Глава 2

Всё летело к чертям. Сначала Кристина не отвечала на звонки, и, чем больше Карина набирала её номер, вновь и вновь слыша длинные гудки, тем сильнее испытывала панику. Назваться именем сестры было скверной идеей, но она ведь сто раз всё просчитала, прежде чем решиться на опасную авантюру. Будь он проклят, этот подонок, всё началось из-за него, вернее, виновницей несчастий девушки стала его подружка. Предчувствия редко подводили Карину, а в тот злополучный день она с утра плохо себя чувствовала и подумывала отпроситься, или, на крайний случай, если бы хозяин ресторана не дал ей отгул, подмениться с Миленой.

Зачем она потащилась на работу, отмахнувшись от внутреннего голоса, нашептывающего, что лучше бы ей в этот вечер сидеть дома!

— Проклятье! — в сердцах воскликнула Карина, чуть не раздавив мобильный пальцами.

В офисе холдинговой компании, где сестра работала менеджером по рекламе, ей сухо сообщили, что Кристина сегодня вообще не появлялась. И это было тревожным звоночком. Чтобы Крис, эта до мозга костей карьеристка и аккуратистка, прогуляла работу без уважительной причины, — нет, скорее бы наступил апокалипсис.

Отношения между близняшками были, мягко говоря, натянутыми уже очень давно. Сколько же лет минуло после той их ссоры, три или четыре года. Банальная история, из-за которой они стали отдаляться друг от друга, а причиной тому стал мужчина. Бывший жених Криськи.

Сейчас-то, трезво оценив всё, что тогда случилось, Карина понимала — Артём был ей не нужен. Зачем она вообще вмешалась в их с сестрой жизнь, какая муха её укусила. Всему виной её податливость и слабохарактерность, прав был отец, Каринка чересчур мягкотелая. Но она не желала зла Кристине, просто искренне хотела, чтобы та не совершила ошибку, связав судьбу с человеком, который её не любил.

Естественно, предугадать, как сама Карина отреагировала бы, застав жениха в постели сестры — близняшки, было сложно для неё. Все мы оступаемся, нет идеальных людей. И она тысячу раз пожалела, что обманом затащила Артёма в кровать, ведь он действительно не сразу понял, что она не Крис. И всё же, переспал с нею, а значит, Карина была не так уж далека от истины — никакой любви у этого урода к Криське не было и в помине…

Жадно допив остывший кофе, девушка метнулась в спальню. Разбросанные вещи были повсюду, но времени аккуратно укладывать их в чемодан не осталось. Если она опоздает на самолет, и не смоется из Москвы в ближайшие сутки, ей конец. Провалила навязанную миссию по соблазнению Душмана, это раз, а, следовательно, не спасла свою шкуру, и теперь сволочь Миронов заведёт на неё дело за вождение в нетрезвом виде, повлекшее за собой смерть человека, это уже два. Если бы всё пошло, как по маслу, и бандит клюнул на её уловку, она бы постепенно раскрутила его на откровенность, добыла нужные следователю сведения, и могла забыть о ДТП, из-за которого ей грозила тюрьма.

Но этот папик и глазом не моргнул, когда она заявилась в офис одного из его банков, разодетая, как шлюха, а потом просто приказал вышвырнуть её вон. Даже не дал слова сказать, мол, она нарочно тогда проколола ему шины на джипе, чтобы был повод познакомиться.

Телефон сестры обнаружился в прихожей, на обувной полке. Секунд десять Карина тупо сверлила его глазами, потом взяла в руки, и машинально достала свой. Снова позвонила на мобильный Кристины, тот завибрировал без звука. Ну, конечно, Криська же всегда отключала мелодию на ночь…

С Кристиной что-то случилось, хоть она и старательно гнала эту мысль. Уехать, не зная, где сестра, Карина не могла. Или могла? К чёрту, своя-то рубашка ближе к телу. Пусть эта выскочка почувствует себя в её шкуре, быть может, станет меньше задирать нос!

***

Он приближался, не сводя с Крис взгляда, пятиться ей было некуда. Нечего и думать о том, чтобы вступить в борьбу с ним, он ведь может ударить, или избить. И настроен, судя по всему, весьма решительно. Вот только в её планы совсем не входило быть изнасилованной, и мозг лихорадочно работал, ища выход из чудовищной ситуации.

— Чё притихла? Раздевайся. Или предпочитаешь, чтобы я трахнул тебя в одежде, как грязную шалаву?

Он сдернул с себя штаны и боксеры, ничуть не стесняясь девушки. Провел ладонью по всей длине члена, и тот послушно взбрыкнул, слегка увеличившись в размерах. Она тщетно пыталась протолкнуть в пересохшее горло вязкий ком. Больно вжавшись ногами в нижнюю перекладину дивана, Кристи округлившимися глазами взирала на бандита, вернее, на его внушительно большой стержень. Даже еще не возбужденный, пенис выглядел устрашающе, но вместе с тем Кристина не находила сил оторваться от его созерцания.

— Меня зовут Кристина. — с трудом разлепив губы, пролепетала она, надеясь, что сумеет разъяснить ему, в чем он ошибся. — и я Вам ничего не сделала… Произошла ошибка.

— Я уже в курсе, как тебя зовут! — рявкнул Душман, заставив её развести руки в стороны, и безжалостно рванул за тонкие бретельки бюстгальтера. — не играй на моих нервах, мать твою! Давай, заканчивай начатое представление, я не люблю этих розовых соплей. Ломаться будешь с другим. Вчера ты не страдала излишним целомудрием.

Откуда он знает её имя? Если Каринка тут ни при чём, то Крис вообще перестала что-либо понимать. Бандит обхватил её за поясницу, с силой впечатал в своё мускулистое тело, и её обнаженный живот прилип к его твердому пенису. Она ощутила, как невыносимо вспыхнули адским огнем щеки, но он не позволил отпрянуть. Как же было мучительно стыдно и унизительно находиться во власти этого зверя, быть абсолютно беспомощной, и при этом осознавать, что её вряд ли что-то спасёт. Боже, ведь он реально собрался…

Умолять его не трогать её бессмысленно. Кристина дико вскрикнула, когда его алчные пальцы пробрались под резинку трусиков, и нагло прошлись по её интимному месту. Она яростно дернулась, заколотив его по спине кулачками, лягнула по голени, но добилась лишь того, что распалила негодяя еще сильнее. Грубовато откинув упавшие ей на лицо волосы, он неистово впился губами в её шею, продолжая нахально исследовать промежность. Кристину трясло от возмущения, но сопротивление только раззадоривало Душмана. Приложив максимум усилий, чтобы призвать волю, она перестала вырываться, с быстротой молнии шаря глазами по холлу.

До напольной вазы не дотянуться, слишком далеко, а поблизости ничего подходящего для самообороны не было. Разве что…

Её уронили на широкий диван, треск порванного белья резанул по слуху тупым острием. Тяжело дыша, девушка уперла вспотевшие ладошки в мощную грудь Душмана, и подтянула колени к животу, не позволяя ему нависнуть над ней.

— Только попробуй… Меня тронуть! — просипела натужно, сморгнув злые слёзы, — я тебе глотку перегрызу!

Эта угроза на него впечатления не произвела. Кристи казалось, что он одержим этой навязчивой мыслью трахнуть её, и ей не удастся его остановить. Неужели Каринка, дурочка, зачем-то сунулась к нему, да еще и откровенно предложила себя? Что между ними было, как та вообще додумалась пойти на такой риск?

Крис припечатали к дивану, грубо развели ей ноги, и она снова забилась под бандитом, силясь скинуть его, избавиться от тяжести веса. Обезумев от ужаса, вонзила зубы в его плечо, и со злорадным удовлетворением увидела проступившие алые пятнышки на белоснежной рубашке. Он зарычал, перехватил её руку, когда девушка вознамерилась вцепиться длинными ногтями в его лицо, но она успела царапнуть по щеке, и на ней тоже запылали багровые следы.

Удар наотмашь был неожиданным, и такой силы, что мгновенно оглушил, выбил из реальности. Кристину никто и никогда не бил, даже в детстве родители не шлепали её за проказы. Папа просто строго ругал, грозя лишить прогулок с подружками, а мама укоризненно качала головой, и потом долго сердилась на неё.

Боль пришла позже. Взорвалась в черепной коробке, разлетелась сотнями брызг от висков к затылку. Что происходило дальше, Кристина помнила смутно. Душман её не домогался, это было главное, а боль пройдёт, это не смертельно. Выбраться бы отсюда, не напороться на новые неприятности. Властный голос прорезался сквозь пелену, застилавшую разум:

— Принеси воды. Живо!

Кристи, пошатываясь, осторожно села, спустив ноги на пол. Туфля валялась рядом с диваном, но обувать её она не стала. Что толку, как она пойдёт в одной? Слизнув соленый ручеек с уголка разбитой губы, девушка откинула спутанные волосы, и с ненавистью взглянула на мужчину. Он был уже одет, и даже застегнул пуговицы, все до единой. Из расцарапанной щеки всё еще струилась кровь, окрашивая ухоженную бородку темным. Отобрав у бесшумно появившейся молодой девчонки стакан, он протянул его Крис.

Она не прикоснулась к нему, дрожа от пережитого унижения, и, как могла, старалась прикрыть самые интимные участки тела руками. Порванная блузка висела клочьями, бретельки бюстгальтера болтались на животе, на строгой юбке разъехалась молния, и Кристина кое-как одернула подол.

— Как тебя зовут? Не ври мне. — тяжело сканируя её взглядом из-под хмуро сдвинутых густых бровей, осведомился бандит.

— Я уже говорила! — выплюнула она, резко убрав в сторону предложенный стакан с водой.

— Извини вот за это, — нехотя произнес он, неопределенно взмахнув рукой, и подобрал клочок черной ткани, в который превратились её трусики. — это была проверка. Вчера ты, вернее, она бесстыдно предложила мне трахнуть её прямо в моем кабинете. Я мог разделаться с тобой быстро и жестко, если бы хоть на секунду не усомнился, что здесь что-то не чисто. Ты испугалась, начала сопротивляться, это посеяло во мне сомнение. Ну? Так кто ты такая?

Она горько усмехнулась, думая о том, как в таком расхристанном виде доберется до дома. Да она и на улицу постыдится показаться, шлюхи, и те, наверное, выглядят приличнее после отработанных часов. Лицо саднило, но, прежде, чем Кристи успела что-то сказать, вновь появилась та девушка в униформе служанки, и подала ей завернутый в марлю лёд.

— Принеси ей чё-нить надеть, и исчезни. — приказал Душман девчонке, нависая над сидящей пленницей. — послушай, я думаю, произошло недоразумение. Ко мне должны были доставить ту наглую девку из ресторана, но я так понял, вас двое? Вы сёстры?

Вести с ним диалог после подобного обращения у Кристины желания не было, но он прав, лучше прояснить всё сейчас. Аккуратно приложив лед к ушибленной скуле, она яростно сверкнула глазами.

— В ресторане работает моя сестра, это с ней у Вас был конфликт. Я понятия не имею, что она еще натворила, и Ваши люди могли бы сначала удостовериться, что я та, кто Вам нужен! Да, меня действительно зовут Кристиной. Но Вас я вижу впервые, и очень надеюсь, что в последний раз в жизни!

Его лоб прорезала морщинка, он пожевал нижнюю губу, не сочтя необходимым хотя бы тактично отвернуться, пока Кристина была почти голая. Но нет, он продолжал неотрывно на неё смотреть всё тем же хищным зверем, и она чувствовала себя совершенно неуютно.

— Кристина, — медленно выговорил он её имя, словно желал убедиться, что она действительно его носит. — Кристина, я уже извинился. Это чудовищное недоразумение случилось по вине моих пацанов, за это они будут наказаны. Но нам с то… Вами нужно как-то урегулировать инцидент.

Она фыркнула, но промолчала. Наконец, вернулась служанка, быстро протянула ей какое-то платье, поставила на пол туфли, и поспешила уйти, не взглянув на хмурого хозяина. Душман кивнул на одежду.

— Надевай, вещи новые, младшая сестра часто у меня гостит, накупит ворох шмоток, а потом не знает, куда их девать. — видя, что Крис не шелохнулась, он с усмешкой добавил, — я отвернусь.

Пока он что-то искал в ящике письменного стола в гостиной, Кристина, нервно поглядывая на распахнутые двери, торопливо приводила себя в порядок. Платье было на размер меньше, но выбор не имелся, туфли тоже жали пальцы, однако, теперь ей не приходилось красоваться перед этим негодяем полуголой.

Не помешало бы умыться, но заговорить об этом девушка не решилась. Хватит с неё и того, что она до сих пор здесь. В руках Душмана она разглядела сложенные пополам денежные купюры, и хотела возмутиться, что не возьмет их, потому что не проститутка, услуги которой обычно оплачивались. Он заговорил первым:

— Здесь десять кусков баксов. Этого достаточно, чтобы Вы забыли об инциденте?

Кристи презрительно посмотрела на банкноты. Глубоко вдохнула, и снова встретилась с холодными, но выразительными глазами бандита. Конечно, десять тысяч долларов на дороге не валяются, но она всё равно к ним не притронется. Он же фактически затыкает ей рот! И не факт, что прекратит преследовать Каринку.

— Я не побегу в полицию, даю слово. — твердо сказала она, не отводя глаз. — но деньги не возьму. Оставьте нас с Кариной в покое, господин Душман. Неужели Вы готовы зверски расправиться с беззащитной девушкой только за то, что она по глупости испортила Вашу машину, а потом наивно пыталась загладить вину, решив прийти к Вам поговорить…

Он хохотнул, но глаза его не смеялись. Кристина попятилась к двери, уловив в них тот же опасный блеск.

— Наивная, маленькая, невинная пташка. Это определение меньше всего подходит Вашей сестре. Скорее уж, к Вам. — он многозначительно тряхнул долларами. — так значит, деньги Вас не интересуют. Забавно. Впервые встречаю женщину, которая к ним равнодушна.

Она и не была равнодушна. Но ему об этом знать незачем. Упершись спиной в дверную ручку, Крис с тоской поглядела на сумочку, валяющуюся рядом с диваном. Там ведь ключи от квартиры. Ехать на работу уже нет смысла, ей влепили прогул, да и с разбитым лицом красоваться перед офисными сплетницами вариант не из лучших. Кости ей перемоют добела, проще позвонить Боссу и соврать, что заболела.

— Я могу идти? Извинения приняты. Будем считать, что никакого инцидента не было! — скептически вскинула она бровь, и уже хотела надавить на податливую панель ручки, но на плечо легла чья-то рука, и Кристина, вздрогнув, обернулась.

За её спиной стоял уже знакомый ей амбал, и она похолодела. Господи, когда же весь этот кошмар закончится?!

— Отведи её наверх, в мою спальню. И хорошенько присматривай, больно прыткая. — холодно велел Душман, небрежно швырнув пачку денег на барную стойку, и поймал полный ненависти взгляд Кристины. — ты же не дура, бэби, понимаешь, что я должен проверить твои слова. Гладко спела про сестрицу, я даже заслушался. Останешься здесь, и помни, если солгала…

Её охватила паника. То, как он скользнул по ней глазами, могло означать лишь одно — их прерванный «разговор» еще не закончен…