Глава 9

Музыка в клубе играет громко, бьёт по ушам, и я уже начинаю жалеть, что согласилась прийти сюда, потому что голова начинает гудеть — а это ничуть не помогает расслабиться. Вот только Леська заряжается от всей этой движухи, начинает качать головой в такт музыке и тянет меня вперёд, к заветной цели — барной стойке, около которой мы с ней расслабимся и поговорим на тему «все мужики козлы». Впрочем, я никогда не любила так говорить, считая, что и женщины в большинстве своём виноваты в возникающих конфликтах. Взять даже нас с Никитой — я могла бы дать ему понять, что мне некомфортно в обществе его партнёров и коллег, но я терпела. Так и большинство — терпят, а потом винят во всём мужчин, а ведь можно просто поговорить! От этой мысли я немного оживилась и даже улыбнулась самой себе.

Мне просто нужно поговорить с Никитой и объяснить ему, что мы просто обязаны что-то пересмотреть в будущих отношениях, чтобы не копилась обида.

Оказавшись за барной стойкой, мы заказываем две «Пина-Колады» и удобно размещаемся на высоких стульях.

— Вырядилась, как пугало огородное! — хмурится Леська. — Вот и как мы найдём того самого, который будет оплачивать наш вечер?

— Вот ещё! Оплатим всё сами! Мы пришли сюда, чтобы расслабиться, а не мужиков клеить!

Ещё когда мы вышли из дома, я напряглась от нытья подруги на тему: «Вырядилась, как волонтёр». У меня и в мыслях не было искать себе партнёра на вечер. Это у Леськи отношения были со статусом «Всё сложно», а у меня «Помолвлена», в конце-то концов. Я мотаю головой и потираю виски, думая, что начинаю мыслить семейными положениями в социальных сетях.

Телефон начинает вибрировать в заднем кармане джинс, и я достаю его. Звонит Никита. И как я буду ему в глаза завтра смотреть? Я ведь не смогу сказать, что не стала встречаться с ним, потому что предпочла поехать с подругой в клуб и напиться алкогольных коктейлей? Если бы меня увидел здесь кто-то из знакомых Ника, то сразу же окрестили бы «проституткой». Последняя мысль обдаёт жаром. Мне нигде нельзя появляться, чтобы не сыскать осуждения в избранных кругах, и от этого становилось ещё противнее. Пусть я и не любила ночные клубы, все эти посиделки, танцы и выпивку, но сегодня поддалась соблазну и теперь начала жалеть. Ёрзая на стуле, я получаю тычок в бок и перевожу рассерженный взгляд на Леську.

— Что не так? — спрашиваю у неё, поглаживая ушибленное место — почему-то стало больно.

— Хватит уже смотреть на звоночки своего Никитоса! Давай, подключайся к реальности, где весело ииии…

Леська принимает у бармена наши коктейли и прокатывает один из них ко мне, с гордостью задрав носик, словно сделала что-то необычное. Я тоже так кружки по столам катать умею, и что в этом особенного?

— Лесь, ты знаешь, мне кажется, что я зря сюда выбралась. Не надо было мне обманывать Никиту… Давай уйдём отсюда? А? Я позвоню Никите, извинюсь и…

— Сначала выпьем коктейли, ну не зря же мы за них заплатили, да? — хитро, как самая настоящая лисичка, улыбается подруга, поглядывая на меня.

И я соглашаюсь, взяв с неё слово, что мы выпьем всего лишь по одному коктейлю, а потом вернёмся домой. Однако алкоголь бьёт по вискам, расслабляет и отправляет в какую-то эйфорию, отчего мне хочется ещё один. Мы просим бармена повторить и начинаем болтать на тему «все мужики козлы». Никогда не думала, что я буду главенствовать в такой беседе и жаловаться на собственного жениха.

Пока мы с Лесей увлечённо болтали, к нам подсели два амбала и стали откровенно приставать, протягивая свои руки туда, куда точно не следовало. Тот, что сидел рядом со мной, обхватил меня за талию и медленно пополз вверх, а тот, что клеился к Леське, стал трогать её за бёдра.

— Эй, парни, полегче! Мы сюда пришли о жизни поговорить! Мы вообще-то замужние! — старается отвязаться от них подруга.

Я скидываю руки, мацающие меня и уже хочу встать, чтобы влепить этому гаду пощёчину, но он снова хватает меня, заламывая руки и тянется к моему уху.

— Мы тоже женатые, но никто не помешает нам здорово провести время! — шепчет он мне на ухо, а из его пасти исходит резкий запах мятной жвачки.

Попытка избавиться от навязчивого бандита не увенчивается успехом, потому что он заламывает мне руки и тянет на себя.

— Помогите! — как мышка пищу я.

Вот только вряд ли мой голос кто-то мог расслышать из-за звонкой музыки, а бармен делал вид, что ничего не происходит. Охраны на горизонте не было видно, и я поняла, что мы пропали. Леська начала брыкаться, но сил у нас бы не хватило для того, чтобы отбиться от этих мордоворотов. Ещё и алкоголь конкретно нарушал координацию. Я ухитрилась двинуть громиле локтем куда-то в район плеча, отчего он взвыл, таща меня в сторону и буквально залезая мне под футболку своей грязной потной рукой.

— Ах ты тварь, хочешь жёстко? Будет тебе жёстко!

— Не сегодня! — раздаётся злой голос откуда-то из-за спины. Я никак не успеваю отреагировать, потому что мой спаситель буквально вырывает меня из лап обидчика и врезает ему с размаха в челюсть, отчего тот чуть ли не теряет равновесие и корчится от боли.

— Я тебя урою! — рычит громила и бросается на Демида, ударяя его в правую скулу.

— А вот это было зря, малыш! — насмехается парень и обезоруживает своего противника, быстро заламывая ему обе руки.

Я слышу противный хруст, и мордоворот кричит что-то о том, что он обязательно найдёт Демида… Или даже нас обоих и отомстит за сломанную руку. А если она не сломана, то он всё равно отомстит.

Схватив меня за запястье, Демид тащит меня в коридор, где нет этого шума и гама, где мы остаёмся наедине. Он останавливается, резко разворачивая меня на себя.

— Ты зачем сюда пришла? Твой жених знает, что ты шляешься по клубам?

Дыхание перехватывает, а страх отпускает. Не знаю, что именно оказывает сильнейшее влияние, но я резко делаю шаг вперёд и вешаюсь на шею своего спасителя. Начинаю плакать и благодарить его, сминая пальцами его рубашку, чувствуя под тонкой тканью перекатывающиеся мышцы, а затем медленно поднимаю на него взгляд.

— У тебя кровь! — шепчу я, касаясь кончиками пальцев уголка его губ.

— На мне всё как на собаке заживает! Не заговаривай мне зубы, Букашка! Какого дьявола ты забыла в этой клоаке?

Демид ругает меня, и мне кажется, что он волнуется по-настоящему. Он бледный, словно испугался за меня на самом деле, и это льстит. Отчего-то в душе становится тепло-тепло, а ноги начинают подкашиваться ещё сильнее, становясь какими-то слишком ватными.

Мы с Демидом несколько секунд смотрим друг другу в глаза, и что-то подначивает поцеловать его. Я встаю на носочки и начинаю тянуться к губам парня, когда рассудок возвращается, напоминая мне, что это не сон, а реальность!

— Леська! — ошарашено выдаю я и смотрю в сторону зала.

— Не думал, что у тебя такие наклонности! — фыркает Демид раздражённым голосом, в котором слышатся нотки разочарования.

Я снова цепляюсь пальцами за его рубашку и киваю на зал.

— Там Леська же! И один из амбалов утащил её!

Демид ругается себе под нос, и я вижу в его взгляде борьбу: ему плевать на то, что будет с Леськой, но он видит мою обеспокоенность за неё. Что же он выберет? Поможет мне или решит утащит в своё логово, чтобы снова сорвать запретный поцелуй?