Глава 25

— Ты мой туман, наркотик, обжигающее и пьянящее солнце, — Руслан приговаривал, пробегаясь губами по моему телу. — Что будешь делать с мужем?

— То же самое, что ты будешь делать со своей женой, — я резко выскочила из кровати и направилась в ванную комнату. Умеет разрушить романтичный настрой.

— Я мало чем связан с Ирой, разве что ребенком! — прокричал мне вслед Руслан.

— Я тем более, мало чем связана, — я выглянула через приоткрытую дверь ванной комнаты. — Поэтому ждём вашего решения.

— Я уже всё решил.

Руслан продолжал лежать абсолютно нагим на кровати в небольшом двухместном номере отеля на набережной. Так получилось, что это место стало нашим местом для встреч. И если первое время я летела сюда на крыльях своей огромной любви, теперь частенько брела, призадумавшись о дальнейшей судьбе наших с Руссом отношений. С судьбоносной встречи на турбазе при очередном слёте одноклассников прошло больше месяца. Я послала всё к чёрту и набрала его номер на следующий же день. Вопреки своему статусу замужней женщины, гордости и прочей, как мне показалось по сравнению с ним, чепухе. Все это показалось неважным.

Мой разум чётко цеплялся за его губы, скользившие по моей шее и страстный секс на дне лодки. Наваждение по имени Руслан стало ярче и болезненнее. Иногда мне казалось, что я плотно разрушаю свою жизнь, иногда казалось, что только так могу быть счастливой. И хотя я приняла решение расстаться с Алексеем, пока ещё мне не хватило смелости сказать это своему мужу. На этот шаг не хватало духу, и я оттягивала сей момент, впрочем, как и Русс. Знаю точно, что в глаза сказать не смогу и скорее всего, отправлю сообщение.

Трусиха.

Понимаю, что поступаю в корне неправильно. И как не крутила моя любовь, испепеляющая меня, это предательство… И всё это в совокупности терзало меня днём и ночью.

Я поправила свое летнее строгое платье перед зеркалом и подправила слетевший от страстного соития макияж. Руслан обнял меня сзади и, сверкнув своими бесподобными зелёными глазами, произнес: «Мы с тобой смотримся».

Руслан за время нашей разлуки, за несколько лет нисколько не изменился, чуть добавилось мужественности в юношеский задор. Отменные шмотки, подчёркивающие спортивную фигуру и прибавившие стильности моему любимому однокласснику, и всё тот же омут болотных глаз.

— Смотримся и будем смотреться, если ты решишь. Не заставляю, решай сам, — я отстранилась от него и, подхватив сумку, вышла на улицу. Цокая босоножками по брусчатке набережной, привожу сумбурные мысли в порядок.

— Сука, ты Аля! — Я зло вытерла налетевшие слёзы на глаза.

Очередной порыв ветра поигрался с прядями моих волос, выбившихся из прически, и, подхватив мои печали, уносит их, кружась в ряби темных вод реки. Я остановилась у кованой ограды. Когда-то вырывались слабые стремления нырнуть и всё закончить, а сегодня меня судьба скрутила в кокон ещё жестче… И виной всему Руслан, но больше всего моя больная любовь к нему.

Долгий рабочий день закончился, и я, уставшая больше морально от встреч тайком и урывками, угрызений совести и мучительных размышлений, поднявшись на лифте в квартиру, скинула на пороге босоножки и, зло зашвырнув сумку, прошла в гостиную.

Обхватив диванную подушку, пролежала практически до полуночи, уставившись в потолок. И, долго раздумывая, отправила сообщение абоненту «Любимый муж»: «Прости. Я подаю на развод. У меня другой мужчина».

На душе стало чуть легче, но на самую маленькую капельку. По крайней мере, нашла силы сознаться перед мужем.

Я проснулась утром с дикой головной болью от неспокойной ночи урывками. От выпитой чашки кофе головная боль колотила виски ещё больше. А мне ещё нужно собраться с силами, запихать своё расплывшееся сознание в общие рамки строгого профессионала и провести, как положено, ряд сделок. Одна из которых — моя. Моя это значит, я опять урвала удачный вариант и спрятала под свое крылышко, укрыв его от внимания своего начальника. Удачные варианты приносят мне прибыль, которую я собираюсь пустить на покупку нового жилья для нас с мужем. Собиралась. Теперь я не знаю, что я хочу.

А хотела я видеть лишь его. И видеть не только в часовой обеденный перерыв Руслана, за который мы не могли насытиться друг другом, а как и положено, день за днем наслаждаться любимым человеком.

Все свалилось в какую-то немыслимую кучу, и я не могу привести все дела и мысли в привычный порядок.

Проверяю с «еканьем» сердца телефон, когда моя новость долетит до адресата. Но на статусе сообщения пока лишь одна галочка. Алексей иногда включает телефон во время своей командировки, но лишь тогда, когда это безопасно.

Я ещё могу удалить сообщение, но лишь молча наблюдаю за статусом.

— Аля, я тебя люблю. Жизнь без тебя просто тоска, — я читаю бальзам на мою раненую душу от Руслана, которое он, скорее всего, отправил тайком.

— И я тебя, — прошептала, но в ответ не отправила.

У Руслана дома жена и маленький ребенок, и мы договорились, что сами разберёмся со своими семьями, прежде чем начнем совместную счастливую жизнь.

И я с упоением представляла жизнь с НИМ. Завтрак на двоих и нетерпение, с которым я буду ждать, когда закончится мой длинный рабочий день, чтобы, поднявшись в лифте и открыв дверь, тут же увидеть весёлые искорки, блестевшие в любимых глазах. А пока я отсчитывала часы до заветного часа дня и летела к Руслану, терзая душу в кровь от угрызений совести, и тут же кидалась в его объятия, как только Русс преступал порог номера отеля на набережной…

Я, откинув голову назад, с гортанным стоном пришла к кульминации чуть раньше, чем Руслан, который прикусив моё плечо, кончил в моё еще пульсирующее лоно и тут же, обмякнув, придавил тяжестью своего тела.

— Ты такая сладкая, мой эльф.

Моя школьная кличка вызвала умиление, и я, поцеловав его в шею, обхватываю руками мощную спину.

— Я люблю тебя, — прошептала ему на ухо.

— И я тебя. Любил всегда и люблю.

Руслан скатился с меня и лег рядом.

— Кстати, я сказала своему мужу, что подаю на развод, — рассматривая отражающиеся на потолочном покрытии наши тела, раскинувшиеся на постели.

— Ок. Теперь моя очередь?

— В смысле, твоя очередь? — Я приподнялась на локте и внимательно заглянула в его глаза.

— Ты что, ещё ничего не сказал? Мы же договорились.

— Пока не сказал.

— Ясно, — резко бросила и обхватила голову руками, слушая каждый удар пульсирующих висков. В глубине души, сквозь картины счастливого будущего — все тот же червь сомнения, старательно работающий над моими пейзажами: я и он.

Скорее всего, этого не будет. Скорее всего, этого точно не будет.

— У нас всё очень плохо. Мы и до встречи с тобой балансировали с Ирой на грани развода. Поэтому это лишь дело времени, — как в тумане услышала голос Руслана.

— Мы завтра увидимся? — резко спросила.

— Я напишу. Скорее всего, нет.

— Ясно.

— Я написала сообщение своему мужу, и он прочитал.

— И что он тебе ответил?

— Вот именно, Руслан. Ничего. И это ещё хуже.

— Давай пока подождём?

У меня возникали мысли, что Руслан вряд ли закончит свои отношения с супругой, от которой зависело если не всё, то многое. Должность в Министерстве строительства Руслан получил сразу же после окончания университета. Впрочем, это было само собой разумеющееся, если учесть, что в этом же министерстве много лет уже работает тесть Руслана. И мысли, которые я старательно задвинула на фоне своего нечаянного счастья, сейчас неожиданно всплыли.

— Весь вопрос в твоей работе? Я же права? Поэтому ты вряд ли решишься расстаться со своей женой, даже постоянно балансируя с ней на грани развода. Дело в том, что и меня не надо было настраивать на возможную счастливую совместную жизнь. Если ты, как оказалось, сам ещё не решился на это.

— Аля, хорошо. Где мы будем жить с тобой?

— Этот вопрос должен был быть первым, Руслан. — Я усмехнулась. — Как у тебя возникнет желание, позвонишь, — раздраженно бросила и скрылась за дверью ванной комнаты.

Просто мрак. Плотно накрывающий мою жизнь.

Я вышла из ванной комнаты и обвела взглядом смятую кровать и мой летний костюм, брошенный мною на стул. Руслан уже покинул отель, оставив меня один на один с сумбурными мыслями. Быстро привела себя в порядок, и прихватив ключи от любимого Моhave, спустилась по ступенькам небольшого отеля, недавно выстроенного в живописном месте на берегу реки. Стоя на последней мраморной ступеньке отеля, ещё раз взглянула на вход.

— Наверное, в последний раз, — мелькнула мысль в горячей, опустошенной голове.

Весь вечер я проверяла телефон и ждала сообщение от своего супруга. Но на ватсаппе красовалась двойная галочка и ни слова в ответ. Мне было бы легче, если Алексей позвонил, поругался, обозвал. Я это заслужила, но мой телефон предательски молчал. Молча поковырявшись в салате, который я нарезала, чтобы хоть что-то проглотить, плеснула полный бокал белого вина и почти залпом выпила до дна.

Мир тут же расплылся своими мутными пьяными красками. Я плеснула в бокал ещё дорогого белого вина и, опираясь об стену, прошла в свою комнату. Стащила с вешалки Лёшкину рубашку и, зарывшись лицом, разрыдалась в голос.

— Лёшка, прости меня…

Утро было просто отвратительным. Меня страшно мутило от вчерашнего вина, а голова казалась раскалённым пустым чугунком.

Зачем я это сделала?

Ну, выпила бы пару глотков. Нет, мне нужно было забытьё. Кажется, что вино должно залить все печали, а на деле оказалось ещё хуже. К печалям добавилась утренняя тошнота и чудовищно болящая голова. Ко всему прочему, я проспала и очень сильно опаздываю. Одевалась наспех и теперь, обгоняя машины, летела на свою работу. Пока в свете последних событий только плеяда сделок и бесконечная череда клиентов — моя отрада, отвлекающая меня от двух огней, посредине которых я оказалась.

И правда ли настолько жадно моё естество пропитано Русланом? Столько вопросов теперь в голове и ни одного ответа. А больше всего меня пугало поведение Руслана и его вдруг резкое отстранение от меня. И ко всему на душе страшно гадостное чувство, что я актриса дешевого бульварного романа, которая от безделья прыгала с одного крепкого на другой.

— Привет, мой эльф. Мы сегодня не сможем увидеться. В обед мне нужно заскочить домой и забрать документы.

Лаконично и без возможности возразить.

Я ждала сообщение от него в таком духе и нисколько не расстроилась. Просто глубоко вздохнула. Мне со страшной силой захотелось увидеть Руслана. Я уже привыкла к этим рваным обеденным встречам, понимая, что в Министерстве строительства, где работает Руслан, на большее отпроситься невозможно. И он тонко балансирует между работой, домом и мною.

— Я на просмотры, — бросила Дарье Николаевне и вышла на улицу.

Я сидела в машине, припаркованной у обочины. Под тенью красивого ясеня, недалеко от меня знакомый и красивый седан Руслана, который я обычно выглядываю в парке на набережной, присев на кованой лавочке недалеко от полюбившегося отеля. Дверь подъезда открылась и из него вышел мужчина. Мой мужчина. Вслед за Русланом выпорхнула белокурая нимфа с таким же белокурым ангелом на руках. Русс остановился у своей машины и, откинув прядь ее волос, нежно поцеловал.

Ну прям семейная идиллия!

Я почувствовала себя дико ненужной и опять третьей лишней в чьих-то чужих счастливых отношениях. Мрак. И опять тот же сценарий в истории с Русланом. Я положила свою голову на руль, от ужасной жары мне вдруг стало дурно, и тошнота волнами подкатывала к горлу. Машина Русса тронулась, и белокурая нимфа помахала моему мужчине вслед.

Я включила зажигание и рванула на большой скорости.

— Дура! Дура! — Я закричала в голос от собственной глупости и с силой ударила руками об руль. Так чуть было легче.

На мгновение.

Не видя дороги, кое-как добралась до работы и, тупо уставившись в экран монитора, просидела до вечера, как робот, отвечая на звонки.

Дура…

Разбившая свою счастливую жизнь.

Дура…

Поверившая в то, что чувства ответны. Если бы были ответны, всё случилось ещё тогда. Шесть лет назад.

— Аля, всё нормально? — Вырывает меня из моих раздумий Дарья Николаевна.

Я не могу сказать ни слова, и выдавливаю тихое: «Угу…»

— Если задерживаешься, не забудь закрыть офис. — Строгим тоном инструктирует Дарья Николаевна.

— Я тоже выхожу. Минуточку.

В сумке завибрировал телефон, и я, чуть уняв колотящееся сердце, поднимаю трубку телефона.

— Алина Александровна Калинина? — В трубке телефона я услышала совершенно незнакомый мне голос.

— Да. Я вас слушаю, — так же громко ответила я.

— У меня для вас плохие новости.

Как же, плохих новостей слишком мало. Можно ещё парочку накидать.

— Ваш муж ранен. И в очень плохом состоянии.

Ясный летний день вдруг потемнел перед глазами.

— Где он?

— В военном госпитале. Вы знаете адрес?

— Да, — ответила осипшим голосом.

— Что случилось? — Спрашивает округлившимися глазами моя коллега.

— Алексей… — тихонько шепчу в ответ.

— Погиб?

— Ранен. — И слёзы потоком полились из глаз.