. Шанскую мотнуло назад, и не успела она сориентироваться, как её развернуло и буквально бросило на колени сидящего на крайнем сидении пассажира.

***

За четыре дня до свадьбы.

Помогать именно в этом деле не особенно хотелось, но и отмахнуться Глеб не мог – Дерюгин его друг!

Пусть запутавшийся и начудивший по полной, но от этого не ставший чужим.

И пусть Дёмин не одобрял похождений Влада, но в первую очередь надо было вытащить мать с дочерью из передряги, а потом уж устраивать «разбор полётов» и им, и самому Дерюгину.

Дуры неплохо так вляпались. Горе от ума, вернее, от его отсутствия!

Это ж надо было додуматься – взламывать чужое жилье?! Не важно, что квартира сестры и дочери, важно, что Ярослава им этого делать не поручала.

Ну и как теперь вызволять идиоток?

Поначалу Глеб хотел обойтись своими силами, не привлекая тяжёлую артиллерию. Но как только сунулся в отделение, сразу выяснил, что без помощи не обойтись.

Хватило ума ни на чём не настаивать, а аккуратно поинтересоваться у полицейского, что задержанным может помочь.

- Хороший адвокат, - фыркнул тот. – Или приказ сверху. А в идеале – и то, и другое, плюс какая-нибудь справка от айболита, что дамочки были не в себе.

«Справка! – пронеслось в голове. – Забыл позвонить Маргарите».

Но разговор с тёткой только добавил вопросов.

- О, Глебушка! – услышав голос племянника, та явно обрадовалась. – А я как раз тебя вспоминала!

- Долго жить буду, - улыбнулся Дёмин. – Маргарита Сергеевна...

- Просто Рита, - прервала его тётушка. – Сколько можно повторять? Не чужие ж, да и разница в возрасте у нас не такая существенная, чтобы расшаркиваться, особенно при личном общении. С отчеством я себя сразу ощущаю лет на двадцать старше!

- Хорошо. Рита – дело на миллион! Помнишь, я просил тебя проконсультировать одну беременную девушку?

- Помню.

- Ну вот – по глупости она вляпа... допустила ошибку и очутилась в полиции. Всеволода Максимовича пока беспокоить не хочу, решил попробовать своими силами. В полиции сказали – девочку отпустят под подписку, если у неё будет адвокат и справка о беременности. Адвоката я обеспечу, а вот второе не в моих силах и компетенции. Выпишешь эту справку, я через час подъеду к клинике?

- Нет, не смогу.

- Рита... Согласен – девушка редкая дурочка, но она в положении и ей не место в КПЗ! Неужели тебе её не жалко? А вдруг ребёнок пострадает?

- Жалко, но справку дать не могу.

- Почему?

- Потому эту беременную я в глаза не видела, - спокойным голосом пояснила Маргарита Сергеевна. – Твоя протеже на осмотр не явилась. Сам понимаешь, в таком случае я не имею права выдать официальное заключение. Мой тебе совет – найди ей адвоката, и уже пусть он заявляет о положении клиентки и требует для неё врача. После осмотра, когда наличие деликатного положения задержанной подтвердится, добиться освобождения под подписку будет несложно. Надеюсь, эта дама ничего серьёзного не нарушила? Убийство там, похищение?

- Нет-нет, - машинально ответил Глеб, - она допустила глупость, никто не пострадал, кроме неё самой. Значит, на приём она не приходила?

- Ну я же говорю – нет, - терпеливо повторила Дёмина. – Всё-таки позвони Головину, он скорее со всем разберётся.

- Спасибо, Рит! Тогда я побежа...

- Глеб, постой, - женщина помолчала, словно обдумывая вопрос. – Это твоя девушка?

- Нет, она невеста друга, Владимира Дерюгина.

- А-а! – с плохо скрытым облегчением протянула Дёмина. – Ладно, беги, у меня тоже дел полно. Зашёл бы как-нибудь на чаёк, а то в одном городе живём, а видимся два раза в год. Севе привет передавай.

- Непременно передам, Рит! И как разгребусь с делами, заскочу к вам на огонёк.

Глеб сбросил вызов и бездумно уставился на телефон.

Это что же получается – Ада у Маргариты не была, но с кем тогда беседовал Влад? Он сказал, что после приёма говорил с врачом – даже, кажется, имя назвал – и как раз Ритино.

Повертев вопрос так и этак, Дёмин снова поднёс к уху сотовый.

- Влад, - начал без предисловий, - а скажи-ка мне, в какую клинику ты возил Аделаиду?

- В ту, что ты мне сказал, - несколько раздражённо ответил друг. – На Яблочкова. А в чём проблема?

- Ты вместе с Адой заходил к врачу? – продолжил допрос Дёмин.

- Нет, конечно, - возмутился Владимир, - ты что, не знаешь тамошние порядки?! Только мужей пускают, а я ещё не он. В следующий раз пойдём вместе, а пока пришлось ждать на улице. Но я попросил Адель передать доктору, что хочу поговорить с ней, и та выходила на крыльцо. Обстоятельно всё объяснила, мол, ребёнок развивается и всё такое. Без патологий. Слушай, а чего ты спрашиваешь у меня? Позвони своей родственнице! Мне сейчас как-то не до пустой болтовни.

- Да она на операции, - сходу выдумал Глеб, - а у клиники ещё два филиала, подумал – вдруг Маргарита не в главном корпусе принимает, хотел уточнить, чтобы её зря не дёргать.

- А!! А зачем тебе она?

- Справка нужна о беременности, чтоб твою ду... драгоценную вытащить из полиции.

- Понял. На Яблочкова она. Спасибо, что помогаешь, Глеб! Держи меня в курсе, хорошо?

- Непременно, - отозвался Дёмин и сбросил вызов.

Вот это новости – пускают только мужей, Влад торчал на улице, а Адель в клинику заходила одна, но до Риты не добралась. Тогда с какой Маргаритой Сергеевной беседовал Дерюгин?!

- Никакой беременности нет! – вполголоса произнёс Глеб и взъерошил пятерней волосы. – Эта... стерлядь малолетняя водит Вовку за нос! Чёрт...

И что ему делать?! По идее – немедленно открыть другу глаза, но...

Вот именно – НО!

А что, если Дерюгин не только даст Туровой отставку, но и бросится замаливать вину перед Ярославой?! И она его простит... Помучает сколько-нибудь, а потом простит. Уже не раз такое было – Вовка гуляет, а Слава верной собачкой ждёт его. И радостно бежит навстречу, стоит Владу дать отставку очередной пассии...

Он, Глеб, тоже ждёт. Чёрт его знает – чего. У моря погоды, наверное. И когда Ярославе надоест ветреный Владимир, когда она очнётся и заметит, что в мире существуют другие мужчины.

Что он, Глеб Дёмин, не только друг Влада, но и...

- Вовка сам накосячил, - прошептал себе под нос. – Пока у них всё было хорошо, я не лез. Даже виду не подавал, что испытываю к Славе далеко не дружеские и не братские чувства, но теперь свой шанс не упущу.

Она же у Влада ни дня единственной не была, ни дня! А я на неё и пылинки не позволю упасть! Если она мне поверит, если позволит хотя бы просто быть рядом...

Влад сам заварил эту кашу, сам променял Ярославу на её сестру, вот пусть сам со своей любовью и разбирается.

- Говоришь – вытащишь Аду – проси, что хочешь? А я и попрошу!

Дёмин бросил взгляд на часы и снова схватился за сотовый.

- Алло, Всеволод Максимович, это Глеб Дёмин. Если всё в силе, я подъеду, как договаривались.

Секретарь... Или как в полиции называется эта должность – адъютант? – произнёс:

- Проходите, генерал-майор вас ждёт.

И распахнул перед Глебом дверь.

Собравшись, Дёмин переступил порог, сразу выхватив взглядом плотную фигуру Головина.

Тот вышел навстречу, пожал руку, кивнув в сторону стола и ряда стульев.

- Присаживайся и излагай в темпе, что там у вас стряслось? У меня всего полчаса, - дождался, когда гость выберет и займёт посадочное место, а потом расположился напротив.

И Глеб постарался изложить проблему достаточно подробно, но без лишней воды и эмоциональной окраски.

Всеволод Максимович внимательно выслушал, время от времени что-то отмечая в лежащем перед ним на столе листе бумаги. Потом задал несколько уточняющих вопросов и снова что-то добавил к предыдущим записям.

Нажал на селектор:

- Соедини меня с триста пятым отделением.

И уже Глебу:

- Ты посиди, я отойду на пару минут.

После чего вышел в соседнюю комнату, прикрыв дверь.

Дёмин не успел ни заскучать, ни удивиться, как появился давешний секретарь. Не один, а в компании подноса.

- Угощайтесь! – мужчина ловко переставил на стол перед Глебом чашку и блюдечко с печеньем, после чего скромно отступил в сторону. – Кофе. Но если вы предпочитаете чай, я мигом...

- Нет-нет, благодарю! Кофе вполне достаточно! – остановил его Дёмин.

Секретарь кивнул и отступил ещё на шаг, скрывшись из поля зрения. Но кабинета не покинул.

Что ж, всё правильно – какие бы ни были отношения, но оставлять гостя без присмотра недопустимо – не к тёще на блины заехал, в госучреждение! Ещё и такое непростое.

Видимо, Всеволод Максимович связался с отделением, где «загорали» задержанные, и прямо сейчас решает вопрос с освобождением. Понятно, что такой разговор не может происходить при свидетелях.

- Говоришь, штрафы твоего друга устроят? – Головин выглянул из двери, прикрывая телефон ладонью.

- Да, вполне. Главное, чтобы женщины вернулись домой – у девушки в субботу свадьба. Сами понимаете...

Кивнув в знак, что понял, продолжать не надо, Головин убрал руку с трубки и чётко произнёс:

- Оформляй! Да, по полной, но чтобы, как оплатят штраф, тут же дело закрыли и дур вон из отделения.

Затем вернулся в кабинет, прошёл к столу, положил трубку на место, бросил взгляд на стол и добавил, обращаясь к замершему у стены секретарю:

- Сергей, мне тоже кофе.

Тот молча выскользнул, а генерал довольно пристукнул ладонями по столешнице.

- Ну, вот, дело сделано. Сейчас на месте всё устроят. Невеста друга, говоришь?

Дёмин кивнул.

- Что ж она так глупо себя повела? – удивился генерал. – Впрочем, о чём это я? Женщины, что с них взять?

И Головин развёл руками.

- Сам не знаю. Да она уже сто раз пожалела, я уверен.

- Ясное дело – пожалела. Ну и вторая сестра, хозяйка квартиры, тоже хороша – могла же подтвердить, мол, да, разрешила. А потом по-родственному разобралась бы.

- Там всё сложно, Всеволод Максимович, - поморщился Глеб.

- Ну да. Ну да, - понимающе кивнул тот. – Сдаётся мне, бабочки сунулись в чужой монастырь, да со своим уставом... Повезло дурам, что у жениха есть такой друг, как ты – замнём дело. На первый раз отделаются испугом. Но ты другу передай, что б присматривал за своими женщинами.

- Непременно! Спасибо! – от облегчения, что всё получилось, у Дёмина словно камень с души упал. – Всеволод Максимович, чуть не забыл – вам Маргарита Сергеевна привет передавала. И велела подчеркнуть, что давно не заглядывали к ним.

- А, Рита, - заулыбался Головин. – Повезло двоюродному с женой! Спасибо за привет, позвоню им сегодня вечером. Ну что ж, Глеб, проблема, считай, решена. Контакты жениха только оставь моему секретарю, дальше с ним напрямую будут связываться, чтоб без «передастов» и накладок. А за тобой должок теперь.

- Всеволод Максимович, - Глеб прижал руку к сердцу, - только скажите – чем могу порадовать или помочь?

- Ну-ну, с порадовать полегче, а то нас не так поймут. Что до помочь – тоже мимо. У меня помощников хватает. Но вот какое дело, Глеб, я на рыбалку хочу, давно не зоревал. Да одному несподручно, а с подчинёнными скучно. Сына мне бог не дал, от зятя же толку мало. Он в рыбалке, как свинья в апельсинах. Нет, если я попрошу, поедет, не откажется, но зачем мне компания, которая только из вежливости? А ты знатный рыбак... Улавливаешь?

- На какую рыбу готовить снасть и когда выезжаем?

- Вот – сразу поймал суть, - рассмеялся Головин. – Ловлю на слове, Глеб! Сейчас никак – дела, вышестоящее начальство и прочие сложности. А вот в середине ноября должно быть свободнее. За щукой и окунем поедем. Если повезёт, может, налима добудем. И лещей – уха без леща, что суп без картошки! С двумя ночёвками, заберу тебя на все выходные. Знаю одно место – просто загляденье! Там избушка крепкая, банька при ней. Отдохнём душой, уху из собственноручно пойманной рыбы отведаем. Настоящую, тройную! М-м-м!!! Я за два-три дня предупрежу.

- Договорились! Спасибо, Всеволод Максимович!

Еле сдерживая от нетерпения шаг, вышел на улицу и довольно улыбнулся.

Свершилось!

Влад получит сегодня свою головную боль в квадрате. В смысле, Дерюгин заберёт из полиции невесту и будущую тёщу.

И он, Глеб, сдержал слово, и теперь может со спокойной совестью отправляться к морю!

К Яре...

Сочи встретил ослепительным солнцем и запахом моря.

Дёмин наизусть помнил не только название гостиницы, куда заселилась Ярослава, но и её адрес. Увы, как бы душа не рвалась, забронировать номер там же, где живёт Шанская, он не решился.

Слава может не поверить, что это случайность, а ему меньше всего нужно, чтобы она от него шарахалась.

Ещё подумает, что это Влад отправил друга за ней следить...

Лучше не рисковать – их встреча должна произойти не только неожиданно для женщины, но и вполне естественно.

Пришлось выбирать другую гостиницу, и поскольку на собственный комфорт Глебу было плевать, лишь бы поближе к Славе, он заселился в небольшой апарт-отель.

Забросил в номер сумку и отправился разведывать обстановку. В результате прокрутился по Навагинской весь день, но Ярославу не встретил.

Быстро темнело, ждать дольше не имело смысла, и Глеб вернулся к себе в номер.

«Наверное, она прошла с другой стороны. Надо караулить у входа в гостиницу. К десяти засяду в кафе, что напротив, займу столик у окна и уж точно не пропущу!» - пообещал сам себе.

И уснул, как провалился в омут.

Утром встал хорошо отдохнувшим и полным радостного предвкушения. Без пятнадцати десять уже сидел в кафе, с вожделением поглядывая на высокое белое крыльцо отеля.

Прошёл час. Потом ещё один. В кафе потихоньку начал прибывать народ на обед, но Ярослава до сих пор не выходила.

«Где же Слава?» - крутилось в голове.

Допустим, женщина могла вчера поздно лечь и только к полудню проснуться. Но это работает только в том случае, если бы она приехала сюда без ребёнка. А Шанская хорошая мать, она ни за что не оставила бы дочь до обеда дожидаться завтрака!

И это значит...

Глеб скрипнул зубами.

Это значит, что он лопух! Потому что Ярослава встала раньше и уже покинула номер.

Ничего не оставалось, как покинуть кафе и попробовать снова погулять по Навагинской – от железнодорожного до морского вокзалов. Бродить вверх по улице и вниз, в надежде встретить ту, что приходит к нему в снах...

Дёмин не меньше двадцати раз сходил вниз, к морю, и поднялся обратно к отелю. Убил ноги, не единожды взмок. И решил, что нужно перекусить, а то у него со вчерашнего дня во рту не было ни крошки.

Но только занял тот же столик, что и утром, только взялся за меню, как его словно что-то подтолкнуло. Дёмин посмотрел в окно и увидел Ярославу.

На мгновение залюбовался – какая же она... невероятная! И только потом заметил, что рядом с ней шла Лосева. Женщины о чём-то говорили, Света активно жестикулировала, а Слава кивала ей и улыбалась.

«Слава поехала не с отцом Лены, а со Светланой!» – Глеб облегчённо выдохнул.

Чёрт, просто камень с души!

Не то чтобы присутствие нерадивого папаши ребёнка могло сильно помешать, но без него точно будет проще наладить контакт!

«Так, стоп! А где девочка?! Слава не оставила бы дочку на весь день в номере, но рядом с ней Лены не вид...»

И осёкся.

Потому что женщины остановились и повернули головы вбок. Дёмин также перевёл взгляд туда, куда смотрели подруги, и оцепенел – к ним, радостно улыбаясь и поминутно откусывая от рожка мороженого, торопилась Леночка, а рядом с ней, держа девочку за свободную руку, вышагивал незнакомый Глебу мужик...