Глава 12

Утром я спускаюсь на кухню, делаю себе кофе. В доме тихо, я проснулась рано, и все еще спят. Несмотря на то, что вчера я долго ворочалась в постели, чувствую себя просто отлично. И, наверное, еще никогда в жизни не радовалась начавшимся месячным, как сегодня утром.

Допиваю кофе и отставляю в сторону чашку. И, выходя из кухни, сталкиваюсь в дверном проеме с Вовой. От неожиданности вскрикиваю и отпрыгиваю от него.

Он явно не ожидал встретить меня так рано. Не знаю, сколько времени он просидел вчера под дверью спальни, и сейчас мне сразу стало неловко. Опускаю взгляд, разглядывая вырез его рубашки.

– Даша, – выдыхает неестественно хрипло. Поднимаю глаза к его лицу. Он явно нервничает. – Нам нужно поговорить.

Да, нужно. Только с чего начать?

Он смотрит на мои губы, потом всматривается в глаза. Вчерашней бури в его взгляде нет, но от этого не легче. Ему тоже непросто.

– Наверное, я должен сказать, что мне жаль, – говорит уверенно. – Но мне ни хрена не жаль. Мне никогда не было так хорошо, как сегодня ночью. И я буду рад, если ты родишь мне ребенка.

Облегченно выдыхает.

– Я не беременна. – Кажется, он этому не рад. Но, откуда мне знать? – Просто не делай так больше.

– Хорошо. А ты больше не убегай от меня.

Я согласно киваю, а он подходит ближе, наклоняется к моему лицу и нежно целует в губы. Мягкий поцелуй, совсем не похож на вчерашнее безумие. Крепкие руки обхватывают мою талию, ласково привлекая к крепкому телу. Тысячи мурашек пробегают по телу, когда он нежно проводит рукой по спине, запускает пальцы в волосы, придерживая голову. Отрывается от моих губ, упираясь лбом в мой лоб.

– Мы немного не с того начали, – шепчет тихо. – Но это можно исправить.

Я удивленно поднимаю глаза, а он улыбается, как-то по-мальчишески счастливо.

– Я не смогу отвезти тебя на работу. Но вечером заберу тебя. – Шепчет с улыбкой на лице. Нехотя отпускает, пропуская меня, давая возможность подняться в спальню, чтобы переодеться и собраться на работу. Во дворе меня уже ждет машина. Забираюсь в салон, и водитель отвозит меня к офисному зданию.

Кажется, сегодня все сошли с ума. Сначала Анжела Артемовна решила выполнить недельную норму работы за один день. Потом меня попросили помочь в отделе закупок. А под конец дня моя начальница решила организовать экстренное совещание по проекту. И, конечно, ей нужна моя помощь. И, когда после совещания все разошлись, я устало опустилась на стул прямо в конференц-зале и с облегчением скинула туфли под столом. Ах, как же приятно. Сейчас пару минут так посижу, и можно будет выйти отсюда.

Двери в комнату открываются, и я резко поворачиваюсь, замечая, как наш директор по закупкам заходит в комнату.

– Дашенька, ты не видела мой органайзер? – Спрашивает Виктор Максимович, а у самого глаза жадно бегают по моему телу. Быстро втиснув ноги в туфли, я поднялась и стала собирать разложенные распечатки, которые не успела убрать.

– Он на столе, прямо за вами, – ответила, механически складывая листы в стопку.

– Ой, спасибо, – театрально-ласково сказал мужчина. От его тона, как всегда, к горлу подступила тошнота. – А я-то совсем обыскался.

Я сложила листы в одну кучку, убрала со стола разовые стаканчики, которые остались после совещания.

– А ты все трудишься, аки пчелка, – он не собирается уходить, хоть я втайне на это надеялась. Не знаю, что на это отвечать. Да и нужно ли что-то говорить? Убирался бы уже поскорее.

– Может, помощь тебе нужна? – не унимается Виктор Максимович.

– Нет, спасибо. Я справлюсь сама.

Я стараюсь не реагировать на него, но это непросто, учитывая, что мужчина подходит ко мне совсем близко.

– Сама, все сама, – бормочет себе под нос. – Знаешь, Дашенька, это очень плохо, когда девушка все сама хочет делать.

– Не понимаю, о чем вы, – сухо парирую его бормотание.

– Не понимаешь, Дашенька? – Его голос звучит возле самого уха. А потом огромные лапищи хватают мою талию и вжимают мое тело в его тугой живот.

– Что вы делаете? – Возмущаюсь, пытаясь вырваться из противных объятий. Он крепко держит меня, от чего получается, что я только ерзаю спиной и бедрами по его телу, не в силах разжать его руки, которые сцепились на моих боках мертвой хваткой.

Он резко поворачивает меня к себе лицом и наклоняется, пытаясь поцеловать. Волна возмущения и злости прокатывается по телу, оседая в желудке желчью.

– Отпустите меня, – пытаюсь оттолкнуть его, но это бесполезно. Тогда я, изловчившись, замахиваюсь и бью ладонью по лицу со всей силы.

Он на миг замер, а потом стиснул свои лапищи на моей талии с такой силой, что у меня в глазах потемнело.

– Не строй из себя невинность. Все вы такие до поры, до времени. А самой бы только мужика побогаче.

– Пусти меня, – кричу ему в лицо.

Но он дергает меня на себя, впиваясь в губы слюнявым поцелуем. От отвращения горло сковало спазмом. Я упираюсь руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но он слишком силен. Закрываю глаза, сильно их зажмурив, будто от этого станет легче. Так только хуже.

Внезапно какая-то сила отрывает от меня мерзкое тело Виктора Максимовича. Открываю глаза и вижу, как Вова бьет, не успевшему среагировать директору по закупкам, кулаком в челюсть. Тот отлетает к стене от напора моего мужа, который надвигается на моего обидчика с таким лицом, от которого даже у меня мороз по коже бежит.

– Володя, прости, бес попутал, – мямлит Виктор Максимович. И в тот же момент ему в челюсть прилетает второй удар, от которого он падает, как подкошенный.

Мужчина хватается за челюсть, даже не пытаясь встать, при этом рычит что-то невнятное. А мой муж подходит к поверженному обидчику, сжимая руки в кулаки.

– Совсем что ли? – Орет Виктор Максимович. – Мы с тобой столько лет дружим. А ты из-за какой-то бабы.

Вова опускается вниз, усаживаясь на несчастного Виктора Максимовича, хватает того за грудки, чуть приподнимая.

– Она МОЯ жена! – Орет в лицо мужчине Вова. А потом снова лупит того по лицу, еще более зверски.

И, только увидев, как из носа несчастного побежала кровь, Вова выдохнул и поднялся.

– Слушай меня внимательно, – говорит мой муж, глядя на то, как директор по закупкам пытается подняться с пола. – Сейчас ты быстро забираешь свои вещи и валишь из этого офиса. И чтобы больше я тебя не видел.

Все это время я так и стою на том же месте, от ужаса зажимая рот рукой. Никогда еще я не видела своего мужа таким злым. И, если раньше мне бывало страшно рядом с ним, то я даже не представляла себе, что это были только цветочки. Сейчас от страха гудит в ушах и холодеют ладони. И, когда Вова поворачивается в мою сторону, я вижу его взгляд. Ярость и жажда убивать сплелись в его стальных омутах. Он подходит ко мне, берет за руку. И мне кажется, что все это происходи не со мной. Потому что это все не может быть правдой. Мой муж, который так нежно целовал меня утром, только что готов был убить у меня на глазах.

Вова за руку выводит меня из конференц-зала, помогает мне надеть пальто. Уже в лифте он достает из кармана брюк телефон и говорит охраннику, чтобы проследили за тем, как директор по закупкам покинет здание. Все это ровным бескомпромиссным тоном, от которого холод пробегает по позвоночнику. С этим человеком шутить опасно, только дурак не поймет этого.

Мы выходим на парковку, и Вова помогает мне сесть в машину, пристегивает ремнем безопасности. Сам обходит машину и садится за руль. Машина трогается с места, аккуратно выезжает на проезжую часть, быстро встраиваясь в поток машин. Я украдкой погладываю на мужа, который все еще злится, но изо всех сил держит себя в руках.

– Черт! – рявкает он, когда мы останавливаемся на светофоре, ударяя кулаком по рулю.

Я испуганно вскрикиваю, и он тут же поворачивается ко мне.

– Прости, малыш, – говорит, быстро взяв себя в руки. – Просто этот вечер должен был пройти совсем не так.

– Вова, клянусь, я ничего не делала, чтобы спровоцировать его, – оправдываюсь дрожащим голосом. От страха у меня слезы навернулись на глаза. Я тут же вспомнила про это дурацкое убийство его конкурента. А вдруг, это все же он сделал?

– Ну, девочка моя, не плачь. – Говорит он ласково, берет за руку и нежно проводит пальцем по тыльной стороне ладони. – Я знаю, что ты не виновата, малыш. Это я не доглядел. А должен был давно принять меры. Видел же, как старый лис смотрит на тебя. Но я так злился на тебя в последние дни…

На светофоре загорается зеленый, и Вова нажимает на газ, отпуская при этом мою руку.

– Не бойся, больше он тебя не тронет. Я не допущу. – Он крутит руль, и машина поворачивает вправо, в сторону дома.

– Ты еще злишься на меня? – Спрашиваю, когда мы заезжаем во двор.

– Нет, Даша, не злюсь.

Он останавливает машину во дворе, а потом снова поворачивается ко мне. Берет за руку, подносит к губам, целует. А потом прикладывает мою ладонь к своей щеке. Смотрит мне в глаза. В его взгляде столько нежности страсти, что у меня в груди кольнуло и я на мгновение затаила дыхание.

– Даша, я очень тебя люблю. – Говорит хрипло и как-то грустно. Даже немного обреченно.