Глава 17
Крюгер качает головой, наклоняет лицо так, что его губы оказываются прямо у моего уха.
- Нет, потому, что ты хочешь этого так же, как и я, - шепчет хрипло.
- Хватит. Это уже не забавно, - дрожу, не в состоянии взять себя в руки.
- Отпусти себя, Ангел. Раз в жизни позволь себе не прятаться. Быть безрассудной. Тебе понравится. Тебе ведь до смерти хочется попробовать.
Пытаюсь найти в себе возмущение его самонадеянностью. Надо поставить его на место!
- Ты вообразил себя десертом, Крюгер? – отвечаю свистящим полушепотом.
Стискиваю зубы, потому что меня обдает жаром. Будь он проклят за то, что делает со мной. Я не должна была позволять этого. Я что, совсем с ума сошла?
- Твое чувство юмора неподражаемо, - смеется от души. - Мой член будет глубоко в твоем горле, малыш. Можешь называть его десертом. Или мою сперму. Так хочешь попробовать? Не терпится?
О Боже. Он отвратительный, пошлый, но почему вместе с тем настолько невероятно сексуальный?
- Засунь свои грязные словечки себе в зад, - произношу срывающимся голосом.
- Хорошо, Ангел. Я не буду смущать тебя словами.
Из его стальных объятий не вырваться, бесполезно. Крюгер наклоняется, проводит языком по мочке моего уха. Все тело пронзает дрожь, закрываю глаза, чтобы скрыть свои эмоции. Хотя догадываюсь, что бесполезно, Макс без труда читает их. Видит правду, которая состоит в том, что я действительно хочу… Попробовать его. Испытать с ним страсть. Мечтаю о его губах, о его теле. Я – позорная лицемерка потому что наедине с собой, по ночам представляла все это. Как ощущаю его внутри себя. Какой он большой и горячий.
Дергаюсь, когда его рука внезапно отодвигает пояс брюк и совершенно возмутительно нагло ныряет мне в трусы.
- Ты мокрая, Ангел. Очень мокрая, развратная девочка, да?
Тяжело сглатываю. Хочу отвернуться, но Макс реагирует быстрее, ловит мои губы своими. Обжигающе горячими, настойчивыми. Меня парализует. Не могу сопротивляться. Не отвечаю на поцелуй, просто принимаю его.
Крюгер вжимает меня в стену своим потным огромным телом, его горячая кожа обжигает. Кажется, что сейчас начну таять, растворюсь в этой страсти.
Все предрассудки становятся неважными. Единственное, что имеет значение – я живу в этот момент полной жизнью. И понимаю, что раньше лишь пряталась. Ошибалась. Но никогда не испытывала настолько прекрасных моментов, как сейчас. Поцелуи с Максом – это что-то невероятное. Мелькает безумная мысль, что могла бы заниматься этим часами.
Крюгер времени даром не теряет, мой пиджак отлетает куда-то в сторону, его пальцы пробираются под топ, обжигая кожу. Проходятся по мучительно ноющим соскам, сжимают их. Другая рука так и остается у меня в трусах, лаская бесстыдно, заставляя дрожать как в лихорадке. Макс расстегивает молнию на моих брюках, дергает резко вниз, вместе с трусами. На мне остаются лишь топ и бюстгальтер.
Дергаюсь, но массивные ладони сжимают мою талию. Показывают, что побег невозможен. Они такие горячие! Опаляют.
Боже, как он смотрит на меня! Серые глаза сейчас полны тьмы, которая засасывает меня в свои глубины.
У меня вырывается судорожный вздох. Все слишком стремительно. Я не вынесу этого накала. По венам кипяток струится, низ живота мучительно тянет, ноет.
Крюгер поднимает меня как куклу, сажает на комод. Шершавая поверхность царапает ягодицы. Он собирается вот так?
Паника захлестывает. У меня никогда не было секса нигде, кроме кровати. Я не хочу так! Это постыдно… Я… учительница все-таки.
И тут же, следом за возмущением, понимаю, насколько глупы мои рассуждения.
Макс целует меня в шею, втягивает в рот кожу, засасывая так, что больно становится. Одновременно раздается треск, мое белье возмутительно уничтожается, а я ничего не могу сделать. Даже возразить не могу, дар речи потеряла, одурманенная этим бешеным напором, страстью. Запахом мужской кожи, ни с чем не сравнимым. Реагирую как животное. Снова и снова втягиваю в ноздри. Насыщенный. Терпкий.
Как же мне нравится.
Крюгер раздвигает мои ноги, встает между ними. Трогает пальцами мою обнаженную промежность, истекающую влагой. Растирает по клитору, заставляя дернуться от прошившего удовольствия. Невыносимого. Как удар током.
Дергаюсь, пытаюсь отстраниться. Не позволяет. Безошибочно находит самые чувствительные точки, заставляя выгибаться и стонать, подаваться навстречу пытающей мою гордость руке. Я и так сопротивлялась так бесконечно, так мучительно долго! Не могу больше. Самое странное, что полностью отдаю себе отчет в этой капитуляции. Сдаюсь унизительной похоти, отчаянной и совершенно определенной, нестерпимой потребности получить разрядку.
Дальше все происходит молниеносно. Звук молнии, даже вдох не успеваю сделать или испугаться. Крюгер резко притягивает меня вплотную к себе. Грубо вжимает бедра в бедра. Входит в меня размашистым толчком, на полную длину, заставляя захлебнуться криком. Я очень мокрая, так что вонзается как по маслу, но он такой большой… Первая реакция – прошивает болью, все тело сотрясает частая дрожь, меня бросает в пот. Кусаю губы, всхлипываю. Я уже не жду пощады, но как ни странно, следующий толчок более осторожный, аккуратный. Ладонь Макса ложится мне на волосы. Менее всего я ожидаю от него такой ласки. Тем не менее, он гладит меня по волосам.
Это заставляет хотеть его еще сильнее, впасть в какое-то безумие. Я еще не привыкла к его размеру, а он большой. Очень большой. Пугающе. Но уже хочу его больше, сильнее, глубже. Чуть отклоняюсь назад и сама подаюсь ему навстречу. Макс начинает дышать шумно. Обхватывает мою грудь, грубо сжимает. Двигается глубоко и ритмично, влажные хлюпающие звуки наполняют комнату.
- Бл*дь, ты такая тесная, - цедит с мукой.
Снова тянет за сосок, перекатывает его пальцами. Я едва не кричу от простреливающего удовольствия. Просто невероятно.
Отстраняется, а затем врезается в меня, вырывая громкий стон. Он так глубоко, это невероятно. Не могу до конца определиться, чего больше в этом безумном соитии – удовольствия или боли. Однозначно одно – остановить происходящее я уже не в силах. Да и слишком поздно. Крюгер стонет, отстраняясь, а затем снова врезается в меня. Мои бедра подпрыгивают, и вся эта безумная пошлость заводит меня еще больше. Приподнимаюсь, встречая каждый его толчок.
Мой бывший студент трахает меня. Одна мысль об этом заставляет пылать, сгорать от мучительного стыда.
- Девочка моя, - отпускает грудь, наматывает мои растрепавшиеся волосы на руку, тянет на себя. Наклоняется вперед, заполняя меня еще глубже, ловит мои истерзанные губы. Врывается в мой рот языком, продолжая жестко трахать. Крюгер владеет каждым сантиметром моей плоти.
Другую руку опускает между моих ног, и я вскрикиваю. Меня простреливает сладкий спазм, внутри все сжимается, и Макс стонет вместе со мной, продолжая ласкать клитор. Догадываюсь, что и для него все это тоже очень сильно. Вижу, как напряжено его лицо, как блестит пот на лбу и висках. Черты искажены, желваки натянуты. Его палец снова нажимает на мой клитор. Мои бедра сжимаются, живот наполняется жаром. Его ноги раздвигают мои еще шире. Толстый мощный член трется о клитор, когда вколачивается в меня, то нарочито медленными, то сильными короткими толчками. Вжимается в меня, входя до предела, двигаясь по кругу, при этом его рот не покидает мой, язык не прекращает своих интенсивных ласк.
Это добивает меня. Абсолютная заполненность, немыслимые по силе ощущения. Взрываюсь вокруг него, обхватывая максимально сильно. Все тело прошивают судороги, перед глазами разноцветные точки танцуют по комнате.
Крюгер кончает следом, не стесняясь издавать громкие стоны, почти рев. Стискивает мои волосы, кусает за шею, наполняя мое влагалище горячей спермой, отчего кажется я испытываю новый оргазм. Дрожу и всхлипываю.
- Ты чудо, Ангел.
Макс проводит носом по моей шее, затем его губы находят мои. Он сжимает мою грудь, продолжая целовать чувственно.
Мои глаза закрываются. Жар понемногу проходит. Я такая мокрая, потная, какой в жизни не была. Я мечтаю умереть. От стыда. Но куда хуже – от ощущения, что лучшее что возможно в этом мире я уже испытала. Это было больно, остро, невероятно.
Мне все равно что будет дальше.
С хлюпающим звуком Макс выскальзывает из меня.
Я делала это без предохранений. Забыв обо всем на свете.
Положим, противозачаточные я недавно начала пить – мне их прописала гинеколог, чтобы наладить цикл.
Я думала о сексе с Антоном. Но о подобном…
То есть, я конечно думала, как это будет с Максом. Но мое скудное воображение не достигало даже сотой доли того, что произошло сейчас. Наяву…
Мне хочется убежать, и в то же время не могу пошевелиться. Так и остаюсь на комоде, обхватив себя руками. Спустя время до меня доходит, что Макс пытается надеть на меня пиджак. Мой красивый топ оказывается порван, как и трусы. Валяются на полу. Смотрю на них бессмысленным взглядом.
- Прости, Ангел. Я бешеный сегодня.
Крюгер спускает меня с комода. Сама бы я, наверное, вряд ли смогла. Шевелиться почти нереально.
Ничего не отвечаю ему. Пытаюсь дрожащими пальцами застегнуть брюки.
Я благодарна, что он со мной почти не разговаривает. Все как в тумане. Макс ведет меня куда-то. Наверное, отправит домой. Или, хотя-бы, в такси посадит. Только не могу просить его об этом. Да, все моя проклятая гордость, знаю.
***