ГЛАВА 28

Райнхарт

Дорогу от дома до здания Тайной канцелярии я почти не заметил: гнал мобильез так, будто собирался сжечь схему, которая запускала машину, и думал о случившемся. Не о покушении на королеву, не о том, что моя мать возможно замешана в заговоре против короны, и даже не о том, что, кажется, не могу контролировать магию, которая мне досталась. Мне стоило об этом думать. Стоило! Но я думал об Алисии и о том, что произошло между нами.

Точнее, о том, чего я не запомнил.

Я сгорал в пламени магии, пытался снова обрести контроль над ней… А когда обрел его, оказалось, что я попросту все пропустил!

В моей жизни случались проходные романы и даже связи на одну ночь, особенно во времена учебы в военной академии, когда на гулянках было слишком много вина и женщин. Я не мог сказать с уверенностью, что помню в лицо всех своих любовниц, но чтобы отключиться в самом процессе — такое со мной случилось впервые. И не когда-либо, а в ночь покушения на королеву. Не с кем-то, а с Алисией.

С женщиной, которая не выходила у меня из головы и которую я беспрестанно желал.

Почему из всех ночей она выбрала именно эту, чтобы согласиться быть моей? Или она не соглашалась?

От последней мысли стало тошно, и я едва не развернул мобильез в сторону дома. Вовремя остановил себя и продолжил путь.

Я был не в себе. Я действительно ничего не помнил. Но оправдываться не стану. Я дам Алисии время подумать и согласиться на мои условия. С каждой минутой предложение сделать ее графиней и своей арэнэ казалось мне все более разумным. Она должна понять, что я никуда ее не отпущу. Не из-за магии, из-за нее самой.

Она умная женщина, в этом я не раз убеждался. Пусть даже сейчас она думает иначе, в моих же силах все исправить. Я заглажу свой поступок. Вниманием, подарками, приятными женщинам мелочами. И в следующий раз не стану торопиться, сделаю все, как она того захочет.

— Райнхарт, ты не спешил, — вытряхивает меня из мыслей Себ. Герцог Марирский встречает меня в коридоре по пути к допросным.

— Возникли неотложные дела. Всех привезли?

— Да, но прежде, чем начнем допрос, нам нужно поговорить.

— После.

— Нет, сейчас. Это касается личности эри Армсвилл.

Это меня останавливает, заставляет забыть о допросных и заговорщиках.

— Ты узнал, кто ее родители?

— Да. Эри Армсвилл, хотя правильнее будет отныне называть ее леви, сама дала нам подсказку на балу. Оставалось только все проверить.

Я подаюсь вперед:

— Я тебя внимательно слушаю.

— Не здесь. Пойдем в мой кабинет.

Короткие минуты ожидания заставляют меня злиться и сгорать от нетерпения. В том, что родители Алисии, скорее всего, были аристократами, я почти не сомневался. Слишком сильная и могущественная магия теперь принадлежала мне.

— Кто она? — спрашиваю, когда за нами закрывается дверь. — И что за подсказка?

Себ прищуривается:

— Прежде, чем скажу, хочу откровенность взамен откровенности.

— Что именно?

— Никаких секретов между нами, Райнхарт. Я должен знать, что происходит с тобой и твоей магией. И как получилось, что ты случайно столкнулся с Армсвилл, а затем объявил ее своей невестой. Как давно вы знакомы и что о ней известно тебе?

Справедливо, что Себ требует объяснений, и по его взгляду я понимаю, что действительно пришло время для честности.

— Ничего, — отвечаю. — Именно поэтому я попросил тебя найти о ней хоть что-либо. Я впервые столкнулся с Алисией во время покушения, которое мы посчитали неудавшимся. На самом деле оно удалось. Правда, это не то, на что рассчитывали заговорщики. В результате действия схемы мы с Алисией обменялись магией, и я представил ее своей невестой. Это была вынужденная мера, чтобы постоянно находиться рядом с ней. Сначала ее магия не проявлялась, но теперь я могу ее контролировать, и она не слабее моей.

Себ смотрит мне в глаза:

— Почему ты не сказал мне?

— А ты бы сказал?

— Возможно, да, возможно, нет, — соглашается он. — Но в свете открывшихся мне фактов это вполне могла быть не случайность, и вас свели нарочно. Либо тебе, Райн, невероятно везет.

Я приподнимаю бровь.

— Она королевский бастард.

— Бастард?!

— Незаконнорожденная дочь его величества Гориана.

Дочь Гориана?!

— Но король бесплоден.

— Мы все так считали, но выходит, что потомство он все же оставил. И это наша рыжеволосая принцесса.

Себ принимается расхаживать по кабинету и продолжает:

— На эту мысль меня навела золотая схема. В древности ее могли создавать только члены королевской семьи, они соединяли магию и чертили схемы, которым просто невозможно было противостоять. Поэтому армия Леграссии, а в те времена царство Леграс, считалась непобедимой. Принцы объединялись и выступали против врага. Так же королевские пары владели подобной удивительной магией.

— Доказательства?

— Ты сам подсказал насчет внешности, только попросил искать отца, а нужно было искать мать.

Себ взмахивает рукой, и в воздухе возникает зеленая схема, в центре которой портрет Алисии… Если бы, конечно, Алисия выглядела старше и у нее были бы светлые волосы и выбеленные брови.

— Кто она?

— Свентана Эмрос, графиня Арская и дочь предыдущей герцогини.

— Почему она… не рыжая?

— Здесь все просто. Мода. Тогда король только женился на принцессе Бальской, она была популярна, и все, начиная с придворных и заканчивая горожанками, меняли внешность, желая выглядеть как Дориана. Аристократки с помощью схем, остальные посредством краски и белил. Большинство женщин тогда были как на одно лицо. Неудивительно, что никто при дворе не запомнил одну из фавориток короля. Но не каждая из них спешно покидала дворец, чтобы закрыться в загородном доме на долгие месяцы. К тому же ее лучшей подругой оказалась графиня Тимрэ, которую, вероятнее всего, она и попросила о помощи, с тем чтобы скрыть ребенка. Я предположил, и моя версия подтвердилась.

— Где она сейчас? Свентана Эмрос?

— Покинула Барельвицу и Леграссию много лет назад. Сейчас мои люди ее ищут, но это может затянуться. В любом случае достаточно сообщить о леви Армсвилл королю и провести ритуал подтверждения родства. Тогда все вопросы разрешатся.

У меня чувство, будто меня огрели ударной схемой. Моя Алисия — принцесса?

А вот Себ подается вперед:

— Если он признает ее, она подвинет тебя с трона, как прямая престолонаследница. Единственный выход — действительно быстро жениться на девчонке. Судя по ее взглядам, она влюблена в тебя, так что против не будет. Это отличная сказка для народа — потерянная и найденная принцесса. Гораздо лучше, чем будущая королева-цветочница.

Все происходит слишком быстро. Чересчур. Даже для меня, привыкшего реагировать на любую ситуацию мгновенно и так же молниеносно принимать решения. Я ведь будущий король.

Хотя теперь выясняется, что нет.

Но это совершенно не то, что сейчас меня волнует. Только что Алисия была просто Алисией, а теперь выясняется, что она принцесса и мы с ней ровня. Потому что первый эрцгерцог Барельвийский тоже был королевским бастардом, которому его отец даровал высокий титул. Именно поэтому я вообще стою первым на престол при условии, что у короля нет детей, братьев или сестер.

У Гориана никого не было. До этого дня.

А теперь у него есть Алисия.

На которой я могу жениться.

Не делать ее арэнэ, не встречаться тайно, не пытаться спрятать ее.

Я могу сделать ее своей супругой и заполучить ее самым старым и законным путем, и это устроит нас обоих. Точнее, устроило бы Алисию-цветочницу, которая настаивала на статусе герцогской невесты. Но согласится ли на это Алисия-принцесса?

— Для начла я поговорю с ней, а также необходимо провести ритуал и добиться того, чтобы Гориан официально ее признал.

— Вы вместе создали золотую схему, Райнхарт. Если догадался я, то скоро догадается еще кто-то. К примеру, ее величество.

Кто-то еще догадывается, а кто-то уже в курсе — теперь покушения на Алисию выглядят более чем логичными. Кто же еще знает о принцессе?

— На твоем месте, — продолжает Себастиан, — я бы женился на девчонке поскорее, а потом ей все рассказал и представил бы ее отцу.

Это был бы мудрый политический ход, но что-то внутри меня царапнуло. Потому что обманывать свою невесту, теперь уже точно настоящую невесту, я не собирался.

— Давай оставим тему Алисии и вернемся к заговорщикам. Я хочу знать, кто стоит за всеми этими покушениями.

Себ слегка поджимает губы — крайнее недовольство в его исполнении. Советник не скрывает, что ему важнее тема принцессы, а у меня почему-то до сих пор в голове не укладывается, что речь о моей Алисии. Будто принцесса — это какая-то другая женщина, совершенно мне незнакомая.

Но стоило Себастиану кивнуть на дверь, как в нее нетерпеливо постучали. Когда же после разрешения войти в нее шагнул Кир, я понял, что сюрпризы этого вечера только начались.

— Ваша светлость, прошу разрешения немедленно переговорить по важному вопросу.

Мог бы ничего не говорить, я и так практически вылетаю за дверь — непозволительно быстро для эрцгерцога. И так же быстро черчу схему, чтобы нас никто не подслушал.

— Какого гьерда? Ты же должен охранять Алисию!

— Поэтому я здесь, Райнхарт. Ее похитили. И вина за это целиком на мне.

В груди мгновенно холодеет.

— Что значит — ее похитили? — спрашиваю я тихо. Пока что тихо. Потому что Кир отвечал за мою невесту собственной жизнью, но он живой и даже не истекает кровью. Только бледный. Но станет еще бледнее, если не найдет вразумительного ответа на мой вопрос!

— Он вывез ее тайно и явно использовал запретные схемы. Иначе я не представляю, как ему удалось это провернуть.

— Кто это сделал? — интересуюсь холодно.

— Зигвальд.

Холод в районе солнечного сплетения сменяется яростным пламенем, и я чувствую, как по венам растекается ярость и магия, способные сжечь, испепелить все на своем пути. Пока Кир пересказывает случившееся в мое отсутствие в особняке, я складываю одно с другим.

— Зиг не использовал магию, — раздраженно перебиваю его рассказ о том, что после отъезда брата Кир решил все-таки проверить, как себя чувствует моя невеста, и не нашел ни ее, ни маджера. — По крайней мере не оглушал и не зачаровывал Алисию. — (Попробовал бы, и Эдер откусил бы ему все самое дорогое.) — Просто эта самая глупая принцесса-цветочница на свете решила от меня сбежать.

— Принцесса?!

— Расскажу позже. Сейчас нужно перехватить их, пока они не покинули Барельвицу!

— Райнхарт, все готово. — Себ появляется неожиданно.

Еще более неожиданны сейчас для меня его слова:

— Леви Виграсс в камере, пригласить ее первой?

Мой долг — допросить мать и остальных заговорщиков. Я должен заниматься покушениями на меня и королевскую чету. Но как я могу этим заниматься, если Алисия непонятно где, еще и наедине с Зигвальдом?

Заговорщики никуда не денутся, а вот Алисия в данную минуту покидает Барельвицу!

— Я доверяю это тебе, Себ, — говорю и направляюсь к выходу.

— Райн? Куда ты?

— У меня дело государственной важности.

Решила сбежать от меня? С моей магией и Эдером? Не выйдет, ваше высочество. Мы связаны. Магией. Тайнами. Провидением.

Я найду тебя, Алисия, и сделаю своей.

Хочешь ты этого или нет.