Глава 19

Не заметить, что Фархад взвинчен, было трудно, а Кристина всегда угадывала настроение других. Гадать, что стало причиной его злости, она не стала, лучше спросить об этом прямо. В конце концов, на чем строятся отношения между мужчиной и женщиной, если не на взаимном доверии.

— У тебя что-то случилось? Ты молчалив и постоянно о чем-то думаешь. — она заглянула ему в лицо, принудив ответить взглядом.

Он пожал плечами, снова следя за дорогой. Сегодня его раздражало буквально всё — настойчивость Крис, охранник, ехавший позади джипа, накрапывающий дождь, пробки. Вчера он нарочно сделал так, чтобы избежать встречи с Кристи, ибо после разговора с её сестрой чувствовал дикое желание разорвать Миронова на куски.

Этот мудак посмел копать под него, втихаря собирал компромат, явно рассчитывая подловить на каком-нибудь незаконном деле, и упрятать на нары. И прокурорская шкура Ремизов с его шлюхой — журналисткой тоже с ним заодно. Точно, это одна шайка, они расставляют ему ловушки, и сейчас нужно, как никогда, быть осмотрительнее.

В сфере бизнеса Душману бояться нечего. Банк не ведёт сомнительные сделки, не отмывает деньги, а офшорные счета спрятаны тщательно так, что обнаружить их и связать с оборотом средств с официальных, банковских, несведущему человеку просто нереально…

— Фархад…? — позвала Кристина, не дождавшись ответа, и её тонкие пальчики поползли по его колену. — я не навязываюсь, вовсе нет. Но ты сам не свой. У тебя проблемы?

— Всё в ажуре, бэби. — улыбнулся он как можно натуральнее, — будь лапочкой, достань из бардачка сигареты. Курить хочется.

Она насупилась, но просьбу выполнила. Поднесла ему огонек зажигалки, и отвернулась к боковому окну. Чёрт с ним, пусть молчит. Имеет ли она право лезть к нему в душу, вот в чем вопрос. Ну, да, они занимаются сексом, иногда вместе ужинают, или встречаются еще где-то, но ведь всё сводится в итоге к тому же — к постели.

Непонятно отчего, но это вдруг начало злить Кристину. Не далее, чем вчера, она с легкостью решила, что её такой расклад вполне устраивает, и никакой другой близости с этим мужчиной ей не нужно. Оказывается, самообман вещь скверная. К чему лгать себе-то? Она очень надеялась, что Фархад хоть немного ей доверяет, что ей есть место в его жизни, а не только в постели.

— Не дуйся, Кристин. Мне не нравится, когда ты такая чужая. Взгляни-ка туда. — примирительно сказал банкир, кивнув на лобовое стекло.

Симпатичные коттеджи тянулись стройными рядами вдоль живописного соснового пятачка, все они были новыми, некоторые, судя по шторам в окнах — заселенные, большинство совсем недавно отстроенные. Девушка сухо произнесла:

— Милые дома.

Душман выбрался из машины, и распахнул со стороны пассажирки дверцу. Выходить в промозглый вечер Кристи не хотелось, но её-таки глодало любопытство, зачем они сюда приехали. Плотнее запахнув плащ, она осторожно вышла из теплого джипа, и Фархад тотчас привлек её к себе.

— Этот проект финансировал мой банк. — он сделал рукой жест, словно охватывая коттеджи. — в будущую субботу состоится презентация открытия нового жилого района. Несколько домов уже отдали малоимущим семьям, да ты и сама видишь, что тут поселились первые жильцы.

Она подняла на него глаза.

— Да Вы, господин Бахтияров, филантроп. Я это оценила!

Он усмехнулся, и что-то в его суровом лице заставило её подумать, что Фархад вспомнил о своем прошлом. Он упоминал о братьях в Кабуле, но где они жили раньше? У него, видимо, большая семья, и, — Крис готова была поклясться, — в юности его произошло нечто, что до сей поры причиняет ему боль. Не продиктовано ли его стремление помогать простым людям тем, что сам он когда-то испытывал нужду?

— Не могу понять, издеваешься ты или говоришь серьезно. — поморщился бандит, и, выпустив девушку из объятий, отвернулся, сунув руки в карманы пальто.

Кристи обошла его, и их взгляды пересеклись.

— Я лишь выразила своё восхищение твоей добротой, Фархад.

— Меня никто еще не называл добрым.

— Привыкай, теперь ты многое о себе узнаешь такого, чего, наверное, и не подозревал. — поддразнила она, поеживаясь от озноба. — например, ты очень умный, у тебя железные убеждения, а для мужчины это важные качества.

— Говоришь так, будто я тебе нравлюсь. — насмешливо поддел он, на самом деле испытывая растерянность.

Эта девочка для него по-прежнему загадка. То дикой львицей набрасывается, то становится ласковой кошечкой, вот как сейчас. Что бы она сказала, если бы узнала о его обмане? Карина до сих пор в его доме, а он даже не сообщил Кристине, что сестра нашлась.

— Может быть, чуточку больше, чем нравишься. — продолжала она, лукаво улыбаясь, и медленно водя пальцами по отворотам ворота его пальто.

Он не выдержал, обнял её, и прижал к груди. Дождь, гонимый порывами ветра, швырял в лицо холодные брызги, и стекал за шиворот, потому стоять на улице, в слякоти, было некомфортно. Легонько скользнув губами по волосам Крис, Душман хрипло шепнул:

— Как тебе во-он тот домик, слева? Давай-ка заглянем внутрь, бэби, согреемся, переждем непогоду.

Она оглянулась.

— А ты уверен, что нас не арестуют за взлом? — громким шепотом спросила, почти уверенная, что у него есть ключи.

Уж не приобрел ли он коттедж, чтобы иногда приезжать сюда с нею?

— Если вдруг нагрянут менты, я от них откуплюсь. В хранилище банка хватит на всех этих жадных попрошаек. — говоря, Фархад подталкивал её назад, вынуждая отступать к указанному дому. — кстати, там есть о-очень удобный диван. Опробуем на прочность?

— Откуда ты знаешь? — сдавленно засмеялась Кристи, пока он отпирал дверь.

— Я и не знаю… Проверим?

***

— Как, по-твоему, я красивая?

Зачем об том спросила, Кристина не знала. Да ей и не важен был его ответ, она была на девяносто девять процентов уверена, каков он будет. В эту минуту она, обнаженная, стояла посреди уютной гостиной. Мягкое мерцание торшера опутывало её с ног до головы, и в глазах Фархада читалось откровенное восхищение. К чертям стеснительность, рядом с ним Крис забывала, что негоже быть распутной.

— Ты очаровательная девочка. И ты сводишь меня с ума.

Она вытянула руку, не подпуская его ближе. А взглядом уперлась в его пах, на вздыбленный орган в обрамлении из черных волосков. Её мужчина. Желанный, опасный, сексапильный. Тихий вздох слетел с её губ, выдавая волнение. Но спешить было некуда, и Кристи хотела сполна насладиться этим вечером.

— Только запомни, бэби, — он без особого труда отвел в сторону преграду в виде её ладони, и шагнул вплотную к ней. — еще раз увижу тебя в платье на голое тело, изнасилую, на хрен, на глазах у всех.

— На мне не было лишь лифчика. — запротестовала она, затрепетав от его прикосновений к груди.

Алчные пальцы Душмана властно накрыли соски, потерли, чувственно покрутили, и те затвердели, как камушки. Крис сомкнула веки, отдаваясь приятным ощущениям, нагота её не смущала. Она знала, что нравится Фархаду, так какой смысл в ложной скромности.

— Верно. Но ты меня поняла, да? — не уступал он, лаская вишенки, горящие под его ладонями. — не хочу, чтобы кто-то, кроме меня, видел тебя такой.

— А ты вдобавок ко всему, еще и любишь командовать! — фыркнула Кристина, покусывая губу.

— Властность — одно из моих основных качеств, любимая. — невозмутимо подтвердил банкир. — стой смирно. Дай насмотреться на тебя.

Пожирая её взглядом, он снял с себя боксеры, и всё то время Кристи выполняла приказ. Её мучило возбуждение, там, в душе, они слегка пошалили, и ей требовалось большего, чем дразнящие поцелуи. Фархад опустился на колени, и принялся языком бродить от бедра до ямочки под коленом девушки. Она тихонько вздрагивала, покорно позволяя ему лидерствовать.

Сначала чувствительная коленка, затем губами до паха, и протяжный вдох Крис. Нежные складочки лона, языком по клитору, а руками по грудям, и Кристина задрожала, подавшись к нему всем телом. Её бил озноб, а мужчина согревал дыханием, ни на секунду не оставляя в покое вожделенные соски. Накрыл пальцами её плоть меж бедер, и заглянул в лицо.

— Хочешь? — прохрипел, с трудом обуздывая собственное желание.

— Нет… Не так… — шумно выдохнула она.

Он усмехнулся, проник внутрь, лаская большим пальцем узелок клитора.

— Может быть, вот так, бэби?

Она нервно дернулась, когда он усилил натиск. Позавчера во время секса он слегка травмировал её, уж слишком сильным было желание. Но сегодня, казалось, Кристи об этом забыла, во-всяком случае, не останавливала его. И это было поощрением.

— Нет, пожалуйста… — взмолилась девушка, с силой сжав его плечи. — какого чёрта ты делаешь, Фархад?

— Т-ш-ш… Всего-то хочу немножко поиграть, девочка.

Её уронили на пушистый ковер, и она заметалась, вонзая ногти в спину любовника, пока он коварно исследовал каждую эрогенную зону между её ног. Но вот он резко вдавил палец в липкое лоно, а горячие губы припали к набухшему клитору, а кончик языка побежал по нему, вызывая у Кристины сладкие спазмы. Она почувствовала, что еще чуть-чуть, и ощутит оргазм, но противиться напору не было сил.

За мгновение до наслаждения вдруг оттолкнула Фархада, и поймала его удивленный взгляд.

— Почему ты не дала мне закончить? — прищурился он, но она лишь улыбнулась.

Повалила его на спину, оседлала, и принялась мучить, в первую очередь добравшись ртом до шеи. Прикусила за ухом, лизнула раковинку, плавно спустилась ниже, к груди. Его соскам досталось тоже от жемчужных зубок, и Душман невольно застонал. Теперь было непонятно, кто из них лидер, всё смешалось в какофонию стонов, вскриков, и шепота.

Комнат закружилась, а Кристи, запрокинув голову, ритмично задвигалась на нём, то сжимая стенками влагалища член, то вбирая целиком, и довела его до безумия. Никто даже не вспомнил о предохранении, только много позже, лениво нежась в объятиях Фархада, девушка вздохнула.

— Чего так вздыхаешь? — шепнул он, поглаживая её спутанные волосы.

— Мы занимались этим без презервативов. — тихо произнесла она, уперев подобродок в его грудь.

— Этим? — хмыкнул банкир, — чем это «этим»?

— Сексом. — пихнула его коленом она.

— А чё не любовью?

— Ну, ты ведь меня не любишь. И я не люблю тебя. Любовью занимаются влюбленные.

Он обхватил ладонями лицо Кристины, и, чуть надавливая подушечками пальцев, провел по щекам.

— Проблем не будет, бэби? Нам обоим они ни к чему, ты же это сечёшь?

— Не будет! — сердито отрезала Крис, сама не осознавая причину внезапной злости. — поедем отсюда. Я устала. Да и спать привыкла в своей постели.

Он задумчиво посмотрел на неё, но промолчал. Разговор о чувствах Душман намеренно свернул, он пока не готов об этом говорить. Пожалуй, ситуация выходит из-под его контроля, вот уже трахаться стал без резины. С Алинкой такое, конечно, бывало, но та принимает противозачаточные. А Крис, судя по тревожному выражению лица — нет. От этой ли оплошности, или ему передалось её плохое настроение, но Фархад вдруг ощутил непреодолимое желание поехать домой. Один, без неё…