27

Сознание уловило подвох в его словах, но фантазия откликнулась быстрей. Уже представила, как в один день ловко уворачиваюсь от его удара, точным движением ноги провожу подсечку, и декан с удивленным видом падает на землю.

В качестве возмездия за то, что валял меня по стадиону и издевательски улыбался, глядя, как я барахтаюсь в траве.

- Не искушайте, декан Морис, - выпалила я, поднимаясь на ноги. — Бывает же так, что ученик превосходит учителя. Может, это именно мой случай?

Осознание, что только что ляпнула, почти оглушило. Как посмела заявить такое преподавателю? Да он сейчас сожрет меня вместе с ботинками за такую дерзость!

- Вызов, малышка Эльза? — глаза декана опасно посветлели, а улыбка стала совсем зловещей. — Это мне нравится! Принимаю!

За шиворот будто кинули пригоршню снега. Доведет меня мой язык до неприятностей!

- Не прямо сейчас, - я опасливо замотала головой. — Теоретически. Когда-нибудь. Возможно. Это не точно...

Голос становился все тише и тише, пока наконец не пропал совсем. Напряжение, которое исходило от декана, куда-то исчезло, и ему на смену прошло что-то опасное и непредсказуемое.

Морис медленно подтянул черные перчатки, и мне это показалось очень нехорошим знаком.

Сегодня мы будем осваивать удары, - начал он неторопливо, впиваясь в меня взглядом, - подойди ко мне, я покажу, как правильно сжать кулак, чтобы не переломать пальцы.

Я сглотнула, глядя как завороженная, на черную блестящую кожу перчаток. Зачем они ему? Надел потому, что противно прикасаться к бестолковой студентке? Или чтобы отпечатков не оставлять в случае чего?

Я сжала кулаки и вопросительно посмотрела на декана. Кажется, не слишком-то и сложно.

- Пальцы должны быть вровень друг с другом, большой палец прижми к остальным, - Морис сам шагнул навстречу и ухватил меня за ладонь, - иначе выбъешь из суставов, а этого нам не надо.

Да, - кивнула я, чувствуя, как по коже заструилось тепло, - не хотелось бы.

- А теперь выброси вперед руку, чтобы ударить меня, - декан чуть отступил назад, - смелее, я не кусаюсь.

Я посмотрела на него с недоверием и неуклюже замахнулась, целясь в плечо. Повезет, если не промахнусь, а то всякое может быть.

Морис легко уклонился и поморщился так, будто съел что-то кислое.

_ Бьешь, как девчонка, - процедил он, - не замахивайся, а выбрасывай кулак вперед, поворачивай корпус!

- Я и есть девчонка, если вы не заметили, - пробормотала я, краснея от обиды.

- Это трудно игнорировать, - усмехнулся декан, обходя меня и вставая за спиной. — Расслабь руки, я покажу, как правильно сделать.

По плечам скользнули ладони, и тело моментально одеревенело. Морис стоял так близко, что я спиной могла чувствовать каждую мышцу на его груди, и от этого бросало в жар.

Разве так учат студентов?

«Именно так, если они бестолковые, — вмешался внутренний голос, — и не понимают с первого раза, так что терпи.

Я до боли прикусила губу, стараясь не обращать внимания на то, что по коже пляшут огненные мурашки.

Ладони декана коснулись локтей, спустились на запястья, и мои пальцы сжались сами собой.

- Именно так, - проговорил он над моим ухом. — Встань удобней, не забывай работать корпусом!

Он управлял моими руками, будто я кукла на веревочках, и у меня перехватывало дыхание от этих неторопливых и плавных движений.

- Запомнила? — он резко отошел, и я едва не рухнула, лишившись опоры. — Тогда еще раз!

Я неловко затопталась на месте, тяжело вздыхая. Как докатилась до жизни такой, что придется бить человека? А ведь хотела стать художницей, писать картины.

Я сжала кулак, прижала локти к бокам, как показывал декан, и резко выбросила руку вперед, целясь куда-то в плечо.

Костяшки наткнулись на твердые мышцы, и пальцы разжались, скользнув по груди Мориса. Он резко выдохнул и отступил назад, плотно сжимая челюсти. На висках запульсировали вены, и даже кадык дернулся!

- Больно? — испугалась я, глядя на него круглыми глазами. — Простите, я не нарочно!

- Еще раз, - глухим металлическим голосом ответил он, - старайся лучше! Я сейчас не декан, а твой враг помнишь? Вложи больше силы, от этого зависит твоя жизнь.

Я встряхнула ладони, сжала кулак и ударила сильнее, внутренне содрогаясь. Надеюсь, он потом не назначит мне отработку за избиение декана?

Тугие мышцы под моими пальцами напряглись, округляясь, и руки резануло болью.

- Еще раз, - так же бесстрастно скомандовал Морис. — Больше силы.

За следующий час я отбила себе костяшки на обеих руках и тяжело дышала, хватаясь за бок. А вот декан даже с места не сдвинулся, только лицо его становилось жестче с каждым ударом.

- Еще? — прохрипела я, растирая онемевшие руки. — У меня хотя бы получается? А то я уже пальцев не чувствую.

Смогу ли кисточку держать после такого?

- Неплохо, - отстраненно произнес Морис, а вот глаза его заволокло белесой дымкой. — А теперь усложняем задачу: ты бьешь, я блокирую, начинай.

Я обреченно выдохнула. Солнце уже начинало валиться за горизонт, сумерки опустились на стадион, а декан и не думал прекращать тренировку. Видимо, решил выжать меня по полной.

Как там Эва говорила? «Пока от студента перья не полетят»? Похоже, что мы на верном пути.

Я дернулась, но хватка оказалась слишком сильной. Морис даже не замечал моих попыток высвободиться, прижав к себе еще плотнее.

- Именно так, - насмешливо улыбнулся он, и внутри что-то екнуло. — Все еще считаешь, что сможешь когда-то меня одолеть?

Горячая ладонь скользнула по спине к плечам, а оттуда на шею и несильно сжала.

Во рту пересохло, и сердце забилось в груди, как сумасшедшее.

- Я же теоретически, - слабо возразила я, - несерьезно! Отпустите, пожалуйста, а то вы...

Он обвел контур моего подбородка, и взгляд его упал на мои губы.

- Что — я? — хрипло ответил он, отводя с моего лба прядь волос.

Пульс загрохотал в ушах, и я беспомощно пискнула, дернувшись всем телом.

- Вы слишком близко, - прошептала я. — Это неправильно и ... жутко!

Декан, казалось, вообще меня не слышал. Он тяжело дышал и сжимал меня все крепче, игнорируя все мои попытки освободиться.

- Видишь ли, Эльза, даже моему терпению однажды может прийти конец, - в его голосе послышалась скрытая угроза, - а ты так сильно напрашивается.

Его ладонь скользнула мне на затылок, и смутное предвкушение разлилось в груди приятным теплом.

- Прошу прощения, но вынужден прервать вашу тренировку, - по ушам вдруг резанул незнакомый голос. —Декан Морис, тебе знаком этот портрет?

Я ахнула и резко дернулась и крепких рук, едва не падая на землю. На краю стадиона стоял высокий темноволосый мужчина, удерживая за шиворот какого-то стонущего беднягу, который вяло вскидывал руки.

Ноги ослабели, и я медленно осела на землю.

- Папа?