Глава 16

Демид

Работы до жопы, а я сидел и думал вообще не о ней. Все мысли крутились вокруг Бэмби и грёбаного теста. И одно было тесно связано с другим. Ибо этот тест может внести коррективы в наши с Ксюшей отношения. И мне это совершенно не нравилось. Нет, отпускать её я не собираюсь. Тут однозначно. И не позволю ей самой от меня вдарить по тапкам. Но то, что в случае положительного результата будет не просто – неоспоримый факт.

Зато Тома была как образец спокойствия. Вообще, казалось бы, не парилась по этому поводу. Словно наперёд знала результат. Ну, собственно она и знала. И это напрягало ещё сильнее.

Но на этом её спокойствие заканчивалось. Она с периодической регулярностью задалбывала меня сообщениями и звонками. То истеричку закатит. То права качать начинает. То подластиться пытается. В общем, качели те ещё. Терпения никакого не хватит, с такой атакой с её стороны. И всё одна тема – о НАС. И как не объясняй человеку, что никаких нас нет и не будет, всё как о стенку горох. Я уже просто не приложу ума, как ещё донести, что всё, баста.

С одной стороны, я могу понять её желание. Должно быть, оказаться беременной вне отношений не было её мечтой. Да и я о сложившейся ситуации не мечтал. Но уже, что имеем из того и исходим. Но нельзя же быть на столько непрошибаемой и твердолобой, когда говорят «нет». Хотя что-то мне подсказывает, беременность – только повод. Не было бы этого, придумала бы другой. Даже думать и представлять не хочу, какой именно.

Когда терпение было на нуле, а нервы на пределе, на почту пришло письмо из клиники. Отвечаю, я в жизни, кажется, так не очковал, как делал это сейчас. Даже пальцы подрагивали. Пипец загнался. Но, тем не менее, не мешкая, нажал на иконку письма и стал вчитываться в текст. Искал глазами нужную мне информацию. И чем больше читал и вникал, тем сильнее брови ползли вверх. Хер знает, что именно почувствовал в момент, когда нашёл искомое. Радость? Определённого рода огорчение? Наверное, всё и сразу. Странная смесь эмоций.

Достав телефон быстро набрал Ксюше сообщение и захлопнув крышку ноутбука, сорвался с работы. Мда, эмоциональный выдался денёк, хотя как и все предыдущие. Не помню, когда уже жил без эмоционального напряга. Всё время как на пороховой бочке.

Известие о беременности, потом небольшой разлад с Ксюшей. Моя командировка, во время которой я чуть ли не на стены лез, не имея возможности прикоснуться к той, о ком были все мысли. Никогда ещё так сильно не тянуло домой. Так, чтоб до ломоты во всём теле. А потом возвращение домой и скандал с отцом. Тоже мало приятного. Ну и, естественно, на протяжении всех этих дней выматывающее ожидание результата теста.

Припарковав тачку, выскочил на улицу и ломанулся в сторону нужного мне дома. Поднявшись на нужный этаж и подойдя к квартире, начал звонить в звонок. Может, нужно было позвонить заранее и предупредить о визите, но об этом я подумал только сейчас. Да похрен.

Но несмотря на тишину с той стороны двери, я продолжал упорно жать на кнопку дверного звонка. И чудо свершилось. Щелчок замка и я резко дёргаю за ручку, настежь распахивая дверь. Всё, что хотел сказать до этого, моментально испарилось. Не ожидал увидеть то, что увидел. Я представлял совсем иную картину. А не вот это всё.

– Демид. – всхлипывая и заливаясь слезами, еле слышно проговорила Тома. Не совсем понимаю, в связи с чем эти слёзы. Сама ведь знала, что к чему. Но тем не менее она даже не могла в глаза мне посмотреть.

– Поговорим? – не дожидаясь ответа переступил порог её квартиры.

– Мне на почту тоже пришёл результат. Я… я не знаю, как так получилось. Я не хотела. Не думала, что так. Прости меня. – проговаривала быстро и заикаясь.

– Не знаешь, как забеременела от кого-то другого? Ну я подскажу. Ты просто с кем-то переспала. – даже не пытался скрыть издёвки в голосе. Вроде, и жалко её сейчас было, но одновременно с этим, вспоминая её поведение, издёвки и назойливость, вся жалость испарилась. А на смену ей пришло чувство брезгливости и лёгкого презрения.

– Это было всего один раз. Я не знаю, как так получилось. Я не хотела изменять. – обхватив себя за плечи, продолжала лить слёзы, растерянно бегая глазами по пространству вокруг.

– А, так это ещё было тогда, когда мы сошлись по глупости? – честно, хотелось рассмеяться в голос. – Том, а на что ты рассчитывала? Думала и так прокатит?

– Я думала это твой ребёнок. Я была уверена в этом. Та одна ночь была моей большой ошибкой. Я вычеркнула её из памяти. Да и не должно было тогда ничего получиться. Я не знаю, как забеременела, мы предохранялись. – начала зачем-то передо мной оправдываться. Чуть было не поморщился, но сдержался.

– Ой, вот от этих подробностей избавь, пожалуйста. Ты, может, и вычеркнула ту ночь из памяти, да только последствия остались. Ты реально хотела повесить на меня чужого ребёнка?

– Я клянусь, что считала, что беременна от тебя. – впившись пальцами в плечи, сотрясалась от мелкой дрожи во всём теле. Колбасило её по полной. Неужели всё так, как она говорит.

Ну, если да, то теперь хотя бы объяснимо её спокойствие во время процедур и ожидания результата. Сомневаюсь, что она бы согласилась на всё это, зная, что залёт не от меня. Капец. Вычеркнула она ту ночь. Ну-ну. Карма в действии, даже не знаю, как назвать это всё иначе.

Я, конечно, тоже не ангел. С Ксюшей тогда поддался соблазну, когда по факту ещё был в отношениях. Но, по крайней мере, на следующий день сразу же порвал с Томой. И то паршиво на душе было, что неправильно всё произошло. Не в том порядке в каком должно было. А она просто вычеркнула свою ошибку из памяти. Охренеть. Удобно, наверное, так жить. Накосячил и забыл. И всё хорошо, все счастливы.

– Ну теперь я надеюсь, вопрос закрыт? И ты перестанешь унижаться, пытаясь вернуть то, что невозвратимо? – спросил, ожидая чёткого ответа.

Она лишь закивала головой, не произнося ни слова. Что ж, уже хорошо. Хоть так. Понимаю то странное чувство, когда увидел результат. Радость, что ребёнок не мой. И небольшое расстройство в том, что разочаровался в Томе. Не думал, что она левачит. Но, как ни странно, обиды на неё нет. Было и было. Дальше у каждого свой путь. В противоположные стороны.

– Демид, что мне теперь делать? Я ума не приложу. Я ведь думала, что мы… что он твой… а теперь я не представляю, как быть дальше. – уставилась на меня потерянным взглядом, ожидая ответа. Впервые за этот разговор осмелилась посмотреть в глаза. А что я могу сказать? Понятия не имею.

– Думаю, правильным будет сообщить об этом реальному отцу. – озвучил единственную пришедшую на ум мысль. Как мне казалось, абсолютно правильную.

– Ему это точно не нужно. Лучше бы я аборт сделала сразу. Какая же я дура. – она с новой силой залилась слезами.

– Ты скажи для начала. Не решай за него. Знать он должен, а уж что с этого выйдет, покажет время.

– Ты же знаешь Лёшу, какие ему дети? – произнесла еле слышно. И снова глаза отвела.

А я в этот момент чуть было не поперхнулся. Это ещё и с моим другом покувыркалась, получается? Хотя определение «друг» к нему теперь подходит с большой натяжкой. Удивили. Ну да похрен.

– Да ребята. Даже не знаю, что тут сказать. Надеюсь, что всё наладится и ты будешь счастлива. Может, даже с Лёхой, как знать. – лишь пожал плечами. – Ладно, Том. Если что, не держи зла. Уверен, всё у тебя будет хорошо. Иначе и быть не может. – погладив её на прощание по спине, попрощался и вышел из квартиры.

Прежде чем поехать домой, позвонил Владу и уточнил в него пару вопросов. Ещё одно дело и можно смело мчать к Бэмби.

Только сейчас, сидя в машине, окончательно переварил всю полученную информацию. Тот случай, когда статус рогоносца, не кажется таким уж хреновым. А наоборот, он вселяет надежду и даёт шанс на будущее. Моё и Бэмби. Без всяких «но» и «если». Охренеть, даже не верится.

Никогда бы не подумал, что так легко отнесусь к измене. Кроме удивления и разочарования в человеке, не почувствовал ничего. Очередное подтверждение, что в сторону Тамары всё мёртво. Нет чувств. Были бы, то я, скорее всего, рвал и метал. А тут полный штиль. Сравнивая с тем, что сейчас испытываю к Бэмби и вовсе думаю, что не любил до этого.

Подъехав к нужному месту, оставил тачку недалеко от входа и пошёл внутрь. Влад сказал, что сегодня они всей компанией зависают в баре. В этом. Вот и я присоединился. Но сегодня я здесь не для того, чтоб веселиться и отрываться. Настрой в корне не тот. И цель совершенно другая.

Парней увидел сразу, стоило войти в помещение. Как обычно, шумная компания, привлекающая к себе всеобщее внимание. Привычная ситуация. Собственно и моё привлекли. Сразу двинулся к ним.

Хер знает, зачем вообще сюда приехал. Вроде и не обязательно это вовсе. Но какой-то внутренний голос твердил, что сделать то, что сделать просится, я просто обязан. Для самого себя. Чтоб поставить окончательную и жирную точку во всей этой напряжённой истории.

Подойдя к компании, со всеми поздоровался. Пожал руку Владу, остальным парням, а на протянутую ладонь Лёхи отреагировал резким и прямым ударом в морду.

Вложил в этот удар и выплеснул с ним, все эмоции, что скопились за это короткое, но словно бесконечное время. По вине этой мрази мы с Бэмби жили как на вулкане в течение последних, почти двух недель. С Томы ответственности не снимаю, но, кажется, она уже и сама не рада всему, что произошло. Словила бумеранг. А вот Лёхе только предстоит узнать шокирующие новости. А я уверен, такого он точно не ждёт.

– Ты охерел? – держась за челюсть, рычал Лёха, когда-то бывший другом.

– Охерел здесь ты. За что и выхватил в рожу. – ответил спокойной и без эмоций.

Я вообще был как образец спокойствия и непоколебимости. Размахивание кулаками не в счёт. Это несколько иное и имеет другие корни происхождения. А вот по внутреннему состоянию я чувствовал себя отлично. Да я с момента, как результаты получил, вообще будто в дурмане пребываю. Так спокойно, хорошо, расслабленно. Ничто не тяготит, не давит сверху будто неподъёмная ноша.

Лёха, чуть отойдя от столь душевного приветствия, кинулся на меня. Ох, зря. Не успев толком замахнуться, снова выхватил удар. Судя по резко хлынувшей крови, в этот раз пострадал его нос. Если продолжит в том же духе, многие части его тела, окажутся лишними. Долгих выяснений отношений я точно не планирую. Мне б домой поскорее.

Парни до этого момента пребывавшие в ступоре, сейчас же зашевелились. Попытались нас растащить подальше друг от друга, чтоб не повторилось. Малость подзапоздали. Лёха вон, уже изрядно помят. Немного ему нужно оказалось.

– Мразь! – орал на меня Лёха, пока парни сдерживали его порывы подлететь ко мне. Правильно, боюсь после третьего раза, он уже не сразу встанет.

– Ты бы поменьше на чужих баб залазил. Глядишь, рожа целее бы была. – надеюсь, не придётся объяснять на чьих, должен и сам понять.

– А-а-а… так ты из-за этого, что ли? – сплюнув на пол, заржал во весь голос. – Что, в кои-то веки ревность взыграла? Так тебе не похер ли? У тебя же теперь новая тёлочка. Зачётная, кстати. – видимо, решил позлить, да только мимо.

– Ни хуя у меня не взыграло. В морду выхватил только за то, что друг из тебя херня. Не более. – сказал чистую правду. Словил он именно за то, что нет принципов и понятия о дружбе.

– Да, вот такой какой есть! Неужели из-за бабы столько лет дружбы променяешь? – было бы что променивать. С такими друзьями враги не нужны.

– Ты же променял. И ничего не остановило. Да и не в этом дело. Из-за ваших потрахушек, мне твоего ребёнка чуть не приписали! А если бы я не проверил? Что бы тогда? – каким бы спокойным я ни был до этого, но, заговорив на эту тему, начал плавно заводиться. Видимо, теперь это мой личный триггер.

Слишком остро эта тема воспринималась. Слишком много мы с Ксюшей были на иголках. Слишком долго нервы на пределе. Всё, блин, слишком!

– Какого ещё ребёнка? Ты бухой, что ли? – переспросил, но уже без было запала агрессии. Не удивительно.

– Я в отличие от тебя, трезв. Тома беременна. – выдержав которую паузу, продолжил. – От тебя. – проговорил, глядя ему в глаза.

По мере того как до Лёхи доходил смысл сказанного мной, он ощутимо менялся в лице. Ну, я, наверное, даже догадываюсь, какие именно он эмоции испытывает. Шок, как минимум.

– Пиздец. – присел на стул с ошарашенным видом. Дошло.

В какой-то степени могу понять его эмоции. Сам какое-то время назад был как пыльным мешком прибитый. Полная дезориентация во времени и пространстве. Одно дело узнать о том, что станешь отцом, когда ты к этому морально готов. А другое, когда не думаешь об этом и даже близко не примеряешь на себя эту роль. И если меня выбило из колеи из-за того, что ребёнок не от той, которую люблю. То вот Лёха, похоже, в прострации именно из-за того, что вообще такого не планировал. В ближайшее время, так точно. По крайней мере, могу судить об этом, из того, что знаю из наших разговоров.

– Сейчас не облажайся и сделай всё правильно. Хотя бы поговори с ней. Потому что она не особо хочет тебе признаваться. Ну а там, сам решай, как быть. По крайней мере, ты теперь в курсе. – подойдя, похлопал его по плечу и собрался на выход. Здесь я закончил. Всё, что хотел сделать, сделал.

– Ты же не прикалываешься сейчас? – долетел до меня приглушённый голос Лёхи.

– Да какие уж тут приколы. Я в этом «приколе» почти две недели жил. Ни хрена не смешно было.

Я ему не злорадствовал. Да и в целом зла не держал. Ну, переспали они с Томой. Что теперь? Тут нам делить нечего. До того как заехать ему по морде, я просто был раздражён, что из-за чьих-то похождений, чуть не пострадали мы с Ксюшей.

Себя до этого корил какое-то время, что настоял на тесте ДНК. Таким мудаком себя ощущал. Что незаслуженно подозреваю, не доверяю. А на деле оказалось, что как в воду глядел. Знал бы я тогда, что всё обернётся таким образом, не терзал себя угрызениями совести.

Ушёл из бара под ошарашенные взгляды парней. Лёхин, правда, никто не переплюнет. Ну, это ожидаемо. Ничего, оклемается. Быстрее придёт в себя, быстрее свяжется с Тамарой. А он свяжется, я уверен. Каким бы херовым другом ни оказался, какие-то принципы в нём всё же имеются.

Прыгнув в тачку, вырулил в сторону дома, предварительно заехав в цветочный. Уже поскорее домой хочется, к Ксюше. Совсем сегодня пропал для неё. Сначала на работе завал, который, к слову, по-прежнему есть. Потом вся остальная канитель. Зато теперь с облегчением на сердце еду домой. И вот хоть камни с неба, ни кто и ни что меня от Ксюши не оторвёт.

Домой летел, как угорелый. От нетерпения сжать Бэмби в своих объятиях кожу на ладонях ощутимо покалывало. Капец меня от неё кроет. Что-то нереальное в мозгу происходит, стоит о ней подумать.

На свой этаж поднимался с придурковатой улыбкой, которая не сходила с лица на протяжении всего пути к дому. Эмоции через край, радость выше привычной организму нормы. Стоило открыть дверь и зайти в квартиру, как меня чуть было не снесло с ног. Ксюша, как маленький ураганчик налетела на меня и вцепилась мёртвым хватом.

– Скажи, что это правда. – бормотала куда-то в район моей шеи, ещё сильнее прижимаясь. Или это я её так сжал, наконец-то дорвавшись до желаемого.

– Я же тебе написал. – улыбнулся, вспоминая тот кайф, с которым набирал ей текст сообщения. Пусть и в спешке, но пальцы дрожали от нетерпения скорее ей сообщить.

– Знаю. Но хочу это услышать. Чтоб ты сказал. Чтоб поверить до конца. – кажется, она даже дрожать начала. Или это снова мои пальцы? Да нет, Ксюша. Как лист осиновый.

Глупышка, перенервничала. Я тоже не сразу поверил, когда увидел результат. Перечитывал несколько раз не в силах совладать с эмоциями от написанного. И когда осмыслил в полной мере факт того, что меня больше ничего не связывает с Томой, тут же потянулся за телефоном. Пальцы дымились, когда писал ей об этом.

– Тома беременна, но не от меня. Я с ней уже поговорил и даже узнал кто счастливчик. – чуть отстранив Ксюшу, обхватил её лицо ладонями. – Всё хорошо. Теперь уже точно. Выдохни и расслабься.

Она смотрела на меня покрасневшими глазами. Плакала. Долго держалась и, видимо, откат всё же нагнал. Не сдержалась. Но, тем не менее, сейчас в глазах столько надежды и счастья. А её счастье – главный приоритет для меня.

– До сих пор не верится, что всё это закончилось. Я думала, свихнусь от напряжения и ожидания. – снова слёзы и вздох облегчения. Как же я её понимаю. Нас двоих изрядно потрепало морально.

– Не плачь, маленькая моя. Слышишь? Всё у нас будет хорошо. Да что там хорошо, охрененно у нас всё будет! – зацеловывал мокрые от слёз щёки и искусанные губы. Дурел от неё. Моя маленькая и ранимая Бэмби. И не смотря ни на что, безумно сильная и стойкая. Чем только заслужил её.

Мои попытки её успокоить всё же увенчались успехом. И прейдя в себя, Ксюша начала целовать в ответ. Так самозабвенно и с отдачей, что всё это переросло в нечто безумное. В то, от чего срывает тормоза, и страховочные канаты лопаются, не выдержав напряжения.

И вот мы уже не в коридоре, а в спальне. Я не прижимаю её к себе, а вдавливаю своим телом в матрас. Не глушу губами тихие слёзные всхлипы, а поглощаю звучные стоны. Пытаюсь ими напиться, насладиться вдоволь. Хотя с ней это не возможно. С ней всегда мало. Всегда хочется ещё больше, на запредельный максимум.

Скинув с себя мешающую одежду, провёл пальцами по её нежной коже и подцепил бретельку майки. Опустил сначала с одного плеча, потом с другого, стянул ткань, оголяя округлую и упругую грудь. Только от одного полуобнажённого Ксюшиного вида, можно было спустить в штаны, даже не прикасаясь к ней. Всегда с ней так. На гране. Невозможно поддаться контролю, когда тело рвётся к ней. И не только оно. Я в принципе только ей и дышу.

Проведя языком по коже, от подтянутого животика до ложбинки между грудей, окончательно сорвал мешающую тряпицу и утробно зарычал. Как же я её хочу. И не только в сексе, но ещё и в жизни. Чтоб всегда рядом была. Чтоб, как одно единое целое.

Ласкал её грудь языком, поочерёдно втягивал губами затвердевшие соски. Чуть царапал их зубами, упиваясь её чувственными стонами. А сам тем временем свободной рукой расстёгивал её джинсы.

Справившись с ширинкой, отстранился и резким уверенным движением стянул их с неё вместе с трусиками. Даже не прикасаясь к ней, видел какая она мокрая. Насколько возбуждена и как сильно хочет. Скинув свои боксеры, устроился меж её разведённых стройных ножек. Член болезненно изнывал и пульсировал, требуя скорейшей разрядки.

Приподнявшись и облокотившись на один локоть, второй рукой Ксюша потянулась ко мне. Тут же подался вперёд и накрыл её тело своим, кайфуя от того, как она обхватила меня ногами, скрестив их за спиной. Упирался членом во влажный вход, желая скорее оказаться в ней. Опершись руками по обе стороны от головы Бэмби, склонился и коснулся губ губами. Одновременно с тем, как наши губы столкнулись, вошёл в неё на всю длину члена, поглощая её приглушённый стон и короткий обжигающий вздох.

– Люблю тебя. – прошептала в мой рот на выдохе. А я словно во времени и пространстве потерялся. Слуховыми галлюцинациями не страдал, но сейчас хотел убедиться в услышанном.

– Повтори. – прохрипел, врезаясь в неё с новой силой.

– Люблю тебя, Дём. – повторяла, впиваясь в мои плечи ногтями. А я дурел. Я подыхал и возрождался заново. Неописуемое чувство.

– И я люблю. Пиздец, как сильно тебя люблю. – чётко выговаривал каждое слово. Чтоб слышала, чувствовала, верила и знала.

Чуть приподнявшись на локтях, внимательно всматривался в её лицо. Не прекращая таранящих движений, считывал каждую её эмоцию. Плавно выходил из неё и врывался обратно резко, с влажными характерными шлепками. До искр перед глазами. Любил её, вжимая в матрас. Чувствовал, как дрожит и задыхается в водовороте эмоций. Сам ими захлёбывался, что в груди щемило.

Хочу, чтоб всегда рядом была. Вся. Хочу, чтоб царапала мне спину. Хочу, чтоб целовала, шепча моё имя. Чтоб нежностью своей согревала. Любила, как я люблю её. Пусть меня назовут помешанным на ней, но так оно и есть. В кровь просочилась, вросла в меня, что не вырвать. Но это только к лучшему. Потому что она мой глоток воздуха. Такого необходимого и желанного.

Продолжая ласкать её жадным взглядом, ускорил темп. Брал Ксюшу ненасытно, безудержно и неистово. Чувствовал, как туго обхватывает член внутри себя, и дурел ещё больше. Знаю, что скоро она кончит. Чувствую её лучше, чем себя. Хотя и сам на гране. С трудом сдерживаюсь, стараясь не финишировать раньше неё.

И только когда Ксюша наполняет комнату мелодичным и одновременно с этим срывающимся стоном, отпускаю и себя. Скольжу в ней рваными и быстрыми движениями, приводя к финишу и себя.

– Моя. – то ли хриплю, то ли стону, когда, совершая последние рывки, с трудом покидаю её жаркое тело.

Каждый раз на гране. Каждый раз борьба с самим собой, чтоб не пометить её, не заклеймить. Знаю, что рано и ей учиться нужно. Наверное, это единственное, что сдерживает меня не зафиналить в неё. Но здравый рассудок берёт верх над желаниями нездорового эгоизма.

– Люблю тебя, маленькая. – целую в висок, когда мы отдышавшись и придя в себя, лежим в обнимку на постели.

– А я тебя. Сильно очень. – жмётся ещё ближе, ластится, расплываясь в довольной улыбке. А я млею от её счастливого вида. Потому что для меня счастье – это она. Вся. Целиком и без остатка.