Глава 27. Медведь

Вика что-то протестующе верещит, когда меня укладывают мордой в мох.

Окей, ребята. Пусть будет по-вашему.

Гораздо важнее другое. Где, мать вашу, Принцесса и Ирбис?

И пока парнишки приводят в порядок своих и обыскивают дом, мозг соображает как не в себя.

Она всё-таки уехала. Причём не одна, а с Ирбисом.

Почему?

А вот здесь возможны варианты. Но самый вероятный — Принцесса видела, как я заходил к Вике, и выкинула свой любимый фокус с побегом. Случайно.

И понятно, что реакции на стресс только три: бей, беги, замри. Но я бы предпочёл, чтобы она била — словами, действиями… пох. Вместо того чтобы лежать сейчас носом во влажный, щекочущий мох и думать, довёз её Ирбис до дома или нет.

Это единственное место, куда могла направиться моя солнечная. Самое вероятное. И самое, мать его, опасное.

Если так называемая охрана допускает нападение на хозяина в его же доме, то это полный финиш. Лёгкое, конечно, чисто напугать, но сам факт. А теперь в этом треше и Принцесса. А я здесь.

Полный…

— Лежи спокойно! — гаркает какой-то сопляк над ухом.

Ботинок с усиленным носком врезается под рёбра.

Придурок.

Приподняв голову, успеваю увидеть, как Вику под руки ведут в машину. Уже одетую и не вырывающуюся. А ладонь одного из собровцев подталкивает её в нужном направлении не столько за спину, сколько за задницу.

Быстро сориентировалась. Успела похлопать глазами.

— Вставай, скотина!

Кто-то новый. Вздёргивает за наручники.

Ты моя прелесть. Хочешь вывих? Запросто.

Перекручиваю руки, подныриваю под автомат и бью под колено. Хруст. Не до вас мне, ребята.

Парень, взвыв от боли, с матом заваливается на землю.

— Ногу! Он сломал мне ногу!

— Скажи спасибо, что не голову. Увести.

Главный, который распинался с крыльца, кривится и кивает на калечного. И если нога срастётся, то с мозгами там явно сложнее.

— Михаил Андреевич, — с укором качает головой главный. — По своей воле, значит, не пойдёте?

— Пойду.

Всматриваюсь в клоунов, выходящих из дома. Болтуны ржут, автоматы болтаются за спинами.

— В доме…

— Чисто. Никого.

Главный внимательно изучает мою физиономию.

— Огонь. — Перевожу взгляд на него. — А кого я тогда насиловал?

Усмехается.

— А это уже не нам выяснять. Наше дело маленькое.

— Конечно. Приказ сверху. Особый случай.

— Не лез бы ты на рожон, майор. Мало досталось?

Нормальный мужик. Умные глаза, видно, что с характером, и что всю муть дела осознавал ещё до того, как впёрся ко мне в дом.

И имеет в виду явно не дилетантскую работу своих парней.

— Пока так себе, бывало хуже, — усмехаюсь.

Мимо проносят уже не воющего парня. Тот смотрит на меня с ненавистью, а потом отворачивается.

— Вечно вы, беркутовцы, с тараканами. Сука, бессмертными, — хмыкает главный.

— Тем и живём.

И всё бы хорошо, но дорога до ивс* проходит муторно. Одна надежда, что Ирбису хватит ума установить наблюдение за домом Разиных, пока я тут развлекаюсь. Хотя бы сутки, а там я точно выйду и начну раздавать заслуженные пряники.

Уже в городе бью кулаком по окну.

— Командир, дай позвонить?

Но этим пох. Они в танке. Причём в танке самоуверенности и вседозволенности — худшем из всех.

В ивс тоже трындец. Менты ведут себя как слепоглухонемые. Но хотя бы не лезут на рожон. Видят, что меня только тронь.

К этому моменту всё, о чём могу думать — это о мудаке, который напал на Принцессу в клубе. Надо было кончать урода, а теперь поздно. Я в клетке на сутки, этот на свободе.

И хер его знает, какое задание ему дадут на этот раз.

Загнанным зверем мечусь по одиночке. Четыре шага туда, четыре обратно.

В груди тяжело, лёгкие раздуваются мехами, но дыхание один хрен сорвано к чертям.

Подхожу к двери, дёргаю за решётку.

Тишина. Только мёртвые с косами не стоят.

Затаились. Ждут приказа свыше. И то ли подсказал кто, то ли у самих хватило мозгов не подходить к моей клетке.

Дёргаю ещё раз.

Бесполезно.

С одной стороны, жаль. Мне бы сейчас только вырваться и разрулиться с безопасностью Принцессы. С другой — ну, уделаю я пол-отделения, а потом вернусь сюда, и в решающий момент снова буду далеко от Принцессы.

Блядство с какой стороны ни посмотри.

А нарастающая тревога бьёт уже по мозгам.

Разворачиваюсь. Кулак входит в стену. Отлетает кусок зелёной штукатурки.

Не прощу себе, если с ней что-то случится

Ещё удар.

— Эй!

А, то есть казённое имущество вас всё-таки пробивает?

Дальше ломаю стену уже с расчётом и злой усмешкой.

Плевать на последствия. Только подойди и…

— Да я тебя сейчас…

Слишком упитанный полицейский всё-таки выходит из своей будки.

— Прекратить! — орёт издалека.

Но теперь я слепоглухонемой.

— Угомонился, сука!

А это мы сейчас посмотрим. Кто из нас кто.

— Ну всё…

Всё.

Одной рукой перехватываю именной ствол, другой — мента за горло.

— Открывай, — ласково. — Пока цел.

И дуло ствола оказывается в опасной близости от его яиц.

— Т-ты… т-ты…

Подбородок трясётся, зрачки на всю радужку. Неслабый он словил адреналиновый удар. Как бы не помер здесь же.

— Эй! — встряхиваю.

— Я-я-я-я…

Вздыхаю. Но в момент, когда собираюсь отключить испуганного мужика, со скрипом распахивается внешняя дверь.

— Вот это люди.

___

ИВС — изолятор временного содержания